Средь черныхъ тучъ взываетъ о спасеньи
    Поблеклый дискъ мечтательной луны…
    Мы вдаль спѣшимъ, ища самозабвенья,
    Мы вдаль спѣшимъ, мечтой увлечены…
    И чья-то тѣнь, спускаясь съ крутизны
    Летучихъ горъ, навѣянныхъ снѣгами,
    Дрожитъ одна средь тьмы и тишины,
    Взываетъ къ намъ безкровными устами,
Плыветъ по воздуху и гонится за нами…

    Я жмусь къ тебѣ, подруга въ день ненастный,
    Развратная, но въ блескѣ красоты
    Священная, какъ ураганъ всевластный,
    Какъ бурный взрывъ болѣзненной мечты.
    Но ты блѣдна? Прекрасныя черты
    Истерзаны испугомъ и страданьемъ…
    Ты поняла? Со мной страдаешь ты?
    Но не даришь мучительнымъ признаньемъ,
Не дѣлишься со мной святымъ воспоминаньемъ?

    И для тебя весна была когда-то…
    Заснувшій садъ и звѣзды надъ рѣкой…
    Ты знала ихъ! и къ нимъ ужъ нѣтъ возврата!
    Летимъ, летимъ! Вдали насъ ждетъ покой…
    А если даль отступитъ предо мной
    И истина проглянетъ изъ тумана,
    Чтобъ оскорбить безстыдной наготой…
    — Тогда какъ сонъ пройдетъ Фата-Моргана,
Оставивъ на снѣгу одинъ лишь слѣдъ багряный.