# pages_fts_content

c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
M. С. Андреев  не смог  подняться  до обобщения  социаль­
ных  причин этих явлений,  обусловленных  самодержав­
ным строем  России. 
Однако  он  сразу  увидел  те  огромные  преимущества 
в  развитии  культуры,  народного  образования,  в  духов­
ном  раскрепощении  народа, 
которые  принесла 
победа 
Великой  Октябрьской  социалистической  революции.  По­
няв это, М.  С.  Андреев,  как  и тысячи  других  представи­
телей  старой  русской  интеллигенции,  свои  знания,  опыт, 
талант  ученого  поставил  на  службу 
новому  советскому 
строю. 
* 
N 
9 
* 
­ 
f 
> 
• 
• 
» 
I 
: 
: 
tr 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
мерах  школьного  голода,  то  пришел  в  ужас.  Я  решил, 
что  было  бы  подло...  для  меня  оставлять  дело 
в  таком 
положении,  раз  я  принял  это  назначение.  И  я  принялся 
за  работу,  за  пробуждение,  организацию  и  упорядочение 
совершенно  заброшенного  школьного  дела.  Я  работал 
как  волк».3* 
Сохранились 
многочисленные  докладные  записки 
М.  С.  Андреева,  в  которых  он  каждый  раз  настоятельно 
просит  о  расширении  существующих  школ  и  увеличении 
.кредитов  для  открытия 
проектируемых  новых  школ. 
В одной  из  таких  записок,  адресованной  военному  губер­
натору  Самаркандской  области 
и  председателю  комис­
сии  по  удовлетворению  нужд  народного  образования  де­
тей  переселенцев  Самаркандской  области,  М. С.  Андреев 
писал:  «Быстрое  заселение  русскими  переселенцами  Го­
лодной  степи  в  связи  с  новой  эрой  для  этой 
местности, 
вызванной  успехами  ирригации,  выразилось  и  в  соответ­
ствующе  быстро  назревшей  нужде  в  начальном  образо­
вании.  Возникновение  поселков  разом  привлекло  в  район 
Голодной  степи,  вместе  с отцами,  сотни  детей  школьного 
возраста,  сосредоточив  их  по  большей  части  в  таких 
местах,  где  школ  не имеется...  В силу  этого,  при имею­
щейся  теперь  большой  нужде  в  указанном  районе  в  на­
чальном  образовании,  создалась  необходимость  в  спеш­
ном  исходатайствовании  кредитов  хотя  бы  на  открытие 
школ  в  тех  поселках,  где  нужда  в  начальном  образова­
нии  ощущается  всего  острее.  Среди  таковых 
наиболее 
обращают  па  себя  внимание  селения 
Самсонова  и  AX­
AI ан­Куль.  В  первом  имеется  уже 
в  настоящее  время 
99 детей  школьного  возраста  (не считая  детей  служащих 
на станции  ж. д.)  и около 90 — во  втором».355 
При  незначительности  средств,  отпускавшихся  на  на­
родное  образование  (из  44.570.399  рублей  общего  бюд­
жета  Туркестанского  края 
на  народное  образование  в 
1915  г.  было  выделено  лишь 
1.084.082 рубля  —  около 
2 процентов),350 и отношении  царских  властей  к просвеще­
нию трудящихся,  предложения  М. С. Андреева  об  откры­
тии  новых  школ  оставались  неосуществленными.  Однако 
его  добросовестное  отношение  к  делу  все­таки  сказыва­
лось:  несмотря  на  сокращение  кредитов  из­за  начавшей­
ся  войны,  в  отдельных  случаях 
инспектору 
народных 
училищ  удалось  пробить  консерватизм  властей  и  добить­
ся  открытия  нескольких  школ. 
69 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
т.  1.  Индоевропейские 
языки.  M., 
1966,  стр.  359; 
А.  Л.  Х р о м о й . 
Историко­лингвистическое  исследование  Ягноба 
и  Верхнего  Зерав­
шан.  Автореферат  докторской  дисс.  Душанбе  1970,  стр.  24—25. 
634  Письмо  А.  А.  Фреймана  М.  С.  Андрееву,  от  10  марта  1928  г. 
— Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  13, л.  не  указан. 
655  М.  С.  А н д р е е в  и  Е.  M•  П е щ е р е в а. 
Ягнобские  тексты. 
С  приложением  ягнобско­русского  еловая,  составленного  М.  С.  Ан­
дреевым,  В.  А.  Лившицем  и  А.  К.  Писарчик.  Ред.  В.  А.  Лившиц  и 
А.  К­  Писарчик.  М.­Л.,  1957,  стр.  391. 
656  А­  Л.  Х р о м о в . 
Историко­лингвистическое 
исследование..., 
стр.  7­8. 
•*7  Е,  Benvenist?,  M. S.  Andreev, E. M.  Pescereva.  Yagnobskie  Tek" 
styi.  Izdatel'stvo  Akademi Nauk SSSR,  Moskva­Leningrad,  l957f#In­8° 
13Ö  pages.  Bulletin  de  la Société 
de 
Linguistique de Paris, t. 54 
(19$9), fasc.  2.  стр.  79­Ы. 
1358  Роҳ номои  китоби  нашрияи  анчумав.  Китоби  шумораи  авиал 
соли  аввал­  Теҳ рон,  бахори  1335, стр.  77—79. 
G59 д^  ц 
Б о г о л ю б о в . 
Иранское  языкознание 
в  Ленинграде 
(1917—1957).  —  «Уч.  зап.  ин­та 
востоковедения», 
т.  25, 
М.,  1960, 
стр.  311. 
660  А.  К.  П и с а р ч и к .  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  17—18: 
см.  также  Р­  X.  Д  о д  ы х  у д о е в .  Материалы  по  исторической  фоне­
тике  шугнанского  языка.  Душанбе,  1962,  стр.  9. 
ш 
М.  С.  А н д р е е в .  Экспедиция  в  Ягноб,  стр.  162­171. 
062  М.  С.  А н д р е е в .  Материалы  по  этнографии  Ягноба  (записи 
1927—1928  гг.).  Подготовила  к  печати  А.  К.  Писарчик..Ред­  А.  К.  Пи­
сарчик,  Душанбе.  1970,  192  стр.  4­  30  рис. 
663  М. 
С. 
А н д р е е  в. 
Материалы 
по 
этнографии 
Ягноба...­
стр.  91,  176. 
ш  М.  С.  А н д р е е  в­  Поездки  летом  1928  года  в  Касанскнн  район 
(север  Ферганы).  —  «Изв.  Общ.  я^я  изучения  Таджикистана  и  иран­
ских  народностей  за  его  пределами»,  т.  К  Ташкент,  1928,  стр.  109— 
128,  2  л.,  вкл.  илл. 
GG5  С.  M.  A б р а  м з о н .  «Тул»  как  пережиток  анимизма  у  кирги­
зов,  стр.  7—8.' 
606  Архив  экспедиции  1929  г.  —  См.  Личный  фонд  М­  С.  Андре­
ева,  д.  36«а»;  см.  также  Памирская  экспедиция  1928  г.  Тр.  экспеди­
ции,  вып.  1, Л.»  1930  г.,  стр.  83. 
667  Архив  ТашГУ,  ф.  22,  on.  4,  д.  1, л.  74. 
668 Автобиография 
1944  г.,  лл­  6—7. 
См. 
также 
предисловие 
М.  С.  Андреева.  —  М.  С.  А н д р е е в . 
Таджики  долины  Хуф  (вер­
ховья  Аму­Дарьи),  вып.  1. Под  ред.  А.  К­  Писарчик  и  А.  А.  Семенова, 
Сталинабад,  1953,  (Тр.  АН  Тадж.  ССР  т. 7),  стр.  7  (молодого  хуфца 
звали  Гулям­ша)­
669  М.  С.  А н д р е е в .  О  собранном  мною  в  разное  время  мате­
риале.  л.  2. 
670  Письмо 
М.  С.  Андреева 
С.  Ф.  Ольденбургу, 
от 
19  марта 
1927  г.  и  от  29  июня  1929  г.  —  Архив  АН  СССР,  ф.  208,  оп.  2,  д.  13. 
216 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
профессор,  специалист  в  области 
исламоведсния  Алек­
сандр Эдуардович  Шмидт,  известный лингвист  профессор 
Е. Д.  Поливанов  и др.468 
Комиссия  должна  была  составить  этнографическую 
карту  Туркестана,  обобщить  этнографические  материалы 
при  описании  коренных 
народностей 
Туркестана.  Для 
этих  целей  были  организованы  две  экспедиции:  одна  — 
в Сыр­Дарьинскую,  другая  — в Самаркандскую  области. 
Руководителем  второй  экспедиции  был  М.  С.  Андреев. 
В  ней  участвовали  сотрудники  и  студенты  Ташкент­
ского восточного  института  Н. А.  Буров, Е. М.  Пещерева, 
А.  Л.  Троицкая  и  А.  Э.  Шмидт 
(во  второй  половине 
поездки,  с октября).  Экспедиция  начала 
свою  работу 
25  июля  с обследования  Самаркандского  уезда,  которое 
продолжалось  до  19 августа.  Затем  экспедиция  вела  ра­
боту  в соседнем  Катта­Курганском  уезде.  С 31  августа 
экспедиция  переехала  в  Джизакский  уезд.  Финансовые 
затруднения  привели  к  приостановке  работ 
в  Джизак­
ском уезде/"* В октябре  1921 г. трое членов  экспедиции— 
М. С. Андреев,  Е.  М.  Пещерева  и А. Э.  Шмидт  — совер­
шили  дополнительную  кратковременную  поездку  в  Кат­
та­Курганский  уезд. 
Основные  результаты  работ  Самаркандской  экспеди­
ции  заключались  в следующем.  Было  обследовано  около 
50 волостей  и собран  материал  для  составления  этногра­
фической  карты  Самаркандского,  Катта­Курганского  и 
части  Джизакского  уездов.  Ввиду  того, что  на  существо­
вавших  картах  названия  местностей  часто  были  искаже­
ны, «все  названия  селений  на  пройденном 
экспедицией 
пространство  не только  были  вновь записаны  с воспроиз­
ведением  местной 
фонетической 
транскрипции,  парал­
лельно  записывалась  местная  транскрипция  на  арабском 
языке  в той  форме,  как  это  делало  местное  население. 
Записывались 
и  объяснения  местных 
жителей  относи­
тельно  происхождения  названий  тех  или  других  пунктов, 
местные  предания,  легенды  и пр. Попутно  собирался  ма­
териал  для  характеристики  быта  народностей,  записыва­
лись  их  некоторые  обычаи,  верования  и  пр.»  —  сообщал 
М.  С. Андреев/07 
Участники  экспедиции  собрали 
материал  о  быте  и 
обычаях  около  50  узбекских  родов  и полутораста 
колен 
живущих  как  в  юртах,  так  и  в  глинобитных  постройках. 
М.  С.  Андреевым 
был 
собран 
материал 
о  процессах 
95 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
печаток  на  мои тяготения  и в значительной  степени  опре­
делили  крут  моих  интересов  в дальнейшем».*1 
М. С. Андреев,  не  довольствуясь  собранным  в  1929 г. 
огромным  количеством  материалов  о  языке  и  быте  хуф­
цев,  на  обратном  пути  захватил  с  собой  еще  двух  хуф­
цев,  с  которыми  продолжал  занятия  в  Ташкенте  зимой 
1929—1930  гг.  В долине  Хуф  М.  С.  Андреевы.­.!  было  со­
брано  много  сказок,670  большинство  из  которых  он  пере­
дал IB  распоряжение  сказочной  комиссии  Государственно­
го  русского 
географического  общества 
(Ленинград).с?| 
126 предметов, тогда  привезенных  М. С. Андреевых!, ныне 
хранятся  в Музее  археологии  и этнографии  им. М. С. Ан­
дреева  Института  истории  им.  А.  До ниш а  АН  Таджик­
ской  ССР.072  М.  С.  Андревым  были  также  переданы 
19 разных  предметов,  привезенных  им  с  Памира,  Глав­
ному  Среднеазиатскому  музею  г.  Ташкента.673  Основные 
научные  результаты  экспедиции  1929  г. вошли  в  опубли­
кованный  двухтомный  труд  «Таджики  долины  Хуф».47' 
Летом 
1934  г.  М.  С.  Андреев  совершил  поездку  в 
Ягноб  с  этнолого­лингвистическими 
целями.  Главным 
предметом  обследования  1934  г.,  как  и при  прошлых  его 
поездках  1924,  1925  и  1927  гг.,  было  выявление  следов 
древнего  языка,  подтверждающего  исторические  сведе­
ния  о  былом  распространении 
согдийского  языка  в  Зе­
равшапской  долине.  В  неопубликованном  отчете  об  этой 
поездке  М.  С.  Андреев  отмечал:  «...маленький  Ягноб  за­
нимает  исключительное  положение  на  всем  пространстве 
Средней  Азии  и  простиравшегося  в своем  распростране­
нии даже  на  Восточный  Туркестан.  Особый  интерес  пред­" 
ставляет  собою  то,  что  мы  здесь  еще  в употреблении  за­
стали  живыми  последние  остатки  этого  языка  и  присут­
ствуем,  несомненно,  при  приближающемся 
его  полном 
исчезновении».075 Учитывая  это,  М. С.  Андреев  обратился 
к  своим  коллегам:  Нашей,  обязанностью,  считал  он,  яв­
ляется  собрать  как  можно  больше  «данных  как  по  за­
фиксированию  самого  языка,  так  и  собиранию  сведении 
о  самом  народце  по  остаткам  его  старого  быта,  истори­
ческих  и  прочих  данных  для  определения  положения  ну 
вместе  с тем,  для  собирания  материалов  по  истории 
тогдашней  культуры  и быта  вообще».676 
После  экспедиции  в долину  Зерафшапа  в том  же  году 
осенью М. С. Андреев  был  приглашен  на  должность  кон­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Главного 
Среднеазиатских) 
музеи.  —  «Изв. 
Средазкомстариса», 
вып.  3,  Ташкент,  1928,  стр.  316—317;  Т.  В.  С т а н ю к о в и ч .  —  Му­
зей 
антропологии 
и  этнографии 
им.  Петра  Великого.  М.­Л.  1964, 
стр.  80,  112; Т.  К.  Ш а ф р а н  о в е к а  я.  Чудес  палата.  Рассказы  о  ве­
щах,  хранящихся  в  музее  антропологии  и  этнографии  им.  Петра  I 
Академии  наук  СССР,  Л­,  1967, стр. 3;  Личный  фонд  М.  С.  Андреева. 
д.  105,  107,  109,  145,  168 и др. 
578  См.  М.  С.  А н д р е е в .  Некоторые  результаты  этнографической 
экспедиции  в  Самаркандскую  область  в  1921  г.  —  «Изв.  Турк.  отд. 
•  русск.  географ,  обществ»,  т.  17. Ташкент,  1924, стр­  121—140; см.  так­
же  «Военная  мысль»,  1921, август—декабрь,  стр.  276—281. 
579  Б.  И.  П а к .  Выполняя  ленинское  задание,  стр.  147—148. 
580  Письмо  М.  С.  Андреева  В.  В.  Бартольду  от  24  мая  1922  г. — 
Архив  АН  СССР,  ф.  68. он.  2, д­ 5. 
58!  «Туркестанская  правда»,  22  сентября  1922  г. 
582  См.  Архив  АН  СССР,  ф.  68.  он.  2,  д.  5,  л.  7;  там  же,  ф.  208, 
он.  2,  д.  13, л.  2;  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  170,  и  др. 
583  Письмо  М.  С­  Андреева  С.  Ф.  Ольденбургу  от  12/Х1Ы922  г. 
— Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  170;  см.  также  Архив  АН  СССР, 
ф.  2,  оп.  1923, д.  4. 
584  Личный  фонд  М.  С. Андреева­  д.  137. 
585  См.  Материалы 
к  автобиографии 
1927  г.  ­­  Личный  фонд 
М.  С.  Андреева,  д­  168,  л.  2;  см.  также  А.  К.  N и с а р ч и к.  Михаил 
Степанович  Андреев,  стр.  11. 
58G Туркстанский  Комитет  по  делам  музеев  и  охраны  памятников 
старины,  искусств  и  природы. 
587  Письмо  М.  С.  Андреева  В.  В.  Бартольду  от  22 сентября  1924  г. 
—  Архив  АН  СССР,  ф.  68, оп. 2, д.  5. 
*  s«  Архив  АН  СССР.  ф.  68,  оп.  1,  д.  443.  л.  14;  см­  также  Лич­
ный фонд  М.  С. Андреева,  д.  16. 17. 
589  См.  M.  E.  М а с с о й .  Еще  о  средневековых  памятниках  дере­
вянной  резной  архитектуры  из  верховьев  Зеравшана,  стр.  23—25. 
г,9° См. М.  С.  А н д р е е в .  Деревянная  колонна  в  Матче­  —  «Изв. 
Академии 
истории 
материальной 
культуры», 
т. 
4, 
Л., 
1925­
стр.  П 5 ­ П 8 . 
591  См.  М.  С.  А н д р е е в .  Краткие  сведения  об  этнографической 
экспедиции,  предпринятой  летом  1924  г.  к  горным  таджикам  Матчи, 
Каратегнна,  Гиссарского  края  и  Ягноба.  —  «Изв.  Турк.  отд.  русск. 
географ, общ.», т.  17, Ташкент,  1924, стр.  217—218. 
592  Архив  Музея  истории  народов  Узбекистана,  шкаф  3,  иол.  2, 
коллекция  №  12: см.  также  Материалы  к  автобиографии  1927  г.,  л­  1. 
593 Заслуги  М.  С.  Андреева  в  деле  сбора  этнографической  коллек­
ции  Музея  истории 
народов 
Узбекистана  —  см.  М.  М.  Ц  в и б а к. 
К  постановке 
этнографической  работы 
Главного  среднеазиатского 
музея;  М.  3.  В о р о н е ц .  Музей  истории  народов  Узбекистана  (исто­
рическая 
справка].  —  «Тр.  Музея  истории  народов 
Узбекистана». 
вып.  I,  Ташкент,  1951;  Н.  С.  С о д и к о в а ,  Ю­  Ф.  Б  у р я к о в.  Тарп­
хии  ёдгорликлар  хазинаси,  Ташкент,  1963;  Ю.  Ф.  Б у р  я к о в .  Основ­
ные  отрасли  научной  работы  музея  истории  народов  Узбекистана.— 
211 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
статью  «Дарвазская  сказка  (Волшебные  предметы)».305 
В примечании  к ней  автор  замечает,  что сказки  народов 
Памира  еще  слабо  изучены  М.  С.  Андреев 
смотрел  на 
сказку  как  на  исторический  источник,  свидетельствую­
щий  о народных  обычаях  и  жизни.  Сказка  —  «это  аро­
мат народной души», — не раз  говорил  он. 
В 1915 г.307  (по некоторым  данным  в  1916 г.)308  в связи 
с  поручением  Российской  АН  и  Географического  обще­
ства  по  составлению  этнографической  карты  Туркестана 
М. С. Андреев  совершил  поездку  в  Нуратинские  горы и 
прилегающую  часть  Кызыл­Кумов,  Джизакского  уезда. 
Результаты  своей  поездки  он  изложил  в  опубликован­
ных  позже статьях  «Из  поездки  в  1916 г.  в  Нуратинские 
горы и прилегающую  к ним  часть. Кызыл­Кумов»,309 и «Из 
результатов  экспедиции  в  Кызыл­Кумы.  О  колодцах  и 
Кызыл­Кумах  и  их  постройке»,310  которые  представляют 
дорожные  записи  автора.  В  них,  наряду  с  характеристи­
кой  системы постройки  колодцев  в песчаных  местностях, 
отмечено  «удивительное»  разнообразие  этнических  эле­
ментов,  свидетельствующее  о  существовании 
когда­то  в 
этих  местах  около 30  различных  казахских  родов.  В  том 
же  1915 г. М,  С.  Андреев  был  командирован  по  учебно­
му  ведомству  для  изучения  таджикских 
наречий  и  для 
исполнения  особого  государственного  поручения,  связан­
ного  с переводом  «секретных»  документов,311  в  Бухару.  . 
Летом 
1915 г. 
(по  другим  данным  в  1916  г.)3'2 
М.  С. Андреев  совершил  кратковременную 
поездку  в 
Матчу,  во  время  которой  (а  не  в  20­х  годах  XX  в.,  как 
утверждает  А. Мухтаров),313 он обнаружил  в селении  06­
бурдон  всем  известный  теперь  средневековый  памятник 
резной  архитектуры  таджикского  народа314  —  деревян­
ную резную  колонну.315 
М.  С.  Андреев  в  опубликованной  позже  работе  сооб­
щает  подробности  этой  находки.  В  селении  Оббурдон, 
бродя  по  мазару,  он  нашел 
в  одном  углу  кладбища 
небольшую,  бедно  выглядевшую  глинобитную  постройку 
с  единственной  очень  маленькой  и низкой  дверкой,  в  ко­
торую  входить  приходилось  сильно  нагнувшись.  Там  же 
посреди  комнаты  в качестве  подпорки  стояла  великолеп­
ная  старинная  резная  колонна,  которая  резко  отличалась 
характером  своих  очертаний  и  орнаментом  от  окружаю­
щей  обстановки.  Колонна  служила 
центральной  опорой 
плоской  крыши  хонако.  Очень  интересной  оказалась  ка­
С2 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
обязано  открытие  Туркестанского  восточного  институ­
та: "М. С.  Андреев  был  первым  составителем  программы 
по  читаемым  им  курсам  в  Восточном  институте  и Сред­
неазиатском  госуниверситете  по этнографии  таджиков, 
историко­географическим 
обзорам  Афганистана  и Ин­
дий, по таджикскому  и персидскому  языкам. 
Ученый  сыграл  важную  роль  в  разработке  новых ме­
тодов  преподаавния  и учебной  практики,  он успешно ру­
ководил  научно­студенческими  лингвистико­этиографиче­
скйми  кружками  в  вузах  среднеазиатских  республик, 
был  одним  из организаторов  Объединенного  государ­
ственного  научно­исследовательского  института  Таджик­
ской ССР  (1930­1933 гг.). 
М. С. Андреев  принимал  активное  участие  в постоян­
ном пополнении  фондов  музеев  нашей  страны, с его име­
нем  тесно  связано  создание  и открытие  новых отделов  в 
краеведческих  музеях  Средней  Азии,  содержащих  бога­
тые  коллекции  предметов  материальной  культуры  и ис­
кусства  народов  Средней  Азии. 
Участие  в  работе  Узбекского  и Таджикского  филиа­
лов  АН  СССР,  организация  этнографических  отделов  в 
Узбекистане  и  Таджикистане, 
руководство 
многими 
экспедициями  и активное  участие  в  них  — все  это лишь 
неполный  перечень  содержания  многогранной  деятельно­
сти ученого  и педагога  М. С. Андреева. 
М. С. Андреев  прежде  всего был ученым. При умелом 
использовании  языковых  данных  и  тончайшем  знании 
народного быта  и верований,  он собрал  огромное количе­
ство  материалов.  Его  разностороннему  таланту  мы обя­
заны  созданием  многочисленных  научных  трудов  в об­
ласти  археологии,  лингвистики,735  и  в  особенности  этно­. 
графии  народов Средней Азии.730 
М. С.  Андреева  привлекала  этнография  еще в  учени­
ческие  годы.  Н.  Г. Маллицкий  как­то  заметил,  что  еще 
«мальчиком  Михаил  Степанович  тратил  каждую  свобод­
ную  минуту  до  большой  перемены  включительно  на  на­
блюдение  над  бытом»  народов  Средней  Азии.737 Сам  пи­
сал, что он  тогда  начал  «понемногу  записывать  язык  и 
быт местных  национальностей».738  Последующая  плодо­
творная  научная  деятельность  М.  С.­Андреева  выдвину­
ла  его  в  число  ведущих  востоковедов  Средней  Азии. 
В конце  20­х­ годов  корифеи  • востоковедения  В. В. Бар­
тольд,  С.  Ф; Ольденбург,  И.­Ю. Крачковский  и Ф. И. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
• 
Г Л А В А  I 
НАЧАЛО  НАУЧНОЙ  ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 
М. С. АНДРЕЕВА 
М.  С. Андреев  родился  в  Ташкенте  11 (24)  сентября 
1873 г. Отец  его  Степан  Мнтрофанович  14­летним  маль­
чиком  поступил  на  службу  к оренбургскому  купцу,  кото­
рый  посылал  его  со  своими  караванами  в  Среднюю 
Азию.  В первое  же  путешествие  Степан  Митрофанович 
непосредственно познакомился  с бытом  казахов. Это  слу­
чилось  в то  время,  когда  шли  бои  за  Ташкент,  и  начав­
шиеся  военные  действия  помешали  каравану  следовать 
своим путем.  Пришлось  погонщикам  каравана  вернуться 
к своим  кочевьям  в степь. Два  или три  года  вместе  с ни­
ми Степан  Митрофанович  жил  с казахами,  хорошо  овла­
дсл  их  языком,  познакомился  с  бытом  кочевников.  Воз­
можно,  что эти  знания  отца  пробудили  интерес  к  Восто­
ку и у его сына М. С. Андреева.140 
Начальное  образование  М. С. Андреев  получил  в 
Ташкентской  мужской 
гимназии,ш 
где  он  проучился 
6 лет  (2 года  в приготовительных  и 4 года  в  основных 
классах).  Вспоминая об учебе в гимназии,  М. С. Андреев 
говорил,  что  он  тогда  учился  довольно  успешно,  за  что 
получил даже похвальный лист.1'18 
В центральном  государственном  историческом  архиве 
Узбекской  ССР  хранятся  экзаменационные 
ведомости 
учеников  IV  класса  Ташкентской  мужской  гимназии  за 
1889  г.,  в которых  имеются  текущие  и  годовые  отметки 
гимназиста  М. Андреева, ученика  IV класса  Ташкентской 
гимназии.  Судя  по этим  оценкам, М. Андреев  учился  до­
вольно усердно.1*9 
30 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
кружка  M. С. Андреев  и Н. Г. Маллицкий  совершают 
поездку  в  Исфару.  Они  побывали  в  пещере  Кони­Гут  и 
Варухском  ущелье.217 Тогда  М. С. Андреевым  были  сде­
ланы  при  «помощи  мокрой  бумаги  и  рисования  от  руки 
копии надписей на камне в Варухском  ущелье».218 Указы­
валось,  что почерк  надписи  куфический  и  время  — эпо­
ха арабского  завоевания.219 В июне того  же  года  на  засе­
дании  кружка  любителей  археологии  М.  С.  Андреевым 
было сделано  новое  сообщение  о  надписи  на  камне  из 
КониТута. 
Найденный  М. С. Андреевым  в  пещере  Кони­Гут  ка­
мень с надписью  вскоре  был  перевезен  в  Ташкент.  На 
одном  из  заседаний  кружка  было  заслушано  сообщение 
Н.  П.  Остроумова  с  демонстрированием 
фотографии 
этой  надписи.  Впоследствии  выяснилось,  что  первая 
строчка,  состоявшая  из  трех  строк  куфического  письма 
КониТута,  оказалась  шестнадцатым  стихом  сороковой 
суры  корана.220 
Но,  к  сожалению,  по  сообщению 
M.  E. Массона,  этот  камень  с надписью  пропал  из  Таш­
кентского музея еще до революции.221 
23 декабря  1896 г. на  первом  годичном  общем  собра­
нии  членов  кружка  археологии  М. С.  Андреев  выступил 
с докладом  о результатах  своей  поездки 
совместно  с 
Н. Г. Маллицким  для  осмотра  пещеры  Кони­Гута222  и 
ущелья  Варух,  а  также  о  снятых  им  копиях  надписей  с 
камня  близ  пещеры  и  со  скалы  ущелья  Варух  и  т.  д.223 
По мнению Е. А.Давидович  и Б. А. Литвинского,  резуль­
таты  весьма 
непродолжительной  поездки  в 
1896  г. 
М. С. Андреева  и Н. Г. Маллицкого  были  довольно  зна­
чительны.224 
В1895 г. М. С. Андреев  по  распоряжению  директора 
Ташкентской  учительской  семинарии 
и  по  ходатайству 
инспектора  народных училищ Туркестанского  края225 был 
командирован  по  учебному  ведомству  в Бухару  для  изу­
чения  таджикско­бухарского 
наречия.226  Путь  из  Таш­
кента  в  Самарканд  он  проделал  на  верховой 
лошади 
(железной  дороги  между  этими  городами  еще  не  было), 
а  затем  по  железной  дороге  от  Самарканда  до  Бухары. 
В Бухаре  он  прожил  месяца  полтора,  «приглядываясь  к 
своеобразно  кипевшей  тогда  жизни  этого  удивительного 
человеческого  муравейника,  умственного  и  духовного 
центра  Средней  Азии,  а заодно  и практикуясь  в  местном 
языке». Затем М. С. Аднреев  вновь  продолжил  свой  путь 
46 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
но  обрывающиеся  в  пропасть  вместе  с  проходящими  по 
ним  людьми.  Об  одном  из  способов  передвижения  в  та­
ких условиях сообщает Б. И. Искандаров:  «Дорога  между 
Калай­Хумбом  и  Шугнаном  зимой  почти  закрыта.  Мест­
ные  жители  продвигаются  посредством  корзинок.  В  не­
проходимой  теснине,  по  которой  бежит  Язгулем­Дарья, 
для  устройства  дороги  нельзя  было  ничего  сделать  дру­
гого, как  к железным  болтам, вбитым  в  скалы,  подвесить 
на  расстоянии  приблизительно  сажени 
одна  от  другой 
плетеные  корзинки.  Путник  помещается  в  первой  из  них 
и,  раскачавшись,  схватывает  другую, 
переходит  в  нее, 
а  затем  ловит  третью»  и  т.  д.704  Если  встречались  на 
узкой  тропинке  два  человека,  двигавшихся 
навстречу 
друг другу и каждый  с животным, рассказывал  М. С. Ан­
дреев, то  ввиду  полной  невозможности  иногда  не  только 
разойтись,  но  и  повернуть  одного  из  этих 
животных 
обратно,  их хозяева  выбирали  сообща  менее  ценное  жи­
вотное,  соглашались 
относительно 
его  цены 
и  затем 
сбрасывали  его  с тропинки  в пропасть.  Продолжало  дви­
гаться  более  ценное  животное,  владелец  которого  упла­
чивал  половину  стоимости  его  хозяину. 
«Средняя  Азия  или  по  прежней  терминологии  Турке­
стан,  —  писал  академик  Е.  Н.  Павловский,  —  манила 
тайнами  своей  природы  и ее  производительных  сил  мно­
гих  крупных  исследователей­путешественников 
России; 
однако 
проникновение 
в  глубь  страны 
при  ее  бездо­
рожье  — особенно  же  в  Горную  Бухару  и  на  Памир, 
было  делом  трудным,  а  по  некоторым 
промежуточным 
участкам  и прямо  опасным.  Снаряжение  экспедиций  тре­
бовало  по  своему  времени  немалых  средств  и  неисчер­
паемой  энергии 
и  интереса  исследователей».705  Всеми 
качествами 
и  обладал 
М.  С.  Андреев.  Часто  рискуя 
жизнью  во  имя  науки,  карабкался  по  горным  тропинкам 
и  каньонам  неутомимый  путешественник  Михаил  Степа­
нович  Андреев. 
После  установления 
Советской  власти 
на  местах  и 
проведения  невиданных  здесь  до  того  колесных  дорог  и 
общего улучшения  путей  сообщения  М. С. Андреев,  горя­
чо  одобряя  все  нововедения  в  жизни  народов 
Средней 
Азии,  вместе  с тем  как  «фанатик»  своей  профессии,  всю 
жизнь  изучавший 
«уходящую»  культуру 
прошлого,  не 
мог  скрывать  и  своего 
научного  «огорчения».  «И  как 
сразу  переменилась  жизнь  под  влиянием 
великих  благ 
158 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
пишу  Вам  письмо  у  подножия  колонны — того  же  типа, 
как  и оббурдонская,  но  только  лучшей  еще  сохранности 
и  прекрасной  высокохудожественной 
работы.  Найдена 
мною в сел.  Курут,  в  местной  мечети.  Жители  ничего  не 
знают  о  ее  происхождении,  что  вполне  понятно,  и  гово­
рят, что она  появилась  «аз  ғ айб» — из  скрытого  мира.  В 
очень  интересном  орнаменте  есть  и  птичьи  головки,  и в 
3  местах  стилизованные  человеческие  лица  небольших 
размеров. Говорят,  что  в селе  Искадор  имеется  еще дру­
гая  часть  древнего  здания,  где  прежде  стояла  эта  ко­
лонна».609 
В селении  Искадор  М. С. Андреевым  был  найден уни­
кальный  деревянный  михраб.  Этот  памятник  был  сфото­
графирован  и  его описание  опубликовано  М.  С.  Андрее­
вым.610 Найденный  тогда  михраб  по  чрезвычайно  высоко­
му мастерству  резьбы,  богатству  и разнообразию  моти­
вов  орнаментации  не  уступал  знаменитым  стуковым 
михрабам,  найдонным  в  Мешхед­и­Мисриане,  а  также  в 
Иране  и других  странах  Востока.611  Тогда  же  другим 
участником  экспедиции  Е.  М.  Пещеревой  была  обнару­
жена  резная колонна  в кишлаке  Урмитан.612 
В письме  М. С.  Андреева 
председателю 
Общества 
для  изучения  Таджикистана  и  иранских  народностей  :<а 
его пределами 
(июль  1925 г.) 
сообщалось: 
«Главное, 
встретилось  так  много  интересного  и  совершенно  не  ис­
следованного  на  первых  же  шагах, что  в  Фальгаре  мы 
задержались  на  два  дня...  Спешу  поздравить  Вас,  пред­
седателя  Общества,  с интересным  открытием.  Совершен­
но  неожиданно  нам  удалось  наткнуться  па  наиболее 
ценный  образчик  древнего  искусства 
резьбы  по  дереву, 
какой, по моему мнению, превышает  все, что было извест­
но  в Средней  Азии  до сих  пор. О красоте и  художествен­
ности  этого  памятника  Вам  до  некоторой  степени  могут 
дать  представление  снятые  нами  фотографии.  В  селе 
Куруд  (на  карте  Крут)  в  мечети  оказалась 
глубокой 
древности  резная  колонна  с  чудной,  необыкновенно  вы­
держанной 
резьбой,  по  исполнению  и  орнаменту — 
приблизительно  XII  столетия 
(точно  судить  не  берусь, 
так  как  этой  областью  не  занимался),  а  в  селе  Искодар 
удалось  найти  «михраб»  (что­то  вроде  алтаря  в мечети), 
тоже  весь  деревянный,  по­видимому,  того  же  самого  ма­
стера  (так  говорит  и  местное  предание),  что  колонна  в 
Куруде.  Впечатление  от  последнего  удивительное — пря­
136 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
• 
Г Л А В A  111 
M. С. АНДРЕЕВ  В ГОДЫ  СОВЕТСКОЙ  ВЛАСТИ 
Педагогическая  деятельность  М.  С.  Андреева 
Революция  застала  М. С. Андреева  в Ходженте. «Во 
время  столкновения  в Ходженте  левых  эсеров  с больше­
виками,  — вспоминает  М.  С. Андреев  в  своей  неопубли­
кованной  автобиографии,  — я  был  выбран  третейским 
судьей  со  стороны  большевиков  и навещал  последних  в 
тюрьме  при  временном  захвате  власти  эсерами».416 
Ученый  сразу,  без  колебаний  признал  Советскую 
власть и стал  активно  участвовать  в становлении  социа­
листической  культуры,  в  перестройке  народного  образо­
вания  в  Туркестане.  «Когда  раздались  весенние  громы 
Великой  Революции,  —  вспоминает  позднее  М.  С.  Ан­
дреев, — вихрем  сметая  все  отжившее,  пошли  перемены 
и  в школьной жизни.  В  Голодной степи образовался тогда 
учительский  союз, объединивший  учителей  моего  района 
(т. е. Ходжентского  уезда. — X. А. и  Н.  А.), председате­
лем которого был избран я».417 
В северных  районах  Таджикистана  в  1918 г.  намеча­
лось  создать  новую  схему формирования  органов  народ­
ного  образования.  Предполагалось,  что  в Ходженте, Го­
лодной  степи, Ура­Тюбе  и  в Джизаке  будут  организова­
ны отдельные уездные,  областные  и  краевые  Советы  на­
родного  образования.  М.  С.  Андреев,  изучив  эту  схему, 
писал в  специальной  докладной  записке,  что  формирова­
ние таких  самостоятельных  уездных,  областных  и  крае­
вых  Советов  народного  образования 
преждевременно. 
в­207 
8.1 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
иых работников  и аспирантов  республик  Средней  Азии, 
Общественно­научная  работа 
Победа  Великой  Октябрьской  социалистической  рево­
люции  открыла  путь  к ликвидации  классового,  нацио­
нального, военного  и духовного  гнета — гнета  темноты и 
невежества,  предрассудков  и религиозного дурмана.  Она 
поставила  перед  партией  и  правительством 
задачу  — 
возродить  к  новой  жизни  науку,  сделать  ее  достоянием 
масс,  средством  удовлетворения  духовных  потребностей 
трудящихся. 
Решение  этой  важнейшей  задачи,  стоявшей  перед 
диктатурй  пролетариата  во многом  зависило  от своевре­
менного перехда  старой  интеллигенции  — квалифициро­
ванных  специалистов  .всех отраслей  промышленности и 
.хозяйства  на  сторону  Советской  власти.1157 Именно поэто­
му В.  И.  Ленин  придавал  огромное  значение  привлече­­
нию и  перевоспитанию  старой  интеллигенции/58  Благо­
даря  мудрой  политике  Коммунистической  партии  пере­
довая  русская  интеллигенция  стала  понимать,  что  боль­
шевики  вовсе не собирались  разгонять  университеты,  за­
крывать  школы,  жечь  библиотеки,  уничтожать  музеи, 
громить картинные  галереи, грабить  дворцы, как об этом 
вопили  тогда  враги 
рабоче­крестьянской  диктатуры. 
Наоборот, она  все  больше  убеждалась  в том  что комму­
нисты  являются  подлинными  борцами  за  национальную 
свободу  и  независимость  Родины,  что  будущее  страны, 
расцвет  ее  культуры  всецело  зависят  от укрепления  Со­
ветской  власти.459 
Огромные '.масштабы социалистического  строительства 
в стране поражали  Андреева. Словом, сама  жизнь  заста­
вила  ученого  твердо  и  непоколебимо  стать  на  благород­
ный луть  служения  народу. 
Наряду  с плодотворной  организационной  и  препода­
вательской  работой  в  Восточном  институте,  Туркестан­
ском университете,  в  1918 — 1920  годах,  М. С. Андреев 
исполнял  обязанности  научного  консультанта 
при  спе­
циальном  представительстве  НКИД  по  вопросу  разгра­
ничения  территории  нашей  страны  с  соседним 
государ­
ством — Афганистаном.460 
М. С. Андреев писал: «Как  я живо и радостно  чувство­
вал внутри  себя  тогда,  что  не  пропала  и  удивительно 
m 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
225 ЦГИА  УзССР, ф. 47. оп.  1, д.  1732, л­ 7. 
\ 
*» Архив АН СССР, ф. 68. оп.  1, д. 443, л.  14. 
/ 
227 Автобиография  1944 г., л. 4. 
224  А.  К.  Пи с а р ч и к.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  5. 
2?9  См.  «Окраина»,  1895, №  27  (под  псевдонимом  «М.  А>). 
230. Там  же. 
231 Архив  АН СССР,  ф. 68, оп.  I, д. 443, л. 17. 
232  М.  С.  А н д р е е в . 
Исторические 
заметки 
о  Ходженте.  — 
«Справочная  книжка  Самаркандской  области  на  1896  г>,  вып.  4,  Са­
марканд,  1896, отд.  4, стр. 22—27.  . 
233 М.  С­ А н д р е е в .  Местности  Туркестана,  интересные  в  архео­
логическом  отношении.  Протоколы  заседаний  и  сообщения  членов 
Туркестанского  кружка  любителей  археологии,  г.  1,  1896, стр.  3—13; 
то  же.  —  «Среднеазиатский  вестник»,  май»  1896;  о  значении  данной 
статьи  см. В. В. Бартольд.  Соч., т.  4, М.,  1966, стр. 400. 
231  В.  (В.)  Б а р т о л ь д . 
Текст  первой 
надписи 
в  Варухском 
ущелье.  — ПТКЛА,  г. 9, Ташкент,  1904. стр. 45—47. 
235  Е.  А.  Д  а в и д о в и ч  и  Б.  А.  Л и т в и и с к и и.  Археологиче­
ский  очерк  Исфаринского  района,  стр.  15;  О  дальнейшем  исследова­
нии  Варухекой  надписи  см.  также  Б.  А.  Литвннскнй.  Северная  над­
пись  в  Варухском  ущелье  (Опыт  исторического  исследования  по  дан­
ным  нумизматики). — КСИИМК,  вып. 6Ь  М.,  1956. 
236  См.  М.  С.  А н д р е е в ­ 
«О  собранном  мною  в  разное  время 
(начиная  с  конца  XIX  ст.  по  1942  г.)  материале  по  языку  и быту  на­
родов  Средней  Азии,  до  сих  пор  еще  не  изданном  и большею  частью 
не  подготовленном 
к  изданию».  —  Личный  фонд  М.  С.  Андреева, 
Д.  64,  л.  I. 
237  Извлечения  из  протоколов 
заседаний  Академии. 
Историко­
филологическое  отделение,  стр.  П. 
238  А.  К.  П и с а р ч и к .  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  6. 
239  Письмо  В.  В.  Бартольда 
Н.  П.  Остроумову.  — См.  личный 
фонд М.  С. Андреева,  д.  169. 
240  Н. М. А к р а м о в.  Выдающийся  русский  востоковед  В. В.  Бар­
тольд,  стр.  13. 
24ï  Там  же,  стр. 35/ 
242  В.  В.  Б а р т о л ь д .  Положение  на\'кн  н Туркестанском  крае 
­ 
«Окраина».  1894, № 52. 
243 Архив АН  СССР­ ф. 2, оп­  17, д.  122,'л.  1. 
244 Там  же, л.  2. 
245  См.  В.  В.  Б а р т о л ь д .  Отчет  о  командировке  в  Туркестан.— 
«Записки  Восточного  отделения 
Русского 
археологического  обще­
ства»  (ЗВО),  т.  15,  1904,  стр.  13;  Изв.  Импер.  Академии  наук,  VI  се­
рия,  1916. стр.  1239 и др. 
246 См. личный  фонд  М. С.  Андреева  (рази­  д.). 
247  Ш.  М.  Л е в и н.  Дмитрий  Александрович  Клеменц.  Очерк  ре­
волюционной  деятельности.  Научно­популярная  библиотека  по  исто­
рии  революционного  движения  в  очерках,  воспоминаниях  и  биогра­
фиях. вып. 5, М.,  1929. стр.  116—117. 
13 207 
193 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
и  терминология),  об  одежде  и  питании.  Имеется  также 
папка  с собранным  в Ягнобе  гербарием».69 
2.  Этнографические  и лингвистические 
материалы  о 
долине  Хуф.  В архиве  ученого  сохранились  записи,  сде­
ланные им в 1901 г. в Ташкенте со слов хуфпа  Гулям­ша 
(132  стр.); дополнения  и исправления  к  ним,  сделанные 
им в  1929 г.  (23 стр.);  записи  экспедиции  1929 г.  (свыше 
250  стр.)  записи  экспедиции  1943 г. в Хуф, Язгулем,  Ру­
шан,  Бартапг  и Шугнан  (свыше 320 стр.); записи  девяти 
сказок  на  хуфском  языке  с переводом  и  примечаниями 
на  русском  языке;  таблицы  хуфских  глаголов 
(свыше 
470 стр.)  с  параллелями  на  шугнанском,  рушанском, 
бартангском,  реже  — па  ишкашимском  и 
ваханском 
языках и т. д. 
* 
В настоящий  раздел  можно  внести  также  огромное 
количество  материалов,  сохранившихся  в  архиве  ученого 
о хуфских  верованиях,  праздниках,  религиозных  обрядах 
и т. д. 
3. Материалы  о деятельности  М. С. Андреева  в  Музее 
искусств  Узбекской  ССР.  В архиве  имеются  следующие 
рукописи  ученого,  связанные  с историей  искусства  наро­
дов  Средней  Азии  и содержащие  материалы,  собранные 
им  во  время  экспедиций,  посланных  музеем:  «Орнамент 
Средней  Азии»  (Зарисовки  элементов  орнамента  памир­
ских  киргизов, многочисленные  фотографии  и записки  об 
орнаменте);70  «Записки  по  Бухаре  и  Хиве 
во  время 
экспедиции  1936  г.»;71  «Ташкентские  памятники  и  архи­
тектурный  орнамент»;72  «Материалы  по  постройке  таш­
кентских зданий»;73 «Цехи, ремесла, народные мастера»;7"1 
«Резьбу  по  ганчу.  Ташкент,  Бухара,  Маргелан»  (здесь 
же  приводятся  биографии  ряда  мастеров,  терминологи­
ческие материалы);75 «Свитки»  (Экземпляр  статьи  с опи­
санием  свитков, фото, листки  с записями);76  «Каллигра­
фия»  (по  бухарским  каллиграфам);77  «Бухарские  потол­
ки, жилой дом»;78 «Хивинский  кукольный  театр. Пьеса»;70 
«Путеводитель  по Хиве»  (Перечень  и  краткая  опись  хи­
винских  памятников)80  «Архитектурные  памятники  Мар­
гслана» 
(Записи 
во  время  экспедиции 
1937  года  и 
фото);81  «Шелкоткацкое  производство  в  артелях  Мар­
гелана»;82 «Газганский  мрамор»83 и др. 
4.  Автобиографии.  Наиболее  ранняя  автобиография 
М. С. Андреева  «Материалы  к автобиографии»,  написан­
ная  в  1927 г., состоит  всего  из  трех  страниц.84  Автобио­
22 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Г Л А В А  II 
? 
