Вдохни, о истина святая!
Свои мнѣ силы съ высоты;
Мнѣ, гласъ мой къ пѣнью напрягая,
Споборницей да будешь ты!
Тебѣ вослѣдъ идти я тщуся,
Тобой одною украшуся.
Я слабость духа признаваю,
Чтобъ лирнымъ тономъ мнѣ гремѣть;
Я Музъ съ Парнасса не сзываю,
Съ тобой одной хочу я пѣть.

Велико дѣло и чудесно
Въ подоблачной странѣ звучать
И въ честь владѣтелямъ нелестно
Гремящу лиру настроять;
Но если пышныя пареньи
Однимъ искусствомъ, въ восхищеньи,
Сердца, безъ истины, плѣняютъ;
То въ вѣки будущихъ премѣнъ
Въ подобны басни ихъ вмѣняютъ,
Что пѣлъ Гомеръ своихъ временъ.

Начто жъ на горы горы ставить
И вверхъ ступать какъ исполинъ?
Я солнцу свѣтъ могу ль прибавить,
Умножу ли хоть лучъ одинъ?
Твои, монархиня, доброты,
Любовь, судъ, милость и щедроты
Безъ укращеніевъ сіяютъ!
Поди ты прочь, витійскій громъ!
А я, что Россы ощущаютъ,
Лишь то моимъ пою стихомъ.

Возведъ своихъ я мыслей взоры
Надъ верхъ полночныя страны,
Какіе, слышу, разговоры
По селамъ, градамъ ведены!
Тебѣ, о мать Екатерина,
Плетется тамъ похвалъ пучина;
Усердны чувства то вспаляетъ
И движетъ къ оному языкъ!
О коль, — толпа людей вѣщаетъ, —
Въ владѣвшей нами Богъ великъ!

Онъ далъ намъ то въ императрицѣ,
Чѣмъ Петръ премудръ въ законахъ слылъ;
Что купно видѣлъ свѣтъ въ дѣвицѣ,
Какъ вѣкъ ея незлобивъ былъ:
Шумящей славѣ не внимаетъ,
Что вмѣстѣ съ плачемъ прилетаетъ;
Но чѣмъ народна тихостъ болѣ,
Свой тѣмъ единымъ краситъ тронъ,
Во всемъ Творца согласна волѣ;
Та зритъ на пышность, какъ на сонъ.

Она подобна той пернатой,
Чтб кровь свою изъ персей льетъ,
Да тѣмъ, своихъ хоть дней съ утратой,
Птенцамъ довольство подаетъ.
Покой трудами нарушаетъ,
Страны далеки обтекаетъ,
Для пользы нашей потомъ льется?
Не для себя свой вѣкъ живетъ:
Да обще счастье вознесется,
Да всякъ блаженны дни ведетъ.

Предъ мысленными очесами
Предходитъ новый мнѣ предметъ;
Народъ сокрылся съ похвалами,
Ни селъ, ни градовъ болѣ нѣтъ.
Я духомъ въ храмахъ освященныхъ,
Темисой  всѣмъ установленныхъ,
Какой тутъ слышу слухъ веселый!
Не злобой пишутъ виннымъ рокъ!
Ликуйте, росскіе предѣлы:
На васъ кровей не льется токъ!

Стрѣлецъ, оружіемъ снабженный,
На сынѣ видя лютыхъ змѣй,
Любовью отчей побужденный
Спасти его напасти сей,
Поспѣшно лукъ свой напрягаетъ,
На сына стрѣлы обращаетъ;
Но чтобъ кровямъ его не литься
И жизнь безбѣдно сохранить,
Искусно мѣтитъ онъ и тщится
На немъ лишь змѣй однихъ убить.

Таковъ твой судъ есть милосердый,
Ты такъ къ намъ сердобольна, мать!
Велишь, — но были бъ мы безвредны, —
Пороки въ насъ ты истреблять.
Для правды удовлетворенья,
Для вящшей злости пресѣченья,
Грозишь закона намъ стрѣлою;
Но жизнь преступшихъ ты блюдешь.
Насъ матерней казнишь рукою —
И крови нашей ты не льешь.

Твою къ намъ милость, мать народа,
Мнѣ всю удобно ль исчислять?
Произвела тебя природа,
Чтобъ всю вселенну удивлять!
Чѣмъ далѣ вѣкъ твой протекаетъ,
Тѣмъ болѣ смертныхъ ущедряетъ.
Младенцамъ жизни ты спасаешь,
Законы старымъ пишешь ты,
Науки въ юныхъ расширяешь,
Селишь обширны пустоты.

О, коль пространно всюду поле
Твоихъ, богиня, хвальныхъ дѣлъ!
Вникаю тѣмъ, чѣмъ зрю ихъ болѣ.
Не можетъ мысль вмѣстить въ предѣлъ!
Такъ мнѣ ужъ можно ли стремиться
И пѣть тебя достойно льститься,
Коль Музъ соборъ, Россіянъ клики
Немолчно тщатся тя гласить;
Но всѣ твои дѣла велики
И тѣ не могутъ похвалить!

Тобой сколь родъ нашъ препрославленъ
И сколь тобой блаженъ нашъ вѣкъ,
Таковъ тебѣ алтарь поставленъ
Въ сердцахъ россійскихъ человѣкъ,
Премудра нашихъ дней богиня!
Тишайша матерь, героиня!
Ущедрь Господь твои такъ лѣты,
Какъ ты безмѣрно щедришь насъ;
Исполнь всегда твои совѣты,
Вонми мольбы смиренный гласъ!

Сіе къ тебѣ подданныхъ чувство,
Покой душамъ! любовь сердецъ!
Начто жъ мнѣ пѣть тогда искусство,
Коль всякъ тебѣ внутри пѣвецъ?
Усердныхъ только всѣхъ желаній,
Не ложныхъ, искреннихъ плесканій
Тебѣ свидѣтель симъ нельстивный.
Они восходятъ до небесъ
И съ славой вдругъ твоей предивной
Гремятъ хвалу твоихъ чудесъ.

1767

Комментарій Я. Грота