Поэтому при последующем отмирании образующего бугор растения и развевании песчаного материала бугра корочка уже не служит своеобразным “панцирем”, предохраняющим нижележащие слои от развевания, и процесс идет дальше. В частности, такие явления образования новых язв дефляции (и даже мелких котловин) мы наблюдали по развеваемым фитогенным буграм на обсохшем дне Аральского моря. Очевидно, что развитие эолового рельефа по схеме на таблице 4 не обязательно начинается на стадиях исходно хорошо сформированной такыровидной поверхности или голого такыра. Исходной стадией для этого направления развития эолового рельефа могут служить и те постгидроморфные поверхности, где только начинается формирование — такыровидной — плоской трещиноватой — равнины, а — также солончаковые поверхности, если для этого существуют — соответствующие предпосылки (быстрый отрыв капиллярной каймы грунтовых вод от развеваемой толщи, достаточная скорость ветра, уничтожение растительности и т.п.) Именно такие “промежуточные” варианты формирования эолового рельефа и обусловливают многообразие геоморфологических — сочетаний в — условиях — современного опустынивания дельтовых территорий Приаралья. Один из таких промежуточных вариантов, широкораспространенный на обсохшем дне моря, как раз представлен в схеме на таблице 3. Помимо рассмотренных путей преобразования рельефа в Приаралье, широкое распространение здесь получили нарушения рельефа закрепленных песчаных пустынь, глинистых такыровых равнин и песчано-щебнистых поверхностей останцов в результате пастбищной дигрессии. Изменения рельефа при этом, по сути, не являются процессами развития или эволюции, а скорее относятся к процессам деградации. Поэтому они были отнесены нами в разряд “нарушений” рельефа, диагностические признаки которых приведены в схеме на таблице 5. В этой схеме использованы как качественные критерии, отражающие изменения в формах вертикального расчлененного рельефа, так и количественные критерии, использующие показатель площади, занятой язвами и котловинами дефляции. 85