M. С. АНДРЕЕВ  ­  ИНСПЕКТОР  НАРОДНЫХ 
УЧИЛИЩ 
М. С. Андреев  известен  не  только  как  ученый­этно­
граф,  лингвист  и  археолог.  В  меру  своих  сил  и  возмож­
ностей  в условиях  дореволюционного  Туркестана  он со­
действовал  улучшению  преподавания 
и  упорядочению 
школьного  дела  в  Ходжентском  и Джизакском  уездах. 
Особенно  активно  эта  деятельность  осуществлялась  с 
1914 по  1918 гг., когда  М. С.  Андреев  работал  инспекто­
ром  народных  училищ 2­го  района  Самаркандской  об­
л а сти .325 
В  1893 г. М.  С. Андрев  окончил  семинарию  и как  ка­
зенный  стипендиат  он  должен  был  прослужить  6 лет  в 
Туркестанском  крае320  в  русско­туземных  школах.  Из­за 
отсутствия  вакансий  в школах  М. С. Андреев  был  назна­
чен  заведующим  вечерними  курсами  при  Ходжентском 
приходском  училище.327  Случилось  так,  что  это  назначе­
ние  совпало  с ревизией  училища  в  апреле  1893 г.,  кото­
рую  проводил  главный  инспектор  училищ  Туркестанско­
го  края  Ф. М.  Керенский.  Он  отмечал,  что  занятия  по 
русскому  языку  идут  «неисправно  и  безуспешно».328 Уче­
ники  заявили  инспектору,  что  при  всем  своем  желании 
изучить  русский  язык  «они  не могут  научиться  ему», так 
как  плохо  организваны  занятия  в  русской  школе,  учи­
тель которой  не знает  местного  языка.329 
Заключение  главного  инспектора  вынудило  чиновни­
ков, ведавших  русско­туземнЫми  школами  и училищами 
5­207 
65 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
з"  ЦГИА  УзССР.  ф.  18. оп.  1, Д. 7387. лл.  4 ­ 5 ;  см.  также  ф.  18, 
оп.  1, А. 14351, л.  18 и др. 
*»  См.  ИГИА  УзССР. 
ф.  18.  оп  1.  д.  7569;  ЦГА  Тадж.  ССР. 
ф.  18. оп.  1. д. 2761; ЦГА  Тадж.  ССР,  ф.  1, оп. 2. д.  306 и  др. 
зе6  ЦГИА  УзССР,  ф.  18. оп.  1, д­  14351.  лл.  13—15.  Приходилось 
добиваться  регулярной  выплаты  учителям  жалованья  —  иногда  оно 
задерживалось  на  несколько  месяцев.  —  И.  Касымов.  Прогрессивное 
значение  образования  русских  поселков 
в  Ходжентском  уезде.  Ду­
шанбе,  1968. стр.  130—131. 
, ч 
367 Там  же.  ф.  47.  оп.  I,  д.  1550. л.  35;  см.  там  же.  Д.  1458.  л.  13. 
308 Там  же­ ф. 48. оп­  1. д.  14Э9, лл.  167—176. 
'  *» Там  же, ф.  18, оп.  1, д. 8912. лл.  1—24. 
370  Там 
же,  ф.  47.  оп.  1,  д.  1364, л.  2;  см.  также  д.  1458,  л.  2; 
д.  1550. л. 25. 
371  А.  К­  П и с а р ч и к .  Миахил  Степанович  Андреев  стр.  9. 
372  См. Автобиографии  1944  г.,  л. 8. 
373  См.  «Самарканд»  от  27  апреля  1906  г.;  «Русский  Туркестан» 
от  24  мая  1906 г.  и др. 
374 См.  П. И. С е р б о в  и  А. Д.  H и к и ф о р о и. Народное  просве­
щение 
в  Узбекистане.  Самарканд—Ташкент. 
1927, 
см.  также 
К­  К.  П а л е и .  Отчет  по  ревизии  Туркестанского  край.  —  «Учебное 
дело»,  СПб.,  1910. 
375  ЦГИА  УзССР,  ф. 47, оп.  I, д.  1088, л.  116. 
376  О  вмешательстве  местных  властей  в  дела  конфессиональных 
школ  см.:  Ф.  К е р е н с к и й .  Медреса  Туркестанского  края.  — «Журн. 
Министерства  народного 
просвещения 
(ЖМНП)», 
ч. CCLXXXÎV, 
1892,  ноябрь,  отд. 4* стр. 25;  В.  П.  H а л ив к и н  и  др.  Краткий  обзор 
современного  состояния  и деятельности  мусульманского  духовенства, 
разного  рода  духовных  учреждении  и  учебных  заведений  туземного 
населения 
Самаркандской  области, 
с  некоторыми 
указаниями  на 
историческое 
прошлое.  —  «Сб. 
мат­лов 
по  мусульманству»,  т.  1. 
СПб..  1899.  стр.  46;  В.  П.  H а л и в к и н.  Положение  вакуфиого  дела 
в  Туркестанском 
крае  до  и  после  его  завоевания.  —  «Ежегодник 
Ферганской 
области», 
т.  3,  Скобелев, 
1904.  стр.  28,  47.  53  и  ел.; 
Н.  П.  О с т р о у м о в ­ 
Мадрасы  в  Туркестанском  крае.  —  ЖМНП, 
нов.  сер.,  ч.  7. СПб., 
1907, №  1, отд.  3. стр.  11, 29.  39  и ел.;  Н.  Бо­
бр о в н и к о в. 
Русско­туземные  училища, 
мактабы 
и  медресе  в 
Средней  Азии.  —  ЖМНП,  нов.  сер..  ч.  XLX;  ч.  XLXV.  1913.  отд.  3. 
Отд­ отт., СПб.,  1913, ср. 82, 86, 89  и ел.  и др. 
377 См.  Инструкция  старшим  мударрисам  туземных  Мадраса  Тур­
кестанского  края,  от  14  марта  1894  г.  — Личный  фонд  М.  С.  Андре­
ева,  д.  113. 
378  О  вмешательстве 
М.  С.  Андреева  в  дела 
конфессиональных 
мусульманских  училищ  уездов  см.  ЦГИА  УзССР.  ф. 47. оп.  I, д.  1391, 
лл,  1­­223;  там  же,  д.  1649, лл.  1—221;  ЦГА  Тадж.  ССР,  ф.  1. on.  L 
д. 2761; ф.  1, оп. 2, д. 306, 323. и др. 
379 ЦГИА  УзССР.  ф.  47. он.  1. д.  1391, л.  186. 
380  3.  Ш.  Р а д ж а б о в .  Туркестан  на  страницах  большевистских 
1азет, стр.  155. 
200 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
1 
Итак, М. С. Андреев с первых шагов научной деятель­
ности в области  этнографии  проявлял  интерес  к  духов­
ной культуре народов Средней Азии, их верованиям, обы­
чаям и обрядам,  демонологическим  и  космогоническим 
представлениям.  Этот интерес сохранился  у  него до пос­
ледних дней жизқ и. 
В 1896 г. М. С. Андреев опубликовал  статью  под  наз­
ванием  «Исторические  заметки  о Ходженте».  Наряду  с 
легендами и краткой историей  города  со времен  завоева­
ния Александром  Македонским  до  присоединения  его к 
России  (сведения,  в ней  сообщаемые,  не  всегда  точны), 
автор привел также некоторые данные о находках*монет, 
относившихся  к разным  эпохам  истории Ходжента,  и  об 
археологических  и эпиграфических  памятниках  в  близ­
лежащем  хребте Моголтау. М. С. Андреев  характеризо­
вал  Ходжент, как  «...город  утопающий  в зелени, окру­
женный сверкающей  полосой  воды, извивающейся  вдали 
серебряной  струйкой,  на  дальнем  плане  величественно 
вырисовывающиеся  белоснежные горы,  все  это оправды­
вает  эпитет  «невесты  мира»,  каким  наделяют  Ходжент 
восточные  поэты и писатели».232  В том  же  году  им  была 
опубликована  работа  «Местности  Туркестана, 
интерес­
ные в археологическом  отношении»,  в  которой  сообща­
лось об остатках  каменных  «жилищ»,  так  называемых 
«хона­и­муг», вокруг  Ходжента, о наскальных  изображе­
ниях змеи, собак,  горных  козлов  и старинных  надписях 
на  скале в  горах  Могол­Тау,  в ущелье  Битыклик,  о кре­
пости  «кала­и­муг»,  расположенной  выше  Ходжента,  по 
Ходжентскому саю, о добыче в древности железа  в доли­
не р. Ангрена, о пещере Кани­Гут  (заброшенный  рудник), 
о надписях, найденных  там  же и в  Варухском  ущелье.233 
После открытия М. С. Андреевым  Варухской  надписи  на 
нее  обратили  внимание  крупнейшие  востоковеды,  в их 
числе  академик  В. В. Бартольд,  который  опубликовал 
отдельную  работу,  транскрибировав  и  осуществив  пере­
вод 6  строчек северной  надписи  в этом  ущелье.234 Благо­
даря  этому  надпись  была  введена  в  научный  оборот и 
приобрела  «сравнительно  широкую  известность  в  восто­
коведческой науке».235 
В' 1896 г. в Ташкент приехал чиновник  особых  пору­
чений  Министерства  внутренних  дел  А. А.  Половцев, 
командированный  из  Петербурга  для  изучения  пересе­
ленческого дела  в Сибири  (где он побывал  до  приезда  в 
48 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
74 Там  же, д.  91. 
' 
75  Там  же,  д. 92. 
™ Та  мже, д­ 93. 
77 Там  же, д. 94. 
78 Там  же.  д. 95. 
79  Там  же,  д. 96. 
80 Там  же, д. 97. 
81 Там  же,  д. 98. 
82 Там  же,  л. 99. 
83 Там  же. д.  100. 
м  Личный  фонд  М.  С. Андреева,  д.  168. 
,$  Там  же,  4 стр­
66 Там  же. 3  стр. 
87  Там  же,  3 стр. 
88 Там  же,  15 стр. 
89  Там  же,  5  стр. 
90  Там  же.  18 стр. 
91 Там  же,  5 стр. 
92  Там  же,  14 стр. 
93 Там  же.  д.  13. 
91 Там  же. д.  101. 
95 Там  же.  д.  102. 
?(i Там  же,  д.  ПО.  118. 
97  Там  же, д.  102. 
68 Там  же. д.  \0'&­
99  Там  же, д.  102, 107. 
100 Там  же, д.  102. 118. 
т  Там  же. д.  167. '55/40;  см. также,  д.  106,  112.  ! 1 Г  . 
102 Личный  фонд  М. С.  Андрееьа,  д.  113. 
103 Там  же.  д.  123. 
104 Там  же.  д.  113. 
105 Там  же. д.  128­ 129. 
106 Там  же.  д.  131. 
107 Там  же.  д.  133. 
•08 Там  же,  д.  136. 
109  Там  же. д.  130. 
110  Там  же, д.  128. 
111  Там  же,  д.  128. 
112  Там  же,  д.  128. 
113 Там  же, д.  129. 
114  См. Х­  Ф. А к р а  м о в а.  Из  эинстолярнот  наследия  М. С 
дреева.  стр.  15—42. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Они со своими многочисленными  штатными  делопроизво­
дителями  и служащими  лицами  вскоре  превратятся  в 
дорого  обходящиеся  государству  административные  ор­
ганизации.  «Считать,  —  отмечал  М.  С.  Андреев,  — что 
возможно будет  разом  внезапное  развитие учебного дела 
в каждом  из этих самотоятельных  теперь  административ­
ных делений  (в Ходженте,  Голодной  степи, Ура­Тюбе, и 
Джизакс. — X. А. и  Н. А.), чтобы оправдать  возникнове­
ние в них самостоятельных  Советов  народного  образова­
ния при серьезных  требованиях к учебному делу,  вряд ли 
представляется  возможным, 
по  крайней  мере  в  насту­
пающем  учебном  году, и вот  по каким  причинам:  а)  нет 
достаточного  количества  учебников,  тетрадей  и  учебных 
пособий  вообще  даже для  существующих  уже  училищ..., 
6)  нет достаточно  кадров  квалифицированных  учащих и 
подготовка  таковых  займет  довольно 
продолжительное 
время. Открывать же школы с несоответствующим  соста­
вом  учителей  — это  значит  неправильно  поставить,  ди­
скредитировать  и значительно  испортить  дело  с  самого 
начала  — поправлять  испорченное  гораздо  труднее, чем 
создать  новое».  М. С.  Андреев  считал  целесообразным 
объединение  руководства.  учебным  делом  в  указанных 
районах  в  едином  Совете  народного  образования/1* 
Активное  участие  М.  С.  Андреева  в  перестройке  народ­
ного образования  на  новых  началах  и  обусловило  его 
назначение  в  1918 г.  первым  советским  Комиссаром  на­
родных  училищ  2­го  района  Самаркандской  области.419 
Обязанностей  у советского  комиссара  было  значительно 
больше, чем у дореволюционного  инспектора. 
М. С.  Андреев,  помимо основных  своих  дел,  заботил­
ся  также  об  устройстве  санитарной  станции,  где  утом­
ленные  и  истощенные  малярией  или  другими  болезнями 
учащиеся  и учителя  могли  бы  отдохнуть  и  восстановить 
в течение летних  месяцев  свое  здоровье.  Он  составил 
карту  местности  и описал  маршруты  поисков  мест оздо­
ровительных  учреждений  —  курортов  в  районе  Турке­
станского  хребта,  «...живительный  горный  воздух, — 
считал  он, — карабкание  по  горам,  игры  и  гимнастика 
были бы основным  лекарством». 
После  одобрения  и утверждения  карты  и  плана  мар­
шрута  Советом  солдатских  и  рабочих  депутатов  Ход­
жентского  уезда  началось  первое  изыскательное  высоко­
горное  восхождение  в  Советском  Туркестане,  в  котором 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
номной области  А. Ш. Шакиров, во время беседы с нами, 
сообщил,  что  он  по  поручению  ЦК  КП  Таджикистана 
дважды  доставлял  продукты  питания  и  навещал  М.  С. 
Андреева  в долине Хуф. 
Человек  кристальной  честности,  самоотверженности, 
горячий  патриот  изучения  края,  М. С.  Андреев  писал  в 
годы  Великой  Отечественной  войны:  «Смело  можем  гор­
диться  нашими  советскими  учеными  и  высокой  культур­
ностью  нашей  власти,  которая  понимает,  что  останавли­
вать  научную  работу 
в  ее  серьезных 
проявлениях,  по 
крайней  мере,  нельзя».098  «Не  могу  удержаться,  — гово­
рил  М. С. Андреев, — чтобы  не сказать  чистосердечно и 
искренне, что  крайне жалко, что  не могу  присоединиться 
к  сражающимся,  чтобы положить  свою жизнь  на  защиту 
Родины... 
Все, что мог  — это предложил  себя, несмотря  на  ста­
рость  и  болезнь,  на  все,  чем  я  могу  быть  полезен,  зна­
нием  языков  или  же  быта,  предоставлением  редких  эк­
земпляров  книг  из своей  собственной  библиотеки.  Всегда 
рад  служить  нашему  правительству».699.Далее,  испыты­
вая  удовлетворение  от  своей  деятельности  в области  во­
стоковедения,  от  поддержки  научной  работы  партийны­
ми и советскими  органами,  М. С. Андрев  писал:  «даже и 
в такие трудные  моменты,  в  каких  мы находимся  сейчас, 
напрягая  все  наши  силы  на  борьбу  с  врагом,  мы  все  же 
находим  возможность  и решимость  продвигать  нашу  со­
ветскую  науку  и в других  (мирных.  — X. А. и  Н. А.)  на­
правлениях».700  ' 
Определяя  задачи  экспедиции  1943 г.,  М.  С.  Андреев 
отмечал:  в  верховьях  реки  Пяндж,  в  глухих  замкнутых 
высокогорных  долинах,  сдавленных  Гиндукушем  и  Па­
мирами,  очень труднодоступных,  из­за  их крайней  изоли­
рованности  (открывающихся  для  связи  с  внешним  ми­
ром  только  на  самое  короткое  время  года)  сохранились 
до  наших  дней  восточноиранокис  языки  —  языки  древ­
нейшего  населения  Средней  Азии  и дошли  до  нас в виде 
реликтов' следы  удивительных  обычаев 
и  переживания 
первобытных  этапов  культуры.  Эта  сокровищница  для 
науки,  для  понимания  жизни  самого  отдаленного  прош­
лого  Средней  Азии.  Но  с проведением  после  установле­
ния  Советской  власти  автомобильных  путей  и  уста­
новлением 
воздушного 
сообщения 
остатки 
старого 
быта 
исчезают  с  невероятной  быстротой.  Погибает 
155 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ведения,  установившего  большое  количество  новых,  на­
дежно  доказанных  фактов  в области  восточной  филоло­
гии и истории».24 
Не  следует  забывать  также  и о том,  подчеркивает 
В. В. Струве, что бесспорные «успехи  советского востоко­
ведения  были  обусловлены  наряду  с  неизменным  содей­
ствием  нашей  родной  Советской  власти  подлинным  со­
дружеством  старых  и  молодых  научных 
работников­
востоковедов.  Традиции  школ  великих  русских  ученых, 
продолжавшие  развиваться  и воспринимаемые  в свете 
марксистско­ленинской  методологии,  содействовали  ре­
шению задач,  которые  ставила  перед  востоковедением 
наша  великая  эпоха».25 
Отмечая  большое  значение содружества  старых доре­
волюционных  востоковедов  с молодыми  советскими  уче­
ными, М. С. Андреев  говорил: «Это та дружеская  и куль­
турная  услуга, которую  мы обязаны  сделать  по сохране­
нию великого  прошлого  народов  Средней  Азии, достиг­
ших  высоких  степеней  развития  еще  тогда,  когда  наро­
ды запада  и севера  Европы  находились еще далеко в от­
сталом  состоянии».20 
Без  такого  содружества  не  могли  быть  выполнены 
указания  В.  И. Ленина  о привлечении  старой­  научной 
интеллигенции к новому социалистическому  строительству 
в нашей  стране:  «Их знания, их опыт и труд нам нужны, 
без  них  невозможно  на  деле  взять  ту  культуру,  которая 
создана  старыми  общественными  отношениями  и оста­
лась как материальный  базис социализма».27 
Благодаря  мудрой  политике  Коммунистической  пар­
тии  и  ее  вождя  В. И.  Ленина,  величайшего  «защитника 
OR 
и 
науки»/8  по  отношению  к  старой  интеллигенции,  подав­
ляющее  большинство  ученых  преодолело  сомнения  и ко­
лебания,  и своим талантом, творческими  способностями, 
своим  неутомимым  трудом  стало  активно  участвовать 
в  социалистическом  строительстве.29  Одним 
из  таких 
неутомимых  тружеников, посвятивших  свой ум и органи­
заторский  талант  становлению  советского  востоковеде­
ния, был Михаил Степанович Андреев. 
Как  ученый  М.  С. Андреев  сформировался  в дорево­
люционный  период.  Однако  наиболее  плодотворно  он 
работал  после  установления  в крае  Советской  власти. 
М. С. Андреев  проявил  себя  как  одаренный  этнограф и 
лингвист,  знаток  быта  и обычаев,  языков  и  говоров  на­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
было. 
Но 
M.  С. 
нашел 
выход 
из  положения. 
Он  приступил 
к  обследованию 
народной 
архитек­
туры  так  называемого  «старого  города»  Ташкента— 
квартальных 
мечетей 
и  жилых  домов.673  Не  огра­
ничиваясь  фотографированием  и  сбором  от  населе­
ния  и народных  мастеров  сведений об этих  постройках,680 
M  С.  решил  по  возможности  собрать  образцы  архитек­
турной  декорации  для  музея.  Первым  его  шагом  в этой 
области  был  перенос  в музей  роснисного  потолка  айвана 
небольшой  мечети, находившейся  около  медресе  Бегляр­
беги,  которая,  в связи  с разбивкой  на  его  месте  сквера, 
подлежала  разборке. 
Переноска  фигурного  потолка  с 
массой  мелких  деталей 
было  делом  нелегким.  Однако 
М.  С.  сумел  найти  среди  мастеров  и  плотников  очень 
добросовестного  и любящего  свое дело  мастера, Малика 
Абду­Маджидова,681  который  в течение  многих лет потом 
выполнял  для  Музея  искусств  (в Ташкенте  и в экспеди­
циях)  работы  по съемке  и  монтажу  не только  деревян­
ных  деталей  (потолков,  дверей),  но  и  ганчевых  декора­
ций.  К  реставрации  последних  вскоре  был  привлечен  и 
способный 
ташкентский  резчик 
по  гаичу  усто  Усман 
Икрамов,  который  очень  хорошо  производил 
реставра­
цию взятых  в музей  разных  ганчевых  и изразцовых  пан­
но и пр.».е82 
М. С. Андрееву  приходилось  неоднократно  доказы­
вать  необходимость  организации  экспедиции 
по сбору 
материалов и приобретению  экспонатов  в наиболее круп­
ных  городах  Средней  Азии  — Бухаре, Хорезме  и Ферга­
не. Настойчивость  ученого  привела  к желаемому  резуль­
тату.  «В связи  с задачами  социалистического  строитель­
ства  и  необходимостью  создания  нового  «искусства,  на­
ционального  по  форме  и социалистического  по  содержа­
нию», перед  народами  Средней  Азии  в  настоящее  время 
во всей  полноте  встал  вопрос  об изучении  и использова­
нии  для  этого  старого  среднеазиатского  искусства,  пре­
красные  образцы  которого,  дошедшие  до  нас,  часто  по­
ражают  своими  необычайно  высокими  художественными 
достижениями.  Музей  искусств  Узбекской  ССР  с целью 
приобретения  от  населения  и собирания  лучших  и инте­
ресных  образцов  старого  искусства  для  того, чтобы сде­
лать  их доступными  для  обозрения  широкими  массами 
трудящихся  и  использовать  для  нужд  социалистическо­
го  строительства,  снаряжает  в  настоящее  время  специ­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
­ 
См.  В.  А.  В о р о н и м а .  Резное  дерево  Зарафшанской  долины.  — 
«Материалы  и исследования  по археологии  СССР», Л«  15. М.­Л..  1950, 
стр. 210—212. 
3.8  А.  И.  13 е р il ш т а м.  Историко­археологическне 
очерки  Цен­
трального  Тянь­Шаня  и Памиро­Алая,  стр.  138. 
3.9  Б.  П.  Д е й и к е . 
Архитектурный 
орнамент 
Средней  Азии. 
М.­Л.,  1939­ стр.  116—120. 
320 См. Резьба  по дереву  в долине Зарафшана,  стр. 26—27. 64—65, 
70, 72. 
321  Б.  А. Л и т в и н с к и и. Археологическое  изучение  Таджикиста­
на  советской  наукой,  стр. 8­
322 Личный  фонд М. С.  Андреева,  д.  16; см, также  М. С. Андреев. 
Деревянная  колонна  и Матче, стр.  116. 
323  А.  К.  П.исарчик.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  16. 
32';  См.  М.  С­  А н д р е е в .  Прозвища  жителей  различных  селений 
в  Матче  (верховья 
р. 
Зеравшана).— «ДАН 
СССР  —  В», 
1924 
октябрь—декабрь«  стр.  173—176. 
'325  См.  X. Ф.  Акра  м о в а.  М.  С.  Андреев  как  инспектор  народ­
ных  училищ,  стр. 43—68. 
; 
' 
32,î Очерк  развития  народного  образования  в  Туркестанском  крае. 
Составил  инспектор  народных  училищ  Туркестанского  края  1­го  райо­
на  С.  Грамениикий.  Ташкент,,  1898. стр­ 36. 
327 Личный  фонд  М. С. Андреева,  д.  168. л. 7. 
325  Курсисты  обучались  разговорной  русской  речи, чтению  и пись­
му  по­русски  и  исчислению.  ­­  См.  Очерк  развития  народного  обра­
зования  в  Туркестанском  крае.  Составил  инспектор  народных  учи­
лищ  Туркестанского  края  1­го  района  С.  Граменнцкий.  Ташкент,  1898. 
стр. 48*. 
329 ЦГИА  УзССР. ф. 47. оп.  1. д. 408, л. 3; см. также  д. 295, л. 344. 
330 ЦГИА  УзССР, ф. 47, оп.  I, д.  1728. лл.  1—4. 
331  См. X. Ш­  И но я тов.  Ответ  фальсификаторам  истории  совет­
ской  Средней  Азии  и  Казахстана.  Ташкент,  1962,  стр.  8—10. 
* 
332  Т.  Т а и р о в .  Из  истории  народного  образовании  в  северных 
районах  Таджикистана  в  дореволюционный  период.  —­«Уч.  зап.  Ду­
шанбинского  госпединститута  им.  Т.  Г.  Шевченко,  кафедра  истории 
КПСС  и  политэкономии»,  т.  32,  Душанбе,  1964.  стр.  177:  см.  также 
II.  А­  В а с и л ь е в .  Некоторые  сведения  о  народном  образовании  в 
Ходжентс  и  Ура­Тюбе  в  1910—1917  гг.  и  в  первые  годы  после  Ок­
тября.  — «Сообщ.  ТФАН  СССР»,  вып.  9.  Сталинабад.  1948.  стр.  28. 
333  Личный  фонд  М.  С.  Андреева.  Воспоминания,  л.  7. 
334  Т.  Т а и р о в .  Из  истории  народного  образования,  стр.  177. 
335  Личный  фонд  М.  С  ­Андреева.  Воспоминания,  лл.  7—8. 
336  См.  ЦГИА  УзССР,  ф.  47.  оп.  1, д.  1732.  лл.  2,  5;  см.  также 
Личный  фонд  М.  С.  Андреева.  Воспоминания,  д.  168,  лл.  8—9. 
337 ЦГИА  УзССР,  ф. 47, оп.  I, д.  1733, л. 4 
338  М.  А л д р ее  в.  Руководство  для  первоначального 
обучении 
сартовскому  языку  в  Ташкентском  реальном  училище,  1890. 
198 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
умел  без  всяких  выговоров  и  наказаний  заставить 
учиться».169 
В  период  педагогической  деятельности  В.  П.  Налив­
кина,  с января  1885  до  мая  1890  г.,  семинария  стала 
научным  центром  по  изучению  узбекского  и таджикско­
го  языков.  Наливкин  не ограничивался  в  преподавании 
узкими языковыми  рамками, а попутно прививал  интерес 
семинаристам  к изучению хорошо ему знакомых  обычаев 
узбеков  и таджиков, к истории  Средней  Азии.170  По  ини­
циативе  Наливкина  практиковалась  отправка  воспитан­
ников  семинарии  на летние каникулы в кишлаки с целью 
сбора  этнографических  материалов  и т. д.171 К  великому 
огорчению будущего этнографа  и диалектолога  М. С. Ан­
дреева, в 1890 г. В. П. Наливкин  был назначен  инспекто­
ром  мусульманских  школ  в  Туркестане  и вынужден  был 
покинуть  семинарию.172 
Вспоминая  о  случившемся, 
М.  С.  Андреев  пишет:  «На  второй  год  моей  учебы 
В. П. Наливкин получил какое­то назначение  и ушел, а его 
заменил  некто  (Г. А.)  Митропольский,173  окончивший 
когда­то  Лазаревский  институт,  но давно  уже  забывший 
все, что знал, работал  много лет совсем в другой области. 
При нем  учащиеся  ничего  не делали,  на  уроках  открыто 
играли  в  шашки,  читали  книги  и т. д.  Он  этому  не пре­
пятствовал,  вызывал  самых  слабых  учеников,  заставлял 
их читать  и кое  в чем  мог их,  конечно,  поправлять». 
Убедившись в недостаточном  знании  языка, М. С. Ан­
дреев  решил  заниматься  самостоятельно.  Он  начал  с то­
го, что стал  зубрить  наизусть  словарь  Наливкина174  и да­
же  подбил  на  это одного  из своих  товарищей,  который, 
впрочем, скоро охладел к этому занятию. Между тем в се­
минарии  распространился  слух о том,  что  М. С. Андреев 
учит  наизусть  словарь. Этот  слух  дошел  до  директора  и 
до  В.  Н.  Наливкина.  Однажды  директор  вызвал  стара­
тельного  семинариста 
и  сказал:  «Владимир  Петрович 
Наливкин  просил  сказать  тебе, чтобы ты приходил  к не­
му  заниматься».  М.  С.  Андреев  с  восторгом  принял  это 
предложение  и  начал  читать  текст  «Калила  и Димна». 
Учиться  тогда  было  очень  трудно,  так  как  не  было  сло­
варей  и пособий.  Наливкин  знал  языки  прекрасно  и да­
вал  необходимые разъяснения.175 Занятия  с В. П. Налив­
киным  как  в семинарии,  так  и затем  у  него  на  дому 
«были для  меня  настоящим  спасением»—писал  М. С. Ан­
дреев.170 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
I 
ВВЕДЕНИЕ 
Соседство  со  многими  странами  Востока,  дипломати­
ческие,  культурные  и торговые  связи  способствовали  по­
явлению  и  развитию  в  России  востоковедческой  науки, 
которая  к середине  XIX  века  была 
представлена  круп­
нейшими  учеными:  Березиным,  Васильевым,  Вельямино­
вым­Зерновым,  Григорьевым,  Дорном,  Петровым,  Ханы­
ковым, Френом  и другими. 
Характеризуя  развитие  отечественного 
востоковеде­
ния, В. В. Бартольд  отмечал: 
«В XIX  веке изучение  Востока  сделало  в  России, мо­
жет  быть,  еще  более значительные  успехи,  чем  в  Запад­
ион Европе».1 
«Выдающиеся  представители  отечественного  востоко­
ведения,  — подчеркивает 
академик  Б.  Г.  Гафуров, — 
создали  традицию  научной  принципиальности,  уважения 
к культуре,  языкам,  быту  народов  Востока,  научной  кри­
тики  источников,  накопили  большой  опыт  исследования 
и  публикации  восточных  текстов.  Гуманистическая,  де­
мократическая  тенденция  в дореволюционном  отечествен­
ном  востоковедении  послужила  основой 
преемственной 
связи лучших  традиций  востоковедной  науки».2 
Одним  из основных  направлений  отечественного  восто­
коведения  было  изучение  прошлого  народов  Средней 
Азии.  Русские  ученые  внесли  весомый  вклад  в  изучение 
истории,  археологии,  этнографии  и  лингвистики  народоз 
Средней  Азии  вообще,  таджикского  народа,  в  особенно­
сти.3 В этом плане  труды  Н. В. Ханыкова,  В. В. Бартоль­
да,  М.  С.  Андреева,  А.  А.  Семенова  являются  одним  из 
важнейших  разделов  востоковедческой  науки.4 
9 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
понимают  и  разговаривают  друг  с  другом  и  всегда  под­
черкивают,  что  у  них  один  общий  язык.  Говорить  поэто­
му можно  в настоящее  время  скорее о говорах,  наречиях, 
чем  о  диалектах».  «Сами 
ягнобцы,  —  писал  М.  С.  Ан­
дреев,  —  склонны  различать  среди  себя  четыре  гозора, 
согласно  существующему  естественному  делению  страны 
на  четыре  части:  1)  говор  «Теневой  стороны»...;  2)  говор 
«Солнечной  стороны»...;  3)  говор  «Верхней»  части  Ягно­
ба... и 4)  кульский  говор  селений, расположенных  по ле­
вому  притоку  р.  Ягноб­Дарьи».  М.  С.  Андреев  считал, 
что  сами  ягнобцы  различали  эти  говоры не особенно  уве­
ренно  и  некоторые  из  них  считали,  что  существует  ско­
рее только  три говора—теневой,  солнечный  и  кульский.652 
Новейшие  исследователи  ягнобского  языка  выделяют 
в  нем два  говора:  западный  и восточный, причем  первый 
соответствует  «теневому»  и  «солнечному»  говору  класси­
фикации  М.  С. Андреева,  а  восточный  — «кульскому»  и 
«верхнему»  говору М. С. Андреева.  Однако М. С. Андреев 
был,  несомненно,  прав,  подчеркивая  «сложность»  ягпоб­
­ ской диалектологии:  наряду  с западным  и восточным, су­
ществуют,  по  А. Л.  Хромову,  переходные  говоры, причем 
неоднородные  — степень 
смешения 
признаков  восточ­
ного и западного  говоров в них  различна.653 
В  Ягнобе  М. С.  Андреев  и  Е. М. Пещерсва  сделали 
большое  число  фольклорных  записей,  а  также  запиеей 
текстов  этнографического  содержания  и  отдельные  фра­
зы  — все  на  ягнобском  языке.  Как  указывалось  выше, 
вместе  с М.  С. Андреевым  приехал  в Ташкент  житель 
сел.  Маргтумайн  старик  Мулло  Ниёз,  помощь  которого 
в  выверке  записей  оказалась бесценной  (эта  работа  была 
произведена  в  конце  1927  —  начале  1928  гг.).  В  обра­
ботке  текстов  помогала  участница  экспедиции  Н.  В.  Ру­
синова.  Были  осуществлены 
переводы  этих  текстов. 
М.  С.  Андреев  с  участием  Н.  В. Русииовой  составил 
ягнобско­русский  словарь  и  таблицы  глаголов,  которые 
содержали  часть  лексики  собранных  текстов;  М.  С. Ан­
дреев  сделал  также  отдельные  заметки 
по  грамматике 
ягнобского языка. Познакомившийся  с рукописями  ягноб­
ских  текстов 
М.  С.  Андреева  А.  А.  Фрейман 
(март 
1928 г.)  писал:  «Только  что  получил  Ваше  письмо  от 
­  27  февраля  1928  г.  Известие  об  уже  готовом  к  печати, 
притом  столь  обильном  фольклорном 
ягнобском  мате­
риале  чрезвычайно  меня  обрадовал,  и  я  не  могу  отка­
10~2"7. 
. 
145 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ся  в Центральном  государственном  архиве  Таджикской 
ССР. 
Использованные  нами  документы  и  материалы  из 
других  фондов  музеев,  научных  организаций  и  обществ 
Ленинграда,  Ташкента,  Самарканда,  Ленинабада,  Ду­
шанбе  и других  городов  во  многом  обогатили  наши  све­
дения  о сотрудничестве ученого с музеями. 
Важнейшим  источником  явились  научные  труды  са­
мого  М. С.  Андреева,  печатные  отчеты  о  его  научных 
экспедициях  и командировках.  Отдельные,  порой  весьма 
ценные  сведения  о  жизни  и  научной  деятельности 
М.  С. Андреева  были  извлечены  из  историографической 
литературы 
и  официальных 
материалов  тех  научных 
учреждений, в которых  работал  М. С. Андреев. 
Мы  использовали  материалы  бесед  и учли  замечания 
товарищей,  близко  знавших  М. С.  Андреева 
и  работав­
ших  вместе  с  ним  —  академика  Б.  Г. Тафурова,  акаде­
мика  Академии  наук Таджикской  ССР  3. Ш.  Раджабова, 
члена­корреспондента  АН Таджикской  ССР  Б.  И.  Искан­
дарова,  докторов  исторических  наук  А. М.  Беленицкого, 
Н.  А. Кислякова,  Е.  М.  Пещсровой,  М.  В.  'Попова, 
О. А. Сухаревой, доктора  филологических  наук  С.  Д.  Ко­
миссарова,  заслуженного  деятеля 
науки 
Таджикской 
ССР  А.  К.  Писарчик,  кандидатов  филологических  наук. 
Р.  Л.  Неменовой,  X. Каримова,  кандидатов  историче­
ских  наук  М.  Н.  Ивановой,  М.  В. Сазоновой,  А. Ш.  Ша­
кирова,  поэта  Т. Пулоди  и знавших  его жителей  Ходжен­
та  (Ленинабада)  Ходжихан  Умарова,  Ата­Мулло  Азимо­
ва, X. Эшонова  и др. 
Многие  коллеги  участвовали  в  обсуждении  этой  ра­
боты, сделали  очень  ценные  замечания  и сообщили  важ­
ные сведения. Среди  них  мы  должны  прежде  всего отме­
тить  заслуженного  деятеля  науки  Таджикской  ССР, док­
тора  исторических  наук,  профессора  А.  Р.  Маджлисова, 
докторов  'Исторических  наук  Е.  А. Давидович,  Н. А. Хал­
фина,  доктора  географических  наук  В.  В.  Цыбульского, 
кандидатов 
исторических 
наук 
Н.  А.  Кузнецовой, 
Л.  М.  Кулагиной  и  Юсупова  Ш.  Авторы приносят глубо­
кую  благодарность  всем  вышеперечисленным  коллегам. 
Драгоценные  сведения о научной биографии  М. С. Ан­
дреева  имеются  в  работе  ученика,  помощницы  ученого, 
видного  этнографа  Таджикистана  Антонины  Константи­
новны  Писарчик.  В  19G0 г. А. К­  Писарчик  опубликовала 
27 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 
Еще  со  школьной  скамьи  М.  С. Андреев  интересовал­
ся  историей,  лингвистикой  и  этнографией  народов  Сред­
ней  Азии.  Находясь  в  гимназии,  он  начал  изучать  мест­
ные  языки,  и эта  страсть  привела  его  в  Туркестанскую 
учительскую  семинарию.  Здесь  преподавались  таджик­
ский, узбекский  и арабский  языки.  Под  руководством  из­
вестного  востоковеда 
В.  П.  Наливкима 
семинарист 
М.  С. Андреев  получил  прочные  знания 
восточных  язы­
ков,  познакомился  с  бытом  народов  Средней  Азии. 
М.  С.  Андреев  вышел  из  семинарии  прекрасным  зна­
током  местных  языков, о чем свидетельствует  назначение 
только  что  окончившего  Туркестанскую  учительскую 
семинарию  М.  С. Андреева  преподавателем  таджикского 
и узбекского  языков  как  в самой  семинарии,  так  и в 
Ташкентском  реальном  училище.  Непрерывные  поездки 
по  городам  и селам  Средней  Азии,  во  время  которых  он 
углублял  свои  знания 
в области  истории,  языка,  быта, 
а  также  археологии,  неустанное  ведение  записей  и  сбор 
огромного  фактического  материала 
содействовали  при­
обретению  М.  С.  Андреевым  энциклопедических 
знаний 
а области  туркестановедения. 
Став  инспектором  народных  училищ  2­го  района  Са­
маркандской  области  в  1914—1918  гг.,  он  способствовал 
росту  школ,  улучшению  системы  обучения.  Много  вни­
мания  и энергии  ученый  посвятил  привлечению  детей 
местных  национальностей  в  русско­туземные  школы. 
Педагогическая  деятельность  М. С.  Андреева  продол­
жалась  и после  революции.  Его организаторскому  талан­
ту,  настойчивости  и  целеустремленности  «о  многом  было 
172 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
чал  М. С. Андреев  в своем  научном  отчете за  194о г. 
При написании  книги мы во многом  опирались  на  ра­
боту  А. К.  Пнсарчик  и считаем  своим  долгом  выразить 
ей  искреннюю  благодарность  за  многочисленные  советы 
и любезно  представленную  нам  возможность  ознакомле­
ния  с  малоизвестными  архивными  материалами  и труд­
нодоступной  литературой. 
С  большой  благодарностью  мы  должны  отметить 
участие в работе над книгой ее научного  редактора, док­
тора  исторических  наук  Б.  А.  Литвинского,  чьими  цен­
ными  советами  авторы  пользовались  в  процессе  написа­
ния книги и подготовки  ее к. печати. 
г­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
достичь  добра,  необходимо  знать 
русский  язык  и  рус­
скую культуру. 
Русские  видят  мир.  Если  ты  будешь  знать  их  язык,. 
то на мир откроются твои  глаза... 
Изучай  культуру  и  искусство  русских  —  это  ключ  к 
жизни'.  Если  ты  получишь  его,  жизнь  твоя  станет 
легче... 
Узнавай  у  русских  доброе,  узнавай,  как  работать  и 
добывать  честнымтрудом  средства  к  жизни.  Если  ты  это 
достигнешь,  то  научишь  свой  народ  и защитишь  его от 
угнетения»3­ и т. д. 
Открытие  русско­туземных  школ  в  истории  общест­
венно­просветительной  жизни  края  играло  положитель­
ную роль.396 В них, но сравнению  с  мусульманскими  мак­
табами  и  медресе,  несравненно  шире  преподавали  свет­
ские  знания,  применяли  более  прогрессивную 
методику 
преподавания.  Самым  популярным  нововведением  было 
обращение  к  изучению  русского  языка  и звуковой  метод 
обучения  грамоте.  Как  уже  отмечалось,  • в  русско­тузем­
ных  школах  ученики  впервые  знакомились  со  светскими 
науками:  арифметикой,  историей,  географией  и  другими. 
Русско­Туземные  школы  отличались от мактабов и  медре­
се  внешней 
обстановкой.  В  классных 
комнатах  были 
окна  со  стеклами,  имелись  железные  печурки,  мебель, 
шкафы,  витрины;  учащиеся  сидели  не на  полу,  а  за  пар­
тами,  применялись  наглядные  пособия  —  стоячие  счеты,. 
разрезная  азбука,  таблицы  умножения,  карты,  изготов­
ление  которых,  говорил  М. С. Андреев,  «отнимало  много 
труда  и  времени».  Наконец,  в  русско­туземных  школах 
не  применялись  характерные  для  религиозных 
мусуль­
манских  школ  суровые  телесные  наказания.  Все  это  не 
могло  не  вызывать  симпатий  населения  местной  нацио­
нальности  к этим  школам.  «Я убежден,  —  вспоминал 
Фуркат,  — что  если  бы  каждый  из  наших  учащихся  по­
бывал  в  каком­нибудь 
русском  учебном  заведении, то­
своя  школа 
(т.  е.  старометодный 
мактаб  или  медресе) 
ему  сделалась  бьТпротивной.  Ни  порядка  в  обучении, ни 
обстановки  в  учебном  заведении  у  нас  нет,  ни  тепла,  ни 
чистого воздуха  нет v нас в школах».397 
Характерно,  что  в  беседе  В.  В.  Бартольда 
с  одним 
молодым  узбеком,  прошедшим  курс  и мактаба  и  русско­
туземной  школы,  на  вопрос,  какая  школа  ему  нравится 
больше,  последний  ответил:  «Не  знаю,  как  будет  на  том 
76 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
«Несмотря  на  скромный  заработок,  мои  родитель 
(они  были  мещанами.  — X. А. и  Н.  А.)100  постарались, 
когда  я  подрос,  отдать  меня  в  Ташкентскую 
гимназию 
(я  был  единственный  сын).  Продолжая  учиться  в  ней,  я 
почувствовал  некоторый  интерес  к  местным  языкам,  ко­
торые  я не знал,  и начал  стремиться  к их изучению.  Это 
тогда  было  для  не имеющего  руководства  и  пособий 
мальчишки  очень  трудно,  вернее  даже  невозможно.  Я 
оставил  поэтому  гимназию  и  перешел 
в  местную.учи­
тельскую семинарию, где не только тогда  преподавались 
местные  языки  (персидский  и  узбекский,  отчасти,  одно 
время,  арабский),  но  где  был  такой  прекрасный  препо­
даватель,  как  известный  знаток  языков  и  быта  Средней 
Азии  покойный  В. П. Наливкин».151 
Гимназист М. С. Андреев, получивший  хорошие  отмет­
ки152 по  основным  предметам,  прошел  по  конкурсу153  л 
был  принят  в четырехклассную  мужскую  учительскую 
семинарию  г.  Ташкента,  являвшуюся  тогда 
единствен­
ной  педагогической  школой  на  всей  территории  Средней 
Азии.15' 
Учебный план по семинарии  включал  изучение  следу­
ющих  предметов:  педагогика,  русский  и  церковно­слз­
вянский  язык,  математики,  местные  языки:  узбекский  и 
персидский  (таджикский),  русская  история  и  краткие 
сведения из общей  истории,  география,  естествознание и 
физика,  практика  местных  языков:  узбекский  и  персид­
ский  (таджикский),  чистописание,  черчение,  рисование. 
закон божий. 
Воспитанники  семинарии  обучались  пению  и  музыке. 
гимнастике  и ремеслам,  садоводству,  огородничеству.155 
Эти  занятия  проходили  в особо  назначенное  педагогиче­
ским  советом  время.,5е  В семинарии  изучали  сапожное и 
столярное  мастерство,157  а  в  1­м  классе  один  урок  в  не­
делю отводился  на восточную каллиграфию.158 
В  годы  учебы  Андреева 
в  Ташкентской'  семинарии 
парили православно­монархический  дух  и  великодержав­
но­шовинистическая  ограниченность.139  В  многочислен­
ных, порой  «секретных»  материалах,  хранящихся  в  Цен 
тральном  государственном  историческом 
архиве  Узбек­
ской ССР,  содержатся  инструктивные  письма  о  характе­
ре  обучения  в семинарии.  В  одном  из  них  отмечается: 
«Семинария  имеет  своей  задачей  приготовлять  учителей 
для  низших  школ  края  как  русских,  так  и  русско­тузем­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
671  «Отчет  о деятельности  Государственного  русского  географиче­
ского  общества  в  1929 году». Л.,  1930, стр­ 23. 
672  См.  Архив  Музея  археологии  и  этнографии  им.  М.  С.  Андре­
ева  при  Институте  истории  им.  А.  Дониша  АН  Тадж.  ССР.  Жури. 
поступлении,  колл.  № 93. 
673  Архив  Музея  истории  народов  Узбекистана,  шкаф  3.  пол.  2, 
кол. №  10. 
074  М.  С­  А н д р е е в . 
Таджики 
долины  Хуф 
(верховья  Аму­
Дарьи)­  вып.  1—2. 
675 М.  С.  А н д р е е в .  Полевок  отчет  по  этнолого­лингвистической 
поездке  в  Ягноб  (1934  г.).  — Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  24. 
670  М. С.  А н д р е е в .  Полевой  отчет  ло  этнолого­лингвистической 
поездке  в  Ягноб  (1934  г.).  — Личный  фонд  М­  С.  Андреева,  д.  24. 
