будут допускаться сбросы в дренаж самими водопользователями; если мы научим водопользователей, как промывать дренаж без сложных промывочных машин и как следить при очистке дренажа за работой экскаваторов, чтобы она оценивалась не кубометрами очистки, а длиной приведенного к нормальным размером русла. Наконец, нельзя забывать, что дренаж - неотъемлемая часть водной системы, и совместное управление им и орошением может и должно помочь улучшить состояние рек, минимизировать отбор воды из них на мелиоративные нужды и одновременно сброс дренажных вод в русла рек. Мы должны научиться управлять дренажом совместно с орошением так, чтобы уменьшить взаимодействие грунтовых вод с зоной аэрации и орошаемых земель с реками до минимального солеобмена между ними. Следовательно, вопросы мелиорации тесно связаны с использованием и управлением возвратными водами, с качеством воды в реках. Мы должны лимитировать не только водозабор, но сброс солей (и других загрязнителей) в реки, что является основой благополучия рек, дельт и эстуариев. До настоящего времени мы не замечали, как и где мы размещаем соли. Теперь нужно заниматься и этим, если мы хотим по-настоящему заботиться об экологии бассейнов, о состоянии той природы, которую мы оставим нашим потомкам. Этому будет содействовать и наша совместная работа над Экологическим соглашением и Соглашением по управлению бассейнами рек Сырдарья и Амударья. Обучению специалистов среднего и нижнего звена водохозяйственных и смежных органов нужно уделять самое пристальное внимание. С учетом всех филиалов и мероприятий мы можем повысить квалификацию 500-600 специалистов в год. Если учесть необходимость хотя бы каждые 5 лет проводить тренинг по повышению квалификации, особо сейчас, когда тенденции глобального, регионального и национального водного развития динамично изменяются, то нам следует готовить до 2 тысяч всесторонних специалистов в год. Это требует, в первую очередь, заинтересованности министерств и ведомств, финансовой бюджетной поддержки и хорошей образовательной базы из ученых, специалистов-тренеров, понимающих практику и знающих современные тенденции. Для этого ученые САНИИРИ, НИЦ МКВК, других организаций региона должны сочетать интегрированную научную специализацию в области проектирования схем и систем с глубоким знанием отдельных дисциплин. Это вызвано тем, что современное водное хозяйство больше страдает от общественного кризиса, чем от кризиса водных ресурсов. Водные проблемы возникают в большинстве случаев от недопонимания обществом роли воды, от невнимания к последствиям своей деятельности, затрагивающей широкий ракурс влияния воды. Все специалисты по управлению водой заняты больше решением сегодняшних задач водообеспечения, не принимая во внимание то, насколько оно эффективно, экономно, и каковы последствия этой неэкономности и неэффективности, а именно, загрязнение водных источников, перерасход воды у одних и недостаток у других. Когда ныне мы подаём в целом по Узбекистану в 2 раза больше воды, чем потребность растений и всего орошаемого поля в эвапотранспирации, разве это не ухудшает плодородие земель, качество воды в реках и вообще разве не приводит к повышенным затратам? И это - при средней урожайности намного меньше, чем потенциальная продуктивность поданной воды. Для тренинга специалистов водного хозяйства требуются, прежде всего, комплексные знания по агрономии, мелиорации, технологии, семеноводству, экологии и, наконец, главное — по управлению, в том числе управлению требованиями на воду, управлению поведением людей - водопользователей, водохозяйственных специалистов, лиц, принимающих решения. Поэтому значительной частью водной науки и тренинга должна стать водная дипломатия, поиск консенсуса, решение и предупреждение конфликтов. Водная наука - это конгломерат знаний, а значит, те, кто работает в ней, те, кто учат практиков, должны быть энциклопедистами в своей сфере, как были в свое время Ибн Сино, Аль Хорезми и многие другие, вышедшие из водного хозяйства в мировые светила. -25-