Бѣлый снѣгъ, холодный снѣгъ, все снѣгъ кругомъ,
Въ блескѣ солнца онъ сверкаетъ серебромъ.
Мнѣ навстрѣчу кони быстрые летятъ,
Колокольчики-бубенчики звенятъ,
Бѣлой пылью вьется снѣгъ изъ-подъ копытъ,
Подъ полозьями желѣзными скрипитъ.
Это милую мою къ вѣнцу везутъ…
Колокольчики-бубенчики поютъ.

Если бъ снѣгомъ, бѣлымъ снѣгомъ могъ я стать:
Я хотѣлъ бы на дорогѣ здѣсь лежать,
Снѣжной пылью взвиться вверхъ изъ-подъ саней,
Заклубиться и летѣть навстрѣчу къ ней,
Къ ней въ объятія въ послѣдній разъ летѣть
И въ горячемъ поцѣлуѣ умереть!..

Пронеслися, улетѣли кони въ даль…
Въ сердцѣ темная, холодная печаль.
Крестъ на солнцѣ въ отдаленіи горитъ,
Заунывно мѣдный колоколъ гудитъ,
Черезъ поле звуки медленные льетъ,
О любви моей загубленной поетъ…

Вновь бубенчики все ближе, все слышнѣй:
Мчатся кони, вьется снѣгъ изъ-подъ саней,
Мчатся кони, бѣлымъ снѣгомъ обдаютъ.
Колокольчики-бубенчики поютъ.
Съ нимъ сидитъ она… Смѣются… обнялись…
Буйнымъ вихремъ кони мимо пронеслись…

Снѣгъ да мертвое молчаніе кругомъ.
Холодъ смерти въ сердцѣ скорбномъ и больномъ.
Если бъ снѣгомъ, бѣлымъ снѣгомъ могъ я стать.
Мертвымъ снѣгомъ на дорогѣ здѣсь лежать!