077  Архив  по  Музею  искусств.  — См.  Личный  фонд  М.  С.  Андре­
ева.  д.  105; см. также.  Архив  ТашГУ,  ф. 22, on.  4, д.  1, л.  12. Об  исто­
рии  этого  музея  ­  см.  Музей  искусств  Узбекистана  (путеводитель). 
Ташкент,  1965  (составители  Н.  К­  Азизова  и др.). стр. 31—32. 
670  Автобиография  М. С. Андреева  и  материалы  к  ней. сгр.  10­  П. 
079  По  данному  поводу  — см. также  М.  С.  А и д р е е в.  Ташкент­
ские  памятники  и  архитектурный  орнамент 
(рукопись).  —  Личный 
фонд М.  С.  Андреева,  д. 89; он  же.  Материалы  по  постройке  ташкент­
ских  зданий.  — Там  же, д.  90. 
<W)  См­  также  М.  С.  А н д р е е в .  Цехи,  ремесла,  народные  масте­
ра.  — Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  91; он  же.  Первичные  записи 
но  резьбе  по  ганчу,  биографии 
мастеров/  терминологический  мате­
риал.  — Там  же, д. 92. 
681  См.  также  М.  С.  А н д р е е в . 
Записи 
от  усто 
Малика  и 
небольшая  сводка.  — Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  92. 
682  А.  К.  П и с а р ч и к.  Михаил  Степанович 
Андреев,  стр.  13; 
см.  также 
Автобиография 
М.  С .  Андреева 
и 
материалы 
к  ней, 
лл.  .10—12;  Автобиография  1944  г..  лл.  16­17;  Некоторые  дополни­
тельные  сведения  к  автобиографии,  1937, лл. 2—3 и др. 
083  .Личный 
фонд  М.  С.  Андреева,  Д.  105.  л.  29; '  см.  также, 
лл.  1  205 и ел. 
684  Автобиография  М.  С.  Андреева  и  материалы  к  ней.  л  12. 
605  А.  К.  П н с а р ч и к .  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  13;  см. 
также  М.  С.  А н д р е е в .  Старинные  свитки  —  альбомы  из  Бухары 
с  образцами  архитектурного  орнамента.  — «Изв.  Отд.  общ.  наук  АН 
Тадж.  ССР»,  вып.  10—11.  Сталинабад,  1956,  стр.  121 — 136;  он  же­
Орнамент  Средней  Азии  (рукопись).  —  Личный  фонд  М.  С.  Андре­
ева.  д.  87;  он  же.  Записи 
по  Бухаре  и Хиве 
во  время 
экспедиции 
1936  (дневник).  — Там  же,  д.  88;  oit  же.  Резьба  по  ганчу.  Ташкент, 
Ьухара.  Маргелан  (рукопись).  —  Там  же.  д.  92;  он  же."  Бухарские 
потолки,  жилой  дом  (рукопись).  — Там  же.  д.  95;  он  же­  Перечень 
и краткая  опись  хивинских  памятников  (рукопись).  — Там  же,  д. 90; 
он  же.  Путеводитель 
по  Хиве 
(рукопись).  —  Там  же,  д.  97  и  др. 
(Результаты  экспедиции  1936  г.  нашли  отражение  в статье  А.  К.  Пн­
сарчик.  Жилой  городской 
дом 
Бухары 
и  Хивы.  —  «Архитектура 
СССР».  1937, №  I). 
. 
. 
­
ил>'Ј  г>\:­пг 
217 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Политика  царизма  но  отношению  к  народам  Турке­
стана  сводилась  к тому,  «...чтобы  убить  среди  них  зачат­
ки всякой  государственности,  калечить  их культуру, стес­
нить  язык,  держать  их  в  невежестве  и,  наконец,  по воз­
можности  русифицировать  их».13  Не  удивительно,  что 
эксплуататорские  классы  России  в  глазах  эксплуатируе­
мых  народов  Средней  Азии  стали  рисоваться  как  непри­
миримый  враг.14 
Отношение  царизма  к  народам  Средней  Азии  было 
отношением  господства  и подчинения, отношением  метро­
полии  и  колонии.  Отношение  русского  народа  и  его  пе­
редовых  представителей  к  народам  Средней  Азии  было 
гуманным  и дружественным. 
«Если  колониальная  политика  царизма  была  направ­
лена  на  порабощение  народов  Туркестана,  если  царизм 
попирал  их  чувство  человеческого  и  национального  до­
стоинства, душил  всякое  проявление  национальной  куль­
туры. то  в лице  русского  народа  и прежде  всего  русско­
го  рабочего  класса 
пароды  Туркестана  нашли  своего 
верного защитника  и освободителя».15 
«Великий  русский  народ  по  своей  социальной  приро­
де всегда  был  другом  и товарищем  всех  народов  царской 
России, в том числе и народов Средней Азии».16 
Царизм  и  местные  реакционеры  всячески  препятство­
вали  развитию  культуры  народов  Средней  Азии. Однако, 
передовые  представители  русского  народа,  прежде  всего 
его интеллигенции, любовно  относились  к культуре  сред­
неазиатских  народов,  всемерно  способствовали  ее  про­
грессу.17 
Самоотверженный  труд  русских  исследователей,  ко­
торых  не останавливали 
ни  материальные,  ни  физиче­
ские трудности, был одним из ярких примеров, свидетель­
ствующих  о  прогрессивном 
значении 
присоединения 
Средней  Азии  к России. 
.  «Одним  из  результатов  присоединения  Средней  Азии 
было  основательное  изучение  ее  русскими  учеными,  что 
создавало  благоприятные  возможности  для  использова­
ния  природных  богатств,  возникновения  горной  промыш­
ленности», научно­исследовательских,  культурных  учреж­
дений и т. д.18 
Деятельность  передовых  представителей  русской  ин­
теллигенции  — востоковедов  — осуществлялась  вопреки 
официальной  политике  царизма.  Вот  почему  помещичье­
11 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
отсутствия  данных  нам  не удалось  выяснить  конкретное 
участие  М. С.  Андреева  в дальнейшей  работе  над этими 
словарями. 
«Наступил  1929  г.,  Таджикистан  в  первую  пятилетку 
вступает уже как  союзная  республика.  Впереди  — инду­
стриализация  народного  хозяйства, 
перевод  сельского 
хозяйства  на  социалистическую  основу.'  осуществление 
культурной  революции.  Необходима  во  всем конкретная, 
деловая  и повседневная  помощь  науки.  Находясь в Таш­
кенте, Общество не в состоянии  было вести  исследования 
прикладного характера,  ограничены  были в этом его воз­
можности. И  как  логическое  развитие  событий — Обще­
ство вошло отдельной  секцией  в состав  вновь созданного 
в Душанбе  Таджикского  государственного  научно­иссле­
довательского  института.  Такое  решение  было  принято 
9 сентября  1930 г.  на  общем  собрании  членов  Общества 
для  изучения  Таджикистана  и  иранских  народностей  за 
его пределами».534 В постановлении  собрания  говорилось: 
«1.  а)  Приветствовать  решение  Таджикского  правитель­
ства  о  необходимости  оживления  работы  общества  и о 
включении  его в качестве  секции  в состав  организуемого 
Таджикского исследовательского  института».535 
В 1930—1931  гг.  по приглашению  правительства  Тад­
жикской  ССР  М. С. Андреев  принимает  участие  в  орга­
низации  Объединенного  государственного  научно­иссле­
довательского института  Таджикской  ССР. Он  был  наз­
начен сначала  профессором,  возглавляющим  две  кафед­
ры, а  затем  заместителем  директора  Института.536  На­
званный  Институт  до  своей  реорганизации  в историко­
лингвистический  сектор  Таджикской  базы  АН  СССР 
(в мае  1933 г.)537 проделал  важную работу  в теоретиче­
ской  разработке  и  практической  помощи  в  решении  от­
дельных  вопросов  культурного  строительства  республи­
ки,  была  предпринята  попытка  подготовки  научных 
кадров.538 
С  1932 по первую половину  1934 г. М. С. Андреев вел 
курс таджикского  языка  в  Казахском 
педагогическом 
институте  в Алма­Ате,  когда  он  принимал  участие  в на­
учно­исследовательской  работе  Казахского  научно­иссле­
довательского  института  по  изучению  языка  и литерату­
ры и  одновременно  заведовал  этнографическим  отделом 
в Центральном  музее  Казахстана.539 
Во второй половине 1934 г. М. С. Андреев был пригла­
8­207 
ИЗ 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Варза­Минора,  Сангистане и  Варзе, о деревянной  колон­
не, обнаруженной  им  в селении  Куруте,  о древнем  дере­
вянном  михрабе  в селении  Искодаре, о  катастрофе, по­
стигшей  экспедицию — обвале  карниза  вблизи 
селения 
Хшартоба,  об угрозе  нападения  басмачей  и т. д. 
В  работе  дано  описание  двухскатных  крыш  в  долине 
Варзоба  и Бальджуана. Определяя  назначение двухскат­
ных крыш, автор сообщает, что «они являются  собственно 
покрышками,  своего  рода  зонтиками  для  плоских, обыч­
ного типа, среднеазиатских  крыш,  смазанных  глиной  и 
находящихся  под ними, иногда  на  некотором  расстоянии 
от  нижних  концов  двухскатной  крыши.  Промежуток 
между  двухскатной  крышей  и крышей­потолком  служит 
для  склада  запасов,  чаще  всего  сена».631  Сообщалось  о 
размере,  о  способе  постройки  таких  двухскатных  крыш. 
Очень  интересно  описание  токарных  станков,  приво­
димых  в движение  с помощью  подающей  воды.  Ученый 
подробно  рассказывает  о  токарных  мастерских,  устрой­
ствах  и  способах,  приводивших  в движение 
механизмы 
станков;  о токарном  промысле,  заключавшемся  в изго­
товлении  больших  деревянных  чашек,  употреблявшихся 
для пищи. Дано также  определение  времен  года  и указа­
ны часы  рабочего  дня  мастеров­обладателей  станков. 
Приводится  подробное  описание  быта  таджичек  селе­
ний  Варзоба  (материалы  эти  в  основном  были  собраны 
участникам  экспедиции  Е.  М.  Пещеревой),  в  частности 
участникам  экспедиции Е. М. Пещеровой), в частности .де­
вичьего  и  жеяокого  костюма, причесок, украшений и т д.632 
Научные  результаты  экспедиции  1925 г.  нашли  отра­
жение  также  в  работе  «Орнамент  горных  таджиков  и 
киргиз  Памира».033 В ней показано, что для  каждого  узо­
ра  имеется  свое особое  название  и,  что  очень  характер­
но, «ъ этих  названиях,  как  и в представлениях  вязавших 
женщин, до сих пор  сохранилась  и видна  связь  между 
узорами  и  предметом,  первоначальное  изображение  ко­
торого  легло  в основание  узора.  Таким  образом,  снова 
подтвердилось  мнение  о первоначальном  фигурном  про­
исхождении  первобытного  орнамента,  если  не  целиком, 
то,  по крайней  мере, в сравнительно  очень  небольшом 
применении чисто геометрических  форм».634 
Автор отметил,  что  «сознание внутреннего  смысла  ор­
намента,  как­­и названия  различных  узоров, уже  начина­
ют теряться  в народных  представлениях,  даже  в  таких 
140 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
свете,  ­но  на  этом  свете  русская  школа  нравится  мне 
больше».398 
Если  в конце  XIX  в. каждая  новая  русско­туземная 
школа  открывалась  под  нажимом  администрации,  то 
уже в начале XX в., по словам  академика  В. В. Бартоль­
да,  самими  местными  жителями  поднимался  вопрос  об 
открытии  русско­туземных  школ  в  том  или  ином  городе 
края.399 К  сожалению,  средства,  которые  отпускались 
тогда  на  содержание  русско­туземных 
школ  и  на  по­
стройку  для  них  помещений  из  казны  и  местных  город­
ских  и  земских  сумм,  были  далеко  недостаточны.400 
В одном  материале  тех лет  сообщалось  о положении  от­
крываемой  русско­туземной  школы.  Для  нее  требова­
лось,  кроме  «казенных  и земских  сумм,  еще  до  600  руб­
лей общественных  средств  на содержание  туземного учи­
теля  и на  наем  помещения  для  школы  и русского учите­
ля.  Такой  расход  нередко  бывает  очень  тяжел  и непоси­
лен  для  местного  населения,  а  потому  необходимо  было 
бы  обеспечить  содержание 
русско­туземных  школ  все­
цело  на  казенные  и земские  суммы,  освободить  от  этих 
расходов  местное  население.  Тогда,  несомненно,  число 
этих  школ  значительно  увеличилось  бы,  так  как  в  на­
стоящее  время  указанный  расход  на  них  местного  насе­
ления  является  важнейшим  тормозом  в  деле  их  распро­
странения».401  Но  царская  администрация  края  противи­
лась  расширению  государственных* дотаций  школам,  чем 
сдерживала увеличение  их количества. 
М. С.  Андреев, учитывая  ограниченность  средств, вы­
деляемых  на эти цели официальными  властями, обратил­
ся за  помощью к  местным  жителям.402 И  те, взяв  на  себя 
всю тяжесть финансовых  расходов, возбуждали  ходатай­
ство  об  открытии  русско­туземных  школ.  В  частности, 
благодарячнеустанной  заботе М. С. Андреева  и финансо­
вой  помощи  местных  жителей,  в  1915 г.  открылись  рус­
ско­туземные  школы  с  интернатом в Hay  и  Костакозс.403 
Характеризуя 
значение  русско­туземных  школ,  не 
следует  забывать,  что в них учились  главным  образом 
дети представителей  имущего состояния.404 
М. С. Андреев  оказывал  положительное  влияние  и на 
работу  мактабов.  В конце XIX — начале  XX вв.  во  всей 
Средней  Азии  началось  движение  за  реформу  традици­
онных мусульманских  школ, основные принципы и содер­
жание  обучения  в  которых  сложились  в  средние  века,  в 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
великое, 
совершенно 
исключительное 
научное 
на­
следство, 
доставшееся  нам 
от  прошлого.  По  сло­
вам  М. С. Андреева,  для  скорейшего 
зафиксирована 
того, что есть  ешс  сегодня  и чего  не  будет  завтра,  а  так­
же  для  некоторого  подведения  итогов  тому 
огромному 
материалу,  который  был  собран  раньше,  он  решил  пред­
принять  еще  одну  экспедицию,  так  сказать,  «суммирую­
щую».  После  посещения  долины  Хуф  в  1943  г.  ученый 
выражал  неподдельный  восторг  от  социальных  измене­
ний, принесенных  сюда  Советской  властью. 
«Экспедиция  начала  работать  в  очень  высоко  распо­
ложенной  в  горах  долине  Хуф,  входящей  в  администра­
тивном  отношении  в  состав  Рушанского  района  ГБЛО, 
связанной  с  прочим  миром  только  одной  узкой  тропин­
кой,  зигзагами  круто  спускающейся  вниз  к  берегу  Пян­
джа.  Когда­то  я  был  первым  европейцем,  узнавшим  о ее 
существовании  и  проникшим  туда  (в  1907  г;).  Но  какая 
огромная  разница  по сравнению  с тем, что  я  видел  рань­
те.  Па  130 домов  населения  имеются  уже  три  школы, 
четыре  года  тому  назад  в  долине  организован  колхоз  и 
даже  проведен  вверх  по'  головоломной  тропинке...  теле­
фон,  связавший  Хуф  с  телефонной  сетью 
Горно­Бадах­
ш а некой  автономной  области... 
Удивительные  реликты  быта  и  языки 
сохранились  в 
верховьях  Пянджа  исключительно  в  силу  замкнутости  и 
изолированности  горных  долин  в  течение 
тысячелетий. 
?1о  вот  настал 
конец  всему  этому.  За 
последние 
двадцать—тридцать  лет,  перерезая  «каменную  грудь», 
тровсдены  автомобильные  дороги,  соединившие  Горный 
Бадахшан  с  внешним  миром,  и,  вдобавок, 
организова­
лось даже  воздушное сообщение. 
И  как  сразу  рухнули,  словно  как  в сказке,  по  манове­
нию волшебной  палочки,  все преграды  и заслоны,  застав­
лявшие  застыть  здесь  человеческую  жизнь  и прогресс  на 
уровне  тысячелетней  давности. 
Широким  вихрем,  порожденным  Великой  революцией, 
ошеломляюще  вторгпулись  в  горные  страны  новые  идеи, 
общественные  устои  и  плеяды  технических  изобретений 
и  навыков.  II  как  сразу  при  этом  съежилось  и  с  порази­
тельной  быстротой  начало  исчезать  все  старое,  отжив­
шее.  нежизненное.  Но,  вместе  с  этим,  бесследно 
стали 
уходить  незаписанные  и  неизученные  ценнейшие  релик­
ты  древнего  быта  и  быстро  начали  изменяться  древние 
156, 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ства  крупнейших  знатоков  Средней  Азии,  профессоров 
В.  В. Бартольда  и  А. А.  Ф.реймана.481  Другой  активный 
деятель  Общества  — А.  А.  Семенов  —  еще  до  этого  в 
своем  письме,  адресованном  В.  В.  Бартольду,  сообщал: 
«На  днях  здесь  (т. е. в Ташкенте.  — X. А. и  Н. А.)  сфор­
мировалось  «Научное  О­во  для  изучения  Таджикистана» 
с 2 отделами:  1)  географии  и экономики  и  2)  историко­
филологическим  и  этнографическим».  Программа  Обще­
ства  очень  широкая.  Предполагается  издание  печатного 
органа.  Центр  общества  должен  быть  в  Ташкенте,  фи­
лиал  — в Душанбе.482  Уже  на  заседании  от  25  января 
1925 г.  был  поставлен  вопрос  о  составлении  и  затем  из­
дании  в  ближайшие  месяцы  тогда  еще  именуемого  спра­
вочника «Таджикистан». Правление Общества  принимает 
решение, обязывающее  своих  членов  в ближайшем  буду­
щем  привлекать  к написанию  справочника  сборника  спе­
циалистов  различных  научных  профилей,  которые  зани­
мались  и  занимаются  изучением  Таджикистана. 
Затем 
М. С. Андреев, как  член  правления  Общества,  обращает­
ся  к В. В.  Бартольду  со  следующей  просьбой:  «Глубоко­
уважаемый  Василий  Владимирович.  Я  писал а  прошлом 
письме483  об  образовании  здесь  Общества  для  изучения 
Таджикистана,  пока  тесно  примыкающего  к  новому  тад­
жикскому  правительству  и  начавшему  свое  существова­
ние  при  его  поддержке.  На  первых  же  шагах  Об­во  по­
лучило  предложение  от  таджикского  правительства  из­
дать  справочную  книжку  по  Таджикистану.  В  числе  от­
делов  имеется  от (дел)  2 — «Исторический  очерк».  Еди­
ногласно  на  заседании  было  решено  обратиться  к  Вам  с 
покорнейшей 
просьбой  не  отказать  принять  это  на 
себя...».184 
Благодаря  поддержке  правительства  и огромной  энер­
гии  членов  правления  Общества  за  короткий  срок  был 
подготовлен  к печати  и издан  сборник  статей  под  общим 
названием  «Таджикистан»,485  в  котором  было  помещено 
13 очерков  — статей,  посвященных  истории  и  этногра­
фии  таджиков,  флоре и фауне  края,  его природным  усло­
виям,  путям  сообщения  и  экономике.  В.  В.  Бартольдом 
была  написана  статья  «Таджики.  Исторический  очерк». 
В  ней  автор  вкратце  изложил  историю  таджикского  на­
рода  от  IV  в. до  н. э.  до  присоединения  Средней  Азии  к 
России. 
Несмотря 
на  серьезные  теоретические  недостатки, 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Я написал  об этом подробно в Ташкент и просил  выслать 
200  руб.  на  перевозку  до Ташкента  и упаковку  и,  кроме 
того,  просил  выслать  мне  еще  денег  на  сбор  этнографи­
ческих  материалов  для  Музея,  так  как  мои  запасы  для 
обмена  товаров  кончились...  Для  того,  чтобы 
осуще­
ствить вывоз, я  изменил  маршрут  и на обратном  пути мы 
вернулись через Матчу. К удивлению  и огорчению  моему, 
я не застал  в Оббурдоне  никаких  пакетов  на  мое  имя, и, 
прождав  немного,  выехал  в Ура­Тюбе. Уже  подъезжая  к 
Ура­Тюбе, я узнал, что меня ожидает недавно  прибывшая 
посылка.  В последней  заключалось  около  230  арш.  раз­
ной  материи  и письмо,  где  говорилось,  что  это  все, что 
может  послать  Туркомстарис  на  провоз  колонны  и  при­
обретение  экспонатов  и что  деньгами  не  располагает. 
Вернуться  с этим  в Матчу  уже  для  меня  не представ­
лялось  возможным  по  времени», да  и  не  было  надежды 
нанять  людей  для  вывоза  колонны,  так  как  присланной 
материи  было  очень мало. 
Вспоминая  о трудностях  поездки,  М.  С.  Андреев  со­
общал  В. В. Бартольду,  что  «басмачество  в  Дарвазе, 
Матче,  в  Верхнем  и  Среднем  Каратегине  прекратилось 
совершенно  и  можно  ездить  без  конвоя  в  этих  местах. 
Но  западнее — в  Нижнем 
Каратегине,  Кулябе,  Гиссар­
ском  крае  есть  еще  шайки  и  с  ними  ведется 
борьба».505 
Таким  образом,  колонна 
осталась  в  Матче,  а  орна­
ментированные  деревянные  панно'были  вывезены  в Таш­
кент.596 Тревога  М. С.  Андреева  о дальнейшей  судьбе  ко­
лонны  была  не  напрасной.  После  ухода  гарнизона  из 
Оббурдона  жители  кишлака,  верившие 
в  небесное  про­
исхождение  колонны,  перенесли  ее  в  расположенную  на 
кладбище  мечеть  с  очень  низким  потолком.  Так  как  она 
для  мечети  оказалась  слишком  высокой,  «то  оббурдонцы 
спилили  у  ее  капители  небольшой  верхний  поясок,  слег­
ка  выступавший  наружу  от  поверхности,  с изображением 
птичек,  а  нижнюю  часть 
ствола  с  остатками  какой­то 
резьбы  обтесали  до  нужных  размеров»..В­  1927  г. одним 
из  научных  сотрудников  Средазкодютариса К. А. Ушаро­
­  вым,  после  ряда  приключений,  .названная  колонна  была 
доставлена  в Ташкент.597 
Одна  из  частей  доски,  покрытая  также  великолепным 
орнаментом,  привезенная  тогда  М.  С.  Андреевым,  ныне 
хранится  в  Республиканском  музее  истории  культуры  и 
искусства  Узбекской  ССР  в г. Самарканде.598 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ся  в  России  ориенталистов  было  очень  невелико,  нала­
дить с ними связь  (вследствие образования  Оренбургско­
го  и Закаспийского  фронтов.  —  X.  А.  и  Н.  А.)  не пред­
ставлялось  возможным,  и  молодому 
учреждению  при 
всей  обширности  стоящих  перед  ним  задач  пришлось 
опереться  в своих  первых  шагах  исключительно  на  мест­
ные  силы.  Естественно,  что  чувствовалась 
недостатом­
432 
ность знаний  по многим  специальностям». 
Новый  вуз  был  предназначен  прежде  всего  «для  вы­
пуска  советских  работников,  долженствующих 
знать 
край,  его  обычаи  и  его  языки  и применять  свои  знания 
на  службе Советской  власти.  Вот  почему,  чувствуя угро­
зу  срыва  большой  советской  работы,  — вспоминал  впос­
ледствии  об  этом  периоде  своей  деятельности  М.  С. Ан­
дреев, — связанную  со всяческими, тогда,  националисти­
ческими  препятствиями  и недостатком  средств  на  содер­
жание  молодого  вуза,  я  не  щадил  труда  и  энергии  на 
практическое осуществление данной  задачи». 
Характеризуя  деятельность  директора 
Восточного 
института,  Н.  Г. Маллицкий  писал,  что  наряду  «с  акаде­
мической  научно­исследовательской  деятельностью,  про­
явившейся в большом  ряде экспедиций  и в  напечатанных 
трудах, 
в  собирании 
этнографических 
коллекций, 
М.  С. Андреев  проявил  себя  как  выдающийся  организа­
тор  высшего  востоковедного  образования.  В  1918  г.  он 
был  призван  местной  Советской  властью  в Ташкент  при­
нять  участие  в  работах  по  организации  Туркестанского 
восточного  института.  Энергия  М.  С.  Андреева  способ­
ствовала  открытию  этой  высшей  востоковедной 
школы 
в конце  1918 г. в г. Ташкенте. Вся тяжесть  организацион­
ных  работ  по устройству  и научной  постановке  препода­
вания,  главным  образом,  легла  в  тяжелые 
1918—1920 
годы на М. С. Андреева  с группой  сотрудников; М. С. Ан­
дреев  выполнил  это  и был  избран  первым  директором, 
каковым  и состоял  с  1918 по  1920 год включительно  при 
очень тяжелых условиях  жизни  того времени».434 
М.  С.  Андрееву  приходилось  преодолевать 
большие 
трудности  организационного  периода,  заниматься  подбо­
ром  преподавателей,  составлением 
и  разработкой  про­
грамм  и лекционных  курсов. Он не раз  говорил  об  этом, 
однако  всегда  находил  в  себе  силы  и  целеустремленно 
добивался  поставленной  цели  — создания  полноценного 
советского  вуза. 
i 
86 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
го времени  (с  1 июля  по  1 сентября)  командировки  слу­
шателей  в  различные  местности  края.  По  мнению 
М. С. Андреева,  такая  практика  творила  чудеса.  «Пола­
гаю, — писал  он,  — что с этим  будут  согласны  все те, 
кто в этом  (летние выезды)  участвовал».441 
•  Оценивая организацию учебного процесса в Институте, 
ставший  после М. С. Андреева  директором  А..Э.  Шмидт 
отмечал: «Нельзя объективно не признать вполне удовле­
творительными  первые  два  года  учебной  деятельности 
Института.  В особенности  следует  отметить  прекрасные 
результаты, достигнутые  в практическом  ознакомлении 
слушателей  с языками  в течение двух первых летних  пе­
рерывов,  благодаря  упомянутым 
командировкам 
на 
места.  Именно  эти  практические  результаты  дали  воз­
можность  многим  слушателям  Института  с пользою  для 
дела  принять участие  в целом  ряде  научных  экспедиций 
и  работах, организованных  научными  и  правительствен­
ными учреждениями».442 
Сохранились  программы  читавшихся  М.  С.  Андрее­
ьым курсов в Восточном  институте, затем  в  Среднеазиат­
ском  государственном  университете.  Их  сопоставление 
наглядно  свидетельствует  о  совершенствоваши  ме­
тодических  навыков,  расширении  • «аучного  кругозора 
М. С. Андреева. 
В Восточном  институте  по  программе, 
составленной 
М. С. Андреевым  по этнографии  таджиков для  студентов 
третьего  года  обучения, на  I—II семестрах  предусматри­
валось рассмотрение следующих вопросов: 
I. Определение  названия  «таджик»  и  пределы  совре­
менного  расселения  таджиков.  Разделение  таджиков  по 
диалекту. Равнинные и горные таджики. Главные  районы 
обитания таджиков. Типы таджиков. 
II.  Материальная  культура: жилища, одежда, утварь, 
пища.  Главные  занятия: 
1)  земледелие,  ремесла,  про­
мыслы; 2)  скотоводство; 3)  торговля и др. 
III.  Обычаи,  сопровождающие 
различные  ­ случаи 
жизни:  рождение,,  обрезание,  детский  »возраст  (игры 
и пр.), свадьба, похороны, поминки и др. 
IV. Религия  официальная  и народная.  Формы  му­
сульманства.  Следы .старых  верований. Мифология  и де­
монология. Уранологические­ представления. Культ духов 
предков. Мазары.  Почитание деревьев, огня  и пр.,  лече­
колдуны, знахари .и проч.  ­ 
• . 
88 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
M.  С. Андреев  после  победы  Великого  Октября  без 
колебаний признал  Советскую власть и посвятил  народу 
свои  знания, талант  педагога,  руководителя  и организа­
тора  многочисленных  научных  исследований  и экспе­
диций. 
М. С. Андреев, глубоко  заинтересованный  в  развитии 
советской  этнографии,  в  1929  г.  в  специальной  доклад­
ной записке подчеркнул: 
«Всякому  ясно,  что  мы сейчас,  в нашей  жизни,  нахо­
димся  на  границе двух эпох — в том  переходном  перио­
де, где  мы являемся  свидетелями  полного  крушения  ста­
рого, отжившего  строя  жизни  — того, чем  жила  и дыша­
ла  Средняя  Азия  на  протяжении  многих  столетий,  лишь 
в общем  сравнительно  медленно  эволюционируя  на про­
странстве  я  времени,  и с другой  стороны, . наблюдаем 
вступление  среднеазиатских  народов  на  путь  новой 
жизни  — широкий  и мощный  путь  социалистического 
строительства,  указываемый  Коммунистической  партией 
и  ее вождями.  Исчезновение  старого,  захилевшего,  от­
жившего  — естественный  жизненный  закон.  С научной 
точки  зрения,  работая  с энтузиазмом  над  прокладкой 
новых  путей,  можно  пожалеть,  конечно,  не  о  том,  что 
старый уклад  жизни  среднеазиатских  народностей  Сред­
ней Азии,  включая  сугубо и Казахстан,  исчезает  с неве­
роятной  быстротой,  на  наших  глазах,  но  о том,  что  он 
уносит в пропасть  забвения,  не будучи  хотя  бы  сколько­
нибудь в достаточной степени изучен и зафиксирован  для 
науки  IV научных  описаний,  в  графике,  не  будучи  пред­
ставлен  в^сколько­нибудь  соответствующей  форме  в  му­
зейных коллекциях  и пр.».39 
Радуясь  величественным  перспективам  социалисти­
ческих  преобразований  и  постоянной  заботе  Советской 
власти  о культурном  строительстве  в  республиках  Сред­
ней Азии, М. С. Андреев писал;  «И  как  сразу  перемени­
лась  жизнь  под влиянием  великих  благ  советской  куль­
туры, проникшей  в самые отдаленные уголки  глухих гор­
ных  долин.  Головокружительным  вихрем  ворвались  по­
токи  новых  идей  вместе  с ошеломляющими  обитателей 
гор техническими усовеошенствованиями  и открывшими­
ся новыми социальными горизонтами... Мы можем только 
радоваться великой перемене»/0 
Ученого  привлекали  широкие  возможности,  откры­
вающиеся перед этнографией, как  составной частью  всей 
советской науки. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
703  См.  М.  С.  А н д р е е в . 
Таджики 
верховьев  Оксуса 
(Аму­
Дарья).  Мат­лы  по  изучению  истории,  культуры,  быта  и языков  древ­
них  таджиков.  Долина  Хуф.  Быт  и  язык  ч.  1,  вып.  I.  —  «Рефераты 
научно­исследовательских  работ  за  1945  г.  Отделение  литературы  и 
языка  АН  СССР»,  М­Л.,  1947,  стр.  42­48;  он  же.  Таджики  долины 
Хуф. выл,  1,2  И др. 
704  Б.  И.  И с к а н  да  ров.  Восточная  Бухара  И Памир  во  второй 
половине  XIX  в.. ч. 2, Душанбе,  1963. стр. 238. 
705  Е.  Н.  П а в л о в с к и й .  Пути  развития  пауки  в Таджикистане. 
— «Тр. Таджикского  ФАН  СССР»,  т.  21, Сталннабад,  1945. стр. 32. 
70,1 Личный  фонд  М­ С.  Андреева, д. 54. 
707  М.  С.  А н д р е е в .  Таджики  верховьев  Оксуса  (Аму­Дарья), 
стр. 42. 
708  А.  К.  П и с а р ч и к.  Этнографическая  работа  в  Таджикистане, 
стр.  63 ­64. 
709  См.  М.  С.  А н д р е е в .  Отчет  за  первую  половину  1942  г. — 
Личный  фонд  М.  С.  Андреева»  д­  118;  он  же." Краткий  отчет  о  науч­
ных  работах  в  1943 г.  — Там  же. д.  102; он  же.  Научная  экспедиция 
в  горный  Бадахшан  в  1943 г.  — Там  же, д. 54;  он  же.  Автобиография 
1944  г. — Там  же,  д.  168,  см.  также  д.  ПО  и  др.  Записанные 
А.  К.  Писарчнк  в сел.  Барушан  во  время  экспедиции  рушапские  тек­
сты  были  ею  опубликованы  — см.  А­  К.  Писарчнк.  Рушапские  тек­
сты.  Сталннабад—Ленинград,  1954,  (ред.  В. А. Лившиц). 
710  См.  Архив  Музея  археологии  и  этнографии  имени  М.  С.  Ан­
дреева  при  Ин­те  истории  им.  А.  Доншиа  АН  Тадж.  ССР.  Жури,  по­
ступлении,  колл. № 93. 
7,1  См.  Архив  Государственного  респубиканекого  объединенного 
музея  историко­красисдчсекого  и  изобразительного  искусства  г­  Ду­
шанбе.  Отдел  истории,  коллекции  Ш  1309. 
712  М.  С.  А н д р е е в .  Таджики  верховьев  Оксуса  (Аму­Дарьи). 
Материалы  но  изучению  истории,  культуры,  быта  и  языков  древних 
таджиков.  Долина  Хуф.  Быт  и  язык.  ч.  1,  вып.  1.  —  «Рефераты  на­
учно­исследовательских  работ  за  1945  г.  Отделение 
литературы  и 
языка  АН  СССР»,  М.­Л.,  1947,  стр.  42—48. 
(Оригиналы  рукописей 
данной  работы  — см­  Архив  АН  СССР,  ф.  138.  оп.  1, д.  301).  Тут  же 
опубликован  реферат  работы  М.  С.  Андреева  «Ирапо­егжктские  па­
раллели.  Объяснение  изображения  третьего  лица  египетской  триада­
бога  Пила  на  почве  восточно­иранских  материалов»  (стр.  48—49). 
713  Н.  А.  К и с л я  ков.  (Репей.).  М.  С.  А н д р е е в .  Таджики  до­
лины  Хуф. стр.  168. 
714  А  К.  П и с а р ч н к .  Этнографическая  работ  в  Таджикистане. 
—  «Изв.  Отд.  обществ,  наук  АН  Тадж.  ССР»,  вып.  6,  1954,  стр.  64. 
716  М.  С.  А н д р е е в . 
Таджики  долины  Хуф.  вып.  I.  стр.  5; 
Вып. 2. стр. 6;  См. также  А.  К.  П и с а р ч и к.  Материальная  культура 
таджиков  долины  Хуф 
(К  изданию 
монографии 
ДА. С.  Андреева 
«Таджики  долины  Хуф»,  вып.  2).  — «Мат.  11 совещания  археологов  и 
этнографов  Средней  Азии».  —  М.­Л.,  1959,  стр.  226—232;  см.  также 
М.  Р а х и м о в.  Омўзиши  этнографии  Точикистон  дар  зарфи  40  сол. 
Pia  муноенбати  40 солагии  Революциям  Октябрь.  — «Газетам  муалли­
.\:оп». аз  24  октябри  соли  1957­
219 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
"пых, и  тем  способствовать  воспитанию  русского  населе­
ния  в духе  святой  православной  веры,  преданности 
престолу  и отечеству,  а  туземного  населения  —  в духе 
начала  русской  жизни  и  русской 
гражданственности. 
Если воспитание русского  населения Туркестанского  края 
может  быть поручено приглашаемым  из  внутренней  Рос­
сии учителям, то, наоборот,  дело  воспитания  и образова­
ния детей  туземцев  в русском  духе ни  в каком  случае не 
может  быть  поручаемо  этим  лицам.  Приглашенные  из 
внутренней  России  учителя  не только  не знакомы  с  язы­
ком и религией, с бытом, условиями  жизни  и  характером 
здешних  инородцев, но  в большей  части  случаев им неиз­
вестны  ­те .высокой  государственной  важности  цели  и 
стремления,  которые лежат  на  нас  здесь и к осуществле­
нию которых  стремится  правительство;  они  не воспитали 
в себе  надлежащим  образом  идеи  обрусения  инородца... 
Она  (т.  е. семинария)  именно  должна  и  может  давать 
для  края  таких  лиц,  которые  постепенно  должны  вести 
среднеазиатского  туземца  к  полному  слиянию  с  русским 
населением.  Вот  почему  наше  правительство  и  высшая 
местная  администрация  края,  следуя  мудрой  политике, 
не  довольствуясь  внешним  завоеванием  края,  подчине­
нием  его  России  и задумав  одержать  духовно­нравствен­
ную, культурную  победу  над  ним,  присоединить  его,  так 
сказать,  органически  к  метрополии,  озаботилось  откры­
тием  в нем  учительской  семинарии,  приноровив  учебный 
курс ее  к местным  потребностям,  и  русско­туземным 
школам».160 
' . ' • " * 
Выразителем  такого 
великодержавно­националисти­
ческого  духа  в  семинарии  был  прежде  всего  ее  дирек­
тор  — М. А. Миропиев,  для  которого  характерна  произ­
несенная  им  речь  на  годичном  торжественном  акте  учи­
тельской  семинарии  на  тему  «Какие  главные  принципы 
должны  быть  положены  в  основу  образования 
русских 
инородцев­мусульман?».161  В  ней  Миропиев,  в  частности, 
сказал,  что  Туркестанская  учительская  семинария  имеет 
две главные задачи  — «приготовление  учителей  в народ­
ные училища  края  и  обрусение  инородцев»,  и что  «руси­
фикационная»  политика  лежит  в основе  «человеческих  и 
божественных  законов»  и,  следовательно,  «принуждение 
и ограничение»  прав  местной  национальности  в процессе' 
проводимой  царизмом  русификационной  политики  впол­
не «законно  и  естественно».  И,  наконец,  Миропиев  под­
3­207 
. 
" 
33 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
В. В. Бартольду:  «В Самарканской  области  басмачество, 
наподобие  Ферганы,  развилось  до  такой  степени,  что го­
ворят,  совершенно  невозможно  показаться  за  город. Тем 
не менее, собираюсь  выехать  на днях, чтобы немного по­
ездить  в Джизакском  и Ходжентском  уездах,  где  у меня 
осталась  немного  незаконченной  работа  по  этнографиче­
ской  карте  Самаркандской  области.  Самаркандский  и 
Каттакурганский  уезды  мною  закончены  летом  1921 г. 
На  карту  нанесли,  между  прочим,  все попавшиеся  узбек­
ские  роды,  указав 
районы  их  проживания.  Удалось 
наткнуться  на очень  любопытные вещи».580 
Тогда  же  М.  С.  Андреев  совершил  этнографическую 
поездку и по Ходжентскому  уезду.381 Он побывал  в Исфа­
ре,  Канибадаме,  Ходженте,  Hay,  Ура­Тюбе,  Шахристане 
и др.582 О своих  поездках  1921 и  1922 гг., М. С. Андреев  в 
конце  1922  г.  подробно  информировал  С.  Ф.  Ольденбур­
га. «Одновременно  с составлением  этнографической  кар­
ты  Самаркандской, области,  попутно  собрал 
кое­какие 
интересные, по моему  мнению, этнографические  материа­
лы  (между  прочим,  наткнулся  на  сохранившиеся  еще  до 
сих пор в современных  воззрениях таджиков Ходжентско­
го  уезда  представления  об  Аримане,  которого  они  назы­
вают  Ахрамон  и Арамон — представления  еще  в более, 
видимо,  старой  и  первобытной  форме,  чем  авестийские; 
наткнулся  на  сохранившийся  до  наших  дней  и  очень 
держащийся  в  секрете  культ  идолов  среди  арабов  Кат­
r e o 
такурганского  уезда»  и т. д. 
М.  С.  Андреев  внес  большой  вклад  в  работу  комис­
сии  по  изучению  племенного  состава  населения  России, 
которая  высоко  оценила  заслуги  ученого:  «Общее  собра­
ние  (от  28 октября  1923  г.),  состоящее  при  Российской 
академии  наук  Комиссии  по изучению  племенного  соста­
ва  населения  России  и  сопредельных  стран,  заслушав 
представление  Туркестанского  Отдела  Комиссии,  едино­
гласно  постановило  утвердить  Вас  (М.  С.  Андреева.— 
X. А. и  Н. А.)  в  звании  члена­корреспондента  Комиссии 
по  Туркестанскому  Отделу».584 
В  1923 г. М. С. Андреев  совершил  поездку  в  верховья 
Чирчика.585  Летом  1924  г.  под  его  руководством  при  не­
большой 
материальной 
поддержке 
Туркомстариса586 
(Туркомстарис  отпустил  на  все экспедиции  и  сбор  экспо­
натов для  музея  всего  40  рублей,  в то  время  «как  за  од­
них  лошадей  для  проезда  мы  заплатили  на  Ура­Тюбин­
у­207 
_, 
120 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
^6  См.  Автобиография  М  С.  Андреева  и  материалы  к  ней,  л.  8; 
Письмо  M .С. Андреева  И.  И.  Умнякову,  от  6 января  1931  г.  — Лич­
ный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  117;  см.  также 
Архив  ТашГУ.  ф.  22, 
оп.  4» д­  1, л.  12. 
537 См.  Проблемы  Таджикистана.  Тр.  I  конференции  по  изучению 
производительных  сил  Таджикской  ССР,  т.  2, Л.,  1934, стр.  153—154, 
где  говорится  о  том,  что  исходя  из  недостатка  количества  квалифи­
цированных 
научных 
работников 
и  в  дальнейшем 
во  избежание 
дублирования  работ  постановлением  СНК  Тадж.  ССР  Нзучн­исследо­
вательский  институт  был  слит  с  Таджикской  базой  АН  СССР. 
538  См.  Е.  С.  Ш а г а л о в . 
Первый 
научно­исследовательский 
институт  Таджикистана.—«Изв.  Отд.  обществ,  наук  АН  Тадж­  ССР», 
1967, №2  (48), стр.  63­72. 
539  См.  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  104.  107,  109,  168  и  др. 
м 0  «Архив  по  Музею  искусств».  —  См.  Личный  фонд  М.  С.  Ан­
дреева,  д­ 105. 
$i}  Личный  фонд  М. С. Андреева,  д.  104. 
542  Автобиография 
1944  г., 
л.  17;  см.  также 
Личный 
фонд 
М.  С.  Андреева,  д.  110. 
543  Т.  Н,  К а р  ы­Н и я з о в. 
Путь 
развития 
социалистической 
чауки  в  Узбекистане  за  25  лет.  —  В  кн.:  «25  лет  советской  науки  в 
Узбекистане», Ташкент,  1942, стр. 239. 
544  Личный  фонд  М­  С.  Андреева,  д.  102, л. 64; см.  «По  организа­
ции  отдела  этнографии  АН  УзССР».  — Личный  фонд  М.  С  Андре­
ева, Д. 114; см. также,  д.  106, 112 и др. 
545 Автобиография  1944  г.. л.  18. 
540  Н.  А.  К у з н е ц о в а ,  Л.  М­  К у л а г и н а .  Из  истории  совет­
ского  востоковедения.  1917—1967.  М­,  1970,  стр.  109,  МО;  см.  также. 
А.  Б а з и я н ц ,  Н.  К у з н е ц о в а *  Л.  К у л а г и н а . 
Азиатский  му­
зей  — Институт  востоковедения  АН  СССР,  стр. 83. 
547 См. Наука  в Таджикистане.  — «Тр. ТФАИ  СССР»,  т.  21, 1945, 
стр.  7—8;  Академияи  Фанҳ ои  РСС  Точикистон.  — «Газетаи  муалли­
мон», от  14 апреля  1951  г.;  Г. А.  А л и е в .  25­летие  Таджикской  ССР. 
— «Докл.  АН  Тадж.  ССР»,  12,  1954,  стр.  6;  П.  Н.  О в ч и н н и к о в . 
Расцвет  науки  в Таджикистане.  — «Тр.  АН  Тадж.  ССР»,  т.  90,  1958, 
стр. 49—50,  53 и  др. 
548  «Тадж  филиал  АН  СССР».  — Личный  фонд  М.  С.  Андреева, 
Д­ 107. 
549 Личный  фонд  М. С. Андреева,  д.  107» л. 54. 
550  О  научном  значении 
археологического  изучения 
территории 
УзССР  см.  М­  С.  Андреев.  «К  проекту  музея  истории,  истории  куль­
туры  и  этнографии 
Узбекистана» 
(рукопись).  —  Личный 
фонд 
М. С. Андреева, д.  104, лл.  107—108­
551 Личный  фонд  М. С.  Андреева, д.  107, лл.  19—24. 
552  М.  М.  Д ь я к о н о в .  Перспективы  археологического  изучения 
Таджикистана.—«Тр.  Тадж.  ФАН  СССР»,  т.  29,  история,  археология, 
этнография,  язык  и литература,  Сталинабад,  1951, стр. 20. 
55.3 Личный  фонд М­  С. Андреева,  д. 64, л. 20. 
654 Там  же, д.  101. лл. 52, 55, 58. 
Н ­ 2 0 7 
203 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
интересами  края».47  В  изучении  прошлого  таджикского 
парода,  говорил  М. С. Андреев, большие  возможности 
у  «подрастающей  молодежи,  начинающей 
работать, и 
той,  которой  еще  предстоит  работать  в  будущем.  От  их 
здоровой  любви  и интереса  к родной  старине  зависит 
многое».48  Целое  поколение  советских  ученых­востоко­
ведов  — Е.  М.  Пещерева,  Н.  Н.  Ершов,  А. К.  Писарчик 
и  другие — прошло  научную  школу  М.  С. Андреева.  Он 
был  отзывчивым  наставником 
и  консультантом  много­
численных  научных  работников  и  аспирантов  республик 
Средней  Азии.  М.  С.  Андреев  —  прекрасный 
педагог­
воспитатель  советской 
молодежи  —  студентов 
вузов 
среднеазиатских  республик.  Первые  аспиранты­таджики, 
будущие  этнографы  и  искусствоведы  — М.  Рахимов  и 
Н. Ыурджаиов — прошли  первую плодотворную  этногра­
фическую  практику  иод  руководством 
Михаила  Степа­
новича. 
М. С.  Андреев  честно  и самоотверженно  работал  как 
ученый, в широком смысле этого слова. Он собрал огром­
ное  количество  материалов,  написал  ряд  трудов  по 
лингвистике  и этнографии  народов  Средней Азии. 
В настоящей  работе  освещены  жизнь  и  деятельность 
востоковеда  М.  С.  Андреева,  показано,  главным  обра­
зом, его деятельное  участие в этнографическом  изучении 
Таджикистана,  в  многочисленных  эскпедициях.  Авторы 
не могут  претендовать  на  исчерпывающую  оценку  миро­
воззрения  ученого.  Это  должно  стать  предметом  спе­
циального исследования.43 
Приходится  сожалеть,  что  в  научной  литературе,  по­
мимо  двух  энциклопедических  заметок50  и  единственной 
статьи  А. К.  Писарчик,51  нет  исследований  о  жизни  и 
деятельности  М.  С.  Андреева.  Написание  такой  работы 
во  многом  содействовало  бы  выявлению  роли  и  места 
отечественного  востоковедения  как  в  истории  культуры 
народов  Средней  Азии, так  и  в  истории  мирового  восто­
коведения. 
Научная  деятельность  М.  С.  Андреева  совпадает  с 
эпохой,  связывающей  советское  востоковедение  с  рус­
ским  дореволюционным.  Поэтому  вопрос  об  отношении 
М.  С. Андреева 
к  научным  традициям,  о  месте  его  в 
истории  науки  имеет  важное  значение  для  истории  рус­
ского и советского  востоковедения  и прежде  всего — для 
изучения  прошлого  Таджикистана.  Нельзя  не  согласить­
18 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
248  M.  A.  Д э в л с т .  Д.  А.  Клеменц  как  археолог­  —  «Советская 
археология»,  1963, №  4, стр. 3—9. 
г<*  Nachrichten 
über  die  von  der  Kaiserlichen  Akademie  der 
Wissenschaften  УМ St.—Petersburg  im  Jahre  1  98  ausgerüstete  Ex­
pedition  nach Turfan. Heft,  I,  St.­Petersburg'  1899, стр. 1­53; см.  также 
H. M о г и л я и с к и и.  Памяти  Д.  А. Клеменца.  В  кн.  —  «Материалы 
по этнографии  России»,  т. 2, СПб.,  1914, стр.  III. 
250  См.  Рукописный  архив  Института  востоковедения  АН  СССР 
(ИВАН  СССР, г. Ленинград), ф. 3, оп.  1, д.  12. 
251  А.  К.  П и с а р ч и к.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр. 6­
252  В.  А.  К р а ч к о в с к а я.  Эпиграфика  Средней  Азии.  —  «Эпи­
графика  Востока»,  М.­Л.,  1953, стр.  68;  см.  также  Д.  А.  Клеменц. 
Предварительные  сведения  о  результатах  Турфанской  экспедиции.— 
ЗВО,  т.  12, 1899,  (1900), стр­ 6. 
253  Записки  об  ученых  трудах  членов­корреспондентов  Академии 
наук  СССР  по  Отделению  гуманитарных  наук  избранных  31  января 
1929  г.,  стр.  3;  см.  также  С.  Ф.  О л ь д с н б у р г . 
Характеристика  о 
научной  деятельности  М.  С.  Андреева.  —  Архив  АН  СССР,  ф.  208, 
оп.  I, д. 369, л. 4. 
25А  Двтбиография  1944 г.,  л. 5. 
255  См.  «Туркестанские  ведомости»,  от  17  декабря  1898  г. 
2S0  В­  В.  Б а р то л ь д.  К  вопросу  об  оссу ариях  Туркестанского 
края. — Соч., т.  4i M.,  1966, стр.  160. 
257  M.  M.  В и р с к и и.  Древние  глиняные  гробы 
(из  последней 
раскопки  в  Самарканде).  —  ПТКЛА,  год  IV,  1899,  стр.  154—162. 
258  См.  В.  В.  Б а рто  л ь д.  К  вопросу  об  оссуариях,  стр.  161; 
«Записки  Восточного  отделения 
(Имп.)  Русского  археологического 
общества»  (ЗВО),  т.  13,  1901, стр.  И—IV;  он  же.  Еще  об  оссуариях. 
—ЗВО,  т.  17,  1908, стр.  0176—0180. 
259  К.  А.  И н о с т р а н ц е в .  Туркестанские  оссуарин  и  астодани. 
—ЗВО«  т.  17,  1907,  стр.  0166,  прим.  2;  он  же.  К  истории  оссуарнев. 
—ЗВО,  т.  18,  1908, стр  064, 066;  Н.  П.  О с т р о у м о в.  Новые  данные 
о  глиняных  погребальных  урнах.  —  ПТКЛА,  г.  XI,  1907, стр.  32—44. 
260  jyi.  р.  Р а х и м о в.  Земледелие  таджиков  бассейна  р.  Хингоу 
в  дореволюционный  период 
(Историко­этнографический  очерк).  Ду­
шанбе,  1957, стр.  3;  см.  также  А.  А.  С е м е н о в . 
Этнографические 
очерки  Зарафшанских  гор,  Каратегина  и Дарваза  М„  1903. 
201  См.  «Туркестанские 
ведомости»» 
1899,  №  93; 
Архив  Ин­та 
востоковедения  АН СССР. ф. 3, оп.  1, д.  23, лл.  1—6. 
202  Таджики  Каратегина 
и  Дарваза. 
Вып.  1,  Душанбе,  1966, 
стр.  15. 
263 «Туркестанские  ведомости»,  1899, №  78  (без  подписи). 
264  Д.  И.  Э д е л ь м а н .  Глагольная  система  язгулемского  языка. 
«Иранский  сборник»,  М.,  1963. стр.  95;  Д.  И.  Э д е л ' ь м а н .  Язгулем­
ский  язык, 
М.,  1966, 
стр. 
5.  См.  также 
В. 
С. 
С о к о л о в а , 
А­  Л.  Г р ю н б е р г .  История  изучения  бесписьменных  иранских  язы­' 
ков,  стр.  122. 
205  М.  С.  А н д р е е в . 
Язгулемский 
язык. 
Таблицы 
глаголов 
(1904 г.), Л.,  1930. 
194 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Работая  в должности  заведующего  вечерними  курса­
ми при Ходжентском  приходском училище, М. С. Андреев 
предпринял  на  свои  скудные  средства  в  1893—1894  гг. 
первые  поездки  по  горной  части  Ходжентского  и  Самар­
кандского  уездов.211 
М. С. Андрееву  посчастливилось 
тогда  стать  первооткрывателем  длинной  арабской  надпи­
си  в  Варухском  ущелье,212 тогда  же  он  посетил 
пещеру 
Кони­Гут  и установил,  что эта  пещера  является  старым, 
эксплуатировавшимся  прежде  рудником.  О  результатах 
своих  поездок  М.  С. Андреев  сделал  подробное  сообще­
ние  членам  Туркестанского  кружка  любителей  археоло­
гии  на  общем  собрании  26  февраля  1896 г.  Он  впервые 
продемонстрировал  копии  надписи,  открытой  им  в  Ва­
рухском  ущелье.  В  докладе  «О  некоторых  интересных 
в  археологическом  отношении  местностях 
Кокандского, 
Ташкентского  и Ходжентского  уездов»213  М. С.  Андреев 
сообщил  несколько  собранных  им  среди  местных  жите­
лей  легенд,  относящихся  к прошлой  истории  и историче­
ской  топографии  Ходжента,  об  остатках  древних  строе­
ний,  так  называемых 
«хона­и­муг»,  находившихся  на 
правом  берегу  Сыр­Дарьи,  в  горах  Могол­Тау,  напротив 
Ходжента.  Тогда  же  М.  С. Андреев  рассказал  о  старин­
ной  надписи,  обнаруженной  им  в  Могол­Тау  в  ущелье 
Битыклик, об археологических  памятниках долины р. Ан­
грена,  о  пещере  близ  Самгара,  находящейся  в  верстах 
20—25  к востоку  от  Ходжента  и  бывшей  соляной  копи, 
о  пещере  Кони­Гут.  Сообщил  он, что  неподалеку  от вхо­
да  в  Кони­Гут  находится  камень,  покрытый  надписями 
и т. д.214 Один из участников  собрания дал  высокую  оцен­
ку  докладу  М.  С.  Андреева:  «Практикант 
восточных 
языков  в  Туркестанской  учительской  семинарии  и  быв­
ший  ее воспитанник,—отмечал  он,—давно  уже  интересу­
ется  древностями,  многие  из  них  посетил  и  внимательно 
с ними ознакомился... Доклад г. Андреева  был  выслушан 
с большим  интересом  и заслужил  выражение  признатель­
ности за  него со стороны  г. почетного  президента».215 Вы­
ступление М. С. Андреева  вызвало большой интерес. Еще 
за  3 дня  до опубликования  его  реферата  в местной  газе­
те подчеркивалось, что в понедельник 26 февраля состоя­
лось  весьма  интересное  общее  собрание  членов  Турке­
станского  кружка  любителей  археологии.  Недостаток 
места  в  газете  вынуждает  нас  отчет  о  нем  отложить  до 
воскресенья.216 
Вскоре  после  доклада 
по  поручению 
S 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
зать  себе  в удовольствии  тут  же  поздравить  Вас  с успе­
хом  и, как  иранист, поблагодарить  Вас за  ту  радость, ко­
торую  каждый  из  нас  испытывает  при  его  чтении.  Во­
истину сможете­себя назвать ягнобским  просветителем».65* 
К сожалению,  ни  сразу,  ни  в  1930  г.,  когда  М.  С. Ан­
дреев  написал  предисловие  к  изданию  этих  текстов,  осу­
ществить  его не  удалось.  Лишь  в  1957 г., через  три  деся­
тилетия  после  проведения  экспедиции,  вышли  в свет 
«Ягнобские  тексты»  М.  С. Андреева  и  Е.  М.  Пещеревой, 
подготовленные  к печати  В. А. Лившицем  и А. К­  Писар­  • 
чик,  которые  также  составили,  с  использованием  мате­
риалов  М.  С.  Андреева,  япюбско­русский  словарь.0"  По 
характеристике  современного  исследователя 
ягнобского 
языка, А. Л.  Хромова,  «...издание  текстов М. С.  Андреева 
и Е. М. Пещеревой  явилось существенным  вкладом  в изу­
чение  ягнобского  языка.  В  настоящее  время  (1970  г. — 
X. А. и  Н. А.)  записи  М. С.  Андреева  и Е.  М.  Пещеревой 
представляют  собой  самый  обширный  фактический  мате­
риал  по ягнобскому  языку».050 
Как  отметил,  крупнейший 
современный 
лингвист 
Е.  Бенвенист,  публикацией  столь  больших  научно  важ­
ных ягнобских  текстов  мы обязаны  заботам  В. А. Ливши­
ца  и А. К­  Писарчик.  Это  издание,  как  он  считает,  будет 
теперь  основным  источником  наших  сведений  не  только 
о ягнобском  языке,657 оно  имеет одинаковое  большое  зна­
чение для  всех  тех,  кто  занимается  изучением  языка  и 
говоров  иранского  народа  вообще.058 
Был  введен  в  научный  обиход  обширный  новый  тек­
стовой  материал  по  ягнобскому  языку.059  Ценность  его 
увеличивается  приложенным  к тексту  «Ягнобско­русским 
словарем»,  составленным  М.  С.  Андреевым,  В.  А.  Лив­
шицем  и  А.  К.  Писарчик.  В.  А.  Лившицем  приведены  в 
словаре  согдийские  соответствия  для  ягнобских  слов, 
а  также  дан  сравнительный .материал  из  лексики  других 
восточно­иранских  языков.  Они  являются  важным  вкла­
дом в  иранистику.000 
Не  ме<нее  важными  являлись  и  этнографические мате­
риалы.  Ягнобцы  — не  только  носители  ново­согдийского 
языка,  но  и  потомки  согдийцев.  В  их  верованиях,  обря­
дах,  в .их  быту  сохранилось  множество  реликтов  глубо­
кой  древности. М. С. Андреев опубликовал  лишь  краткий  в 
десятистраничный  общий  отчет  об  этой  экспедиции.601 
В  архиве  ученого  хранится  большое число  полевых  этно­
о4f> 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Туркестанского  края,  спешно  искать  подходящего  чело­
века  на  замещение  должности  учителя  русского  языка. 
Им  оказался  только  что  окончивший  учительскую  семи­
нарию М. С.  Андреев  — человек,  хорошо  знавший  мест­
ные обычаи и языки.330 
Прибыв  в  училище,  М.  С.  Андреев  столкнулся  здесь 
не  только  с  заброшенными  учебными  делами.  Он  пора­
зился  самому  отношению  властей  к школам  и  училищам, 
число  которых  к  тому  же  было  мизерным,  их  тяжелому 
материальному  и финансовому  положению.331 
На  содержание  училища  было  ассигновано  почти 
столько  же  средств,  сколько  выделялось  на  отопление  и 
освещение  полицейского  участка.332  Заработная 
плата 
учителей  была  очень  низкой.  М. С.  Андреев,  работая  за­
ведующим  вечерними  курсами, получал  всего  240  рублей 
в год,333 а городской садовник — 900 рублей.334 
Вспоминая  о  своем  бедственном  положении  в  те  го­
ды,  М.  С.  Андреев  писал:  «Получал  жалование  20  руб­
лей  в месяц. На  эти деньги  жил  сам,  содержал  лошадь, 
нанимал  прислугу.  Положение 
мое  улучшилось,  когда 
как­то  приехал  в  Ходжент  Наливкин.  Он  увидел,  что  за­
работок  мой  скудный,  положение  плохое.  А уездным  на­
чальником  в Ходженте  тогда  был  его  друг 
Глушанов­
ский.  Наливкин  поговорил  с  ним, и  он помог  мне  (дрова 
и пр.),  а  кроме того, пригласил  меня  к своему  сыну  учи­
телем  и кормил  меня».335 
Позднее, в  1894 г.,  М. С.  Андреев  был  назначен  прак­
тикантом  местных  языков  в  Туркестанскую  учительскую 
семинарию.330  Здесь  он  преподавал  персидский  язык  на 
трех  последних  классах  семинарии,  ^ел  практические  и 
теоретические  занятия 
по  узбекскому 
языку  во  всех 
классах.  С  апреля  1896 г. по  март  1897 г. М.  С.  Андреев 
работал  по  совместительству  преподавателем  узбекского 
языка  в  Ташкентском  реальном  училище.337 
В  те  годы 
совершенно  не уделялось  внимания  изданию 
учебников 
для  школ  и  училищ.  И  М.  С.  Андреев  за  короткий  срок 
составил  учебное  пособие  по  узбекскому 
языку.33*  По 
мнению  Н.  П.  Остроумова,  это  пособие  вполне  «соответ­
ствовало  своему  назначению».339  Н.  С.  Лыкошин  же  счи­
тал, 
что  для  изучения  письменности 
самым 
лучшим 
учебником  является  работа  М. С. Андреева.340 
М.  С.  Андреев,  работая  преподавателем 
в  реальном 
училище,  посещал  курсы  английского  языка,  на  которых 
6G 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
дов  с  их  соответствующими 
коллекциями».570  Музей — 
это  реальная  неистощимая  ценность,  своего 
рода  спра­
вочник­указатель,—  говорил  М. С. Андреев.57' 
Учитывающий  научно­воспитательную  роль  музеев,572 
М. С.  Андреев  всемерно  способствовал 
обогащению  их 
фондов  материалами — коллекциями,  относящимися  к 
прошлому  народов  Средней  Азии. По  словам  Н. Г. Мал­
лицкого  и А. В. Панкова,  «богатые  этнографические  кол­
лекции  Среднеазиатского  музея,  собранные,  главным  об­
разом,  трудами  М.  С. Андреева,  зачастую  в  почти  недо­
ступных  для  европейца  местности  с  риском  для  жизни, 
представляет  собой  материал  первостепенной 
научной 
ценности  и  подготовляемые  им  к  печати 
материалы  но 
систематизации  и  научному  описанию  коллекций,  по вы­
ходе в  свет,  несомненно,  составят  крупный  вклад  в науч­
ную литературу  данной области».573 
Говоря  о заслугах  М. С. Андреева  в деле  обогащения 
фондов  Музея  истории  народов  Узбекистана,  Ю.  Ф.  Бу­
ряков  специально  подчеркнул,  что  в  1920—1925  гг.  Му­
зей  развернул  научно­собирательную 
работу,  в  которой 
большое  значение  имели  этнографические  экспедиции 
М.  С. Андреева,  совершенные  на  территории 
Таджики­
стана,  во  время  которых  он  собрал  огромное  количество 
коллекций 
кустарных  изделий,  в  частности,  коллекции 
керамики  и выявил  новые  виды  местных  тканей,  орна­
ментов  и т. д. Все это способствовало  научному  комплек­
тованию  фондов Музея.574 
«Основным  методом  комплектования  коллекций  ста­
ли  научные  тематические  экспедиции,  инициатором  кото­ • 
рых  был  известный  этнограф  и  лингвист,  иранист,  член­
корреспондент  АН СССР,  академик УзССР  М. С. Андре­
ев»,— отмечает  Н. С.  Садыкова. 
«В  1922—1927 гг. этнографами  было проведено  10 экс­
педиций. 
Наиболее 
интересны 
из 
них  экспедиции 
М. С.  Андреева  и Е. М. Пещеровой  в Таджикистан,  в ре­
зультате  которых  собраны  у  населения  коллекции  пред­ • 
метов  утвари,  кустарного  ремесла,  вышивок,  игрушек  в  , 
Ура­Тюбе, Матче,  Каратегине,  Дарвазе,  Рушане,  Шугна­
не,  Пенджикепте,  единственная  в  своем  роде  коллекция 
керамических  изделий  Ферганы  Ходжента,  Ура­Тюбе  в 
количестве  200  предметом  с датами,  именами  мастеров, 
коллекция  предметов  быта  ягнобцев»  и т. д.575 
.  Послереволюционное  сотрудничество  М.  С.  Андреева 
127 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
«•  ЦГИА  УзССР, ф. 47 оп.  П Д­ 446. лл.  1—4. 
340  Н.  С.  Л ы к о ш  и н.  Полжизни  в  Туркестане.  Очерки  быта  ту­
земного  населения.  Пг,  1916, стр­ 36. 
341  Воспоминания.  Записано  со  слов  М.  С.  А.  К.  Писарчик, 
лл. 9—10. 
342  ЦГИА  УзССР. ф. 47, оп.  1, д.  1732, л. 22; там  же,  д.  1733. л. 5. 
343 ЦГИА  УзССР, ф. 47, оп.  1, д.  1732, л.  19. 
344  Всего  поступило  28  прошений.  —  См.  ЦГИА  УзССР,  ф.  47. 
оп.  1, д.  1243, лл. 5—34 
345 Там  же,  лл.  1—4. 
340  М. С.  Андреев  имел  тесную  научную  и дружескую  связь  с про­
фессором  А.  А.  Семеновым.  Они  часто  встречались, 
обменивались 
мнениями,  снабжали  рукописи  друг  друга  дополнительными  приме­
чаниями  и  т.  д. 
См.  А.  А.  С е м е н о в . 
К  догматике"  памирского 
исмаилизма  (XI  глава  «Лица  Веры»  Насыр­Хосрова).  Ташкент,  1926, 
стр.  14. 
347  ЦГИА  УзССР, ф. 47, оп­  1, д.  1243­ лл.  18—20. 
348 Там  же, д.  1323, л. 8;  также  д.  1733, лл. 26—27. 
349  Там  же,  ф.  47,  он.  I,  д.  1243, л.  82;  см.  также  «Туркестанские 
ведомости»,  от  29 января  1914 г. 
350  См.  Автобиография  1944  г.­ л. 8;  см. также  А.  К* П и с а р ч и к. 
Михаил  Степанович  Андреев,  стр. 9. 
351  ЦГИА  УзССР,  ф.  47,  оп.  I,  д.  1364,  л.  13;  за  1913  г.,  см. 
д.  1088, стр.  124. 
352  См.  С­  А и и и.  Старый  мактаб.  Пер.  Г.  Птицыиа,  М.­Л.,  1937. 
Зй3  ЦГИА  УзССР,  ф.  47. оп.  1, д.  1088, л.  124; см.  также,  д.  1243, 
л.  95. 
354  Автобиография  М.  С.  Андреева  и  материалы  к  ней  (1939). — 
Личный  фонд  М. С. Андреева,  д.  168, л. 3. 
355  ЦГИА  УзССР,  ф­  18, оп.  I,  д.  7387,  лл.  1—2.  Такие  докладные 
записки  или  же  рапорты  посылались 
на  имя  главного 
инспектора 
училищ  Туркестанского  края  ежегодно.—См.  личный  фонд  М.  С.  Ан­
дреева.  особенно  д.  113. 
356  П.  И.  С е р б о в  и  А.  Д.  H и к и ф о р о в.  Народное  просвеще­
ние  в Узбекистане,  стр. 59. 
357  Автобиография  М.  С.  Андреева  и  материалы  к  ней,  л.  3;  см. 
также  Автобиография  1944  г­> лл.  8—II. 
358 Автобиография  1944  г.,  лл.  9—10. 
зг'9  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  168,  лл.  10—11. 
300  См.  Автобиография 
1944  г.; 
см.  также  А.  К­  П и с а р ч и к . 
Миахнл  Степанович  Андреев,  стр. 9. 
зг>|  Личный  фонд  М.  С­  Андреева 
(Неоконченная  докладная  за­
писка);  см.  также  А.  К.  П и с а р ч и к .  Михаил  Степанович  Андреев, 
стр. 9. 
352  В. И. Л е н и н.  Поли.  собр. соч., т. 23, стр.  129. 
3ü3  И.  О б и д  о и­  История  развития 
народного 
образовании  в 
Таджикской  ССР  (1917—1967  гг.).  Душанбе,  1968,  стр.  13. 
100 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
альную  экспедицию,  которая  должна  выехать  в  начале 
апреля  с. г.  (1936  г.)  из  Ташкента  и  посетить  для  сбора 
(материала)  наиболее  важные  центры  развития  старого 
искусства  на  пространстве  Узбекской  ССР».083 
В  «мае  1936  г.  М.  С.  Андреев  возглавил  4­месячную 
экспедицию  по  сбору  экспонатов  в  Бухаре  и Хиве.  Из­за 
недостатка  средств,  вспоминал  он  впоследствии,  я и моя 
старшая  научная  сотрудница  (А.  К.  Писарчик.  —  X. А. 
и  Н. А.)  отказались  от суточных  и прочих  командировоч­
ных пособий  на  все 4 месяца,  «добровольно  пожертвовав . 
эти  деньги  на  приобретение  экспонатов 
для  Музея».684 
М.  С.  Андреевым  при  активном  участии  А.  К.  Писарчик 
было обнаружено  и приобретено  большое  количество  вы­
шивок,  чеканных  изделий,  рисунков, припорохов  местных 
мастеров строителей  и сделаны тысячи  фотографий  мону­
ментальных  и  бытовых  памятников  архитектуры,  разно­
образных  образцов  прикладного  искусства  таджиков  и 
узбеков.  В Ташкент  был  вывезен  целый  вагон  резных, 
расписных  и  изразцовых  фрагментов  зданий,  разбирав­
шихся  в  то  время  в связи  с перепланировкой  города,  от­
ражающих  историю  этого  вида  архитектурной 
декора­
ции в Бухаре за  период более  150 лет. 
В  Хиве были собраны многочисленные резные двери,.ко­
лонны, деревянные  решетки  и  т. п.683 Тогда же М. С. Андре­
евым  было  собрано для Государственного музея искусств 
783  разнообразных,  порою  уникальных,  коллекций.686 
В  1937  г.  направляется  вторая  длительная 
экспеди­
ция  Музея  искусств  —  в  старинный  центр  среднеазиат­
ской  вышивки  —  таджикское  сел.  Нур­Ата  и  в  центр 
кустарного  художественного  ремесла  Ферганской  доли­
ны  — г. Маргелан.087  В  Нур­Ата  М.  С.  Андреев  собрал 
богатейшую  уникальную  коллекцию  вышивок,  в  находя­
щемся  неподалеку  от  Нур­Ата  сел.  Газган  —  коллекцию 
образцов  резьбы  по  мрамору,''88  в  Маргелаие  —  предме­
ты  архитектурных  декораций,  включая 
прикладное  ис­
кусство  и т. д.689  В  результате  этой  экспедиции  Музей 
искусств  пополнился  560  предметами  искусства  народов 
Средней  Азии.600 
Вспоминая  о  своей  деятельности  в Музее  искусств 
УзССР,  М.  С.  Андреев  испытывал  полное  удовлетворе­
ние от сознания  исполненного  долга. 
«С  1934  по  1940  г.  я  служил  консультантом  по  Сред­
неазиатскому  искусству  в Музее  искусств  УзССР.  Вместе 
153 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Сама  учебная  программа  семинарии,  не  без  корыст­
ных целей русификаторов  края, была  направлена  прежде 
всего  на  то, чтобы  воспитанники  хорошо  овладевали 
местными  языками.  Не удивительно,  что  если  Я  течение 
одной  недели  в  семинарии  ученики  изучали  математику 
11 часов,  географию  — 9 часов,  историю  — 8  часов,  пе­
дагогику  — 6 часов, а для  освоения  местных языков было 
выделено 37 часов в неделю.188 
После  окончания  семинарии  М. С.  Андреев  с  1897 г. 
продолжал  углубленно  заниматься  в  Петербурге  освое­
нием  теории  восточных  языков  под  руководством  двух 
крупнейших  специалистов  —  К.  Г.  Залемана 
по  иран­
ским  языкам  и академика  В. В. Радлова  — по тюркским. 
К.  Г. Залеман189  на  заседании  Академии  наук  от  20 фев­
раля  1902 г. высоко оценил  уровень  знаний  М.  С. Андре­
ева. Он сказал, что если до последнего  времени, несмотря 
на  все  желание  как  наших,  так  и иностранных  ученых, 
занимавшихся  изучением  иранских  языков,  мы не  могли 
дать  более подробные и достоверные  сведения о  таджик­
ском  языке, то  «с  1895 г. в Туркестане  стал  действовать 
другой  исследователь 
местных  племен 
в  лингвистиче­
ском и этнографическом  отношениях,  который,  пользуясь 
отчасти  моими указаниями, успел  настолько усвоить  себе 
научные  приемы,  что  к  его  записям  специалисты  могут 
относиться  с полным  доверием. Это  — Михаил  Степано­
вич  Андреев,  уроженец  края,  отлично  владеющий»  как 
узбекским,  так  и таджикским  языками.  Далее  К.  Г.  За­
леман,  перечисляя  заслуги  М.  С.  Андреева 
в  области 
изучения  таджикских  говоров,  подчеркивал,  что  блестя­
щие  результаты  его  работы  «не  могут  не  обрадовать 
сердца  ираниста».190 
Характеризуя 
впоследствии 
научную  деятельность 
М.  С.  Андреева,  виднейшие  ученые  —  В.  В.  Бартольд, 
С.  Ф.  Ольденбург,  Ф.  И.  Щербатской  и  И.  Ю.  Крачков­
ский  —  пришли  к  выводу,  что  «при  всем  разнообразии 
работ  М.  С. Андреева  его  приходится  считать 
главным 
образом  лингвистом».191 
С.  Ф.  Ольденбург  назвал  М.  С.  Андреева  превосход­
ным  знатоком  целого  ряда  языков  и многочисленных  на­
речий,  главным  образом  иранского  корня.  Он  отмечал, 
что  внимание  к  языковой  стороне  культуры  никогда  не 
покидает  М.  С.  Андреева,  и  в каждой  его  работе  мы ви­
дим  исключительное  внимание  и  наблюдательность  по 
39 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
s21  M. С. А н д р е е в. Краткий  обзор  некоторых  особенностей  тад­
жикских  говоров, стр. 2. 
5?* С.  У л у г ­ З а д е ,  Утро  нашей  жизни.  М.,  1962,  стр.  260—264; 
он  же. Субҳ и  чавонии  мо. Сталинабад,  1956, стр. 276—279. 
523  См.  В.  С.  С о к о л о в а .  Фонетика  таджикского  языка.  М.­Л­, 
1949,  стр.  9;  В.  С.  Р а с т о р г у е в а .  Очерки  по  таджикской  диалек­
тологии.  Вып.  1.  Варзобский  говор  таджикского 
языка.  М.,  1952. 
стр.  12—13;  она  же. Изучение  таджикского  языка  в СССР­  — В  кн.: 
«Очерки  по истории  изучения  иранских  языков». Мм  1962, стр.  40—41; 
она  же. Опыт  сравнительного  изучения  таджикских  говоров.  М.,  I9Ö4, 
стр.  154—155  и др. 
524 М. С. А н д р е е  в. Автобиография,  1944, л.  !4. 
525 М. С.  Андреев­  Краткий  обзор  некоторых  особенностей  тад­
жикских  говоров,  стр. 5. 
526  См.  также  М.  С.  А н д р е е в .  По  этнографии  таджиков.  Неко­
торые сведения. — В сб. «Таджикистан», Ташкент,  1925, стр.  159—162. 
527  И.  Е.  К у з н е ц о в . 
Сравнительный 
грамматический 
очерк 
таджикского  и  сартовского  наречий.  —  «Изв­  Туркестанского  отд. 
Русского  геогр.  об­ва». т.  10, вып. 2,  ч.  1, Ташкент,  1915;  здесь  автор 
разделяет  таджикское  наречие  на  два  говора. 
528. В.  С.  Р а с т о р г у е в а .  Опыт  сравнительного  изучении  тад­
жикских  говоров,  стр.  154;  см.  также  А.  М и р з о е в .  Чамъбаст  ва 
вазифах.ои  навбатии  мо  дар  сохаи  таърих,  археология,  этнография, 
забон, лугатсози  ва адабиёт.—«Тр.  Тадж.  ФАН  СССР»,  т.  27.  Сталин­
абад,  1951, стр­  213;  Б.  H.  H и я з м у ха  м е д ов  и  А.  С.  Э д е л ь­
м а н.  Развитие 
таджикской 
филологии  за  25  лет.  —  «Изи.  ООН 
АН  Тадж.  ССР», вып. 6,  1954, стр.  12. 
529  H.  A.  Me л ex.  Таджикские  говоры  и  их  распространение.  — 
чгВест. Ленинградского  ун­та»,  №  14, сер.  истории  языка  и  литерату­
ры,  вып. 3,  1960, стр.  149—151. 
530  См.  В. С.  Р а с т о р г у е в а .  Очерки  по  таджикской  диалекто­
логии;  Вып.  1. Варзобский  говор  таджикского  языка.  М„  1952; вып. 2, 
Северные  таджикские  говоры  полосы  Шайдан—Ашт—Чует—Кассан­
сай.  М.,  1952;  Вып.  3.  Ленинабадско­канибадамская  группа  северных 
таджикских 
говоров.  М.,  1956;  Вып.  4­  Южноферганские 
говоры 
(Риштан,  Сох) 
и  говоры  ура­тюбинской  группы.  М.,  1961;  Вып.  5. 
Таджикско­русский 
диалектный  словарь.  М.,  1963;  она  же. 
Опыт 
классификации  таджикских  говоров.  Брошюра  в  серии  —  «Доклады 
делегации  СССР  на  XXV  международном  конгрессе  востоковедов». 
М.,  1960;  Опыт  сравнительного  изучения 
таджикских  говоров.  М., 
1964,  а  также 
работы  Ю.  И.  Богорад,  Л.  Бузургзода, 
О.  Джа­
лалова,  И.  И.  Зарубина,  С.  Ю.  Иванова,  Н.  А.  Кислякова,*А.  А.  Ке­
римовой,  Р.  Л.  Неменовой,  Б.  Н.  Ниязмухамедова,  А.  3.  Розенфельд, 
Л.  В­ Успенской, А. Л.  Хромова  и др. 
531  См.  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  131. лл.  42—43. 
532 Архив  АН СССР,  ф. 208, оп. 3, д.  12, лл.  16—17. 
533 Архив  АН  Таджикской  ССР,  ф.  1, оп.  1, св.  1, д.  1, л. 31­
534  Е.  С.  Ш а г а л о в . 
Первое  научное  Общество  Таджикистана. 
стр. 31. 
535 ЦГА  Тадж.  ССР, ф. 360r on.  If д. 46, л. 56. 
# 
208 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Рис.  (j. M. С. Андреев  (1923—1926 гг.). 
I 
им  изысканиях 
в  различных  районах  Средней  Азии.487 
М. С. Андреев  сообщил  и о результатах  проведенных 
этнографических  экспедиций/98 
'  Как  член  редакционно­издательской  коллегии  Обще­
ства  M  С.  Андреев  активно  содействует  издательской 
деятельности, публикует  ряд своих работ  и статей.. 
М. С. Андреевым  в нюне  1925 г. в Душанбе/89  а в сен­
тябре  того  же  года  в Хороге"'00 были  основаны  филиалы 
Общества.  Выступая  перед  участниками  первого  органи­
зационного  собрания  в Хороге,  он  говорил  о деятельно­
сти  Общества  и задачах  в области  историко­географиче­
J 02 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
сультанта  по  среднеазиатскому 
искусству 
в  Музей 
искусств  Узбекской  ССР  в Ташкенте,  в  котором  он  про­
работал  до  1940 г.677  На  этом  поприще ученому  приходи­
лось  выполнять  широкий  круг  самых  разнообразных  и 
порою  сложных  обязанностей.  «Осенью  1934  года  я  воз­
вращался  из экспедиции  в долину  Зерафшана  и проез­
дом  через  Ташкент  захворал  здесь  захваченным  мною  в 
экспедиции  персидским  тифом. При остановке  я  получил 
предложение от развертывавшегося тогда Музея искусств 
УзССР  занять  должность  ученого  консультанта  по  сред­
неазиатскому  искусству  и  впервые  создать  не  существо­
вавший  до  этого  в музее отдел  искусства  Средней  Азии. 
Мысль  мне  понравилась,  работа  казаласаь  очень  заман­
чивой  — и я остался. 
Должен  сказать,  оглядываясь  назад,  что  я попал, по­
жалуй,  в то  же  положение  в  смысле  работы, 
что  и  со 
школами. В Музее  не было  совершенно  ничего  по данно­
му искусству, никто не знал,  что оно  собой  представляет, 
и все  предположения  о  долженствующих  поступать  ото­
всюду сокровищах оказались  мифом. 
Условия  работы  тогда  были  тяжелыми. 
Нужных 
средств  мне  не отпускали,  выезжать  мне  для  общей  ре­
когносцировки  тоже  не  давали  (я  все  должен  был  пи« 
сать проекты и планы, все время изменявшиеся,  сменяясь 
новыми  заданиями),  то я на свои средства  накупил  фото­
принадлежностей  и самостоятельно принялся  работать  в 
старой  части  города  Ташкента,  делал  снимки  зданий, 
собрал  материалы.  После  того,  когда  мною  было  обсле­
довано  по собственной  инициативе около 200  памятников 
и  сделано  около  300 снимков  (13X18),  я  уже  был  силен • 
собранным  большим  фактическим  материалом. 
Можно 
было  смело  делать  точные  научно  обоснованные  выводы 
и задачи,  выдвигаемые  самой  жизнью  перед  Музеем».678 
Бывшая  тогда  научной  сотрудницей  музея  А.  К.  Пи­
сарчик,  вспоминая  об  активной  деятельности  М.  С.  Ан­
дреева  в изучении  искусства  народов  Средней  Азии  в 
1934—1940  гг.,  поражалась  его  энергии,  целеустремлен­
ности,  настойчивости.  «За  эти  годы  М.  С.  проделал  гро­
мадную  работу  по  созданию 
среднеазиатского 
отдела 
этого  музея — сбору  экспонатов, сведений  и фотографий 
по  среднеазиатскому  искусству.  Особенно  трудна  была 
работа  в первые годы: весь штат  состоял из одного науч­
ного  сотрудника,  денег  на  осуществление  экспедиции  не 
150 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Вот почему  хотя  в  русско­туземных  школах  ученикам 
и преподавали  арифметику,  знакомили  их  с важнейшими 
событиями  из русской  истории, с географическими  сведе­
ниями,  обучали  арабской 
грамоте  и  мусульманскому 
вероучению,386  но  учителя  и  руководители  русско­тузем­
ных школ  стремились  к тому,  чтобы  ученики  в  основном 
научились  говорить  по­русски.387  Согласно  указанию  ге­
нерал­губернатора  края,  изучение  русского  языка  «дол­
жно  быть  в  инородческой  школе  предметом  изучения,  а 
не орудием  для  приобретения  знаний».388  Интересы  цар­
ской  администрации,  стремившейся  укрепить  на  местах 
политический  престиж  самодержавия  путем  распростра­
нения  русского  языка  среди  местных 
национальностей, 
переплетались  с заинтересованностью  купечества  Турке­
стана  в  использовании  русского  языка  для  расширения 
торговых  связей  с Центральной  Россией.  Местные  же 
мусульманские  конфессиональные  школы  и  духовенство 
вели  агитацию  против  всяких  светских  знаний  и,  в осо­
бенности, против  распространения  русского  языка  в шко­
ле. Они  запугивали  детей,  объявляли  отступниками  от 
веры  не  только  самих  учащихся  русско­туземных  школ, 
но и их родителей. Местное население, находившееся  под 
сильным  влиянием  религиозного  фанатизма, 
первона­
чально  недоверчиво  и  настороженно  относилось  к  этим 
школам.  Примечательно  в этом  плане  сообщение  Налив­
к­ина  об  открытии  русско­туземной 
школы 
в  городе 
Пскенте, Ташкентского  уезда. 
«Рано  утром  собрали  по  праздничному  одетых  детей. 
У некоторых  губы  от  страха  побелели  и  дрожали..., — 
писал  он.—У  ворот  и дверей  стояли  джигиты  волостного 
управителя, опасавшиеся, что  в критический  момент  дети 
разбегутся.  На  плоских  крышах  домов,  соседних  с поме­
щением  школы, сидело  несколько сот туземных  женщин... 
Приехал  губернатор, его тотчас  же  окружила  живая  сте­
на  приспешников.  Не  успели  последние  разинуть  ртыг 
чтобы  начать  свои  обычные  уверения  в  преданности  на­
селения,  в  его  неизреченной 
благодарности  и  т.  д.,  как 
па  крышах  поднялся  невероятный  вой:  сартянки,  матери, 
сестры,  бабушки  и знакомые  будущих  знатоков  русского 
языка  голосили,  причитали  о  них, как  о  покойниках.  Гу­
бернатор  был  очень  смущен,  ибо  оказался  в  крайне  дву­
смысленном  положении;  но  джигиты  быстро 
разогнали 
баб, и «порядок»  был  восстановлен».389 
• 
• 
74 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
этой  «крайне  интересной  страны  я пробыл,  к сожале­
нию,— писал  М.  С. Андреев,— всего  только  около  четы­
рех  месяцев. Жизнь  кругом  была  так  разнообразна,  так 
интересна 
взору  привыкшего,  как  я,  к  укладу  жизни 
Средней  Азии: общие с Туркестаном  черты и в то же вре­
мя  много  своего, отдельного, непохожего  проходило  кру­
гом калейдоскопом  — что первое  время  я  решительно  не 
знал,  на  чем  остановиться.  Чтобы  разобраться  в  раски­
дывавшемся  кругом  море интересного,  я  попробовал  все 
же  установить  некоторые  границы  для  ознакомления  с 
окружающим  и решил, чтобы не терять дорогого времени, 
сосредоточиться  на  двух­трех  отдельных  предметах».638 
М. С.  Андреев  использовал  свое  пребывание  в  Кабу­
ле для  сбора  сведений  о языке  и быте  таджиков  долины 
Панджшира.  Не имея возможности  свободно путешество­
вать  по  Афганистану,  М.  С.  Андреев  первоначально 
собрал  необходимый  ему материал  расспросным  путем 
у приходивших  на  заработки  в Кабул  панджширцев. 
Вспоминая  о  правдивости  и  честности  своих  собеседни­
ков — панджширцев,  М.  С. Андреев  писал,  что потом, 
при  посещении  Панджшира,  проверяя  сказанное  ими в 
Кабуле, он не раз имел возможность  убедиться  в их пол­
ной  правдивости  при  сообщении  сведений  о  своей  роди­
не.639 М.  С.  Андреевым  был  собран  материал  по  пашай­
ско­  и парачайско­афганским  диалектам,  однако  он  не 
включил его в опубликованную  работу. 
Основные  научные  результаты  поездки  были  изложе­
ны им  в  книге  «По  этнологии  Афганистана»,  где  автор 
описывает  быт,  одежду,  занятия,  ремесла,  обряды  и  ве­
рования,  приводит  многочисленную  терминологию,  кото­
рая  вместе  с  собранными  во  второй  части  книги  фоль­
клорными  записями  дает  важный  материал  для  харак­
теристики  панджширского  диалекта  таджикского  языка. 
По  мнению  С.  Ф. Ольденбурга,  в  этой  работе  М.  С. Ан­
дреев проявил  себя как хороший лингвист в области  изу­
чения  диалектологии  таджикского  языка.640  Работа  была 
удостоена  высокой  оценки  академиков  В.  В.  Бартольда, 
Ф..И.  Щербатского  и  И.  Ю.  Крачковского.641  Книга 
М.  С. Андреева  «По этнологии  Афганистана»,  несомнен­
но, является  большим  вкладом  ученого  в изучение исто­
рии  и  истории  культуры  таджиков  долины  Панджшира. 
Не  утратившая  своего  научного  значения,  эта  работа  до 
сих  пор является  настольной  книгой  каждого  специалис­
142 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
зом научной деятельности уже пожилого М. С. Андреева. 
«Прошло уже более полувека, — вспоминал  он в  1944 г., 
— как я начал заниматься таджикским языком и продол­
жаю  свои .занятия,  когда  этому  представляется  возмож­
ность,  вплоть  до  настоящего  времени.  За  этот  долгий 
срок я не мог не полюбить сердечно и таджикский  народ, 
и  понять  наличность  огромных  и культурных  богатств, 
которые  заключаются  в его языке и быте».750 
Глубочайшую  любовь  к таджикскому  народу М. С. Ан­
дреев  пронес  через  всю  свою  жизнь.  Он  не  жалел  ни 
труда,  ни  времени  для  сбора  и описания  так  быстро  ис­
чезающего  быта  и  диалектов 
таджикского 
народа. 
«Таджики,  древний,  высококультурный  народ,— писал 
М. С. Андреев,  — широко  раскинувшийся 
на  простран­
стве Афганистана,  Ирана,  Таджикистана  и  Узбекистана, 
переживают  сейчас  великий  исторический  момент необы­
чайно быстрого перехода  от  своего прежнего  старого бы­
та  в  современную  эпоху  мировых  открытий  и  изобрете­
ний».  Далее  он  говорил,  что установление  Советской 
власти  открыло  «перед  ними  единственно 
возможный 
путь  к их дальнейшему  процветанию  и прогрессу».751 
М. С. Андреев  своими  знаниями  и  организаторским 
талантом  активно участвовал  в строительстве  нового, со­
циалистического  общества  в  Средней  Азии.  Прав  был 
известный  советский  историк  С.  П.  Толстое,  который 
считал,  что  «Советский  этнограф,  к  какой 
бы 
нацио­
нальности  он ни  принадлежал,  прежде  всего  активный 
участник культурной  жизни и строительства  того  народа, 
изучению  которого  он  себя  посвятил.  Он такой  же  граж­
данин  Советской  Родины,  как и  те,  над  наследством 
культуры  которых  он  работает;  они  вместе  строят  одну 
и  ту  же  социалистическую  советскую  культуру,  в  какие 
бы национальные  формы  она  ни  вылилась»."2  В этом  от­
ношении  научное  наследие  М.  С.  Андреева  всецело  при­
надлежит  не  только  советской  науке  в  целом,  но  и тад­
жикам, узбекам  и другим  народам  Средней Азии. 
М. С. Андреев был непревзойденным  собирателем  ма­
териалов  и видел  в этом  одну из основных задач  гумани 
тарных  наук.  Всю  жизнь  мне  хотелось,  да  и  теперь  хо 
чется,  говорил  он  в  1944  г.,  «работать  над  скорейшим 
сбором  материалов  по  старому  быту  Средней  Азии,  так 
как я видел и вижу в этом одну из самых основных задач 
гуманитарных  наук  в Средней  Азии,  вопрос  чести  совет­
12­207 
Ш 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
удалось  внедрить  из­за  косности  администрации  края. 
Это намечавшиеся  уроки  родиноведения  и попытка  ввес­
ти  в сельских  школах  преподавание  основ  агротехники и 
н многое другое.361 
То,  что удалось  сделать  М.  С. Андрееву  в  улучшении 
народного  образования  в  уезде,  не  могло  в  корне  изме­
нить  положения  дел.  В  результате  проводившейся  коло­
низаторской  политики  царизма,  незначительности  выде­
ляемых  средств,  пренебрежительном  отношении  админи­
страции  края  к  расширению  светского  образования  и 
улучшению  преподавания  в школах  края  —  попрежнему 
основная  масса  детей  не  могла  получить  даже  началь­
ное образование. Местное  население Ходжентского  уезда, 
как  и всего  Туркестанского  края,  в подавляющем  боль­
шинстве  оставалось  неграмотным. 
По  сравнению  с  капиталистическими  странами  Запа­
да  в России  на  просвещение  выделялось 
значительно 
меньше  средств.  В  1913  г.,  например,  в  Бельгии,  Англии 
и  Германии  на  нужды  просвещения  расходовали  от  2 до 
3  руб.  50  копеек,  в  США  в  1910  г.  — 9  руб.  24  коп.  на 
душу  населения  в  год,  а  в  России  в  1913 г. эти  расходы 
составляли 
всего  80  копеек.  «Россия,  —  подчеркивал 
В. И. Ленин, — всегда  останется  бедной  и нищей  в отно­
шении  расходов  на  просвещение  народа,  пока  народ  не 
просветится  настолько,  чтобы  свергнуть  с  себя  гнет  кре­
постников­помещиков».362 
В  Туркестане  народному  образованию  уделялось  го­
раздо  меньше  внимания,  чем  в метрополии. «В  1913 году 
из  38  городов  Туркестанского  края  в 9  городах  расходы 
на  просвещение  совсем  не  выделялись,  а  в  23  городах 
они  составляли  от 2 до 22 копеек  на  человека.  В  частно­
сти,  в  Ходженте  (где  работал  М.  С. Андреев,  —  X.  А. и 
Н. А.)  в среднем  на  одного  человека  в  год  приходилось 
6  копеек».363 Искавший  выход  из  создавшегося  затрудни­
тельного  положения,  М. С. Андреев  сблизился  с  жителя­
ми, которые  стремились  к обучению  своих  детей. Из  раз­
ных  уголков  уезда  поступали  сообщения  о  согласии  жи­
телей  выделить  средства  и помещения  для  вновь  откры­
ваемых  школ,  квартиры  для  учителей,  отопление  и  осве­
щение, сделать столы для учеников  и т. д.364 
М.  С.  Андреев  сообщал,  что  при  его  первом  обраще­
нии  к крестьянам  и при  получении  от  них  официального 
обещания  о предоставлении  помещения  для  школы,  дров 
71 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
бекистане..Краткий  очерк.  Ташкент,  1970. стр. 43: В  1927  г.  М. С.  Ан­
дреев  выступа/i  с  докладами  на  секции  дважды:  18  марта  с  докла­
дом  «Хуфскнй  вариант  сказки  о  царевие­лягушке»;  18  ноября и­
«Краткое  предварительное  сообщение  о  поездке  в  Ягноб  летом  1927 
года»  (см.  Бюллетень  САГУ,  вып.  17, Ташкент,  1928, стр.  191). 
472  А.  К.  П и с а р ч и к .  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  11. 
473 См.  Е.  С.  Ш а г а  л о в.  Первое  научное  общество  Таджикиста­
на  (общество  дли  изучения  Таджикистана  и  иранских 
народностей 
за  его  пределами). Душанбе  1966. 
474  ЦГА  Тадж.  ССР, ф.  1343­ он.  1, д.  I, л.  П. 
475 Там  же.  л.  I. 
476  ЦГА  Тадж­  ССР, ф.  1434, оп.  I,  д. 65. 
477  Там  же, д. 2. лл.  1—2. 
478 ЦГА Тадж.  ССР, ф.  1434, он.  1, д.  1, лл.  1­8. 
479 Там  же» д. 2, лл. 4—5. 
480  См. Личный  фонд М. С.  Андреева,  д.  13. 
481  ЦГА Тадж.­  ССР,  ф.  1434, оп.  1, д. 2, л. 8. 
482  Письмо  А.  А.  Семенова 
В.  В.  Бартольду 
от  27/1­1925  г.  — 
Архив АН  СССР, ф. 68. оп.  2, д.  221, л.  133а. 
483  См.  Письмо  М.  С.  Андреева 
В.  В.  Бартольду 
от  4  февраля 
1925 г. — Архив  АН СССР,  ф. G8, on­ 2> д. 5. 
484  Письмо  М.  С.  Андреева  В.  В.  Бартольду  от  3.марта  1925  г.— 
Архив АН  СССР. ф. 68, оп. 2,  д. 5;  см. также  Личный  фонд  М.  С. Ан­
дреева, д.  170. 
485 Таджикистан.  Сб. статей  под  редакцией  Н­  Л.  Корженевского, 
Ташкент.  1925. 
486  H. M  А к р а м о в.  Выдающийся  русский  востоковед  В.  В.  Бар­
тол ьд, стр. 90. 
487  М.  С.  А н д р е е в .  По  этнографии  таджиков.  Некоторые  све­
дения.  —  В  сб.  Таджикистан.  Ташкент,  1925,  стр­  151 —177.  с  прило­
жением  карты. 
«se Ц Г А  Т а д ж 
сср 
ф  ,434, оп.  1, д.  14, л.  17. 
489 Там  ж е,  ф.  I,  оп.  1, д.  22, л.  123. 
490 Там  же,  ф.  1434. оп.  I, д­ 2. л. 25. 
491  ЦГА  Тадж.  ССР.  ф.  1434, оп.  1, д.  2, л. 29. 
492  Там  же, лл. 25, 29, 32, 47, 49  и др. 
493 М.  П а в л о в и ч  — псевдоним  Михаила  Лазаревича  Вельтма­
на  (1871 — 1927),  одного  из  первых  марксистов­востоковедов  в  СССР. 
—  См.  «Горький  и  паука».  Статьи,  речи,  письма.­воспоминания»,  М., 
1964, стр.  150­151. 
494 ЦГА  Тадж­  ССР, ф.  1434, оп.  1, д. 6, л. 32. 
495  Письмо  М.  С.  Андреева 
А.  А.  Знаменскому 
от  3  августа 
1925 г. — ЦГА Тадж.  ССР, ф.  1434, on.  1, д.  12, л. 23.' 
496  «Бурхан­уд­Дин­хан  Кушкекн.  Каттаган  и  Бадахшан.  Данные 
по  географии  страны,  естественно­историческим  условиям,  населению» 
экономике  и  путям  сообщения» 
с  24  картами. 
Пер.  с  персидского 
206 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
«Материалы  по  истории  Узбекистана»,  Ташкент.  1966,  стр. 3—11; 
И.  С.  С а д ы  ков  а.  Этнографические  коллекции  музеи  истории  на­
родов  Узбекистана,  стр. 62—70. 
«* Архив  АН СССР. ф. 68­ ом. I, Д. 443, лл. 64—65­
*?  Письмо  М.  С.  Андреева 
В.  В.  Бартольду 
от 
22  сентябри 
1924 г. — Архив  АН  СССР,  ф. 68. on. 2, д.  5. 
5?* Б. А. Л и т в и не к и й.  Археологическое  изучение  Таджикиста­
на  советской  на\'кой  (кратким  очерк).  — «Тр­  Ии­та  истории,  архео­
логии  и этнографии  АН  Тадж.  ССР»,  т.  26. Сталинабад,  19Г>4, стр. 7 
597  М.  Е.  М а с с о й . 
О  средневековых 
памятниках 
верховьев 
Зарафшана,  стр.  24—25;  см.  также  И.  И.  У м н и к о в .  Археологиче­
ская  и  ремонтно­реставрациониаи 
работа 
Срсднеазкомстариса  и 
1927  г. — «Изв.  Средазкомстариса»,  вып.  3­  Ташкент,  1928,  стр.  274­
5У5Архив  Республиканского  музея  истории  культуры  и  искусства 
УзССР, г. Самарканд.  Археологический  фонд, №  101, л. 3. 
s "  См.  Письмо  М.  С.  Андреена  В.  В.  Бартольду  от  22  сентября 
1924  г.  ­•  Архив  АН СССР,  ф.  68. оп. 2, д­ 5:  см.  также  Личный  фонд 
М. С.  Андреева,  д.  170. 
600  «Изв.  Турк.  отд.  pvccK.  географ,  общ.»,  т.  17.  Ташкент,  1924, 
стр.  217­213. 
ш  ЦГА Тадж.  ССР, ф.  1434, он.  I, д.  12, л. 8; см. также  М. С  Ан­
дреев.  Краткий  отчет  о  работах  этнографической  экспедиции  и  Тад­
жикистане  в  1925 г.  ­^  В кн.:  «По  Таджикистану»,  вып.  1, стр. 20. 
002  См.  М.  С.  А н д р е е в . 
Дневник 
1925  г..—  Личный 
фонд 
М. С. Андреева, д.  10; Незаконченная  автобиография  М. С.  Андреева­
•  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  168;  «Экспедиция  1925  г.».  — 
Там  же« д.  18  и др. 
ш  Письмо  М.  С.  Андреева  В. В. Бартольду,  от  1 июля  1925 г. — 
Архив  АН  СССР,  ф­  68.  on.  2,  д.  5;  см.  также.  Личный 
фонд 
М. С.  Андреева,  д.  170. 
•  • 
ш  Письмо  М.  С.  Андреева  А.  В.  Бартольду  от  I3.XI 1­1925  г.  — 
Архив  АН  СССР,  ф  68. оп  2. д. 5. 
605  Е.  М.  П е щ е р е  в а.  Гончарное  производство  Средней  Азии 
М.Л..  1959, стр.  II,  примеч. 5. 
soc  M.  С.  А н д р е е в .  Қ   материалу  по  среднеазиатской  керамике. 
Запись  экспедиции  от  Общества  для  изучения  Таджикистана  и  Сред­
азкомстариса  работавшей  в  пределах  Таджикистана  летом  1925  года. 
Ташкент.  1926,  18 стр., 2 л.,  вкл.  илл. 
607  А­ А.  С е м е н о в .  Некоторые  особенности  материальной  куль­
туры. прошлых  эпох 
Средней 
Азии.  —  «Изв. 
Средазкомстариса», 
вып.  3.  Ташкент. 
1928,  стр.  21;  см.  также 
Н.  С.  С о д и х о в а , 
Ю.  Ф.  Б у р я к о в. Тарихий  ёдгорликлар  хазинаси,  стр. 30. 
008  Письмо  М. С.  Андреева  А. А.  Знаменскому  от  30  июня  1925 г. 
­  ЦГА  Тадж­  ССР,  ф,  1434. оп.  I, д.  12, л.  18. 
609  Письмо  М.  С.  Андреева  В.  В.  Бартольду  т  5  июля  1925  г. — 
Архив  АН  СССР,  ф.  68.  оп. 2,  д.  5.  Последнюю  ее.  иллюстрацию 
см.  Резьба  по дереву  в долине  Зерафшана,  стр. 66. 
610  М.  С.  А н д р е е в .  Краткий  отчет  по  экспедиции  в  Таджики­
стане  В 1925  г..  стр.  10—12,  рис  5;  он  же.  Деревянная 
колонна  в 
Матче.  — «Изв. РАИМК>\Т­  9, Л.,  1925, стр.  115—118. 
212 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ТашГУ, 
д.  35.  Годовой 
отчет  о  работе 
восточного 
факультета» 
лл.  14—15. 
ш  Архив АН  СССР. ф. 208, оп. 3, д.  10. л.  10. 
449 Личным  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  108.  лл. 38—49; Д.  131, л. 42. 
450  Личный  фонд  М.  С.  Андреева­  д.  133,  л.  не  указан. 
461  Материалы  к  автобиографии  (1927  г.).  —  См.  Личный  фонд 
М. С.  Андреева,  д.  168. 
452  Последние  годы  своей  жизни  М­  С.  Андреев  преподавал  курс 
персидского  языка  на  историко­филологическом  факультете  Таджик­
ского  государственного  университета  им.  В­  И.  Ленина.  —  См.  Лич­
ный  фонд  М.  С. Андреева,  д.  148. 
453  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  118,  л.  6. 
454  Архив  Института  востоковедения  АН  СССР.  ф. 3  оп  I  д­ 25. 
л.  II. 
405 Личный  фонд  М. С.  Андреева­  д.  107, лл. 83­­88. 
4Î* Там  же. д.  118. л. 3. 
457  А.  И.  Л у т ч е н к о.  Советская  интеллигенция.  (Формирование 
кадров  Советской  интеллигенции.  1917—1961  гг.).  М.,  1962. 
453  В. И. Л е н и в.  Пои. собр.  соч.. т.  38. стр.  167. 
409  В.  К е р ж е н ц е в .  Культура  и Советская  власть.  М..  1919. 
460  «Архив  но  работе  в  НКИД». 
См.  Личный  фонд  М.  С.  Ан­
дреева,  д.  103. 
401  Автобиография  1944  г., л.  13. 
462  М.  С­  А н д р е е в . 
Вещие  сны.  несколько  примет 
и  детская 
игра  «Сорока­ворона» 
среди  некоторых  народов,  главным  образом 
Средней  Азии.  Материалы  по  этнографии.  — «Изв.  Глапн.  Среднеаз. 
музея»,  вып.  2. Ташкент.  1923. 
4Г'3 В. И. Л е н и н .  Поли. собр. соч., т. 41, стр.  436. 
464  Б­ И.  П а к.  Выполняя  ленинское  задание.  — «История  СССР», 
1969, №2,  стр.  145. 
465 Там  же,  стр.  144­149. 
406  См.  В. И.  Кун.  Изучение  этического  состава  Туркестана.  — 
^'Новый  Восток». М.,  1924. стр. 355. 
467  М.  С.  А н д р е е в . 
Некоторые  результаты 
этнографической 
экспедиции  в  Самаркандскую  область 
в  1921  г.  —  «Изв.  Турк.  отд. 
русск.  географ,  обществ.», т.  17. Ташкент.  1924, стр.  122. 
468 Архив  АН СССР,  ф. 68,  оп.  1, д. 218, л.  10. 
469  М. С.  А н д р е е в .  Направление  Герат—Кандагар  как  великий 
путь  будщего.  —  «Военная  мысль»,  Ташкент,  1922,  стр.  61—67  (под 
псевдонимом  «Афанасий  Никитин»)­
470  М.  С.  А н д р е е в .  К  материалам  по  старой  персидской  музы­
ке.  Названия  тридцати  музыкальных  произведений  знаменитого  Бар­
буда  придворного  музыканта  при  Хосрове  Первизе  (начало  VII  в.).— 
«Наука  и  просвещение»,  Ташкент.  1922,  №  2,  стр.  22—24. 
471  Эта 
секция 
начала 
работу 
в  1923  г.  и  с  самого 
начала 
М.  С.  Андреев 
принимал 
в  ее  работе 
активное  участие.  —  см. 
М.  А.  А х у н о в а,  Б.  В. Л у н и н ­  История  исторической  науки  в  Уз­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Глава  пятая посвящена  вопросам хуфских  мер длины, 
мер  сыпучих тел  в Хуфе  и Шугнане  (в долине  р. Гунта), 
мер ценностей  в Хуфе, Рушане и в Шугнане. 
В  шестой  главе  описано  ремесленное  производство 
хуфцев,  приводятся  сведения  о числе людей в Хуфе, зна­
ющих  то или  иное  ремесло, о положении  ремесленников, 
о местонахождении  руды  и добывании  железа,  о видах 
домен  и  выплавке  железа,  о  разнообразных  обычаях и 
обрядах,  связанных  с выплавкой  железа.72''  В работе по­
дробно  описывается  выделка  деревянных,  керамических 
л  железных  изделий.  Интересны  сведения  о  вознаграж­
дении  ремесленников,  различных  специалистов  в  Хуфе. 
В разделе  «Ткачество  и прядение»  собраны  многочис­
ленные  материалы  относительно  наличия 
станков  для 
взбивания  шерсти  и  подготовки  ее  к  прядению,  о  типах 
прялок  и оплаты труда ткача  и т. п. 
Главы  седьмая—девятая  посвящены  вопросам  охоты, 
торговли,  пищи  и  одежды.  В разделе  охоты  приводятся 
данные о различных  предметах  охотничьего  снаряжения, 
о  видах  оружия,  видах  и  способах  охоты,  описываются 
также  различные  виды  животных  и  связанные  с  ними 
легенды. 
В  глазе  о  торговле  приведены  примеры  архаических 
видов торговли  — товарообмен  хуфцев  с рушанпами, па­
мирскими  киргизами,  бадахшанцами 
и  жителями  Бар­
танга.  В  книге  описаны  способы  приготовления  различ­
ных  жидких  мучных  блюд,  молока  и  молочных  блюд, 
названы  дикорастущие  съедобные  растения  и,  наконец, 
наркотики  — опиум,  приносивший 
в  прошлом  величай­
шие бедствия  жителям  верхнепянджских  стран. В по­
следней  главе  работы  даны  с иллюстрациями  описания 
видов мужских  и женских  костюмов,  штанов  и шарова­
ров,  обуви,  чулок,  головных  уборов,  средств  женской 
косметики и т. д. 
Ко  второму  выпуску  приложены  статьи  М. С. Андре­
ева  «Страны  в  верховьях  древнего  Оксуса  (Аму­Дарьи) 
и их значение  для  понимания  старого  быта  оседлых  на­
родов Средней  Азии», ценное в этнографическом  отноше­
нии для  изучения  насеелния  верховьев  Пянджа  — уди­
вительной  научной  сокровищницы  уклада  старого  быта 
Средней  Азии.  Приводимые  автором  материалы  показы­
вают  продвижение  различных  культурных  форм  из  рав­
нин в горы. Статья  «Потолок  пригиндукушских  стран и 
' 1 6 9 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
• 
Ь П Т 
; v  i"^n.  ^ м 
'
.
:
•
•
:
_ 
:<f: 
:*± 
4  'h 
ъ.  > 
!#? 
*
& 
• 
• 
. 
i , ­
' 
4 * ^ • 
: /*T 
КАШ 
м 
• 
" 
•,:;• V 
Л . 
5K.v':.v.­  :  >;.;;л 
Рис.  8.  M. С. Андреев  беседует  с информаторами  (Ура«Тюбе,  1925 г.) 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
время  службы  во  французских  колониях  в  Индии и 
Индо­Китае.  Помимо  выполнения  своих  служебных  обя­
занностей  у Половцева,  он  работал  в  Восточном  отделе­
нии  Национальной 
библиотеки,  а  также 
преподавал 
среднеазиатские  языки  своему  патрону  А.  А.  Половце­
ву.2,<  Находясь  за  границей, М. С. Андреев  не  прерывает 
свои связи с Туркестанским  кружком любителей  археоло­
гии, постоянно  интересуется его  деятельностью.2" 
В последующие  годы М. С. Андреев, совершая  поезд­
ки  по  городам  Средней  Азии,  временами  жил  в  Петер­
бурге, где продолжал  углублять  свои  знания  по востоко­
ведению  под  руководством  В.  В.  Бартольда,  С.  Ф.  Оль­
денбурга, К. Г. Залемана  и В. В.  Радлова. 
17 и  18 октября  1899 г.  М. С. Андреев  и А. А. Полов­
цев,  как  члены  кружка  любителей  археологии,  произве­
ли раскопки  (по собственному  почину)  в доме  Баба­Мак­
сума  Фузаилова  (г. Самарканд), где  15 сентября  того  же 
года при рытье колодца  в одном из помещений  были  най­
дены оссуарии.256 М. С. Андрееву  и А. А.  Половцеву  уда­
лось  обнаружить  еще  четыре,  кроме  двух  ранее  найден­
ных, оссуария;  о  результате 
раскопок  было  доложено 
кружку 
на  заседании  9 ноября  другим  его  членом, 
M. M.  Вирским, статья  которого  позднее  была  напечата­
на в «Протоколах»  кружка.257 
По  утверждению  В.  В. Бартольда,  эта  «счастливая 
находка  была  предметом  реферата 
Н.  И.  Веселовского 
в заседании  Восточного  отделения  Имп.  Русского  архео­
логического  общества  27  января  1900 г.,  в печатном  про­
токоле  заседания  впервые  на  страницах  ученого  журна­
ла  были  указаны  приблизительные  размеры  гробиков, 
впервые 
был  предложен  термин 
«костехранилище» 
(оссуариум)  вместе  употреблявшихся  прежде  термином 
«гроб»,  «гробик»  и  «урна»...258  Найденные  М.  С.  Ан­
дреевым  оссуарии  в дальнейшем  были  предметом  обсуж­
дения,  ряда  рефератов  и  статей  как  петербургских,  так 
и туркестанских  археологов».259 
В  1899 г.  М. С. Андреев  опубликовал  статью  под 
названием  «Вахиё»,  в  которой  на  основе  сопоставления 
говоров  таджиков,  находившихся  на  заработках  в  Таш­
кенте,  впервые  кратко  сообщил  о  наличии  двух  горных 
наречий  горных  таджиков  —  жителей  Вахиё  —  страны, 
лежащей  между  Каратегином  и  Дарвазом,  расположен­
ной  главным  образом  по течению  р.  Хингову  (серая  или 
52 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
образования  новых  родов,  о  брачных  отношениях  между 
их членами,  занятиях  населения.  Все  это  и обусловило 
составления  М.  С. Андреевым  специальной  этнографиче­
ской  карты,  на  которой  были  подробно  отмечены  все се­
ления  с проживающими  таджиками.  В.  В.  Бартольд  в. 
своем  дневнике  (15 мая—20  июня  1925 г.)  также  упоми­
нает об этой работе. 
«Вечером  16 мая  (1925  г.)  заходил  к М. С.  Андрееву. 
По  разговору  видно, что М. С. Андреев  и  Е. М.  Пещере­
ва  собираются  снова  в экспедицию  в  Восточную  Бухару,. 
хотя  около  Душанбе  положение 
опасно,  т.  е.  басмаче­
ство. М. С.  Андреев  показывал 
этнографические  карты, 
являющиеся  результатом  его поездки, где отмечены  крас­
кой все селения таджиков»."108 
В  1922 г. М. С. Андреев  опубликовал  две  статьи — 
путеводитель  Герат­Кандагар­"59 и  «К  материалам  по ста­
рой персидской музыке»,  заключающие  в себе объяснение 
названий  тридцати  музыкальных  произведений  знамени­
того  Барбуда,  придворного  музыканта  при  Хосрове  Пар­
визе  (начало VII в.).470 
В 20­е  годы  в  Ташкенте  функционировало  несколько 
востоковедных  организаций.  В  работе  всех  их  М.  С. Ан­
дреев  принимал  самое  непосредственное  и  активное  уча­
стие.  В частности,  он  неоднократно  выступал  с  доклада­
ми  в  секции  этнографии  и  археологии  Средне Азиатско­
го  отдела  Русского  географического  общества.471  Он  ра­
ботал  в Главном  среднеазиатском  музее  заведующим  от­
делом  этнографии/72 
В  1925—1930 гг. научная  деятельность  ученого  проте­
кала  в  тесной  связи  с  «Обществом  для  изучения  Тад­
жикистана  и иранских  народностей  за  его  пределами»,473 
одним  из  деятельных  членов­учредителей  которого  был 
М.  С.  Андреев.  Общество  организовалось 
в  Ташкенте 
9  января  1925 г.,474  оно  должно  было  состоять  при  ЦИК 
Таджикской  Автономной 
Советской 
Социалистической 
еРспублнки,  а  до  избрания  ЦИКа  находилось  в  ведении 
Ревкома  ТАССР.475  В задачи  общества  входило  изучение 
«географии  с флорой  и  фауной  и  естественно­производи­
тельных  сил  Таджикистана, 
его  экономики,  истории  и 
археологии,  языка  и  диалектов,  литературы 
и  филосо­
фии,  этнографии  и  искусства,  культуры  материальной  и 
духовной».476  В  уставе  Общества,  утвержденном  на  вто­
ром  организационном 
собрании 
Общества 
23  января 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
свойственные трудам  В. В. Бартольда,  названная  работа 
послужила  основой  для  последующей  разработки  исто­
рии  таджикского  народа,  ибо  она  была  написана  «на 
основании  многолетних  изысканий  автора,  досконально 
изучившего  источники, касающиеся  истории  таджикского 
народа...  К тому  же это первая  работа, посвященная  спе­
циально  истории  таджикского  народа»/85  В  сборнике 
были  помещены  также  статья  М. С'. Андреева  иод  назва­
нием  «По этнографии  таджиков»,4"7 где  автор  характери­
зует  их  как  древнейший  народ  Средней  Азии,  «мировая 
культурная  роль  которого  в  истории  человечества  была 
очень  велика».  М.  С.  Андреев,  очень  подробно  излагая 
определение  слов  «таджик»,  «сарт»  и «гальча»  в этниче­
ском  отношении,  переходит  к  описанию  населяемой  тад­
жиками  территории.  Большое  научное  значение  имели 
представленные  автором  карты,  иллюстрировавшие  засе­
ление  таджиками  отдельных 
районов  Средней  Азии. 
Основная  часть  труда  посвящалась  вопросам,  непосред­
ственно  относящимся  к  этнографии  таджикского  народа. 
Очень  ценны  приведенные  М.  С.  Андреевым  материалы 
о древних обычаях  общественного  гостеприимства,  о мно­
гих  случаях  проявления  таджиками  мягкости  характера, 
о воспитании  ими  детей  и т. д. 
«Любовь  к  цветам,  поэзии,  музыке,  некоторая  тще­
славность,  склонность  к  нарядам 
не  мешают 
таджику 
оставаться  человеком  дела  и очень твердо  ходить  по зем­
ле  в  житейских  вопросах»,  —  пишет  М.  С.  Андреев. Ав­
тор  обрисовывает  таджика  как  прекрасного  труженика­
скотовода,  земледельца,  ремесленника,  искусного  торгов­
ца,  дипломата  и  т.  д.  Немалое  место  в  статье  занимает 
вопрос  о  положении  женщин  в  быту  и  в  семье:  «Среди 
горных  таджиков  женщина  является  серьезной  помощ­
ницей  своему  мужу.  На  ней  лежит  целиком 
домашнее 
хозяйство  и,  кроме  того,  она  участвует  в  полевых  рабо­
тах:  в  некоторых  горных  местностях  женщины  рядом  с 
мужчинами  жнут,  молотят  (обычным 
среднеазиатским 
способом,  гоняя  скот  по  сложенным  на  гумне  снопам)  и 
исполняют  некоторые  другие  работы».  Дается  описание 
роли  женщин  в  скотоводстве,  рукоделии,  ремеслах,  мо­
лочном  хозяйстве.  В  работе  дано  описание  не только  ре­
лигии  ислама  с его ответвлениями  — суннитами  и исмаи­
литами,  но  также  домусульманских  верований,  бытовав­
ший  среди  таджиков  (божество  грома,  миф  о  тучах­ко­
99 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
710 Д.  1г. Х а и т  у н  и  IO.  Л.  Ш и б а е в а.  Вклад  русских  ученых 
в  изучение  археологии,  этнографии  и  истории  Памира.  —  «Уч.  зап. 
Тадж.  гос.  ун­та»,  т.  7,  «Тр.  историко­филологического  факультета». 
Сталинабад.  1955, стр.  56­ ­57. 
m  М.  С.  Андреев­ 
Таджики 
долины  Хуф 
(верховья 
Аму­
Дарьи).  вып.  2.  Материалы  к  изучению  культуры  и быта  таджиков­
подготовлен 
к  печати 
и  снабжен 
примечаниями 
и  дополнениями 
А.  К.  Писарчик,  Институт  истории,  археологии 
и этнографии  АН 
Тадж.  ССР.  — «Тр.  АН Тадж.  СР».  т.  59, Сталинабад,  1958, 521  стр.. 
132  илл.  в  тексте;  Рец.  см.  —  «Советский  Бадахшан»,  от  20  апреля 
1958 г. 
7)8  А. К­  П и с а р ч и к. Материальная  культура  таджикон  долины 
Хуф,  стр. 226. 
7,9  М.  С.  А н д р е е » .  Таджики  долины  Хуф  выи.  2,  стр.  5. 
720 Там  же. стр. 21. 
72ï Там же. 
722 Там  же, стр.  149. 
723 Там же. Примечания, стр. 320. 
•стр. 320. 
72Ц А. К. П и с а р ч и к. Ук. соч., стр.  333­339. 
72*  По  данному  поводу  —  см.  также  М.  С.  А н д р е е в .  Выра­
ботка  железа  в  долине  Ванча  (верховья 
Аму­Дарьи).  Из  мат­лов, 
собранных  экспедицией  Общ.  для  изучении  Таджикистана  и  Средаз­
комстариса,  бывшей  в  Таджикистане  летом  1925  г.,  Ташкент,  1926. 
стр.  17. 
726  См. Таджики  Каратегина  и Дарваза  (вып.  2).  Душанбе,  1970, 
стр.  115.  В архиве  М. С.  Андреева  кроме  того хранятся  хуфско­руескип 
словарь  и таблица  хуфских  глаголов,  составленные  М.  С.  Андреевым. 
­­  См.  А.  К.  П и с а р ч и к .  Рушанские  тексты­  Сталинабад—Ленин­
град,  1954, стр. 4  и Материалы  по фольклору, хуфцев  — см. А.  К.  П и­
с а р ч и к. Михаил  Степанович  Андреев,  стр. 26. 
727  См.  О.  Е,  Ar  а х а н  я н ц.  Между  Гнндукушем  и  Тянь­Шанем. 
История  изучения  природы  Памира­  Душанбе.  1962,  стр. 76. 
728 Личный  фонд  М. С. Андреева,  д.  107. 
729  Официальное  открытие  Музея  состоялось  в  декабре  1949  г., 
в  дни  празднования 
25­летнего  юбилея  Таджикской  ССР.  — См. 
И.  Н.  Е р ш о в  и  А.  К.  П и с а р ч и к.  Сектор  этнографии  Института 
истории,  археологии  и  этнографии  Академий  на\чс  Таджикской  ССР, 
стр. 203. 
7й0 См. А.  К.  П и с а р ч и к  и  3. А. Ш и р о к о в а.  Музей  археоло­
гии  и  этнографии  им.  М.  С.  Андреева.  —  «Изв.  Отд.  обществ,  наук 
АН  Тадж.  ССР»,  Сталинабад.  №  2.  1952;  см.  также  Личный  фонд 
№.  С.  Андреева,  д.  145. 
731  См.  «Изв­  ТФАН  СССР».  Сталинабад.  1949, №  15, стр.  3—19. 
732  См.  «Тр.  ТФАН  СССР»,  т.  29,  Сталинабад,  1951, стр.  75—87. 
733  См.  Д.  H.  A ну ЧИН.  Открытие  огня  и  способы  его  добыва­
ния.  Пг.  1922. 
734  Б.  Ф.  П о р  ш н е в.  О  древнейшем  способе  получения  огня. — 
«Советская  этнография».  1955,  №  1,  стр.  12;  см.  так  же  К.  З а д ы ­
220 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
или  «невмешательства», 
и  инспекторам  не  рекомендо­
валось  вмешиваться  в их дела.374  Но это  была  официаль­
ная точка зрения метрополии. В крае пытались в самых об­
щих  чертах  осуществлять  контроль  над  мусульманскими 
религиозными  школами. Туркестанский  генерал­губерна­
тор в 1914 г. в своем  приказе подчеркивал, что он назна­
чает  четырех  новых  инспекторов,  в том  числе  М. С. Ан­
дреева,  <?для  возможно  правильного  надзора  за  началь­
ными училищами  в Туркестанском  крае  вообще  и за  му­
сульманскими  школами  в особенности»375  (курсив наш.— 
X. А. и  Н. А.).376 Специально  изданная  инструкция  того 
времени  для  старших  мударрисов  медресе  Туркестанско­
го  края,377  обязывала  их  безоговорочно  подчиняться  ин­
спекторам  края.378 
Царские  чиновники  стремились  через  мударрисов, 
мутавалий,  мулл  усилить  влияние  на  «туземное  населе­
ние в интересах  русской  государственности»,379 учитывая, 
что «мактабы  и  медресе  являются  удобным  орудием 
угнетения  народов  края».380 Вот почему  правители  Турке­
стана  обязывали  своих  инспекторов,  чтобы  те  выбирали 
и назначали  мударрисов  из  среды  более  преданных эле­
ментов  —  «политически  благонадежных,  хорошего  пове­
дения туземцев»381 и т. д. 
Представители  колониальной  администрации  опира­
лись  на  так  называемые  промежуточные  слои  местного 
населения,  из числа  которых  подбирались  послушные 
исполнители  для  административных  постов.  Они  «могли 
бы оказывать  давление  на  народ  в  желательном  для 
метрополии  направлении».382  Роль  воспитателей  такой 
промежуточной  прослойки  отводилась  русско­туземным 
школам,  на  которые  была  возложена  задача  подготовки 
переводчиков,  писарей  и  «других  служащих»,  необходи­
мых для  колониального  аппарата.383 
По  указанию  царской  администрации  русско­тузем­
ные школы  должны  были  воспитывать  детей  «туземцев» 
в духе  верности  русскому  самодержавному  строю, гото­
вить кадры  переводчиков  для  бюрократических  канцеля­
рий  колонизаторов  — угнетателей 
народов  Средней 
Азии.384 В  этих  школах  мало  внимания  уделялось  обще­
образовательным  предметам,  ибо  царская 
администра­
ция опасалась  «как  бы  не  сообщить  туземцам  слишком 
много  сведений»  и  не содействовать  этим  упрочению 
местных  культурных  особенностей в ущерб « обрусению *.ж 
=73 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
дальнейшем  предпочитал  публикациям  сбор  материалов. 
Обеспокоенные  судьбою  богатейших  фактических  мате­
риалов,  сконцентрированных  у  М. С. Андреева,  его  това­
рищи  и  коллеги  не  раз  обращались  к  нему  с просьбой  о 
скорейшем 
издании 
материала, 
который 
он  собрал. 
Б.  Г.  Гафуров  обратился  к М. С. Андрееву  в  феврале 
1946  г. от  имени ученых­востоковедов и руководящих  пар­
тийных  и  правительственных  органов  Таджикской  ССР: 
«У  всех  нас  одно  желание,  чтобы  Вы  выпустили 
в свет 
хотя бы часть того огромного  материала,  который  собран 
Вами. 
Считаю  самым  большим  пробелом  Вашей  работы  то, 
что  ценнейший,  имеющийся 
у  Вас  материал,  Вы  не 
оформляете  и не публикуете...  Возьмитесь  же за  это  дело 
покрепче, Михаил  Степанович!  Пускайте  в  научный  обо­
рот хотя  бы часть  того  богатого  материала,  которым  Вы 
располагаете,  иначе  можно  опоздать».700 
Да!  М. С. Андреев  опоздал.  Признавая  это,  он  еще  в 
1930  г. писал:  «...Все  время  при  каждом  удобном  случае 
разъезжал  по  разным  местам  Средней  Азии  для  изуче­
ния быта  и языка  и собрал  огромный  материал,  который 
предполагал  начать  обрабатывать  на  старости  лет  после 
его  возможно  полного  накопления.  В  этом  заключалась 
моя  большая  ошибка.  Нужно  было  издавать  и  обраба­
тывать  все  время,  по  мере  накопления 
материала».761 
В 1944 г. М. С. Андреев  с горечью сознавал:  «Жить  оста­
лось  мало и нужно скорее обрабатывать  и  подытоживать 
сделанное,  собранное  и  требующее  обработки,  а  его  так 
много».702 
Основная  часть  материалов,  собранных 
ученым  на 
протяжении  более  полувека  —  материалы  по  говорам, 
диалектам  и  главным  образом  по  этнографии 
таджик­
ского  народа  —  сохранились  в  личном  архиве 
ученого 
либо  в виде  работ,  уже  подготовленных  к изданию,  либо 
только частично  обработанных,  а в значительной  части— 
в  виде  полевых  записей,  обработка, 
систематизация  и 
опубликование  которых,  несомненно, явилось  бы  важным 
вкладом  в  изучение  истории  культуры  народов  Средней 
Азии  вообще  и таджикского  народа,  в  особенности.. 
После  смерти  М. С.  Андреева,  благодаря  неутомимой 
и  кропотливой 
работе  А.  К.  Писарчик,  увидели  свет. 
несколько  замечательных  работ  ученого  —  «К  характе­
ристике  древних 
таджикских 
семейных 
отношений» 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
и целый  ряд других  путей  проникновения  в  землю  могут 
обнаружить  ценнейшие  остатки  прошлого.  И,  в  действи­
тельности,  это  происходит  то  и дело  на  обширнейших 
пространствах  Таджикской  ССР. 
Куда  же  деваются  эти  ценнейшие  находки?  Почему 
о  них  никто  не  знает  и ими  не  могут  пользоваться  спе­
циалисты  — ученые  для  упомянутого  выше  изучения 
прошлого  Таджикистана?  Почему  их  не  могут  обозре­
вать  люди,  интересующиеся  прошлым  своей  страны? 
Ясно, что они  считаются  находившими  их как  ненужное, 
не доходят  по должному  назначению. И, таким  образом, 
все  время,  тем  или  иным  путем,  пропадают 
ценнейшие 
для  науки  сокровища.  Так  дольше  продолжаться,  конеч­
но, не может. 
Выход  из создавшегося  положения  может  быть толь­
ко один, — это  принятие  строгих  мер  по  обязательному 
сохранению  находимых  остатков  старой  жизни,  немед­
ленном  извещении  о  находках  и  доставлении  их  через 
местные органы  власти  или  другим  путем  в  соответству­
ющее хранилище. 
За  последнее  время  при  местном  отделении  (фили­
але)  Академии  наук СССР  в Сталинабаде  открылся осо­
бый  орган  (Музей  этнографии  и  археологии.  —  X. А. и 
Н. А.)  по изучению  старого  быта  таджикского 
народа, 
исторически  важных  находок,  попадающихся  в  земле. 
В этот  орган  и следует  отправлять  упомянутые  находки, 
а в  случае, если эти  находки  занимают  большое  место и 
при  извлечении  их  могут  быть  повреждены,  то  тогда  из­
вещать  в  упомянутое  выше  отделение  Академии  наук 
(филиал)  в Сталинабаде  на  предмет  присылки  специа­
листа  для  рассмотрения  на  месте  вопроса  по  их  исполь­
зованию... 
Помимо  вышеизложенного  необходимо  поставить  в 
известность  население  республики  о  возможной  важно­
сти таких  находок.  В связи  с вышеуказанным  необходи­
мо  вменить  в  обязанность  местным 
административным 
органам  власти, в особенности  местным  советам, исполь­
зовать  местную  сельскую  интеллигенцию  для  разъясне­
ния  населению  необходимости  заботливого  отношения  к 
археологическим  находкам,  их  сохранению  и  извещению 
о таких находках по вышеуказанному  адресу. 
И еще: 
1)  Составить  соответствующее  письмо,  посылаемое 
420 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ки  истории  Бадахшана.  Ташкент,  1964, стр. 26,  28, 30, 34,  43  и др. 
305  См.  А­  Н.  Бе  р и ш т а м . 
Исторнко­археологические 
очерки 
Центрального  Тянь­Шаня  и  Памиро­Алая.  «Институт  истории  мате­
риальной  культуры.  Ленинградское  отд.  Материалы  и  исследования 
по  археологии  СССР», М.Л.,  1952. №  26. стр.  278;  А. М. М а н д е  л ь­
ш т а м .  Материалы  к  историко­географическому 
обзору  Памира  и 
Припамирских  областей  с  древнейших  времен  до  X  в.  н.  э.  ~  «Тр. 
Ин­та  истории,  археологии  и этнографии  АН  Тадж.  ССР»,  т.  53,  1957, 
стр. 18­
300  См.  «Живая  старина»,  1912.  вып.  2—4.  стр.  485—488. 
307 См.  М. С.  А н д р е е в .  Некоторые  результаты  этнографической 
экспедиции  в  Самаркандскую  область  в  1921  г.  —  «Изв.  Турк.  отд. 
русск.  географ,  общ.», т.  17, Ташкент,  1924, стр­  121; Архив  АН  СССР, 
ф.  68, оп.  I,  д.  443,  л.  14; Архив  ТашГУ,  ф.  22,  оп.  4,  д.  I,  л.  5  (где 
говорится,  что  упоминаемая  поездка  была  в  1915 г.). 
308  См.  М.  С.  А н д р е е в ­  Из  поездки  в  1916  г.  в  Нуратинские 
горы  н  прилегающую  к  ним  часть  Кызыл­Кумов.—«Восток»,  №  1  (5), 
январь,  1923, изд.  Студкома  Туркестанского  восточного  ин­та  (стекло­
графия),  Ташкент,  1923, стр.  17—25;  он  же.  Из  результатов  экспеди­
ции  в  Кызыл­Кумы.  О  колодцах  в  Кызыл­Кумах  и  их  постройке.  — 
«Бюлл.  Среднеаз.  гос.  ун­та», №  9, Ташкент,  1925, стр. 204—205; Лич­
ный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  54,  л.  1: там  же,  д­  114. л.  2  (где  гово­
рится, что  эта  поездка  была  в  1916  г.). 
309  См.  «Восток»,  №  1  (5)  январь  1923  г.,  изд.  студкома  Тур­
кестанского  восточного  ин­та,  Ташкент,  1923,  стр.  17—25 
(стекло­
графия). 
3,0  См.  «Бюлл.  Среднеазиатского  гос.  ун­та»,  №  9, Ташкент,  1925. 
стр.  204—205;  см.  также.  Личный  фонд  M  С.  Андреева  д.  167. 
311 См.  ЦГИА  УзССР  ф. 47, оп.  К д.  1733. л. 47. 
312  См.  Архив  АН  СССР,  ф.  68, оп.  1,  д.  443, л.  14; Личный  фонд 
М.  С.  Андреева,  д.  168, л­ 2;  А.  К.  П и с а р ч и к.  Михаил  Степанович 
Андреев, стр.  10; Архив  ТашГУ,  ф. 22, on. 4, д.  1. л. 5. 
313  См.  «Резьба  по  дереву  в  долине  Зарафшана»,  М.,  Изд­во  АН 
СССР.  Главная  редакция  восточной  литературы.  1966, стр.  5;  (Рецен­
зия).  M.  E.  М а с с о й .  Еще  о  средневековых  памятниках  деревянной 
резной 
архитектуры 
из  верховьев 
Зарафшана­  —  «Общественные 
пауки  в  Узбекистане».  Год  изд.  11, АН  УзССР,  1967,  стр.  20—25. 
314  См.  Б.  А.  Л и т в и н с к и й .  Основные  этапы  изучения  архео­
логии  Таджикистана 
советской 
наукой».  —  Изв.  АН  Тадж.  ССР, 
Отд. общ. наук.  вып.  6,  1954, стр. 53. 
315  См.  М.  С­  А н д р е е в .  Деревянная  колонна  в Матче.  — «Изв. 
Российской  Академии  истории  материальной  культуры»,  т.  4, Л.,  1925. 
стр.  115—118;  См.  также  M.  E.  М а с с о й .  К  вопросу  о  происхожде­
нии  памятников древней  деревянной  архитектуры,  открытых  М. С. Ан­
дреевым  в  городах  Самаркандской  области.  —  В  кн.  «По  Таджики­
стану»,  вып.  1, Ташкент,  1927. стр.  27—41. 
3,6  См.  М­  С.  А н д р е е в .  Деревянная  колонна  в  Матче. 
317  H.  M.  Б а ч и н с к и й . 
Резное  дерево  в  архитектуре  Средней 
Азии.  Государственное 
архитектурное 
издательство, 
1947,  стр.  11. 
Наиболее  детально  и строго  научное  издание  оббурдонской  колонны. 
197 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
языку  ягнобцсв  и  их  фольклору.  Было  записано  на  раз­
личных ягнобских говорах 42 сказки, сообщалось  же,  что 
тогда  было  записано  около  40  сказок.647  Как  образчик 
языка  были  записаны  и загадки,  а  также  фразы,  харак­
теризующие  те или иные обороты  речи. Участники  экспе­
диции описали  ягнобскую свадьбу, 42 игры,  беременность 
и роды,  молочное  хозяйство,  земледельческие  обычаи, 
жизнь  ягнобцев  на  летних  пастбищах,  пищу  и  питье; 
были  собраны  данные  об  употреблении  ягнобцами  в  пи­
щу  30  различных  дикорастущих 
растений,  записаны 
60 рецептов  из  бытовой  ягнобской  медицины,  собран  ма­
териал  о ягнобском  жилище,  описаны  похоронные  обы­
чаи,  календарь,  календарные  и  сезонные  праздники, 
празднование  нового  года,  записаны  некоторые  истори­
ческие предания, верования  и суеверия,  меры  веса,  было 
собрано  293 экспоната  для  Главного  среднеазиатского 
музея.6'3  Привезенные  тогда  М.  С.  Андреевым  многочис­
ленные коллекции  из Ягноба  в виде фото, образцов  архи­
тектурного  орнамента, 
чертежей  жилых 
домов  и  т.  д. 
ныне хранятся  в  архиве  Музея  истории  народов  Узбеки­
стана.649 Тогда  же  членами  экспедиции  был  собран  мате­
риал  для  ягнобско­русского  словаря,  который  был  опуб­
ликован  много лет  спустя.050 
На  обратном  пути  в Ташкент,  писал  М.  С.  Андреев, 
IIa обратном пути Б Ташкепт, писал  М. С  Андреев,  «я 
захватил  с  собой из Ягноба одного толкового яглобца  (вы­
брать  было  дело не легко), с которым потом я проработал 
всю  зииму 1927—1928 г.,  обрабатывая  собранные тексты  и 
пополняя  языковые  и бытовые  материалы. В  результате 
был  собран  большой материал по языку и быту  ягонобцев 
как мною,  так и работавшей со  мной  Е. М. Пещеревой»651 
На  обратном  пути  участниками  экспедиции  было  за­
писано  194  матчинских  двустишья,  несколько  сказок  на 
ура­тюбииско­таджикском  наречии  и  собраны  сведения 
ö старинных мерах веса, употреблявшихся  в этом  районе. 
М. С. Андреев  очень  интересовался  диалектологией 
ягнобского  языка.  Подробно  изучив  разговорный  ягноб­
ский' язык  на  месте, ученый  пришел  к  заключению,  что 
•мнение  о двухдиалектном  его  членении  «не  вполне  под­
тверждается  из  материалов,  добытых  экспедицией,  по 
крайней  мере  по  состоянию  языка  в  настоящее  время. 
Картина  представляется  несколько  более  сложной.  Во­
•  первых,  сам  язык  настолько  мало  разнится  в  различных 
концах  Ягноба,  что  все  ягнобцы  совершенно 
свободно 
144 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ский  строй  этих  говоров, и  наметить  распространение и 
положение,  занимаемое  той  или  другой  формой.  Это 
было бы, писал он, крайне важной  и интересной  работой, 
которая  заодно  позволила  бы и ощупать  топографически 
старые  местные  формы  наречия,  лежащие,  как  субстрат» 
под теперешними  таджикскими  говорами.  Ведь  в  значи­
тельном  большинстве  случаев  эти  старые  местные  фор­
мы  наречия,  вероятно,  и  создали  имеющиеся  граммати­
ческие особенности  и отклонения.  Работа,  конечно, боль­
шая, трудная  и  очень  сложная  в  организационном  отно­
шении. Но зато  какая  важная  и интересная! 
М.  С.  Андреев  сообщает,  что  составление  такого  ро­
да  работы,  облегчается  еще  до  некоторой  степени  тем, 
что  им  по  разным  местам  уже  собрано  довольно  много 
различных  образчиков  речи,  которые  можно  дополнить 
методом  опроса  у  местных  студентов­таджиков.  В  конце 
своего письма  М. С. Андреев добавляет:  «...а  для  Вас  ра­
бота  тоже, по  моему  мнению, в  указанном  выше  аспекте 
могла  бы  быть  сугубо  интересной»  и  предложил  своему 
коллеге  принять  участие  в  составлении  грамматики  тад­
жикского языка.511 
Интересно ответное  письмо А. А. Фреймана  М. С. Ан­
дрееву:  «Глубокоуважаемый  Михаил  Степанович!  Полу­
чил  Ваше письмо от  10 июня  (1928  г.).  Ваше  письмо ды­
шит таким  большим  научным  энтузиазмом,  что  его  чрез­
вычайно  радостно  перечитывать.  Очень  Вам  признате­
лен  за  объяснения  применяемых 
Вами  знаков  в  тран­
скрипции. У Вас ­в высшей  степени  тонкий слух и, по­ви­
димому,  записанное  Вами  представляет  собою идеаль­
ную  в меру  человеческих  сил  картину  слышанного  их 
произношения...  Теперь  позвольте  относительно  таджик­
ской  грамматики.  Как  прекрасный  знаток  местных  язы­
ков,  Вы уже  сами  определили  тот;метод, пользуясь  кото­
рым  только и можно  было бы настоящим  образом  выпол­
нить столь трудную и ответственную  задачу:  необходимо 
предварительно выяснить  грамматические  факты  отдель­
ных  говоров,  различая  говоры  и  подговоры,  как  Вы  со­
вершенно  верно  говорите,  вопрос  идет  о  создании  тад­
жикского  языка...».512 
Несмотря 
на  прилагаемые  усилия, 
М.  С.  Андреев 
ввиду  своей  перегруженности 
не  успел  написать  чисто 
грамматическую  работу. 
По линии  Общества  он  принимал  участие  в  пересмот­
100 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
черкивал,  что  если  мы  «не проглотим  нашего  инородца, 
то  он  проглотит  нас».162  Проводники  политики  царизма 
понимали, что  в  «успешном»  проведении  русификатор­
ской  политики  немалая  роль  принадлежит  лицам,  знаю­
щим  местные  языки.  Вот  почему  педагогический  коллек­
тив  семинарии  добивался  того,  чтобы  выпускаемые  учи­
теля  владели  языком  своих  будущих  учеников  из  корен­
ного населения,  ибо, как утверждал  генерал­губернатор 
•  Розенбах,  «без знания сартовского  и персидского  языков 
я не вижу  никакого успеха для русского учителя  в тузем­
ной  школе».163 Изучение  местных  языков  в основном про­
водилось  в целях  ведения  «культурной,  идейной  борьбы 
| 
с  теми  стремлениями  местных  самоуправлений,  которые 
опасны для империи» и т. д.164 Буржуазно­помещичья  по­
литика  царизма  по отношению  к народам  Туркестана 
сводилась  к тому, чтобы  калечить  их  культуру,  держать 
их в невежестве и, наконец, по возможности  русифициро­
вать их.165 
Царизм, писал  А. А. Семенов, «приучал  русское насе­
ление смотреть  на  коренные  народности  национальных 
областей  как  на  нисшую  расу,  называл  их официально 
инородцами».166 
Следует  вместе с тем иметь ввиду, что в Ташкентскую 
учительскую  семинарию,  несмотря  на  официальный  рус­
ификаторский  дух  преподавания,  «проникла  и прогрес­
сивная  мысль  (как  общественно­политическая,  так  и пе­
дагогическая)».167 
Несмотря  на  недостатки  в преподавании,  воспитанни­
ки  семинарии  могли  получить  прочные  знания  по  языку 
и  определенный  запас  сведений  по  истории 
Востока. 
В частности,  М. С. Андреев  самостоятельно  углублял 
свои познания в области  языков и истории народов Сред­
ней  Азии.  «Характерной  чертой  моих  занятий  было  то, 
что  я  всегда  занимался  не тем, что  было  обязательно, 
а  тем,  что  меня  интересовало»,  — вспоминал  впослед­
ствии М. С. Андреев.168 
На  формирование  научных  интересов  будущего  лин­
гвиста  и  крупнейшего  этнографа 
таджикского 
народа 
М.  С.  Андреева  большое  влияние  оказал  преподаватель 
местных  языков  в  семинарии  В.  П.  Наливкин.  Уже  на 
склоне лет М. С. Андреев  писал  о своем  научном  настав­
нике: «В первый  год моего пребывания  в семинарии  язы­
ки  преподавал  В.  П.  Наливкин,  который  удивительно 
34 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
привезенные M. С. Андреевым,  составили  около  1200 экс­
понатов.  После  возвращения  экспедиции 
в  «Известиях 
Средазкомстарнса»  сообщалось  о  том,  что 
экспедиция 
«кроме  собранных  коллекций кустарной таджикской про­
мышленности  районов  Восточной  Бухары и  местной  му­
сульманской керамики,  с исключительной по красоте и ху­
дожеству орнаментацией, уста повила «несколько сот местных 
до  сего времени неизвестных названий туземных орнамен­
тов,  тканей  и  пр.  Помимо этнографического значения  со­
бранные  коллекции,  несомненно,  послужат  в  будущем 
материалом  для  изучения искусства и развития техники в 
местной  кустарной 
промышленности 
Таджикистана»­62i 
Этнографическая  работа  Главного  среднеазиатского 
музея,  проводившаяся  в  середине  20­х  гг.,  получила  вы­
сокую  оценку,  как  ташкентских  специалистов620,  так  и 
В. В. Бартольда.627 
Характеризуя  научное  значение  экспедиции 
1925  г., 
совершенной  под  руководством  М.  С.  Андреева,  прези­
дент Академии, наук  Таджикской  ССР  М. С. Асимов под­
черкивает,  что  тогда  экспедиции  удалось  собрать  бога­
тый  материал  и сделать  ряд открытий.  Если  раньше  счи­
тали  преимущественно  Самарканд,  Бухару  и их  окрест­
ности  районами  высокой  древней  культуры  в  эпоху  Са­
манидов, то  после  экспедиции  М. С.  Андреева  ее  геогра­
фия  намного  расширилась,  о  чем  свидетельствуют  худо­
жественные  памятники  прошлого,  обнаруженные  учены­
ми в горных  долинах  Северного  Таджикистана.626 
После  возвращения  из  экспедиции  1925 г.  М.  С. Анд­
реевым  и Е. М. Пещеровой  была  подарена  Музею  антро­
пологии  и этнографии  им.  Петра  Великого  (Ленинград) 
коллекция  кукол,  собранных  ими тогда  в Матче, Карате­
гине, Ягнобе  и Ура­Тюбииском  районе.629 
В  1927  г.  описания  части 
этнографических  материа­
лов,  собранных  М. С. Андреевым  в  1925  г., были  опубли­
кованы  под  рубрикой  «Краткий  отчет  по  экспедиции  в 
Таджикистан  в  1925  г.,  посланной  Обществом  для  изу­
чения  Таджикистана  и  Среднеазиатским 
комитетом  по 
охране  памятников  природы,  старины  и  искусства». 
В  этой  статье  автор  сообщает  о  составе  экспедиции 
(этнограф  Е. М.  Пещерева,  фотограф  В.  О.  Вырвинский 
и  сам  М. С. Андреев  в качестве  руководителя  экспеди­
ции),  описывает  маршрут,  рассказывает  о  сборе  коллек­
ции по  керамике, о минаретах, обнаруженных  в  селениях 
139 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ственной  ему  научной  добросовестностью, 
с  большой 
полнотой  собрал  и систематизировал  огромный  фактиче­
ский  материал  по  истории  культуры  народов  Средней 
Азии. 
В трудах  ученого,  очень  точно  охарактеризованных 
Н. А. Кисляковым,  «отдельные  стороны  жизни  и  быта 
народа  описаны  столь  полно  и  всесторонне,  что  к  этому 
описанию  вряд ли  можно  было бы  что­либо  еще приба­  ­
вить»."5 Его труды  по  истории,  лингвистике  и этногра­
фии  народов  Средней  Азии  давали  в  руки  советских  ис­
следователей  огромный  научно  обоснованный 
фактиче­
ский  материал  и содействовали  возвращению  этим  наро­
дам  их богатейшего  культурного  наследия.  В этом  отно­
шении  работы  ученого  — полезный  и  неисчерпаемый 
фонд для  советской востоковедческой  науки. 
Чем  глубже  и  шире  изучаем  мы  научное  наследие 
М. С. Андреева,  тем  больше  убеждаемся,  что он не толь­
ко призывал  фиксировать  для  науки  ушедший  старый 
уклад  жизни  народов  Средней  Азии,  но  и на  деле — 
сбором  и  публикацией  многочисленных,  порою  уникаль­
ных  материалов  в  данной  области  — доказал,  что он 
сделал  неизмеримо  много  для  развития  науки  своего 
времени. М. С. Андреев принадлежал  к числу тех ученых, 
которые  продолжали  лучшие  традиции  русской  этногра­
фической  школы.7" 
Как  отмечал  В.  И.  Ленин,  «исторические  заслуги  це­
нятся  не  по тому,  чего  не дали  исторические  деятели 
сравнительно  с современными  требованиями,  а  по  тому, 
что  они  дали  нового  сравнительно  со  своими  предшест­
венниками».747  Действительно,  труды  М.  С.  Андреева 
представляют  своеобразную  энциклопедию  прошлого  на­
родов  Средней  Азии.  «В  плодотворной  деятельности  до­
революционных  востоковедов  нельзя  не  видеть  одного  из 
объективно  прогрессивных  последствий  присоединения 
Средней  Азии  к  России,  того,  что  передовые  представи­
тели  русской  науки  и культуры  делали  все,  чтобы  зало­
жить  прочную  основу  глубокого  и  всестороннего  изуче­
ния  многовековой  истории  народов  Средней  Азии».748 
Вклад  М. С. Андреева в  изучение лингвистики,  архео­
логии, истории и особенно этнографии  таджикского  наро­
да очень велик.  • •  • 
Характеризуя  заслуги  ученого  в изучении  таджикско­
• го  языка,749 хочется  полностью  согласиться  с  самоанали­
•  176 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Из­за  отсутствия  даже  элементарных  пособий  пра­
вильное  и  систематическое  чтение  курсов  лекций  пред­
ставляло  собой  почти  совершенно  непреодолимые  труд­
ности.435 На  полное  отсутствие печатных  пособий для  чте­
ния  курса  лекций  часто  ссылались  и  другие  преподава­
тели  института.  Один  из  них,  известный 
востоковед 
А. А. Семенов,436 читавший  курсы  введение  в  иранскую 
филологию,  персидская  литература,  персидский  язык  и 
историю  исследования  Туркестана,  писал  своему  коллеге 
и  наставнику  академику 
В. В. Бартольду  в  1920  г.,  что 
«.„в  Восточном  институте  нет  никаких  восточных  книг 
для  классного  чтения  и  на  старших  курсах  тексты  при­
ходится  переписывать  на  отдельных  листах,  а  затем  раз­
давать  для  списывания  слушателям».437 
М. С. Андреев  сам  читал  курсы лекций  но самым  раз­
нообразным  предметам: этнография  таджиков,  историко­
географические  обзоры  Афганистана 
и  Индии,  таджик­
ский  и  персидский  языки.  М.  С.  Андрееву  предлагали 
читать  и добавочные  курсы  по  языкам  «индустани»  и 
«пушту»,  от  которых  из­за  физической 
невозможности 
ему  пришлось  отказаться.438  Как  отмечает  А.  К.  Пнсар­
чик,  которая 
сама  позднее  училась  у  М.  С.  Андреева, 
«языки  М.  С.  преподавал  очень  интересно  и был  очень 
требовательным,  так  что  большая  часть  его  учеников 
знала  предмет  хорошо».439 
Сохранились  многочисленные  письма 
учеников  Ми­
хаила  Степановича  Андреева,  адресованных 
любимому 
учителю.  Они  позволяют  судить  о  характере  его  препо­
давательской  работы  и  взаимоотношениях  со  студента­
ми. Один из  авторов таких  писем  с благодарностью  вспо­
минал  об  учебе  у М.  С. Андреева:  «...я  помню,  как  Вы 
нас  первый  раз  учили  писать  арабские  буквы,  персид­
ской  грамматике,  чтению,  рассказывать  персидские  тек­
сты и как  разбирали  «Чанд ҳ икояти  фарси». 
...Никогда  не забудем  Вас н Вашу  помощь  в усвоении 
языка.  Постараюсь  в  своем  сердце  навеки 
сохранить 
Ваше  имя.  как  путеводитель  в  моей  будущей 
научной 
работе... 
Все  студенты  нашей 
группы  и  лично  я  благодарим 
Вас  за  Вашу  любимую  заботу  и  внимание  к  нам».440 
Для  практического  усовершенствования  знаний  язы­
ков, по настоянию М. С. Андреева,  Совет  преподавателей 
института  разрешил  организовать  в период  каникулярно­
• 
87 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
424  См.  ДА. M.  Вире  кий.  Ближайшие  меры  для  упорядочения 
русского  влияния  и  распространения 
просвещения 
среди  туземцев 
Туркестанского 
края.  —  «Туркестанские 
ведомости», 
1900,  №  II; 
С.  Ф­  О л ь д е б у р г .  Французская  школа  Крайнего  Востока  в  Сай­
гоне.  —  Жури.  «Министерства  народного  просвещения,  седьмое  де­
сятилетие»,  ч.  340.  отд.  4,  СПб..  1902.  март,  стр.  47—51;  В.  В.  Б а р ­
г о л ь д .  По  поводу  проекта 
С.  Ф.  Ольденбурга.  —  «Туркестанские 
ведомости»,  1902.  №  33;  В.  В.  Б ар  т о л ь  д.  К  вопросу  об  изучении 
местных  языков.  — Там  же.  1906,  №  63;  И­  Д.  Я г е л л о.  Восточный 
институт  в  Ташкенте.  —  Там  же,  1906.  Лр9  143;  В.  В.  Б а р т о л ь  д. 
К  проекту  Восточного  института.  — Там  же,  1906  Х­> 165;  Н.  С.  Л ы­
х о ш и н .  Знание 
туземных  языков.  — Там  же.  1906.  JS& 54,  56,  57; 
.он  же.  О  значении  туземных 
наречий.  —  Журн.  «Среднеазиатская 
жизнь»,  1906. Ht 87  и т. д. 
425  А.  Б а з и я н ц,  II.  К у з н е ц о в а , 
Л­  К у л а г и  н а. 
Азиат­
скин  музей  —  Институт  востоковедения  АН  СССР  (1918—1968).  М„ 
1969, стр.  53—54. 
426  См.  Б.  В.  Л у н и н .  Научные  общества  Туркестана  и  их  про­
грессивная  деятельность,  стр.  141. 
437  Личный  фонд  М. С.  Андреева,  д.  168, л.  12;  см.  также  Архив­
ные собрания  ТашГУ,  архив  №  13­ л­  П. 
428 Б.  В. Л у н и п.  Научные  общества  Туркестана,  стр.  141; он  же. 
Из  истории  первого  высшего  востоковедного  учебного  заведения  и 
Средней  Азии.  —  «Очерки  по  истории  русского  востоковедения»,  М., 
1963, сб.  У9 6, стр. 328. 
429  П.  Б а р а н о в .  Среднеазиатский  университет. 
Исторический 
очерк.  —  В  кн.:  «Среднеазиатский 
государственный 
университет  к 
десятилетнему 
юбилею  Октябрьской 
революции». 
Ташкент,  1927. 
стр. 27­
430  Автобиография  М.  С.  Андреева  и материалы  к  ней.  — Личный 
фонд  М.  С.  Андреева,  д.  168,  лл.  4—5;  см.  также.  Автобиография 
1944  г.,  л.  11. 
431  Б.  В.  Л  у и и н.  Из  истории  первого  высшего  востоковедного 
учебного  заведения, стр­ 329. 
432 Личный  фонд  М. С. Андреева, д.  127, л.  100. 
433 См.  Некоторые  дополнительные  сведения 
к  автобиографии 
j \ \ .  С.  Андреева  1937  г.  — Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  л,  168, л.  2. 
434 Архив  АН  СССР,  ф. 68,  on.  1, д. 443, л­ 8. 
435 См. Личный  фонд  М. С.  Андреева,  д.  129, л. 26. 
430  О  нем  см.  В.  В.  Б а р т о л ь  д.  Александр  Александрович  Се­
менов  (Жизнеописание).  — «Изв.  РАН»,  сер.  6,  Пг, 
1918,  Л?  14, 
стр.  1491—1492;  3  (Ш)  Р а ч а б о в.  Олимп  намоёни  советй  (Ба  му­
носибати  80­слагии  рўзн  та вал л уд и 
профессор  А.  А.  Семенов).  — 
«Шарки­Сурх»,  1953 №  9 стр.  107—112;  Садриддни  Айни  — А.  А.  Се­
менову.  —  «Коммунист  Таджикистана»,  1953. 30  септ.;  А.  А.  Семе­
нов  (К  80­летию  со  дня  рождения).  —  «Кммунист  Таджикистана», 
1953,  30  сент.;  «Точикнстони  Советй»,  1953, 30  сент.;  «Газетаи  муал­
лимон»,  1953, 30 сентябрь,  Авт.  Б. H.  H и я з м у х а м е д о в, А­ М.  Б о­
г о у т д и н о в,  М. 
Ф.  Ф а з  ы л о в, 
Б. 
А.  Л  и т в и и с к и и 
и 
А.  П.  К о л п а к о в ;  Б.  В.  Л у н и н . 
А.  А.  Семенов 
(Некролог).  — 
203 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
402  О  хлопотах  M. С. Андреева  по  поводу  вновь открытых  русс ко­
туземных  школ  »  Ходжентеком  уезде.  — См.  ЦГИА  УзССР,  ф.  I«, 
о'п.  1, д.  8917. лл.  1­14;  ф.  47,  он.  1, Д.  1494,  лл.  1­7; 
ЦГА  Тадж. 
ССР, ф.  I, on­  1, д. 2132 и др. 
403  ЦГИА  УзССР,  ф.  47,  он.  1.  д.  1491, лл.  5—6; 
см.  так  же> 
там  же, д.  1495. л. 7;  ЦГА  Тадж.  ССР,  ф.  I.  on.  I, д. 948. 
404  Г.  А.  А л и е в . 
Успехи  развития  экономики  и  культуры  Тад­
жикской  ССР  М..  1957. стр­ 23. 
405 См. ЦГА Тадж.  ССР, ф.  I­ on.  I. д. 948. 
ш  Там  же. д. 2095. 
407  См.  К.  Е.  Б е н д р и к о в. Очерки  по  истории  народного  обра­
зования  г>  Туркестане, стр. 247—282. 
4и8  Т.  Н.  К а р ы ­ Н и я з о в ­  Очерки  истории  культуры  Советского 
Узбекистана.  М..  1955. стр.  105—106. 
409  См.  К.  Е.  Б с н д р и к о в .  Очерки  по  истории  народного  обра­
зования  в  Туркестане. 
4,0  И.  О б и д о й . 
История 
развития 
народного 
образования, 
стр. 22. 
411  Д ж а л а л  И к р а м и .  Мой  учитель,  моя  школа  и  я  сам.  По­
весть М,,  1970. стр­  30—31. 
412 См.  Аз  Г'ддоштхои  Яхёхўча  Орифов  (Из  воспоминании  участ­
ников  восстания 
1916  г.).  — «Изв.  Отд.  обществ,  наук  АН  Тадж. 
ССР»,  1967, №  1 (47). стр. 74. 
413  ЦГИА  УзССР,  ф.  47,  он.  I,  д.  1364,  л.  13;  д.  1088,  л.  124; 
д.  1243. л­ 95 и др. 
414  Там  же. ф.  47. он.  1, д.  1550. лл.  24,  36; д.  1453, л.  13. 
+|5 См.  ЦГА  Тадж.  ССР.  ф.  1. он.  1. д.  2132. л. 21. 
4,6  Цитирую  по  кн.:  Б.  В. Л у н и н .  Из  истории  русского  востоко­
ведения  и археологии  в Туркестане,  стр.  стр. 95;  см. также:  Автобио­
графия 
М.  С.  Андреева 
и  материалы  к  ней.  —  Личный 
фонд 
М.  С.  Андреева, д.  168. л. 4. 
417  Автобиография  1944  г., л­  II. 
418 Личный  фонд М. С. Андреева,  д.  113, лл. 52—53. 
419  ЦГИА  УзССР. ф.  47. on.  1­ д.  1733, л. 67. 
420  А.  Кр  и венок.  Первый  высокогорный.  — «Коммунист  Тад­
жикистана»  от 21 ноября  1968 г. 
421  Об  участии  М. С. Андреева  в организации  Туркестанского  вос­
точного  института.  — См.  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  128,  129. 
422 См.  П.  Б.  Краткий  исторический  очерк  деятельности  1­го  Сред­
неазиатского  университета  за  5 лет  (1918­1923  гг.).  — Бюлл.  САГУ. 
вып.  1—6. 
1923—1924  гг..  стр.  16:  См.  также  Е.  А­  Д в о р к и н а . 
Основание  университета  в  Туркестане  (1918—1920  гг.).  —  Тр.  САГУ 
им.  В.  П.  Ленина,  нов.  сер..  выи.  90.  «Истор.  науки»,  кн.  14  Изд­во 
САУ,  Ташкент,  1957,  стр.  7—35.  и др. 
423 См.  История  возникновения  и начало  деятельности  Туркестан­
ского восточного  института  (1918—1919  гг.)  (И.  И.  У м н я к о в). Тур­
кестанский  восточный  нн­т  (1919—1922  гг.).  — Сб.  ТВИ,  Изд­во  Тур­
кестанского  Восточного  ин­та.  Ташкент,  1922.  стр  4—5  (стеклогра­
фия). 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
сектор  (т. е.  сектор  истории,  языка  и литературы  Тад­
I 
жикксой  базы  АН  СССР.  — X. А. и  Н. А.)  переименовы­
вается  и становится  Институтом.  Какое  прекрасное,  бла­
городное  поле  для  Вашей  работы  на  пользу  Советской 
Родины  и  нашей  науки.  Какое  огромное  дело,  и  как  Вы 
можете  (и  должны)  честно  и  правильно 
(трудиться)  в 
интересах  процветания  Советской  науки  в  Таджикистане 
и по Таджикистану.  Оно  вручено  Вам  и это  Вас  обязы­
вает  на  многое.  Позвольте  же  поделиться  с Вам«  некото­
рыми  мыслями.  Мне  очень  хотелось  бы  принять  личное 
и непосредственное  участие  в этой  работе, очень  близкой 
моему  сердцу,  подтолкнуть  стареющим  плечом,  вместе  с 
Вами,  этот  воз,  который  Вам  предложено  везти  (а  как 
важно  в  этом  деле  объединенность  усилий  и  правильное 
координирование 
работ),  но  пока 
этого  сделать  не 
могу».549 
По­видимому,  работники 
сектора  истории, 
языка  и 
литературы  обратились  к  М.  С.  Андрееву  за  помощью 
в реорганизации  его  в одноименный  институт.  В  ответ  на 
эту  просьбу  М.  С.  Андреев  сформулировал  основные  на­
учные  направления,  которые,  по  его  мнению,  предстояло 
разрабатывать  в  будущем  сотрудникам  формировавше­
гося  научно­исследовательского  института  истории,  язы­
ка  и  литературы. 
В  области 
изучения  языка,  писал  он,  в  настоящее 
время  крайне  необходимо  самое  тщательное  изучение  и 
научный  учет  содержания  и свойств  (структуры,  фонети­
ки  и  лексики)  различных  говоров  и  диалектов  таджик­
ского  языка  в  пределах  Таджикистана 
и  сопредельных 
стран. 
При  правильной  обработке  это даст: 
а)  точную,  основанную  на  фактах,  а  не  на  догадках 
и домыслах,  картину  существующих  говоров  таджикско­
го  языка  на  пространстве, занятом  таджиками; 
б)  ценнейший  материал  для  решения  целого  ряда  то 
и дело  выдвигаемых  жизнью  вопросов  и задач  в  области 
языка,  базирующихся  на  фактическом  материале  и отве­
чающих  интересам 
народа.  Это,  безусловно, 
поможет 
избежать  целого  ряда  ошибок,  искривлений  и  неправиль­
ных  затрат  народных  сил  и  государственных  средств; 
в)  крайне  интересный  и важный  материал  для  изуче­
ния  истории  языка  таджикского  народа  и  его  культуры; 
г)  самое  ценное  пособие  и  даже  основу  при  работах 
М5 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
исследование  иод  названием 
«Михаил  Степанович  Ан­
дреев  (1873—1948)».мз  Труд  Л.  К.  Писарчик  — это  пер­
вая  и  наиболее  полная  опубликованная  работа,  в кото­
рой,  наряду  с данными  научно­биографического  харак­
тера,  приводится  краткое  описание  научного  архива  и 
помещен  список  опубликованных  работ  М.  С.  Андреева. 
Однако  в связи  с ограниченностью  объема  статьи  А.  К. 
Писарчик  не имела  возможности  детально  осветить  все 
стороны деятельности  М. С. Андреева, она также  не име­
ла  возможности  привлечь  материалы  из  центральных 
архивов  и  тех  учреждений,  где  работал  или  с  которыми 
был  связан  ученый  до  приезда  в Таджикистан.  «Настоя­
щий краткий  биографический очерк,—отмечала  А. К. Пи­
сарчик, — написан  на  основании  материалов,  хранящих­
ся  в научном  архиве  М. С. Андреева.  Больше  всего  све­
дений  почерпнуто  из  официальных  автобиографий,  пред­
ставлявшихся  М. "С.  Андреевым  в  различные  учрежде­
ния, где он работал 
(особенно  из наиболее  подробной 
автобиографии  1944  г.,  написанной  для  ЦК  КП  Узбек­
ской  ССР).  Кроме  них,  были  использованы  докладные 
записки  М.  С.  Андреева 
«О  собранном  мною  в  разнос 
время  (с конца  XIX  в. по  1942 г.)  материале  по  языку и 
быту  народов  Средней  Азии...»  и  «Ушедший  старый  быт 
народов  Средней  Азии  и важность  его  скорейшего  науч­
ного изучения»  (1942 г.), а  также записи  его устных  рас­
сказов. 
Написание полной  биографии  М. С. Андреева  требует 
сбора  архивного  материала  в  многочисленных  учрежде­
ниях,  где  работал  или  с которыми  был  связан,  чего  я 
при  работе  над  очерком 
не  имела 
возможности  сде­
лать».1'4 
Публикация  работы  А. К.  Писарчик  имела  важное 
значение. В пей даны сжатое и вместе с тем  систематиче­
ское  изложение  основных  фактов 
биографии  М.  С.  Ан­
дреева, общая  характеристика  его научной  деятельности, 
введены  в научный  обиход  множество  ранее  неизвестных 
фактов. 
Статья  А .К.  Писарчик  проникнута  величайшим  ува­
жением к М. С. Андрееву. Она  написана  человеком, близ­
ко знавшим  ученого  и во  многом  помогавшим  ему  в  на­
учной  работе.  «А. К.  Писарчик  все  время  помогала  мне 
Б  научных  работах...  и  без  ее  помощи  они  не  могли  бы 
быть  выполненными  в имеющихся  размерах»,45  — отме­
2S 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
материальной 
культуры 
прошлых 
эпох  Средней 
Азии, 
стр.  21. 
А.  К.  П и с а р ч и к .  Михаил  Степанович  Андреев,  стр­  II  и  др. 
027 Архив  АН СССР. ф. 68, оп.  1, д. 432, лл.  119­120. 
,i28 M.  Ас и м ois. Ученые  страны  гор. — «Дружба  народов»,  1967, 
N* 10, стр.  186;  см.  такжеМ.  Из  глубины  веков.  Памятники  XII—XIV 
столетии.  Ценные  археологические  находки  (от  нашего  спец.  корр). 
— «Правда  Востока»,  1925,  №  175;  Г а ф и з.  Из  глубины  веков.  Ре­
зультаты  научной  экспедиции  в  Таджикистан.  — «Правда  Востока». 
1926,  №  65;  Обурданская  колонна  в Ташкенте.  — «Правда  Востока». 
1927.  №  241;  К.  У ш а р о в . 
Колонна 
из  вечного  дерева.  —  «Семь 
дней»,  1927. №  44;  В.  Denike'  Quelques 
monuments  de  bois  sculpte 
au  Turkestan  occidental. Ars  islamica,  Vol.  II,  part  I.  1935.  pp.  69­83 
и  др. 
*"'29 Архив  Музея  антропологии  и этнографии  им.  Петра  Великого, 
Жури,  поступлении,  колл.  3083.  Публикация  этих  (и  других)  кукол 
и игрушек  — см.  Е. М.  П е щ е р  ев  а.  Игрушки  и детские  игры  у  тад­
жиков  и узбеков  (по материалам  1924—1935  гг).  — Сб. Музея  антро­
пологии  и этнографии,  т.  XVII. М.­Л.,  1957. 
630  М.  С.  А н д р е е в . 
Краткий  отчет  о  работах  этнографической 
экспедиции  в Таджикистане  в  1925  г.  — В  кн.:  «По  Таджикистану», 
вып.  1, Ташкент,  1927. стр. 5—26. 
031  М. С. А и д р е е в. Ук. соч­, стр. 21. 
632 Там  же,  стр. 23—24. 
633  M  (С.)  А н д р е е в . 
Орнамент  горных  таджиков 
и  киргиз 
Памира. 
634 Там  же, стр.  18. 
• б35 Там  же. 
* 
f'36  См. слова  А.  Н.  Берпштама  о том,  что  работа  М. С.  Андреева 
открывает  «новую  стадию  в  исследовании  киргизского  искусства»­ — 
См.  А.  Н.  Б е р н ш т а м .  Киргизский  национальный  узор.  —  В  кн.: 
Киргизский  национальный  узор.  Ленинград—Фрунзе, 
1948,  стр.  6; 
также  К.  И.  А н т и п и н а .  Особенности 
материальный  культуры  и 
прикладного 
искусства 
южных 
киргизов. 
Фрунзе, 
1962,  стр.  5. 
О  месте  этой  работы  М.  С.  Андреева  в  изучении  таджикского  деко­
ративного  искусства  — см. Н­  А.  Б е л и н с к а я. Декоративное  искус­
ство  горного Таджикистана.  Душанбе,  1965. стр.  10. 
637  «Поездка  в Афганистан  в  1926  г.».  — Личный  фонд  М.  С.  Ан­
дреева,  д. 23. 
638 М. С. А н д р е е в.  По  этнологии  Афганистана.  Долина  Пандж­
шир  (материалы  из  поездки  в  Афганистан  в  1926  г.).  Ташкент,  1927, 
стр. 5. 
б3п Там  же. стр­  6. 
040 Архив  АН  СССР,  ф. 208, оп.  1, д.  369, л. 3. 
641  «Записки  об  ученых  трудах  членов­корреспондентов  Академии 
наук  СССР  по  отделению  гуманитарных  наук,  избранных  31  января 
1929  г.»,  стр. 2. 
ü42  И.  М.  Р е й с  не р.  Развитие  феодализма  и  образование  госу­
дарства  у афганцев.  М.,  1954, стр.  21, 40—41, 80  и ел* см.  также  Аф­
2НГ 
. 
' 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
1925 г., где M. С. Андреев  был  избран  членом  постоянно­
го президиума  Общества/77  подчеркивалось: 
«Для достижения  указанной  цели  Общество: 
а)  имеет  право с надлежащего  разреешния  открывать 
свои  филиальные  отделения  и  информационные  бюро  в 
пределах  СССР; 
б)  вступает  в  сношения  с  существующими  научными 
обществами,  организациями  и  отдельными  лицами,  на­
ходящимися  в  странах,  в интересах 
научной  взаимо­
помощи; 
в)  содействует  организациям,  учреждениям  и отдель­
ным лицам  в деле  осуществления  задач  Общества,  орга­
низует научные экспедиции и другие работы по изучению 
Таджикистана  и других  стран,  населенных  иранцами 
(ираноязычными  народностями. — X. А. и Н. А.), издает 
научные труды, сборники  по отдельным  вопросам  и при­
нимает  активное  участие  в работе  местной  и централь­
ной прессы... 
13)  Вся научная деятельность  Общества  сосредоточи­
вается  в двух  отделах:  1)  физико­географическом  и эко­
номическом  и  2)  в  историко­филологическом  и  этногра­
фическом. 
14)  Оба  отдела  имеют право  с разрешения  правления 
организовывать секции по отдельным  предметам  и вопро­
сам, входящим  в круг их изучения. 
15)  На отделы возлагается, помимо собирания и обра­
ботки  материалов,  подготовка  научных  и популярно­на­
учных  изданий,  научных  экскурсий  и  экспедиций  по  за­
даниям  Правления  или  его  Президиума  по отдельным 
практическим  или  теоретическим  вопросам,  входящим  в 
область возможной  компетенции  Общества... 
Членами  общества  могут  быть  все ученые  специалис­
ты­востоковеды,  практические  работники 
на  Востоке  и 
все граждане,  интересующиеся  Таджикистаном  и  оказы­
вающие услуги Обществу».478 
На  очередном  заседании  Общества  25  января  1925  г. 
М. С. Андреев избирается  заведующим  историко­филоло­
гическим  и этнографическим  отделом.479  Участвовавший 
почти  во  всех  заседаниях  Общества,  М. С.  Андреев489 
часто  выступал  с научными  докладами.  На  заседании 
30  января  1925 г.  он  сделал  доклад  «О  предполагаемой 
работе историко­филологического  и этнографического  от­
дела». М. С. Андреев предложил привлечь«  работе  Обще­
7­207 
._ 
..........  v  „ 
. 
07 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
гии  (общий  обзор)  была  значительно  обезображена  при 
спешке,  которой  сопровождалось  печатание,  сделанное, 
к тому  же,  во  время  моего  отсутствия  и  при  этом  без 
удовлетворительной  корректуры»."4 
«Следует добавить,  — указывал  он в  предисловии, — 
что  при  представлении  настоящей  работы,  конечно,  от­
нюдь не имеется  в виду  рассматривать  ее как  исчерпыва­
ющий материал  по определению затронутых  в ней  вопро­
сов, даже  для  тех  районов, представители  которых  опра­
шивались.  Только' полное  отсутствие  пока  общего  свод­
ного  материала 
по таджикским  говорам  и  наречиям 
Средней  Азии  позволяет  мне иметь смелость  представить 
настоящую  наспех  сделанную  и  (Неполную  сводку  запи­
сей все же  как  единственное  пока  средство,  дающее  воз­
можность  ориентироваться,  хотя  бы  в  общих  чертах,  по 
затронутым  в работе  вопросам».525 
Несмотря  на  отдельные  недостатки  работы,  выразив­
шиеся  в  известном  несовершенстве  методов  сбора  мате­
риала,  неточности  некоторых  фактов,  приводимых  авто­
ром,  она  имела  важное  значение  для  латинизации  тад­
жикского  алфавита  и выработки  таджикского  норматив­
ного литературного  языка.  Основные  выводы  ее — пред­
ложенная  М.  С.  Андреевым  классификация  таджикских 
говоров  с  разделением 
их  на  северо­западные  и юго­
восточные526 — были  шагом  вперед  по сравнению  с клас­
сификацией  таджикских  говоров, проведенной  П. Е. Куз­
нецовым.527 
Работа  М.  С.  Андреева  имела  большое  значение  в 
истории  таджиковедения,  а  предложенное  им  деление 
таджикских  говоров  на две группы  — северо­западную и 
юго­восточную  —  надолго  укоренилось  в  среде  иранис­
тов.528 
В  настоящее  время,  в  связи  с  накоплением  диалект­
ных  материалов,  выявлено  четыре 
(а  по  утверждению 
некоторых  авторов  —  три)529  группы  таджикских  гово­
ров:  1)  северная 
с  подгруппами 
самаркандско­бухар­
ской,  западноферганской 
(Ленинабад,  Канибадам,  И­с­
фара), восточноферганской  (Ашт, Чует, Кассансай),  ура­
тюбинской  (Ура­Тюбе,  Шахристан);  сюдаже  включают­
ся  говоры  пенджикентский,  каратагский,  самаркандско­
еврейский,  а  также  говоры  Зебона,  Фильмандара  и  Кос­
тароша; 
2)  центральную,  включающую 
матчинские, • 
фальгарские  говоры, говоры  Риштана  и Соха;  3)  южную 
..." 
ш 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ê 
-\ 
«Внутренняя  жизнь  Средней  Азии  за  минувшее  сто­
летие до сих пор очень мало изучена,  несмотря  на имев­
шиеся  к тому  возможности  после завоевания  средне­
азиатских  пространств  Россией.  А между  тем  такое  изу­
чение представляет  собой  большую  важность  для  пони­
мания  как  огромного  исторического  процесса  перехода 
всей  среднеазиатской  жизни  па  новые  рельсы  социали­
стического  строительства,  так  и для  уяснения  себе  мно­
гих  деталей  предшествовавшего 
периода  вообще».41 
Только  после победы  Октябрьской 
революции  можно 
было  приступить  к  более  широкому  изучению  быта  на­
родов Средней Азии и т. д.42 
Эти  мысли были высказаны  М. С. Андреевым  тогда, 
когда  трудности,  вызванные  гражданской  войной  и ино­
странной  интервенцией,  недостатком  продовольствия  и 
топлива,  тяжело  отражались  на  жизни  и  деятельности 
ученых.43 Они  страдали  от  недоедания  и  холода,  от сни­
жения  работоспособности  и трудностей  быта.44  Это  было 
суровое  для  научной  работы  время,  когда  научные  ра­
ботники  подтапливали  печи старыми  корректурами  и ру­
кописями,  а  свой  скудный  паек  вынуждены  были  делить 
между членами своей семьи и т. д.45 
М. С. Андреев  выступил  за  советскую  науку  именно 
тогда,  когда  отдельные  группы  старых  ученых  с целью 
подрыва  новой  власти  продолжали участвовать  в сабота­
же.40 То было время, когда  немалое число ученых соблазг 
нилось  и  воспользовалось  заграничными  командировка­
ми для  бегства  с Родины. 
М.  С.  Андреев  как  представитель  прогрессивной  рус­
ской  интеллигенции  перешел  на  сторону  новой  власти 
тогда,  когда  Советы  особенно  остро  нуждались  в спе­
циалистах­ученых. 
М.  С: Андреев  после  установления  Советской  власти 
обратил  особое  внимание  на  вопросы  подготовки  науч­
ных  кадров.  Без  научных  работников,  говорил  он, — 
«невозможно  организовать  правильное  и серьезное  этни­
ческое изучение Средней  Азии, и таких  работников  необ­
ходимо  создать. Создать их тем более настоятельно  необ­
ходимо, что  этого  настоятельно  требуют  и общегосудар­
ственные  интересы.  Изучать  народы  Средней  Азии,  во­
влекать их в орбиту  нашего государственного  организма, 
прислушиваться  к их  народному  дыханию  — одна  из 
важнейших  задач,  настоятельно  диктуемых  жизненными 
2—207 
Ш'­'Ј­  Wfk 
17 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ду,  датированном 
22  сентября  1924  г.  из  Ура­Тюбе,  он 
сообщил, что  ездил  в Шахристан,  где  (и  в  его  окрестно­
стях)  «по­прежнему  все  время  находят  различные  пред­
меты  в земле, между  прочим  несколько  времени  тому  на­
зад  были  найдены  оссуарии  в  ящикообразных  горшках 
из  обожженной  глины,"но  местные  жители,  конечно,  не 
позаботились  об  их  сохранении.  Один  местный  житель 
уверял  меня,  что  он  нашел  при  этом  запястье  не  имев­
шейся  там  кисти  руки. Это  любопытно  и  может  показы­
вать,  что  кости  не  очень  заботливо  очищались  от  мяса, 
•если только  вообще  эти очистки  совершались».559 
Немалый  интерес  представляет  также  и  письмо 
М.  С. Андреева  С. Ф. Ольдснбургу:  «Зная,  как  Вы  живо 
всем  интересуетесь,  решил  послать  Вам  на  просмотр  слу­
чайно  попавшие  мне  в  руки  небольшие  фотографические 
снимочки,  оказавшиеся  мне,  несмотря  на  их  фотографи­
ческое  несовершенство,  очень  любопытными.  Изобража­
ют  они  развалины  старых  кафирских 
крепостей  в  вер­
ховьях  Пянджа,  в  Ваханс  (па  пашем  берегу).  Увидел  я 
их  в руках  одного  человека...,  очень  интересующегося 
стариной  и пемаилнзмом,  попросил  у  него,  чтобы  послать 
Вам.  Подробностей  о них  не знаю. Знаю  только,  что  эти 
крепости  совершенно,  кажется,  никем  не  были  исследо­
ваны  и  не описаны,  даже  поверхностно,  если  не  считать 
мимолетных  упоминаний.  Очень  интересна,  по  моему 
мнению,  кладка  стен  с  некоторой  орнаментировкой,  вид­
ная  на  одном  из  снимков».5150 М.  С.  Андреев  сам  интере­
совался  и частично  дал  описание  памирских 
крепостей. 
По  мере  возможности  он  и  раньше  собирал  о  них  леген­
ды.001  Ему  принадлежит  также  сообщение  о  существова­
нии  на. Памире  домусульмаиских,  так  называемых  «ка­
фирских»  могил.502 
Как  считает  А.  К.  Писарчик,  последние  по  времени 
археологические 
работы  М.  С.  Андреева 
относятся  к 
1937  г.,  когда  им  во  время  экспедиции  Узбекистанского 
музея  искусств  в  Хорезме  были  выкопаны  и  перевезены 
в  Ташкент  оссуарии  с  кладбища  Кувадаг,  недалеко  от 
районного  центра  Мангыт.503  Археологические  исследова­
ния  М.  С.  Андреева  носили  эпизодический 
характер  и 
были  направлены, 
главным 
образом,  на  привлечение 
внимания  археологов  к еще  не  решенным,  важным  науч­
ным  проблемам  (хотя  отдельные  его сообщения  и  наход­
ки  явились  важным  вкладом  в археологию). 
­122 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
МИНИСТЕРСТВО  НАРОДНОГО  ОБРАЗОВАНИЯ  ТАДЖИКСКОЙ  сер 
ДУШАНБИНСКИЙ  ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ  ИНСТИТУТ  им. T.  F.  ШЕВЧЕНКО 
X.  АКРЛМОВА  и  PL.  AKPAMOB 
ВОСТОКОВЕД 
ЛИХАИЛ СТЕПАНОВИЧ 
АНДРЕЕВ 
(ИАУЧНО­БИОГРАФИЧЕСКИЙ  ОЧЕРК) 
Под  редакцией  и  с  предисловием 
доктора  исторических  наук 
Б.  А. ЛИТВИНСКОГО" 
ИЗДАТЕЛЬСТВО  «ИРФОН» 
Душанбе  — 1973  г. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
та,  работающего  в  области  изучения  прошлого  народов 
Афганистана"8 
Вернувшись  из  Афганистана,  М.  С.  Андреев  подарил 
Музею  антропологии  и  этнографии  им.  Петра  Великого 
20 предметов  быта  — маленькую  коллекцию,  состоящую 
в основном  из  игрушек  афганцев.643 
М.  С. Андреев, огорченный  происшествием,  случив­
шимся  при  вторичной  поездке  в Ягноб,  неоднократно 
стремился  восстановить  утерянные  записи,  произведен­
ные им  в  1924  и  1925 гг.  Мыслями  об  этом  возвратив­
шийся  из  Афганистана  М.  С.  Андреев  поделился  с 
В.  В.  Бартольдом: 
«Мечтаю  о наступлении  лета,  когда 
снова  можно  будет  поехать  для  сбора  этнографических 
и  филологических  материалов.  Если  окажется  возмож­
ным, хотелось  бы  попасть  в Ягноб  и восстановить то, 
что потеряно  из записей»  1924—1925 гг.644 Спустя  4 меся­
ца  сбывается  мечта  М. С. Андреева.  В июне  1927  г. он 
возглавляет  организованную  Обществом  для  изучения 
Таджикистана  и рианских  народностей  за  его  пределами 
и Средазкомстарисом  специальную  экспедицию  в Ягноб, 
представляющую  чрезвычайный  интерес  в научном отно­
шении. Там,  благодаря  сравнительной 
изолированности 
поселений, до наших дней сохранился  среди  местных жи­
телей  особый древний язык  — потомок одного из говоров 
древнего  согдийского языка, ныне исчезнувшего.645 
В  рукописном  отчете  об  этой  экспедиции646  сообща­
лось, что ее задачей  являлся  сбор материалов для  изуче­
ния ягнобского языка и описания  быта ягнобцев, а также 
сбор  этнографических  экспонатов  для  Главного  средне­
азиатского  музея.  Пребывание  почти  на одном  и том  же 
месте в течение более чем двух  месяцев, с одной стороны, 
сулило  экспедиции  широкое  знакомство  с  разными  мес­
тами Ягноба для изучения его говоров, а с другой, интен­
сивная  работа  по  сбору  материалов,  главным  образом 
этнографических,  могла  быть  производима  только  при 
более или  менее продолжительном  пребывании  на  одном 
месте,  так  как  только  тогда  население,  привыкая  к  на­
блюдателям,  охотно  начинает  беседовать  с  ними  и  де­
литься  различными  подробностями  о  своей  внутренней 
жизни, да  и сама  работа  могла  вестись  планомернее и 
ей можно  было уделять  больше времени,  не отнимаемого 
переездами. 
Члены  экспедиции  собрали  большой 
материал  по 
* 
143 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Хадича  Файзиевна  Акрамова, 
Нариман  Мансурович  Акрамов 
Востоковед  Михаил  Степанович  Андреев 
Редакторы  издательства  С.  Трофимов, 
В.  Букарев. 
Художественный  ред.  Л.  Винников. 
Технический  редактор  Р.  Анисимова. 
Издательство  «Ирфон»,  Душанбе.  Шевченко.  10. 
Межвузовская  типография  при  ТГУ  им.  В. И.  Ленина. 
Сдано  в  набор  14/1V­72  г.  Подписано  в  печать  29/1­73  г.  Қ Л  02154. 
Бумага  Ks 2.  Формат  84ХЮ8'/з2­  Печ.  л.  7  (11,76).  Учетн.  изд.  листы 
12,88. Зак.  207. Тираж  1000. Цена  1 руб.  30  коп. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Можно  думать,  что  любознательный  юноша  не  раз  перечитывал 
труды  своего  наставника,  они  оставили'в  его  душе  глубокий  след  и 
заронили  желание  заняться  тем,  чем  занимался 
В.  П.  Наливкин: 
языками  и  этнографией  Средней  Азии.  При  этом  ученик  учительской 
семинарии  усвоил 
истину,  ставшую  для  него  аксиомой: 
занятия 
этнографией  требуют  безукоризненного  знания  языков  и,  в свою оче­
редь,  познать  до  конца  язык,  как  и  душу  народа,  нельзя,  не  изучая 
ого  быт,  обычаи,  фольклор.  Именно  отсюда  берут  начало  важнейшие 
особенности  научного творчества  М­ С. Андреева. 
Затем  молодой  М.  С.  Андреев  попадает  и  становится  одним  из 
членов  того  круга  ташкентской  (шире  — туркестанской)  интеллиген­
ции, которая  отдавала  весь  свой  пыл  и знания  не  чиновной  деятель­
ности,  а  изучению  Туркестана, 
его  культуры  —  прошлой  и  настоя­
щей.  Стоит  представит!)  плеяду  этих  деятелей,  среди  которых  были 
великолепные  знатоки  истории  и быта,  фольклора  и древностей  Тур­
кестана,  чтобы  стало  попятно,  как  много  мог  почерпнуть 
у  своих 
старших  друзей  М.  С.  Андреев,  как  ему  приходилось  «тянуться», 
чтобы  достичь  их  уровня  в  практическом  знании  местных  языков  и 
этнографического 
быта.  И  именно 
в  эти 
годы 
судьба 
сводит 
М.  С.  Андреева  с  самыми'  выдающимися  представителями  русского 
востоковедения:  В.  В. Радловым,  К­ Г­ Залемапом,  В.  В. Бартольдом 
и С.  Ф.  Ольденбургом,  которые, заметив  и оценив  необычные  способ­
ности  М.  С.  Андреева,  тонкость  и  точность  его  наблюдений  и  цен­
ность  собранных 
уже  тогда 
материалов,  ознакомили 
пытливого 
краеведа  с  новейшими  достижениями  лингвистики,  фольклористики 
•и  востоковедения­  Под  их  руководством  он  приобрел  многое  из  того, 
что  позволило 
ему  стать  ученым.  И  еще:  многолетнее 
общение  с 
А.  А.  Половцовым,  поездки  с  ним  в  центральные  города,  на  Кавказ, 
за  границу,  дипломатическая 
служба  —  все  это  не  только  значи­
тельно  расширило  кругозор  М.  С. Андреева,  но и сделало  его  высоко­
культурным  человеком,  явилось,  вместе  с  вышеуказанным 
знаком­
ством  и  общением  с  выдающимися  представителями 
туркестанской 
интеллигенции  и  петербургскими  востоковедами,  тем  самым  факти­
ческим  университетом,  формально  который  он  никогда  не  кончал. 
Складывается 
и  мировоззрение 
М.  С.  Андреева,  разумеется,  в 
русле  господствовавших  в  дореволюционной  русской  этнографии  и 
фольклористики  взглядов. 
Труды  таких 
выдающихся 
эволюцио­
нистов  как  H.  H.  Харузин,  определявшего  этнографию  как  «науку» 
которая,  изучая  быт  отдельных  племен  и народов, стремится  отыскать 
законы,  согласно  которым  шло  развитие  человечества  на  низших  сту­
пенях  культуры»,1  сочетавшим  особое  внимание  к  «явлениям  куль­
Н. X а р у з и н. Этнография, т.  I, СПб.,  1901, стр. 37.i 
* 
5 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
социально­экономического  характера».  H.  A.  Кисляков 
отметил,  что  весьма  «ценными  являются 
также  приве­
денные  автором  сведения  о сословном  делении  общества, 
духовенства  и его  роли».713 
Главы  третья—шестая  посвящены  вопросам,  связан­
ным  с  рождением  и  воспитанием  ребенка.  В  них  автор 
очень  подробно  рассказывает  о разнообразных  религиоз­
ных обрядах  и церемониях,  совершившихся  во  время  бе­
ременности  женщины,  при  рождении  ребенка  и  в первые 
недели  и месяцы  его  жизни.  Но  в  работе  не  затронуты 
"  вопросы  о  причинах  ужасающей 
детской 
смертности, 
связанной  с нищетой  и,  в особенности,  с отсутствием  са­
мых элементарных  санитарно­гигиенических  навыков в 
быту  таджиков  в  дореволюционное  время.  В  указанных 
разделах  приведен  также  материал,  посвященный  наре­
чению  имени  ребенку  и  играм;  своеобразным 
клубам 
мужской  молодежи. 
В седьмой  и восьмой  главах  автор  рассказывает  о 
брачном  возрасте,  о  степенях  родства,  допускающих  или 
запрещающих  брачные  связи,  описывает 
разнообразие­
брачных  обрядов  и  церемоний,  начиная  с  момента  сва­
товства  и кончая  увозом  новобрачной  в  дом  мужа,  поло­
жение  невесты  и  вообще  женщины  в  семье.  Автор  при­
водит  перечень  работ,  выполнявшихся  женщиной,  осве­
щает  вопросы,  связанные  с  семейной  жизнью:  супруже­
ская  измена  и  способы  доказательства  невиновности  су­
пругов,  развод,  многоженство,  обычай  выдачи  вдовы  за­
муж за  брата  ее покойного мужа  и т. д. 
Девятая—одиннадцатая  главы  труда  посвящены  обы­
чаям  и  церемониям,  связанным  со  смертью  человека  и 
похоронам,  а  также  представлениями  о  загробной  жиз­
ни.  Изложены  воспоминания  хуфцев  и  обитателей  неко­
торых  других  верхнепянджских  долин  о  существовавшем 
у них в древности  обычае  в трудные  годы  уносить  в горы 
дряхлых 
стариков 
и,  оставив  возле  них 
горшочек  с 
небольшим 
количеством  пищи,  уходить,  оставляя  их 
умирать. 
Характеризуя  значение  первого  тома  «Таджики  доли­
ны Хуф», А. К. Писарчик  отметила,  что этот  «том  явился 
первым  трудом  в  этнографической  литературе  о  средне­
азиатских  народах,  где  подробнейшим 
образом  описан 
уклад  семейного  быта  обитателей  одной  определенной 
долины,  весь  цикл  обычаев  и  обрядов, 
выполнявшихся 
J 62 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
^ 
­*• с.  G.  S a l e  m a  ri.  Manichaeisché 
Studien, I,  СПб., 
I908Î 
стр»  167­168. 
/?  R.  G a u l h i o  t.  Notes  sur  le  yazgoulami,  dialecte  iranien  des 
sonfins  du.  Pamir,—JA, Onzième série t. VII, Paris, 191(5, N-2„ pp. 
252, 255, 258 sq, 
208 M.  С.  А н д р е е в .  Автобиография,  1944  г.. л.  6. 
2G9  Г.  А.  Ара  и д а р е  и к о. 
ДОСУГИ 
В Туркестане, 
1874—1889» 
СПб.,  1889, стр. 452—453. 
270  Д.  И.  Э д е л ь м а н .  Язгулемский  язык.  M.,  196G,  стр.  4. 
271  М.  С.  А н д р е е в .  Старая  киргизская  элегия  (Упоминание  о 
протоке  между  Сыр­Дарьей  и  Аму­Дарьей).  — «Туркестанские  ведо­
мости»,  1902, №  1 (под  псевдонимом  «Алиф»). 
272  С.  М.  А б р а м  зо  и.  «Тул»  как  пережиток  анимизма  у  кирги­
зов.  — Сб.  «Белек  С­  Е.  Малову».  Фрунзе,  1946, стр.  5—8. 
273  В.  В.  Б а р т о л ь д .  Сведения  об  Аральском  море  и  низовьях 
Аму­Дарьи  с  древнейших  времен  до  XVII  века.  Соч.,  т.  3. М.,  1965, 
стр. 66. 
274  Архив  ТашГУ,  ф. 22, on. 4, д.  I. л. 11. 
275  См.  «Туркестанские  ведомости»  от  17  ноября  1904  г. 
276  Е.  А­  Д а в и д о в и ч  и  Б.  А.  Л  и т в и и с к и й.  Археологиче­
ский  очерк  Исфаринского  района,  стр.  14. 
277  А.  (А.)  П о л о в ц е в .  Поездка  в  Варухскос  ущелье  в  1904  г. 
Протокол  заседания  Туркестанского  кружка  любителей  археологии, 
ПТКЛА,  г.  IX,  Ташкент.  1904, стр.  43—44;  см.  также  Протокол  засе­
дания  Туркестанского  кружка  любителей  археологии  от  12  ноября 
1904 г.  ПТКЛА,  г.  IX,  1904, стр.  6­7. 
278  А.  А.  П о л о в ц е в .  Поездка  в  Варухское  ущелье  в  1904  г., 
СТр  44—45; см­  также  Е.  А. Д  а в и д о в и ч и  Б.  А. Л и т в и н с к и и. 
Археологический  очерк  Исфаринского  района,  стр.  14. 
279  Протокол  №  1 заседания  Туркестанского  кружка  любителей 
археологии  от  28/1II­1905  г.  ПТКЛА.  г.  10. Ташкент,  1905.  стр.  3. 
280  См.  В.  В.  Б а р т о л ь д .  Русский  комитет  для  изучения  Сред­
ней  и Восточной  Азии  в  историческом,  археологическом,  лингвистиче­
ском  и этнографическом  отношениях.  1903—1909  гг. —  «Изв.  Русско­
го  комитета  для  изучения  Средней  и  Восточной  Азии», ftfe 10,  СПб., 
1910,  стр.  28,  где  говорится  о  том.  что  Туркестанский  кружок  люби­. 
телей  археологии  в  1905 г.  не  получил  никаких  субсидий  от  Русского 
комитета  для  изучения  Средней  и Восточной  Азии. 
281  Е­  А.  Д а в и д о в и ч  и  Б.  А.  Л  И т в и н с к и й.  Археологиче­
ский  очерк  Исфаринского  района,  стр.  15, прим.  1. 
282  См.  Туркестанские  ведомости»,  от  II  декабря  1905  г. 
283 «Туркестанские  ведомости»,  1905, №32. 
284  См.  Архив  МИД  СССР,  Среднеазиатск.  стол.,  оп.  485, д.  937, 
лл.  63—64.  66—67;  д.  942,  лл.  10—23,  38—39  и ел.; 
ЦГИА  УзССР, 
ф. 47, оп.  1, д.  1733, л. 5­
285 Так,  например,  в  1912  г.  М.  С.  Андреев  послал  из  Индии  для 
музея  антропологии  и  этнографии 
им.  Петра  Великого  296  предме­
тов,  приобретенных  им на собственные сбережения на сумму 2000 руб. 
Й 
195 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
* 
p 
ПРИМЕЧАНИЯ 
1  В.  В. Б а р т о л ь д .  История  изучения  Востока  в Европе  и Рос­
сии. Изд.  второе,  Лм  1925, стр  232. 
2 Б. Г. Г а ф у р о в.  50 лет советского  востоковедения.  —  «Вопро­
сы истории»,  1968. №  I, стр. 57. 
3  3. Ш. Р а д ж а б о в .  Развитие  науки  в Таджикской  ССР  (крат­
кий  очерк). Мм  1964. стр. 8;  он же.  Наука  Советского  Таджикистана. 
Душанбе,  1968, стр. 5—6. 
4  3­  Ш.  Р ад  ж а б о в.  Из  истории 
общественно  политической 
мысли  таджикского  народа  во  второй  половине  XIX  и начале  XX вв., 
Душанбе,  1957, стр.  55;  Он  же.  Аз  таърихи  афкори  чамъияти­сиёсии 
халқ и  тоник  дар  нимаи  дуйўми  асри  XIX  ва  аввали  асри  XX.  Ду­
шанбе,  1959, стр. 52—54. 
5 Архив АН СССР, ф. 68, оп.  1, д.  239, л. 36. 
6  В.  В.  Б а р т о л ь д .  Задачи  русского  востоковедения  в  Турке­
стане.  Отчет  о деятельности  Академии  наук  по  физ.­матем.  и истор.­
филолог.  отделениям  за  1914 г­ Отд. отт.  Пг.,  1915, стр.  17; см.  также 
Н.  М. Акра  м о в.  Выдающийся  русский  востоковед  В.  В.  Бартольд. 
Научно­биографический  очерк. Душанбе,  1963, стр. 3. 
7  M.  E. М а с с о й .  Краткая  историческая  справка  о  среднеазиат­
ских  минаретах.  «Мат­лы  Узкомстариса»,  вып.  2—3,  Ташкент,  1933. 
стр.  7—8;  В.  Н.  Г а р т е в е л ь д .  Среди  сыпучих  песков  и  отрублен­
ных  голов­  Путевые  очерки  Туркестана  (1913),  М.,  1914,  стр.  131. 
8  Н.  А.  X а л ф и н. 
Присоединение  Средней  Азии 
к  России 
(60—90­е  годы XIX в.). М.,  1965, стр. 18. 
9  Н.  П. С о к о л о в .  О  характере  естественно­исторических  иссле­
дований  Средней  Азии до Октябрьской  революции,  ч.  I. М.—Ташкент, 
1933  (1934), стр. 13. 
10  Н.  А.  Хал  фин.  Политика  России 
в  Средней  Азии  (1857— 
1868). М..  1960, стр. 66. 
11 Н. П. С о к о л о в .  О характере  естественно­исторических  иссле­
дований  Средней  Азии, стр. 26—28. 
12  A.  M а д ж л и с о в.  Аграрные  отношения  в  Восточной  Бухаре 
в  XJX—начале  XX  века.  Автореф. докт.  дисс.  Душанбе,  1968, стр.  5. 
182 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Его  деятельность  была  чрезвычайно 
разнообразной. 
M  С.  Андреев  вникал  в организационные  дела 
системы 
образования  в  уездах,  в  учебно­воспитательный  процесс 
школ.  Ему  приходилось  самому  открывать  специальные 
мастерские  для  выделки  парт,  столов,  школьных  досок, 
выписывать  учебники,  учебные  пособия,  организовывать 
библиотеки,  склады  учебных  пособий,  предпринимать 
меры  но улучшению  преподавания,  на  что он  израсходо­
вал  все  свои  небольшие  сбережения,  привезенные  из­за 
границы.  «Но  зато  было  проделано  огромное  дело, — 
вспоминал  с удовлетворением  М.  С.  Андреев,  —  многие 
дети  могли  теперь  учиться  в  школах.  Но  это  стоило 
огромнейшего 
труда  и  .напряжения 
за 
все  это  вре­
мя».357 
М.  С.  Андреев  активно  содействовал  улучшению  са­
мого  учебного  процесса.  «При  моем  прибытии  в  1914  г. 
дело  было  так,  что  учителя 
не  стеснялись 
закрывать 
школу,  когда  им  было  надобно,  и  уезжать  по  своим  де­
лам;  само  преподавание  шло  также  не  особенно  гладко. 
Началась  большая  работа  по  улучшению  школьного  де­
ла,  давшая,  к  моему  большому  удовлетворению,  очень 
неплохие  результаты.  Школы  преобразились,  но,  конеч­
но,  не  сразу:  много  пришлось  повозиться, 
пока  работа 
пошла.  К  сожалению, трудно  подсчитать  возрастание  ка­
чества  преподавания,  но и таковое  значительно  возросло 
и от  прежнего  отношения  учащего 
персонала 
к  своей 
работе, 
видимо, 
по  крайней 
мере  не 
осталось 
и 
следа».358 
М.  С.  Андреев  присутствовал  на  экзаменах,  сам  про­
водил  диктанты  в  присутствии  учителей,  принимал  пись­
менные  экзамены  по арифметике.  Потом  совместно с учи­
телями  подсчитывал  число  ошибок,  на  основе  чего  опре­
делял  успеваемость  школы.  Сопоставлял 
успеваемость 
одной  школы  с  другой.  «Результаты  такой  проверки  бы­
ли  поразительны,  —  писал 
М.  С.  Андреев.  —  Быстро  и 
легко  получалось  то, чего  не дали  бы  никакие  выговоры 
и  изыскания.  И  как  заработали  после  этого  учителя  в 
ожидании  нового  экзамена».359 
М.  С.  Андреев  стремился  поднять  качество  обучения, 
подобрать  хорошие 
учительские  кадры.  Он  сам  читал 
лекции  учителям,  проверял  качество  их  работы  и  т.  д.300 
К  сожалению,  многие  пожелания 
неутомимого  инспек­
тора,  направленные  на  улучшения  обучения  в  школах,  не 
70 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
M. С. Андреев,  вспоминая  о  своем  участии  в  работе 
Восточного  института,  говорит,  что  организация  назван­
ного  института 
при  имевшихся 
условиях 
была  очень 
трудным  делом.  Пробравшиеся  на  некоторые  руководя­
щие  посты  в Туркестане  замаскированные 
враждебные 
элементы,  националисты  и пантюркисты,  видевшие в воз­
никновении  нового  востоковедного  вуза 
аппарат,  кото­
рый должен  был  вырабатывать  и выпускать  работников 
для  проведения  и защиты  советского  дела 
на  Среднем 
Востоке,  сознательно  проводили  всяческую  подрывную 
работу, отпуская  самые  грошевые  средства,  хотели  умер­
твить  Институт  финансовым  голодом.  Для  этой  цели, — 
вспоминал  М.  С.  Андреев,  —  «в продолжение  двух  лет 
(1918—1920  гг. —  X. А. и  Н.  А.)  не  выплачивалось  жа­
лованье  ни  мне, возглавлявшему  вуз,  ни  моему  замести­
телю. И мы оба оставались  на своих  местах и честно вели 
свое  дело,  довольствуясь  скромным  вознаграждением  за 
лекции. Два  года  порванных  ботинок,  недоедания,  полу­
голодной  семьи. Но вуз зато  был  спасен и продолжал  ра­
ботать,  выпуская 
советских  работников,  из  которых 
некоторые  служат  теперь  профессорами  в  центре  и дру­
гих  местах».430  Именно  бескорыстной  самоотверженно­
сти и неиссякаемой  энергии  его первого  ректора  молодой 
институт  был  обязан, в частности, хорошим  помещением, 
скорейшим  обзаведением  учебным  оборудованием,  биб­
лиотекой,  археологическими  и нумизматическими  коллек­
циями и т. п.431 
«Зародившийся  в  раскатах  громов  русской 
револю­
ции,  — писал  М.  С.  Андреев,  — на  самом  пороге  новых 
выковавшихся 
условий  жизни,  Институт,  естественно, 
сразу  попал  в очень тяжелые  условия,  стоя,  с одной  сто­
роны, перед выдвинутыми  для  него самой  жизнью, самим 
положением  вещей  задачами,  а  с  другой,  перед  усло­
виями  и  средствами  для  их  выполнения.  Каждому  было 
ясно, что  существование  Института  было  необходимо  и 
что  немыслимо  оставлять  дальше  без  надлежащего  спе­
циального  изучения  столь  мало  еще изученную  Среднюю 
Азию  и Средний  Восток  вообще  и  что  для  этой  цели 
нужна  специальная  подготовка  соответствующих  работ­
ников  —  востоковедов.  Ясно  было  и  наиболее  подходя­
щее для этого  место: это в  настоящее  время  сердце Сред­
ней Азии — Ташкент. Но тут­то  и сказалось  слабое  место 
в постановке  востоковедения  до  сих пор. Число  имевших« 
85 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
тштель колонны,  украшенная  розетками  с орнаментом  из 
птичьих  головок,  и  крестовидные  толстые 
перекладины 
над  капителью,  поддерживающие  балки  потолка,  где 
имелось  изображение,  по утверждению  ученого,  стилизо­
ванной  головы  животного  или  человека.  Местные  жите­
ли  подсказали  ему,  что  это  голова  льва  или  тигра  — 
«шер»  (сейчас  архитекторы­искусствоведы  полагают,  что 
это  скорее  стилизованное  изображение  головы  быка). 
Оббурдонцы  сказали  М.  С.  Андрееву,  что  в  старину 
в  их  селении  возвышалось  красивое  здание,  которое  бы­
ло  разрушено  наводнением,  образовавшимся  от  дожде­
вого  потока,  в  1148  г­  хиджры  (т.  е.  1735­36  гг.).  После 
случившегося  их  предки  из  остатков  здания  построили 
то  невзрачное  помещение,  в  котором  и была  использова­
на  колонна.  Тогда  же  М.  С. Андреевым  колонна  была 
сфотографирована.316 
Оббурдонская  колонна  по праву  считается  одним  из 
лучших  дошедших  до  нас  средневековых  образцов  сред­
неазиатской  резьбы  шо дереву.  Сама  колонна  сделана  из 
арчи;  капитель,  слегка  расширяющаяся  кверху,  украше­
на  резными  орнаментами,  включающими  «мотив  очень 
сильно  стилизованных  птичьих  головок,  маленький  фриз 
и­з циркульных  арок,  маленький  фриз  из  перлов,  еще  са­
санидского  типа,  и  вытянутые  с  закруглением  на  концах 
побеги  того  типа,  которые  встречаются  в  Самарре  и  на 
резных  деревянных  панно  тулунидской  эпохи».317  Между 
прочим,  близкие  по  облику 
колонны  встречаются  на 
орнаментации  фасадов  оссуариев,  найденных  на  терри­
тории  Средней Азии.318 
Тогда  в Оббурдоне  М. С. Андреев обнаружил  два  де­
ревянных  панно,  покрытых  также  архаическим  орнамен­
том  и резьбою,  по  богатству  которых  они  превосходили 
резные деревянные  панно  тулунидской  эпохи  из  Каира.319 
Подтверждением  важного  научного  значения  находки 
М.  С.  Андреева 
служат  новые  открытия  памятников 
средневекового  резного  дерева,  сделанные,  под  руковод­
ством  А.  М. Мухтарова  сектором  средневековой  истории 
Института  им.  А. Дониша  АН  Таджикской  ССР.320 
Эти  открытия  доказали,  что  «не  только  Самарканд, 
Бухара  и прилегающие  к ним  районы,  но и горные  доли­
ны  Северного 
Таджикистана,  нередко 
именовавшиеся 
•«дикими»  и «заброшенными»,  — подчеркивает  Б. А. Лит­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
туры»  со скепсисом  к идее  экономического  базиса  истории  культуры; 
и  другого,  чрезвычайно  яркого  исследователя  —  Л.  Я.  Штернберга 
по  языку,  фольклору,  этнографии  и  религии  —  должны  были,  как 
мне  представляется,  оказать  большое  влияние  и  на  общие  взгляды 
и  на  конкретную  научную  деятельность  М.  С.  Андреева  в дореволю­
ционное  время­
Но  в  целом  дореволюционный  период  был  своеобразным  подгото­
вительным  «плацдармом».  По­существу,  М.  С.  Андреев  как  ученый 
окончательно  складывается  лишь  в  20­ые  годы.  Активно  участвуя  в 
культурных  и  политических  мероприятиях  органов  Советской  власти 
в Туркестане.  — и это  никак  нельзя  недоучитывать  при  анализе  эво­
люции  его  мировоззрения  — М. С. Андреев  в  первое  послереволюци­
онное  десятилетие  находится  в  гуще  советского  культурного  строи­
тельства  и вместе  с  тем  попадает  в коллектив  Восточного  института, 
затем  востфака  Среднеазиатского  государственного университета, где 
в то  время  собралось  целое  созвездие  блестящих  востоковедов  само­
го  высокого  класса, 
в  частности 
А.  Э.  Шмидт, 
А.  А.  Семенов, 
Е.  Д.  Поливанов  и  многие  другие,  среди  которых  были  замечатель­
ные  лингвисты,  этнографы,  фольклористы,  историки, 
антропологи  и 
представители  других  смежных  дисциплин.  Характер  вузовского  пре­
подавания.  необходимость  чтения  курсов  заставила  М.  С.  Андреева 
много  заниматься,  углублять  и  систематизировать  свои  знания.  Не 
прерываются,  а  расширяются  связи  с ленинградскими  востоковедами. 
И  все  это  —  на  фоне  самой  интенсивной  экспедиционной  работы  с 
оперативной 
публикацией 
основных 
результатов 
экспедиции. 
20­ые гг­. когда  М. С. Андреев  впервые  смог  полностью  отдаться  лю­
бимому  делу,  стали 
периодом 
расцвета 
научной 
деятельности 
М.  С.  Андреева  и показали,  насколько  велик  его  научный  потенциал. 
Il  этого  не  могла  не  оценить  научная  общественность 
страны, 
М.  С.  Андрееву  была  оказана  высокая  честь  —  он  был  избран  чле­
ном­корреспондентом  АН СССР. 
Трудно  переоценить  значение  М.  С.  Андреева  в сложении  школы 
советской  этнографии  Средней  Азии. Среди  его  слушателей  и  слуша­
тельниц  по  восточному  факультету  имелось  немало  будущих  иссле­
дователей­этнографов,  лингвистов,  литературоведов.  Те  из  них,  кто 
ездил  с  ним  в экспедиции,  участвовал  в  обработке  материалов,  учи­
лись  у  него  на  практике,  ибо  он  был,  по  словам  Н.  А.  Кислякова, 
«непревзойденным  собирателем  материала»,  что  сочеталось  с  боль­
шоп  общей  культурой  и  поразительно  глубоким  знанием  всего  ком­
плекса  этнографических, 
лингвистических 
и  фольклористических 
проблем  Средней  Азии,  Ирана,  Афганистана,  Восточного  Туркестана 
и  Индии.  Некоторые  из  его  слушателей  и слушательниц,  участников 
его  экспедиций,  выйдя  на  путь  самостоятельного  творчества,  продол­
о 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
верхом. Он  отправился  в Карши,  а  оттуда  в  Каратаг  — 
летнее  местопребывание  Гиссарского  бека.  Вернулся  он 
обратно  по  горным  тропам  через  Шахрисябз,  Аман­Ку­
тан  и  Самарканд,  проехав  затем  верхом  до  Ташкента. 
«Как  много  мне  дала  эта  поездка.  Я  мог  наблюдать 
жизнь  бухарского  ханства,  как  она  протекала  в  провин­
циях, видел  многое из теперь давно уже ушедшего  и зна­
комился  с местными  наречиями... 
...Круг  моих  географических,  этнографических  и  язы­
ковых интересов все более расширялся, и желание узнать, 
как  течет  жизнь  в других  местах,  где  я еще  не  побывал, 
влекло  меня  в  моих  поездках  все  дальше  и  дальше»,227 
— вспоминал  впоследствии  М. С. Андреев. 
По  сообщению  А.  К.  Писарчик,  в  Каратаге  Михаил 
Степанович  познакомился  с  проживавшим  там  в  изгна­
нии  вместе  с  несколькими  своими  соотечественниками 
последним  правителем  Шугнана  Акбар­ша  и  записал  с 
его  слов  некоторые  сведения  о шугнанском  языке.  Одна­
ко систематических  этнографических  записей  в эту поезд­
к он не вел.228 
В  1895  г.  М. С. Андреев  опубликовал  статью  под 
названием  «Остатки  языческих  обычаев  среди  тузем­
цев»,529  которая  по  праву  считается  первой  работой  уче­
ного  по  чисто  этнографической  среднеазиатской  темати­
ке.  Подчеркивая 
поставленную  перед  собой  задачу  и 
определяя  назначение  статьи,  он  писал:  «Не  претендуя 
на  всестороннее  рассмотрение  предмета,  я  постараюсь 
сообщить  в  немногих  словах  известные  мне  черты  неко­
торых  местных  обычаев, оставшихся  от  домусульманской 
эпохи.  В них  легко  можно  заметить  следы  былого  почи­
тания 
огня,  деревьев,  духов,  некоторых  местностей 
и  т. д.».230 По  сраведливому  замечанию  Н.  Г.  Маллицко­
го,  М.  С.  Андреев  в этой  небольшой  по  объему  статье 
привел  такие  сведения  по  различным  пережиткам  и  суе­
вериям  коренного  оседлого  населения Туркестана  — тад­
жиков  и узбеков,  каких  ни прежде,  ни после  того  в этно­
графической  литературе  не появлялось.231 
Следует  добавить,  что  глубокое  и детальное  исследо­
вание  явлений  духовной  культуры,  в  частности,  верова­  • 
ний  явилось  магистральным  направлением  в  научном 
творчестве М. С. Андреева.  Зародыш  последующих  более 
чем  полустолетних  штудий,  многочисленных  публикаций 
и  монографий 
содержался  уже  в  этой  газетной  статье 
молодого  М. С. Андреева. 
47 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
говорив», в  которой  он впервые  провел  классификацию 
таджикских  говоров,  разделив их «а  две основные  груп­
пы: северо­западную  и юго­восточную.520 Эта  работа  уче­
ного  во  многом  содействовала  (введению  нового  латин­
ского алфавита  в Таджикистане. 
Учитывая  ограниченность  времени  на  разработку  это­
го важного  и  сложного  вопроса,  автор  в  предисловии  к 
работе  отмечал,  что  ввиду  необходимости  спешного  вы­
яснения общей  картины  таджикских  говоров и диалектов 
в  Средней  Азии,  в  связи  с  возникающими  вопросами  по 
применению  латинского  алфавита  и  приспособлению  его 
к характерным  особенностям  таджикских  говоров, пишу­
щему  поручено  было  произвести  хотя  бы  самое  краткое 
общее  обследование  таджикских  говоров  по  некоторым 
пунктам  в качестве  материалов  для  ближайшей  Таджик­
ской  конференции  по  вопросам  языка 
и  алфавита,  ис­
иользоваз  для  этого  учащихся  Таджикского 
института 
просвещения  в Ташкенте, среди  которых  находятся  пред­
ставители  различных  мест,  населенных  таджиками.521 
Один  из  учащихся  Таджикского  института  просвеще­
ния в Ташкенте,  вспоминая  о своей  встрече  по  этому по­
воду с М. С. Андреевым,  писал: 
«Однажды  к нам  в  Институт  пришел  пожилой,  седой 
человек,  с чуть  косящим  глазом,  крупный,  большеголо­
вый.  Мы  были  заранее  предупреждены  о  его  приходе: 
нам  говорили,  что  с нами  будет  беседовать  русский про­
фессор  Андреев.  Мы  ждали  его, собравшись  в  столовой. 
Войдя к  нам, профессор  сказал  по­таджикски: 
—  Салям­алейкум,  бачахо!  Здравствуйте,  ребята! 
Мы даже  не сразу ответили. Нам  казалось удивитель­
ным,  что  русский  человек  может  так  чисто  говорить  по­
таджикски. 
Усевшись  за  стол,  профессор  стал  задавать  нам  во­
просы и записывать  наши ответы. 
Он  спрашивал,  откуда  кто  родом,  и разговаривал  с 
каждым  из нас, как  земляк, притом так чисто, что невоз­
можно было  поверить, что профессор не таджик. Если бы 
он  просто  говорил  по­таджикски,  то  это,  может  быть, 
было бы не так удивительно, но он владел чуть ли не все­
ми  говорами  таджикского языка! 
И  к нам  он  пришел  записать  особенности  некоторых 
говоров.  Беседа  наша  оживилась.  Михаил  Степанович, 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
*"  ЦГИА  УзССР,  ф.  47, оп.  I,  д.  1391. лл.  5.  10, 37,  188 и  ел. 
382  Е.  Н.  П а в л о в с к и й .  О  народном  образовании  в  Таджики­
стане  и  прилегающих  бластях  и дореволюцинное  время—«Тр.  ТФАН 
СССР», т.  21, 1945, стр. 97. 
***  К.  Е.  Б е н д р и к о в .  Народное  просвещение  в  Туркестане  в 
1918—1920  гг.  —  «Светская  педагогика»»  1956,  №  12,  стр.  33. 
384 С.  Р а д ж а б о в. Из  истории  советской  школы  в Узбекистане... 
—  «Уч. зап.  Ташкентского  гос.  пед.  ин­та  им.  Низами».  Вып.  5,  ч. 2, 
Ташкент,  1957, стр. 20; см. также  П.  И. С е р б о в  и  А. Д.  H и к и ф о­
ров.  Народное  просвещение  в Узбекистане,  стр.  14. 
305  «Печать  и революция»,  1928, кн. 5, стр.  172. 
300  См.  Очерк  развития  народного  образования  в  Туркестанском 
крае.  Составил 
инспектор  народных 
училищ 
Туркестанского  края 
1­го  района  С­  Граменицкий,  стр. 44. 
387  M.  Ф. Д у ш е н  к о.  Русско­туземные  школы  Туркестана.  Таш­
кент,  1957, стр. 5. 
3»  ЦГИА  УзССР. ф.  18, оп.  1, д. 8916, л. 3. 
389  В.  П.  H a л и в к и н.  Туземцы  раньше  и теперь,  Ташкент,  1913. 
стр.  106­107. 
390  3.  Ш'  Р а д ж а б о п.  Из  истрии 
общественно­политической 
мысли  таджикского  народа,  стр.  238;  см.  также,  стр.  244—245,  309 
и др. 
391  См.  С.  А й н и.  Воспоминания.  М.­Л.,  1960, стр. 246—252;  Инте­
ресные  материалы  по  истории  школ  нового  типа  в  Бухарском  хан­
стве — см.  И.  И,  У м и я к о в.  К  истории  новометодиой  школы  в 
Бухаре. — «Бюллетень  Среднеазиатского  ун­та». №  \&.  Ташкент,  1927. 
392  И.  К.  Н а р з и к у л о в .  Расцвет  экономики  и  культуры  Тад­
жикистана  за  25 лет.  —  «Сб.  мат­лов  юбилейной 
сессии  АН  Тадж. 
ССР,  посвященной  25­летию  республики  (1—5  октября  1954  г.).  Тр. 
АН  Тадж.  ССР», т. 31>  1955, стр.  149. 
W3  ф у р к а т .  Избр.  произв.  Изд­во  АН  УзССР.  Ташкент,  1951. 
стр­  18. 
394  М.  Р.  Ш у к у р о в. 
История  культурной  жизни 
Советского 
Таджикистана  (1917—1941  гг.),  ч.  1,  Душанбе.  1970,  стр.  21—27. 
395 А б а й  К у н а н б а е в. Избранное,  1945, стр. 286. 
396  3.  Ш  . Р а д ж а б о в .  Туркестан  на  страницах  большевистских 
газет,  стр.  156—166.  Совершенно  неправ  В.  П.  Наливки»,  в  свое  вре­
мя  пессимистически  оценивавший  результаты  деятельности  русско­
туземных  школ­  —  См.  В.  П.  H a л и в к и н.  Туземцы  раньше  и  те­
перь, стр.  110—111. • 
397  Цнт.  по  кн.  К.  Е.  Б е н д р и к о в . 
Очерки  по  истории  народ­
ного образования,  стр. 375, примеч.  1. 
398  В.  В.  Б а р т о л ь д .  История  культурной  жизни 
Туркестана. 
Соч., т. 2, ч.  I, М­,  1963, стр. 313. 
399  В.  В.  Б а р т о л ь д .  История  культурной  жизни 
Туркестана, 
стр. 309. 
400 См. ЦГИА  УзССР, ф.  18, оп.  1, д.  8916, л. 7. 
<0! ЦГИА  УзССР, ф.  18, оп.  I, д.  8916, л­ 7. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
глухих местах, как страны  в верховьях  Аму­Дарьи. Муж­
чины обыкновенно  знают  теперь  только  названия  наибо­
лее популярных узоров, но и среди  женщин  больше  всего 
знают  узоры  и их  значение  главным  образом  старухи. 
Молодые же  женщины,  видимо, постепенно  теряющие  на 
наших глазах  прежнее  искусство  вышивания,  рукоделия, 
естественно,  знают  эти  узоры,  как  пришлось  убедиться, 
менее твердо».635 
Названная  работа  начинается  с  описания 
узоров  и 
изображений:  на  стенах  жилых  домов,  на  поверхности 
сосудов,  вышивок  и украшений  одежды  и т. д.  Но  самое 
большое  разнообразие  таджикского  орнамента  проявля­
лось  в узорах  чулок, ученому,  несмотря  на  быстрое про­
хождение экспедицией  припамирских стран летом  1925 г., 
удалось  собрать  около  80 образцов  различных  чулочных 
узоров. Их  описанию  посвящена  основная  часть  работы. 
По характеру сюжетов таджикский орнамент, употреб­
ляемый  при  вязании  чулок,  был  разделен  автором  на 
следующие  виды:  1)  воспроизведение  следов  животных; 
2)  животные, насекомые, птицы; 3)  части тела  различных­
животных;  4)  растения;  5)  различные  предметы  домаш­
него  обихода;  6)  рисунки,  заимствованные  без  знания 
значения  изображаемого  предмета;. 7)  человек,  кукла; 
8)  орнамент  мифологического  характера 
(«Лук  Руста­
ма», «дракон», «дракон  с рогами»  и др.). 
М.  С.  Андреев,  возвращаясь  через  Памир,  имел  воз­
можность  ознакомиться  и с  киргизским  бытом,  опреде­
лить  и  записать  около  тридцати  различных  узоров, со­
брать  ряд  образцов  киргизского  рукоделия,  главным  об­
разом  вышивок,  несколько  ковриков  местной  выделки, 
образцы  узоров,  составляемых  из  кусочков  цветных  тка­
ней и пр. Их описанию  с иллюстрациями  посвящена  вто­
рая  часть работы. 
Несмотря  на  то, что  положения  М. С. Андреева  о по­
вествовательном  характере  орнамента  таджиков  и  кир­
гиз  в свете  современной  науки  нуждаются  в определен­
ном пересмотре,  эта  книга  М.  С. Андреева  долго  еще 
будет  считаться  настольной  книгой  каждого  искусство­
веда  и  этнографа,  работающего  в  области  изучения 
таджикского  и  киргизского  орнамента.636 
В 1926 г. М. С. Андреев в качестве  старшего  драгома­
на  при  особой  советской  миссии  побывал  в  Афганиста­
не,037 которым  интересовался  уже  давно.  В  пределах 
141 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ущелье. 
Тогда  им  была  изготовлена  копия  путем  на­
кладывания  на  скалу  полосы  коленкора  и  прорисовыва­
ния  просвечивающих  очертаний  букв.  Тут  же  дорисовы­
вались  те знаки,  которые  не  были  видны  через  коленкор. 
Так  как  поверхность  скалы  заросла  лишаями,  то  до  ко­
пирования  буквы  расчищались  при  помощи  гвоздя. 
Между  прочим,  В.  В.  Бартольд  отказался  от  чтения 
надписи  по  этой  копии,  считая  такой 
способ 
съемки 
слишком  несовершенным."0  А.  А.  Половцев 
в  докладе, 
сделанном  на  заседании  Туркестанского  кружка  любите­
лей  археологии,  высказал 
мнение,  что  по  начертанию 
букв  эта  надпись  является  «гораздо 
более  старой,  чем 
нижняя  надпись  1041 г.».277 
Тогда  же  на  обратном  пути  они  осмотрели  «кладби­
ща  неизвестного  времени» 
на  юго­востоке  от  кишлака 
Исфары.  Местные  жители  объяснили  М.  С.  Андрееву  и 
А. А.  Половиеву,  что  каждая  «могила  состоит  из  подзем­
ной  камеры,  обложенной  кирпичом,  с трубой,  выходящей 
на  поверхность  земли.  В  могилах  были  найдены  скеле­
ты,  гипсовые  и  металлические  фигурки,  кусочки  коралла 
и сердолика,  глиняные  кувшины  и монеты  с  центральным 
отверстием».278 
В одном 
из  «Протоколов  заседаний  и  сообщениях 
Туркестанского  кружка  любителей  археологии»  сообща­
лось,  что кружок  в  1905 г.  просил  М. С. Андреева  «...съез­
дить  в  кишлак  Чорку,  Исфаринской  волости, 
и  произ­
нести  там,  по  поручению  Комитета  для  изучения  Сред­
ней  и  Восточной  Азии,  исследования  и  раскопки».279  По 
»сей  вероятности,  это  поручение  Комитета 
не  было  вы­
полнено.  Ибо  ни  в воспоминаниях,  ни  в  автобиографиях, 
пи  в  деловых  бумагах  ученого  и  даже  в  фондах  других 
архивов  нет  никаких 
сведений,  подтверждающих, 
что 
М.  С. Андреев  в  1905  г. произвел  где­то  археологические 
раскопки  или  исследования.  Е. А. Давидович  и Б.  А. Лит­
гшнекий,  объясняя 
это 
финансовыми 
затруднениями 
кружка,280  справедливо 
сомневаются  в  осуществлении 
поставленной  перед М. С. Андреевым  задачи.281 
В декабре  1905  г.  М.  С.  Андреев  выступил  на  торже­
ственном  собрании,  посвященном 
первому  десятилетию 
Туркестанского  кружка  любителей  археологии,  где  сооб­
щил  «некоторые  известные 
ему  древности 
Ферганской 
области,  преимущественно Исфаринского района, Коканд­
ского  уезда».  О  своей  поездке  вместе  с Н.  Г.  Маллицким 
55. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Азию,  М.  С.  Андреев  отклонил  предложение  остаться  в 
Петербурге. 
Вскоре после назначения  М. С. Андреева  инспектором 
народных  училищ,  он  получил  приглашение 
директора 
Музея  антропологии  и  этнографии  им.  Петра  Великого 
принять участие  в сборе  этнографических  коллекций  для 
музея.  В письме но этому  поводу  сообщалось: 
«Музей  антропологии  и этнографии,  весьма  заинтере­
сованный  систематическим  изучением  этнического  соста­
ва Туркестана  и желая  использовать  для  этой  цели  Ваш 
лингвистический опыт и знания, ходатайствует  перед Тур­
кестанским 
генерал­губернатором 
о  разрешении 
Вам 
примять  поручение  Музея  о  собирании  этнографического 
материала». 
М. С. Андрееву  было  разрешено  принять  поручение 
Музея290 и он его  выполнил.297 
v4enbiH  тесно  был  связан  с Азиатским 
музеем258 и 
Музеем  прикладного  искусства  в Соляном  городке  в Пе­
тербурге,  куда  он  передал  немалое 
количество  коллек­
ций  по  среднеазиатскому  искусству.299  В  настоящее  вре­
мя  эти  коллекции,  чертежи,  рисунки,  припорохи,  инстру­
менты 
народных  мастеров­архитекторов,  резчиков  по 
ганчу, переданы  и хранятся  в Эрмитаже. 
Инспекторская  деятельность  отнимала  массу  времени 
у М.  С.  Андреева,  однако  он  не оставил  своих  любимых 
занятий  — путешествий,  связанных  со сбором  лингвисти­
ческих  и  этнографических  материалов.  Очевидцы,  побы­
вавшие  у М.  С. Андреева  в  Ходженте,  отмечали,  что его 
квартира  была  больше  похожа 
на  этнографический  му­
зей,  чем  на  жилище. 
В  1910  г.,  когда  М.  С.  Андреев  еще  находился  в Ин­
дии,  в  .местной  газете  была  опубликована  его  статья 
о  глиняных  гробах.  В  ней  сообщалось  об  оссуариях,  на­
полненных 
человеческими 
костями 
и  металлическими 
украшениями,  найденных  им  в Зенгиатс 
(вблизи  Таш­
кента)  и в Самарканде.300 
Постепенно,  шаг  за  шагом,  М.  С.  Андреев  не  только 
накапливает  знания  о быте, духовной  культуре  и  языках 
пародов  Средней  Азии,  но  и  овладевает  большим  запа­
сом 
знаний,  необходимых  для  научного 
осмысления 
собранных  материалов.  В процессе  непрестанного  чтения 
огромного  количества  книг  по  востоковедению,  этногра­
фии, лингвистике  и т. д., занимаясь  под  руководством  ко­
5& 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
до  революции  хуфцами  в  связи  с различпьши  этапами  и 
обстоятельствами  их жизни».714 
Собранные  в  работе  «Таджики  долины  Хуф»  мате­
риалы,  подчеркивали  А.  А.  Семенов  и  А. К.  Писарчик, 
«являются  богатейшим  источником  для  пополнения  на­
ших  знаний  о  старом  быте  таджиков,  своеобразной  эн­
циклопедией  старого  быта  таджиков,  а  частично  и  дру­
гих  среднеазиатских  народов,  с  которыми  таджики  были 
связаны  историческими  судьбами».715 
Хочется  полностью присоединиться к мнению Д. Е. Хай­
туна  и  Ю.  А.  Шибаевой,  писавших,  что  значение  работы 
М.  С.  Андреева 
заключается 
«в  том,  что 
на  основе 
исключительно 
добросовестно  собранного 
громадного 
материала  с  большой  полнотой  и  научной  точностью оха­
рактеризованы  таджики­хуфцы 
как  представители  того 
древнего  оседлого  народа  Средней  Азии,  который  насе­
ляет  верховья  Аму­Дарьи».7'6  Нет  сомнения,  что  первый 
том  работы  «Таджики  долины  Хуф» имеет  большой  науч­
ный  интерес. 
В  1958  г.  вышел  в  овет  второй  том  научного  труда 
«Таджики  долины  Хуф».717 Ему  предпослано  предисловие 
от  редакторов  —  А.  А.  Семенова 
и  А.  К.  Писарчик 
(стр.  5—7);  объяснение  транскрипционных 
знаков  вы­
полнено  А.  К.  Писарчик 
(стр.  8—9).  Книга  делится  на 
девять  глав:  I.  Некоторые  общие  сведения  о  долине  Хуф 
(стр.  10—20);  II.  Земледелие  (с приложениями:  «Удобре­
ние  полей  как  фактор,  влияющий  на  размеры  и  форму 
селения».  Список  растений  из  гербария,  собранного  в 
Хуфе  и Барушане  экспедицией  1943 г.» и «Грецкий  орех» 
(стр. 21 — 113);  III. Скотоводство  (стр.  114—150);  IV. На­
родный  календарь 
и  счет  времени 
(с  приложениями: 
«Народный  календарь  и  счет  времени»  в  Каратегине,  в 
Оби­Гарме,  в  Гиосаре.  «К  древнему  счету  времени  по 
плеядам  в  Средней  Азии  и  в Ташкенте»  (стр.  151—175); 
V. Меры  (стр.  176—179); VI.  Промыслы  (стр.  180—215); 
I 
VII.  Охота 
(с  приложением 
к  главе) 
(стр.  216—230); 
VIII.  Торговля 
(стр.  231—235);  IX.  Пища  (стр.  236— 
242);  Одежда  (стр.  243—254).  Кроме  того,  приложены 
ко второму  выпуску  «Таджиков  долины  Хуф»  следующие 
; 
работы  М.  С.  Андреева:  «Страны  в  верховьях 
древнего 
1 
Оксуса  (Аму­Дарьи)  и  их  значение  для  понимания  ста­
рого  быта  оседлых 
народов  Средней  Азии 
(стр.  255— 
264);  «Лазанье  по  деревьям»  (стр.  264—266);  «Потолок 
163 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
там, в селении  Бар­Рушан  работала  около  двух  месяцев. 
Ввиду  опасности  и затруднительности  разъездов  по  вы­
сокогорным  долинам,  участники  экспедиции  приглашали 
из некоторых  мест осведомителей  и записывали  с их слов 
параллельные 'сведения  о  языке  и  быте. Так  были  опро­
шены жители  трудодоступной  долины  Бартанга,  из Язгу­
лема,  одной  из  всрхнепянджских  долин,  население  кото­
рой  сохранило  свой  особый  старый  язык.  Были  собраны 
материалы  о  Шугнане,  давшие  ценные  сведения  и  про­
ливающие  некоторый  свет  на  самые  отдаленные  этапы 
развития  быта  и  языков  оседлого 
населения  Средней 
Азии.709 
Из привезенных  тогда  М. С. Андреевым  этнографиче­
ских предметов  174 хранятся  в Музее  археологии  и этно­
графии  им. М. С. Андреева  Института  истории  им. А. До­
ниша  А  НТаджикской  ССР,710  357  предметов,  привезен­
ных из  Хуфа  ученым,  ныне  хранятся  в  Государственном 
республиканском  объединенном  музее  историко­краевед­
чСского и изобразительного  искусства  г. Душанбе.711 
В  1945  г. был  опубликован  реферат  работы  ученого 
под названием  «Таджики верховьев Оксуса  (Аму­Дарьи). 
Материалы  по  изучению  истории  культуры,  быта  и язы­
ков  древних  таджиков.  Долина  Хуф,  быт  и  язык,  ч. 1г 
вып. Н.712 
Основополагающим  трудом М. С. Андреева  в  области 
изучения  этнографии  таджикского  народа  является  по­
смертно  изданная  двухтомная  монография  —  «Таджики 
долины  Хуф»,  первый  том  которой  был  опубликован  в 
1953 г. 
Собранные  с  1901  по  1943 гг.  материалы  о  таджиках 
долины  Хуф предполагалось  издать  в нескольких  выпус­
ках.  К  сожалению,  автору  не  удалось  полностью  закон­
чить и подготовить  к печати  даже  первый  том  издания, 
содержащий  исторические  сведения  о долине  Хуф  и опи­
сание цикла  обычаев, сопровождающих  рождение,  свадь­
бу, смерть.  Наука  обязана  А. К. Писарчик  изданием  пер­
вого и второго  выпуска  монографии  ученого  «Таджики 
долины Хуф». 
Первому  выпуску  книги  предпослано  небольшое  пре­
дисловие  от  редакции 
(стр.  4—5),  дано 
объяснение 
транскрипционных  знаков,  выполненное  А.  К.  Писарчик 
(стр. 6—7), и помещено предисловие  автора  (стр. 8—10). 
Книга  делится  на  одиннадцать  глав:  I.  Название  «Хуф» 
160 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
s 
086  См.  Архив 
Государственного  музея  искусств  УзССР,  он.  1 
(дневник). 
687  А.  К.  П и с а р ч и к.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  13; см. 
также  М.  С.  А н д р е е в .  Архитектурные  памятники  Маргелана  (ру­
копись).  — Личный  фонд  М. С. Андреева,  д. 98; он  же.  Шелкоткацкое 
производство  в  артелях  Маргелана  (рукопись). — Там  же,  д. 99 и др. 
CS8 См. М. С.  А н д р е е в .  Газганский  мрамор  (рукопись).  — Лич­
ный фонд  М. С­ Андреева,  д.  100. 
fi89 См.  М.  С.  А н д р е е в .  Записи  во  время  экспедиции  1937  г. и 
фото. — Личный  фонд М. С. Андреева,  д. 98 и др. 
690  Архив  Государственного  музея  искусств  УзССР,  on.  1. 
691  M. С. А н д р е е в. Автобиография  1944 г.,  л­ 16. 
692  М. С.  Ю с у п о в .  50 лет  Самаркандского  музея.  1896—1946  гг. 
Самарканд,  1948, стр. 29. 
С93  См.  М.  С.  А и д реев. 
Краткий  отчет  о  научной  работе  в 
1940  г. — Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  102;  он  же.  День  бухар­
ского  эмира.  — Там  же, см.  также  д.  145 и др. 
094  Л.  M­ Pc  м мель.  Из  истории  градостроительства  на  Востоке 
(матсрилы  по  планировке  старой  Бухары).  — Сб.  «Искусство  зодчих 
Узбекистана».  Ташкент,  1962;  Л.  И.  Р е м  пел  ь.  Архитектура  старо­
го  Джуйбара.  — Сб.  Архитектурное  наследие  Узбекистана.  Ташкент, 
I960.  Материалы  экспедиции  1940  г.  нашли  отражение  и  в  книге  — 
Л.  И.  Ре  м пел  ь.  Архитектурный  орнамент  Узбекистана. 
История 
развития  и теория  построения, Ташкент.  1961. 
695  М.  С­  Андреевым 
написана 
работа 
(ныне 
подготовлена 
к  печати)  «Арк  — кремль  Бухары»; 
Она  высоко  оценена  известным 
таджикским  писателем  Чало л  Икроми.  — См.  Чалол  Икромн.  Читавр 
коғ аз  сиёх  кардам.  Суҳ бат  бо  рафиқ они  чавонам.  — «Салон  Шарк», 
1967,  №  1, стр.  124;  М,  С.  Юсуповым  составлены  отчеты  по  темам 
«Администрация»,  «Войско»,  «Суд  и  судопроизводство»,  «Финансы»: 
Н.  В.  Русиновон 
по  теме  «Ремесло 
г.  Бухары» 
(Записи 
бесед  с 
мастерами); 
Л.  И.  Ремиелем  написана  «Историческая 
топография 
Бухары»,  к которой  вычерчено  несколько  планов. — См. Личный  фонд 
М.  С­  Андреева«  д.  86,  145,  168  и др.;  См.  также  О.  А. С у N а ре  в а. 
К  истории  городов  Бухарского  ханства.  — В  кн.:  «Материалы  второ­
го  совещания  археологов  и  этнографов  Средней  Азии  (29  октября — 
4  ноября  1956  года)».  М.­Л.,  1959,  стр.  73;  она  же.  Бухара  XIX  — 
начала  XX  вв.  (Поздне­феодалышй  город  и  его  население).  М., 
1966, стр.  19, примеч. 59. 
69tî  Об  организации  экспедиции  1943  года.  — См.  Личный  фонд 
М. С­ Андреева,  д. 54. 
6у7  А.  К.  П и с а р ч и к.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  14. 
698  Личный  фонд  М. С.  Андреева,  д.  107, л. 72. 
099 Там  же,  д.  106, л. 29. 
700 Там  же. 
701  Личный  фонд  М.  С.  Андреева»  д­  64,  лл.  I—2;  см.  там  же, 
д.  64, лл.  1—2;  см. там  же, д. 54,  102.  168 и др. 
702 См.  Архив  АН  СССР,  ф.  138, он.  I,  д. 301; см.  там  же.  ф. 208, 
оп.  I, д. 369, там  же. оп. 2, д.  13; он­ 3, д.  10; Личный  фонд  М.  С. Ан­
дреева,  д. 54,  102 и др. 
218 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Восточный  Памир  в  Ферганскую  долину. 
Причина 
выбора  такого  длинного  и  трудного  пути  из  Индии  на 
родину  заключались  прежде  всего  в  желании  М.  С.  Ан­
дреева  пополнить  свои  знания  по лингвистике  и  мате­
риальному  быту  таджикского  народа.  «Это  меня  устраи­
вало  и  в том  отношении,  — писал 
в своем  дневнике 
М.  С.  Андреев,  —  что  на  Памире  я  надеялся  пополнить 
филологические  записи  по  наречиям  горных  племен  вер­
ховьев  Пянджа.  Правда,  маршрут  через  Восточный  Тур­
кестан  являлся  несоразмерно  длинным,  но  для  меня  он 
был  единственно  возможным,  так  как  англо­индийское 
правительство  очень  ревностно  относится  ко  всяким  по­
пыткам  неанглийских  путешественников  переехать  ин­
дийскую  сухопутную  границу,  и для  меня,  русского,  вы­
хлопотать  разрешение  на  проезд в другом,  кратчайшем 
направлении,  представлялось  более  чем  затруднитель­
ным».289 На  самом  деле  это  была  та  реальная  сказочная 
дорога,  о  которой  говрили:  «Кто  пойдет,  тот  не  вернет­
ся». О трудности  этого  пути  сообщал  другой  русский  пу­
тешественник,  который  проделал  подобный  путь  в обрат­
ном  направлении  из  Памира  в Индию: 
«Если  вы  познакомитесь  со  всеми  ужасами  этой  до­
роги,  вы  получите  впечатление  потрясающее.  Это  дикие 
утесы  и скалы,  по кото рым, ползут люди  с ношей  за  спи­
ной. Лошадь  по  этим  путям  не  пройдет.  Я  шел  когда­то 
этими тропами. 
Переводчик  моего  друга  из  свежего  и 
бодрого  человека  стал  стариком.  Люди  седеют  от  тревог, 
начинают 
бояться  пространства.  В одном  месте  мне 
пришлось  отстать,  и  когда  я  вновь  догнал  спутников,  то 
застал  наших  двух  переводчиков  плачущими.  Они  гово­
рили: «Туда  страшно  идти, мы там  умрем».200 
Побывав  в Припамирьс, М. С. Андреев  впервые  нена­
долго  посетил  долину  Хуф,  язык  и  быт  населения  кото­
рой он  начал  изучать  еще  в  1902 г. в Ташкенте,  познако­
мившись  там  с  приходившими  на  заработки  хуфцами. 
Во  время  поездки  1907  г. в долину  Хуф  было  установле­
но. что  жители  этой долины  имеют  свой  особый  диалект. 
«При посещении  этой долины  в  1907 г., — писал  впослед­
ствии  М.  С. Андреев,  — были  собраны 
сведения  реко­
гносцировочного  характера,  поведшие  потом  к  отправке 
в  1929  году 
специальной  экспедиции  в  эту  долину  or 
Академии  наук  под  моим  руководством 
с  последовав­
шим  дополнением  сведений  в  Ташкенте­  от  вывезенных 
57 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
555 Там  же, д.  104, л.  107. 
55с См. Личным  фонд М. С. Андреева,  д.  107, лл.  13—23. 
557 Личный  фонд М. С. Андреева,  д.  143, лл.  1—2.. 
*•  Личный  фонд  М.  С  Андреева,  д.  170;  Историю  археологиче­
ского  изучения  и раскопки  этих  могильников  — см.  Е.  А.  Д а  в и д 6­
в и ч  и Б.  А.  Л и т и и м с к и й.  Археологическим  очерк  Исфаринского 
района,  стр.  9—70. 
а» Архив  АН  СССР,  ф. 68, он. 2< д. 5,  л. 7. 
йб° Архив  АН  СССР,  ф.  208, ом. 2, д.  13. л­ 2.  На  самом  деле  эти 
крепости  к  тому  времени  были  уже  детально  обследованы  англий­
ским  археологом  А.  Стенном  —  см.  А. Д.  Б а б а е в .  Крепости  и по­
гребальные  сооружении 
древнего 
Вахана. 
(Ишкашимский 
район 
ГБАО).  Автореферат  дисс. 
на  соискание  учен,  степени 
кандидата 
истор.  наук,  Душанбе,  1965. 
5ül  См.  М.  С.  А м д р е е в  и  А­  А.  II о л о в ц с в.  Материалы  по 
этнографии  иранских  племен  Среднем  Азии,  стр. 3—1. 
502  М­  С.  А н д р е е в .  Таджики  долины  Хуф,  вып.  I.  стр.  16—17. 
5(i3  A.  К.  П и с а р ч и к . 
Михаил  Степанович  Андреев*  стр.  16; 
Ю.  А.  Р а п о п о р т ­ 
Ил  истории  религии  древнего 
Хорезма  (оссу­
арии).  M.,  I97I 
(Тр.  Хорезмской  археолого­этнографическоц  экспе­
диции,  VI). стр. 98—99, 
sr>4  A. M и р з о е в. Чамъбаст  ва  вазифахои  иавбатни  мо. стр. 207. 
505  М.  С.  А н д р е е в .  О  таджикском  языке  настоящего  времени. 
— В кн.: «Материалы  по истории  таджиков  и Таджикистана»,  Сталин­
абад,  1945. 
г.оа \\.  Q  д  н д р е  е  п  Q таджикском  языке, стр.  69. 
567 Личный  фонд  М. С. Андреева,  д.  107, лл.  19—24. 
5,î8 См. А.  К.  П и с а р ч и к.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  157. 
5G9 Личный  фонд  М. С. Андреева,  д.  118« л. 6. 
570 Архив  ИВАН  СССР, ф. 3, оп­  Ц д. 25, лл.  8—9. 
571  Там  же. 
572  3.  (Ш.)  Р а д ж а б о в.  К  истории  культурно­просветительных 
учреждении 
в  Таджикистане 
(мат­лы).  —  «Изв.  ООН  АН  Тадж. 
ССР»,  1964, j\» 3  (38),  стр. 28. 
573 Архив  АН  СССР, ф. 68, оп.  1, д. 443> л.  18­
'  $7А  Ю.  Ф.  Б у р я к о в.  Основные  отрасли  научной  работы  Музея 
истории  народов  Узбекистана.  —  «АДатериалы  по  истории  Узбекиста­
на», Ташкент,  1966, стр. 4—5. 
575  Н.  С.  С а д ы к о в а .  Этнографические  коллекции  Музея  исто­
рии  пародов  Узбекистана.  (История  комплектования  и  коаткое  опи­
сание).  —  «Материалы 
по  истории 
Узбекистана», 
Ташкент,  1966, 
стр.  63;  см.  также 
Н­  А.  К и с л я  ков. 
Этнографическое 
изучение 
Таджикистана.  —  «Тр.  Тадж.  ФАН  СССР»,  т.  29,  1951,  стр.  60. 
570  Б.  Г.  Г а ф у р о в . 
Глубже 
изучить 
богатое 
историческое 
прошлое  таджикского  народа.  — «Тр. Тадж.  ФАН  СССР»,  т  21  1945 
стр.  20. 
*  . 
' 
577  См­  М.  Ц в и б а к . 
К  постановке 
этнографической 
работы 
210 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Русские  ученые­востоковеды  дореволюционного  вре­
мени  впервые  в истории  науки  доказали,  что  народы 
Средней Азии являются творцами и обладателями  огром­
ных  культурных  ценностей,  которые  вошли  в  сокровищ­
ницу  мировой  науки.  По  справедливому 
замечанию 
В. В. Бартольда,  в изучении  истории  народов  Средней 
Азии  «ученый мир  почти всецело обязан  русской  науке»/' 
Успехи  русского  востоковедения  тем  более  значитель­
ны, что сии  достигнуты  в дореволюционных  условиях 
самодержавной  страны,  когда  царское  правительство 
нещадно  угнетало  пароды  восточных  окраин  Российской 
империи  и считало,  что изучать  «инородческую»  культу­
ру  и охранять  се  памятники  не только  не  полезно,  но и 
вредно.'1  Царские  сановники  в  целях  защиты  интересов 
«русской  государственности»  ставили  вопрос  о  разруше­
нии замечательных  самаркандских  и  других  историче­
ских  памятников  страны.7  Наука  колониально­капитали­
стического  режима,  по их представлению,  была  призвана 
отражать  политику  царского  правительства  и  оправды­
вать  его  завоевательные  устремления.8  Зачинателем  та­
кой дворянско­буржуазной,  шовинистической  историогра­
фии  дореволюционной  России  в Туркестане  был  первый 
генерал­губернатор  края Кауфман,  который  считал  науку 
верным  придатком  военной  администрации  края. В своем 
ответе  на  приветствие  Императорского  общества  люби­
телей  естествознания  Кауфман  писал:  «Наука  в  числе 
других  способов  наиболее  поможет  оправдать  наши  за­
воевания.  наше  движение  вперед».9  Царское  правитель­
ство рассматривало  Среднюю  Азию лишь  как  «выгодный 
и  перспективный  рынок  сбыта  русских  товаров  и  источ­
ник  сырья,  чрезвычайно  важный  для  наиболее  развитой 
отрасли  промышленности  России—текстильной».10  Имен­
но поэтому  царизм  ставил  задачи  изучать  край  с  целью 
определить,  какую может он принести  прибыль,  выявлять 
те  богатства,  эксплуатация  которых  давала  бы  немед­
ленный  эффект  и  не  была  связана  с  большой 
затратой 
капиталов." 
Отдельные  представители  русской  науки,  чьи  интере­
сы  тесно  переплетались  с интересами 
царизма,  «стали 
интенсивно  изучать  и писать  труды,  а  также  переводить 
на­русский  язык  всю  необходимую  литературу,  которая 
могла  бы  помочь  в  управлении  завоеванных 
областей» 
Туркестана.12 
Ю  . 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ученической  тетради,  исписанный  с  обеих  сторон),  со­
ставленный  М. С. Андреевым  в  1898 г.  во  время  участия 
в  Турфанской  экспедиции  Д.  А.  Клеменца;  дарвазские 
сказки  и  несколько  пословиц  и  загадок,  записанных  им 
от  двух  дарвазцев  в  1900  г.  в  Ташкенте,  которые,  по 
утверждениям  специалистов,  являются 
богатыми  науч­
ными  материалами  для  изучения  дарвазских  говоров;'140 
записи  по  ишкашимскому  языку,  сделанные  им  в 1900— 
1901 гг. в Ташкенте  со слов одного ишкашимца  (98 стр.); 
словари  — ишкашимский  и  ваханский  (28  стр.),  состав­
ленные  также  в  1900—1901  гг.;  язгулемское  .наречие 
(9  стр.),  составленное  в  1902  г.;  язгулемский 
словарь 
(на  38  стр. с содержанием  около  800  язгулемских  слов) 
с  пометкой  «Окончен  б  сентября  1904  г.,  Ташкент».'97 
Помимо того  в архиве  ученого  хранятся  многочисленные 
неопубликованные 
языковые 
материалы, 
собранные 
М. С. Андреевым  в  1920—1940  гг.  в Самарканде,  Ура­
Тюбе,  Ходженте,  Матче,  Каратегине,  Гиссаре,  Ягнобе, 
Душанбе,  Дарвазе,  Припамирье,  Памире,  Оше  и  в  дру­
гих районах  Средней  Азии. Все эти  материалы  содержат 
много  интереснейших  сведений  о  таджикском  языке и 
ждут  своих  исследователей. 
Жизнь  М.  С.  Андреева  так  сложилась 
что  ему  не 
пришлось  учиться  в  высшем  учебном  заведении.  Однако 
в процессе повседневной работы ученый постоянно попол­
нял  свои  знания.  Он  с гордостью  говорил:  «Главным 
моим  университетом  были  мои  самостоятельные  поездки 
по  Средней  Азии».  Путешествия  молодого  М.  Андрееза 
начались  с того, что в результате  усердных  занятий  в се­
минарии  после  первого  же  учебного  года 
семинарский 
врач  нашел,  что  здоровье  мальчика  нуждается  в укреп­
лении)  и посоветовал,  как  тогда  было  принято,  отпра­
виться  куда­нибудь  на  кумыс.  В заключении 
семинар­
ского  врача  отмечалось,  что М.  С. Андреев,  «будучи  во 
2­м  классе  семинарии,  перенес  тяжелый  бронхит  и плев­
рит,  после  чего  здоровым  себя  уже  никогда  не  чувство­
вал;  на  втором  году  плеврит  обострился,  а  в  следующем 
году,  когда  был  в 4­м  классе,  он  перенес  крупозное  вос­
паление  легких,  которое  осложнилось  обострившимся 
плевритом,  М.  С. Андреев  лечился  кумысом,  причем 
обыкновенно  вначале  поправлялся,  но  с  наступлением 
осени  вновь  заболевал.  Ему  приходилось  часто  бывать  в 
больнице семинарии...».198 
41 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ского  и  этнографического  изучения  Памира.501  В  состав 
филиалов  Общества,  организованных  М.  С.  Андреевым, 
вошли  представители  партийных 
и  советских 
органов, 
учителя,  воины 
из  подразделений  пограничных  постов 
Хорога.  Интерес к образованию  филиала  Общества  в Ду­
шанбе  «был  вызван,  по­видимому,— говорил  М.  С.  Ан­
дреев, —  значительный,  и  в  члены  записалось  много, 
в том  числе  лучшие  местные  силы».502  Как  отмечал  в 
своей  брошюре  о  работе  Общества  Е.  С.  Шагалов, 
«В состав филиалов  Общества  вошли  люди, интересовав­
шиеся  наукой, увлеченные  результатами  первых  исследо­
ваний  Общества.  Но,  не  имея  специальной 
подготовки, 
не владея  методикой  научной  работы,  члены  филиалов 
не смогли  внести  существенный  вклад  в  изучение  Тад­
жикистана.  Создание 
филиалов  стало 
свидетельством 
роста  влияния  Общества  на  интеллигенцию  республики, 
понявшую  необходимость  вести  краеведческую  работу. 
Местная  интеллигенция  уже  осознала 
необходимость 
применения  науки  в строительстве  новой  жизни,  но сама 
еще не могла  этому  содействовать».503 
Поездки  М. С.  Андреева  в  1925  г.,  наряду  с  этногра­
фическими  задачами,  были  связаны  также  с осуществле­
нием  практических  мероприятий  по ликвдиации  культур­
ной  отсталости  населения  тех  районов,  куда  совершал 
ученый свои  поездки. 
В  1927  г.  Общество  опубликовало  сборник  «По  Тад­
жикистану»,  в котором  была  помещена  статья  М. С. Ан­
дреева  «Среднеазиатская  версия 
Золушки 
(Сандриль­
оны).  Св.  Параскева  Пятница.  Див­и  Сафид».504  Статья 
посвящалась  широкому  распространению  и почитанию  в 
Средней  Азии  феи  Золушки,  покровительницы  прях,  из­
вестной 
под  именами  «Биби­Се­Шамбе»  —  «Госпожа 
Вторник»,  «Биби  Чор­Шамбс»—«Госпожа  Среда»,  «Пен­
шанбс­Кары»  — «Женщина­четверг»,  «Биби­Рисинда» — 
«Биби­Чарха»  — «Госпожа  с прялкой» и связанные  с нею 
обряды.  В  статье  приводилось  краткое  содержание  сред­
неазиатского  варианта  сказания  о Золушке,  упоминалось 
об  обычаях,  сопровождавших 
принесение 
животных  в 
жертву  и др. В особом  разделе  был  освещен  образ  пряхи 
и  его  местные  названия  в  Рушане,  Бартанге,  Шугнане, 
Вахане,  а  также  обычаи,  связанные  с этим  образом. 
Наибольшее  значение  имела  статья 
М.  С.  Андреева 
«Из  материалов  по  мифологии  таджиков»,  опубликован­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ювания  в  Средней  Азии.  —  «Просвещение  национальностей»,  1934, 
.No 6, стр.  11—30 
163  Туркестанская 
учительская 
семинария 
и  ее  воспитанники. 
Ташкент,  1898,  стр.  3;  См.  также.  Личный  фонд 
М.  С.  Андреева. 
д.  168; лл.  2—3;  ЦГИА  УзССР,  ф.  47,  on.  1. д.  295,  лл.  401—510; 
д. 297, л.  20; д. 399, л.  158 и др. 
164  Н.  (П)  О с т р о у м о в .  Еще  на  тему  о  необходимости  изуче­
ния  местных  языков 
русскими 
чиновниками 
в  Средней  Азии.  — 
Туркестанский  сборник»,  т. 478, Ташкент,  1908, стр. 44. 
165 КПСС  в резолюциях  и решениях  съездов,  конференций  и  пле­
нумов ЦК« изд. 7, ч. I, M.,  1954, стр. 559. 
166 А.  А. С е м е н о в .  Роль  русского  народа  в  развитии  хозяйства 
и  культуры  народов  Средней  Азии  до  Великой  Октябрьской, социа­
листической  революции.  «Изв.  Отд.  обществ,  наук  АН  Тадж­  ССР», 
1958, №2  (17), стр. 3. 
ш  См.  Б.  В. Л у н и н.  Из  истории  русского  востоковедения  и 
археологии  в  Туркестане.  Туркестанский  кружок  любителей  археоло­
гии  (1895—1917  гг.). Ташкент,  1958, стр. 72. 
If,s  Воспоминания.  Записано  со  слов  М.  С.  Андреева  А.  К.  Писар­
чик, л.  1. 
169 Личный фонд  М.  С. Андреева, д.  168, л. 2. 
170  К.  Е.  Б е н д р и к о в. Очерки  по  истории  народного  образова­
в  Туркестане  (1865—1924  гг.). М.,  1960. стр.  151 — 152. 
171  Отчет  о  Туркестанской  учительской  семинарии  за  25  лет  ее 
с} шествования,  стр­  128. 
172  О  назначении 
В.  П.  Наливкина 
на  указанную 
должность 
см. ЦГИА  УзССР,  ф.  47, оп.  1, д.  4989. 
»73 О  нем см.:  ЦГИА  УзССР, ф. 47. оп.  I, д. 399. л.  158. 
174  Вероятно:  В.  П.  Наливкин.  Русско­персидский  словарь  обще­
употребительных  слов  по  наречиям 
Туркестанского  края. 
Казань. 
«888. 
175 Личный  фонд  М. С­ Андреева,  д.  168, лл. 2—3. 
'^Автобиография  1944  г..  л.  1.  —  Личный  фонд  М.  С.  Андреева, 
д.  168. 
177 ЦГИА УзССР, ф. 47, оп.  1, д. 295. лл. 401—510. 
178 Там  же,  д.  297,  л. 20. 
179  Ишан­Кули­Додхо,  сын  Беклярбеги,  построил  медресе  около 
1840 г. близ  Шейхантаурского  кладбища  — см.  В. В­  Бартольд.  Исто­
рия  культурной  жизни  Туркестана.  Соч.,  т.  2. ч.  1, М­,  1963, стр.  303, 
примеч.  16. 
180 Архив АН СССР. ф. 68. оп.  1. д. 443, л.  16. 
181  Воспоминания. 
Записано  со  слов  М.  С.  А­  К.  Писарчик.  — 
Личный  фонд М. С.  Андреева,  д.  168, л. 3. 
182 Автобиография  1944 г., лл.  1—2.  . 
183  Н.  П.  О с т р о у м о в . 
Мадрасы 
в  Туркестанском 
крае.  — 
Журн.  Министерства  народного  просвещения,  ч.  7.  1907, №  I,  отд.  3, 
стр. 9­
184  См.  С.  У.  У м а р о в.  Развитие  науки  в  республиках  Средней 
Азии  и  Казахстане,  стр. 4. 
190 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
! ыа і‘:_ я
: э с
' / —З _-_д-'ц
№ | ЙЕ
О с 8р ГУа
— ' н онн оааауЬ ай с
В у др ай
.'.'. # = {г: т .. у - .-_Е‘;'г ра . _; г : !-'Ъ .
ч В ‚Ё ' сач беету ада ЁЁЁ:
т 2& №7 ® ` 2 <Ф о тй ы
е а я _ ща ' . К) й *'
г е 2 “ - ` Ё ' ы Ж.
т : 7 р %‚1 ` , Р '
-. “й '‚. ‚ _;-_ : Ё : ! ь ?? \‘;д'
Г ‘.- ч 3 ; ‘(-;' : ч'_-‚ ..' . К :Ё* »
Э3 Р © @° Рч :
ыа у о ра @Ы,
ЕОа # ::'і к, =о Вч
';5' `№ Р ; М - , цэ : ' ь
Э) 2а Ъ В: ‘ЁЁ га ®# 2
ж ' „а Эв ° Л ` та
[.Ё—— ® ` ) * РЕ 3 ; у
Е : у ; ы й 3 :_ В ‚- 'г_
Е° м .0р . я 8 оо ВЕ ы
ч Р ;‚Ь_ ка 56 "-‚‘ кі ‘3:.5"“ за &_ [<9]
: ` у . “ о -
ЗЫ В ‚ О #Е каа ЕЫ р
Ё ‚ %5 а” 5е ра в З{'ГЁЩ'Ё ьо ка
я <ч ГЫ 3 Н° Я " а
2 . ._ ч -‘ч_„и ь, ВЕ .__і‚ __г_н; е _ ; Ё
'-;Ё. `& 3а В аЛО р РУо й
7& . е н о ок ^ ;\Т.Е _
щ - МА. * р та „: В о
йЧ ЗЧ 209 ” ТЕ -
у от [ ООО ф 5 оЫ ИАЫ Ч
№!: „ Е 1’/_1 ;Ё!-›-_#„.Ё— а-на -ч КИ
о4 ° Чр _"-".' # н ' за
—. - ДЕРЕ НЫ оНЕВ . кеа
а,1 г-а УАщИЙ о . р РТСЕ а . Е
›'1, 4я .;_!" :3’: —_:\_'_:'*__'___?Е;:; :‘:_.1 ! ® :%\_› й Е -‹\ ЗЁ“Ж- - —- —р
З- .‚}' опр 'Г щ @ н Г Тади ‚ овя
с --‘ьч М‚-. -._‘ ъ - - ы ы ъ '_‚
{'_ _Ё'-_\ ь ' ср : о) ж и х. Ф. Ан РАМОВА
кр у ь — .-.г__ Вис: -# Н, М. АКРАМОВ
Э я



c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
» соответствующих  записях  и  тем  самым  сохранить  ее 
для  науки  и потомства.  В  особенности  это  относится 
к" тем  странам,  сказки  которых  еще  не  записаны  или  за­
писаны недостаточно  .Именно  к таким  странам  и принад­
лежит  Средняя  Азия,  частью  которой  является 
Таджи­
744 
кистан. 
М. С. Андреев  по своим  убеждениям  и характеру  на­
учной  деятельности  был  типичным  представителем  рус­ . 
ской  востоковедческой  школы.  После  победы  Великого 
Октября  и установления  Советской  власти  в  крае,  он по 
достоинству  оценил  преимущества  нового  общественного 
и государственного  строя  в ликвидации  экономической и 
культурной отсталости  ранее угнетавшихся народов. Весь 
свой  талант  ученого,  организатора 
научных  исследова­
ний, неутомимого  путешественника,  вдумчивого  педагога 
он отдает  на  службу  социалистическому 
строительству, 
формированию  новой  советской  социалистической  куль­
туры народов  Средней Азии. Это участие М. С. Андреева 
в  культурных  преобразованиях  выразилось  в его  актив­
ной деятельности,  направленной  на  изучение этнографии, 
лингвистики  и археологии,  на  возвращение  таджикскому 
и другим  народам  Средней  Азии  их  богатейшего  куль­
турного  наследства,  принадлежащего  им  но историческо­
му  праву. 
Естественно,  что  мировоззрение  ученого  не  могло  из­
мениться  сразу  же  после  победы  революции.  Но  посте­
пенно в  его  трудах  получает  отражение  общая  линия 
развития  советской  этнографии  — линия  последователь­
ного  историзма,  линия 
историко­материалистического 
объяснения  явлений  в их движении,  развитии,  борьбе и 
качественном  преобразовании.744 
В первых  послереволюционных  работах  ученого  не 
получила  освещения  современная  ему  жизнь  народов 
Средней  Азии. Однако научным  исследованиям М. С. Ан­
дреева  всегда  были  свойственны  гуманистические тенден­
ции. Чувством  глубокого  уважения  к  традициям  и обы­
чаям  народов  Средней  Азии  проникнуты  все  работы уче­
ного. Собранные  им  материалы  по  сути  дела  опроверга­
ли  лженаучные,  расовые,  реакционно­шовинистические 
или  человеко­ненавистнические  теории.  М.  С.  Андреев  в 
своих  трудах,  при  тщательной  проверке  отдельных  фак­
тов,  обычаев,  восточных  терминов  и  географических  на­
званий,  умело  использовав  языковые  данные,  со  свой­
* 
175 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
прислали  для  вывоза  Оббурдонской 
колонны  не  менее 
200 руб.  Сообщал  он  и некоторые  сведения  о  собранных 
предметах  для  коллекции,  просил  снабдить его  средства­
ми для  их  приобретения.  Характерно,  что денежные  зна­
ки в той местности  были обесценены  и потому М. С. Анд­
реев  просил  прислать 
мануфактуру  для  обмена  на  му­
зейные  предметы.  Участвовавшие  в  заседании  Совета 
Туркомстариса  М.  Е. Массой, А. А. Семенов, Д.  И. Неч­
кин  и  другие  подчеркивали  научное  значение  деревян­
ной  колонны,  просили  о  немедленной  посылке  в  Оббур­
дон  М. С. Андрееву  средств,  необходимых  для  ее при­
обретения.594 
Позднее  М.  С. Андреев  сообщал  В. В. Бартольду,  что 
благодаря  чистой  случайности  эта  колонна  уцелела:  «С 
оббурданской  деревянной 
колонной  вышла  целая  исто­
рия. Только, видимо, чудом, случайно она уцелела  во вре­
мя разразившихся  в Матче  за  последние  годы  событий. 
Во­первых,  по  моем  приезде  выяснилось,  что  никто  из 
администрации  и  начальства 
расквартированных  там 
войск  не  подозревал,  что  имеется  такая  колонна.  И к 
счастью, может  быть. Я помню удивленный  взгляд одно­
го из военных  начальников  в Матче и его возглас: «а мы­
то и не подозревали,  что тут  находится!». Колоцна  стояла 
попрежнему  в полуразвалившемся  небольшом  здании  на 
оббурдонском 
мазаре,  но уже  заметно  пострадала  за 
время  моего  отсутствия.  Крыша  здания  провалилась  на­
половину  и часть колонны уже  подверглась  атмосферным 
осадкам.  Еще  бы  немного,  наверное,  этой  осенью  при 
дождях  рухнули  бы  и остатки  крыши,  сокрушая  под со­
бою значительно  истлевшую  колонну, и она  погибла  бы». 
Михаил  Степанович 
отмечал,  что  «местное 
население 
(конечно,  не  без  участия  и  агитации  баев  и  мулл.— 
X. А. и  H. A­), узнавшее  о  моем  намерении  в  снятии  ко­
лонны,  вдруг  встревожилось  и  стоило  мне  много  хлопот 
убедить  оббурдонцев  о  своей  правоте  в  снятии  колонны. 
Она  оказалась  около  9 пудов  весом  и мною  передана  на 
хранение  оббурдонскому  отряду.  Сделал  я это  временно, 
в  надежде,  что  мне  будут  даны  средства  на  перевозку. 
Выяснилось,  что  вывезти  колонну  на  осликах  или  лоша­
дях  ввиду  ее веса и трудности пути через  перевал  Оббур­
дон — невозможно.  Единственный '  способ,  по 
мнению 
местных  жителей — переноска  колонны  людьми.  Потре­
бовалось  бы по  10 чел.  в две  смены­  т. е.  всего  20 чел. 
131 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
13  КПСС  в  резолюциях  и решениях  съездов,  конференций  и  пле­
нумов  ЦК.  Изд.  7, ч.  I,  M.,  1954, стр. 559. 
14  См­  M их.  П а в л о в и ч .  Задачи  Всероссийской  научной  ассо­
циации  востоковедения.  —  «Новый  Восток»,  кн.  I,  1922,  стр.  3—4; 
В.  В­  Б а р т о л ь д .  Будущее  Туркестана  и  следы  его  прошлого.  ­­
«Изв. Срсдазкомстарис»,  вып.  I, Ташкент,  1926, стр. 66. 
15  С.  А.  Р а д  ж а б о  в.  Дружба  навеки.  (О  прогрессивном  значе­
нии  присоединения  Средней  Азии  к  России).  М.,  19(30, стр.  21; Он  же. 
ß.  И.  Ленин  и советская  национальная  государственность.  Душанбе, 
1970. стр. 32. 
,ö  3.  Ш.  Р а д ж а б о в .  Туркестан  на  страницах  большевистских 
газет  периода  первой  русской  революции  (1905—1907  гг.).  Душанбе, 
1970,  стр.  8;  Он  же.  Навеки  вместе  с  великим  русским  пародом.  Ду­
шанбе.  1968. 
17 С.  А. Р а д ж а б о в .  Роль  великого  русского  парода  в  истори­
ческих  судьбах  народов  Средней  Азии.  Ташкент,  1955, стр. 62. 
18  И.  С.  Б р а г и н с к и и,  С  Р а д ж а б  о и,  В.  А.  Р а м о д и п. 
К  вопросу  о  значении 
присоединения 
Средней  Азии 
к  России,  — 
хВопросы  истории»,  1953, №  8, стр.  31­32. 
'у  ЦГИА  Уз.ССР,  ф.  1009,  он.  I,  д.  27.  Письма  В.  В.  Бар гольда 
П.  П.  Остроумову.  — Личный  фонд  Н.  П.  Остроумова,  папка  9  па­
кет 21, Д. 218. от 23 сентября  1913 г. 
20  В.  В­  Б а р т о л ь д . 
Восток 
и  русская 
наука.  —  «Русская 
мысль»,  кн.  8,  1915, сгр.  10;  см,  также  И.  Я.  M a pp.  Василий  Вла­
димирович  Бартольд.  —  «Сообщ.  ГАИМК»,  Л.,  1931,  Лг<>  1.  стр.  12. 
21  К­  А. Т и м и р я з е в .  Наука  и демократия.  Л.,  1926.  стр.  40. 
22  Цит.  по  кн.  Б.  В.  Лунин.  Научные  общества  Туркестана  и  их 
прогрессивная  деятельность.  Конец  XIX—начало  XX  вв..  Ташкент, 
1962,  стр. 25. 
23  Б.  Г.  Га  ф у р  о в.  История  таджикского  народа  в  кратком  из­
ложения,  Т.  I,  M­,  1955,  (изд.  3);  «История  Узбекской  ССР»,  т.  1—4. 
Ташкент,  «Фан»,  1967—1968; 
История 
Туркменской  ССР,  т.  1—2, 
.Ашхабад,  1957;  «История  Киргизии»,  т.  1—2,  Фрунзе.  1956;  «История 
таджикского  народа»,  т.  1, М­,  1963; т. 2, кн.  1—2,  М.,  1964; т­ 3,  кн.  1, 
М.,  1964; кн. 2, М.,  1965, и др. 
24  В:  В.  С т р у в е .  Советское  востоковедение  за  сорок  лет.  — 
Уч. зап. Ин­та  востоковедения,  т. 25, М.,  1960, стр. 3. 
25 Там  же,  стр­ 28. 
26  Архив  Ин­та  истории  им.  А.  Дониша  АН  Тадж.  ССР.  —  Лич­
ный фонд  М. С.  Андреева, д.  64, лл.  18—19  (в  дальнейших  ссылках— 
Личный  фонд  М.  С.  Андреева). 
27  В.  И.  Л е н и н .  Поли.  собр.  соч.,  т.  36,  стр.  263;  См.  там  же, 
т.  18, стр. 364; т. 36, стр.  159; т.  38, стр. 55 и др. 
28  См.  Речь  Председателя  Центрального  Исполнительного  Коми­
тета  СССР  М.  И.  Калинина  (на  торжественном  заседании  по  случаю 
200­летия  АН)  — «Ленинградская  правда»,  №  204, 8 сентября  1925 г., 
стр.  4. 
20  Н.  А к р а  мов.  В.  И.  Ленин  дар  бораи  ба  сохтмони  соцналис­
ти  чалб  намудани  интеллигенцияи  кухиа.  (В.  И.  Ленин  о  привлече­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
образования  примитивных  среднеазиатских  древних  це­
хов и цеховых  сказаний  (рисаля)».508 
С  1928 г. М.  С. Андреев  был  привлечен  к  разработке 
этнографических 
материалов 
известной 
Памирской 
экспедиции  1928  г., возглавляемой  Русским 
комитетом 
для  изучения Средней  и Восточной Азии.509 
В 1928 г. по линии  «Общества для  изучения  Таджики­
стана и иранских  народностей  за  его пределами»  он уча­
ствовал  в составлении  грамматики  таджикского  языка. 
Иа  М. С. Андреева  возлагалось  руководство  работой  по 
определению грамматических  форм  таджикского  языка.5111 
По всей  вероятности,  не  сумев  подобрать  соответствую­
щих для  этой  цели  работников  на  местах,  Общество  по­
ручило  M  С. Андрееву  попытаться  привлечь  к выполне­
нию  столь  сложной  тогда  задачи  ученых­специалистов 
из  центра,  о чем  свидетельствует  отрывок  из  письма 
М.  С.  Андреева,  адресованного  А.  А.  Фрейману  в  июне 
1928 г.: «Mo вот есть другая, сугубо интересная  и важная 
тема, которая 
меня  ставит  в тупик.  Это  «таджикская 
грамматика».  Возложена  также  на  меня.  «Грамматику» 
эту  я понимаю  как­собирание 
грамматического  мате­ • 
риала  по  различным  таджикским  говорам  и  наречиям 
новоперсидского 
языка,  который  мог  бы  служить  для 
составления  грамматики  таджикского  языка,  могущей 
лечь  в  основу  школьного  и  официального  (курса)  тад­
жикского  языка.  Дело  в том,  что  таджики  налаживают 
теперь  свою  национальную  и  государственную  жизнь, и 
вопрос  о том, что должно  считаться  для  них  за  их язы*. 
является  очень  сложным  и  озабочивающим...  Теперь 
вопрос,  как  же  быть?  Разговорный  язык  разнится  от 
письменного,  но этот  разговорный  не  везде  одинаков, 
чтобы  можно  было бы его  принять  в  письменную  форму 
в том виде, как им говорят. Приходится для этого предва­
рительно  пересмотреть  различные  имеющиеся  формы  в 
разных  местах, для  того, чтобы  судить  о правильности  и 
предпочтительности  принятия  той или  другой. Например, 
что взять: «Ман­ба  тиид  (дайте мне)?  Дам­ан  тиид? Ма­
нанда  тиид? или «ба­ман  тиид?» — в общем  очень слож­
ная и запутнная  задача». 
М. С. Андреев  считал, что правильно  было бы собрать 
образцы  речи из разных  мест Таджикистана,  представив 
по  возможности  главные  говоры,  наречия,  обработать 
эти  образцы  формальным  методом,  выяснив  грамматиче­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ғ оншиносии  шурави  да  рарсаи  чиҳ ил  сол  (мачмуа)  Академиям  Итти­
ходи  Чум\\'Ри  Шурави. 
Ииститути  Шарқ ншноси.  Мм  1959,  стр.  VI 
(на  арабском  шрифте);  В. А. Л  и и ш и ц  и  И.  М. О р а и с к и й.  Изу­
чение афганского  языка  (пашто)  в отечественной  науке.  — Сб. «Очер­
ки  по истории  изучения  иранских  языков».  М..  1902, стр. 75. прим. 31; 
Очерки  истории  исторической  науки  в СССР.  Под  ред. М.  В.  Печки­
н о и  (главный  редактор)  Г.  Д­  А л е к с е е в о й ,  Л\.  А.  А л п а т о в а 
и  др.<  г.  4,  М.,  I960,  стр.  765;  Л.  Н.  Д о р о ф е е в а .  Язык  фарси­ка­
бул и. М.,  I960, стр.  10 и др. 
043  Архив  МАЭ.  Жури,  поступлении,  колл.  3458;  см.  также 
Т.  В­ С т а н ю к о в и ч .  Музеи  антропологии  и  этнографии  за  250  лет, 
стр.  112; Т.  К. Ш а ф р а н  о в е к а  я. Чудес  палата.  Рассказы  о  вещах, 
стр. 3 и др. 
GU  Письмо М. С. Андреева  В. В. Бартольду  от  14 февраля  1927 г. 
— Архив  АН  СССР,  ф. 68, он. 2,  д. 5. 
1145  М­  С.  А н д р е е в . 
Полевой  отчет 
по  этполого­липгнистнче­
екой  поездке  в  Ягноб  через  Шахрисябзский  район  и среднее  течение 
р.  Зарафшана  (1934  г. — рукопись). — Личный  фонд  М.  С.  Андреева,. 
Д. 24. 
Mti  M.  С.  А н д р е е в .  Краткий  предварительный  отчет  по  экспе­
диции  в  Ягноб  в  1927  г.,  посланной  совместно  с  Обществом  по  изу­
чению  Таджикистана 
и  Средазкомстарисом 
под  руководством 
М.  С.  Андреева.  — Личный  фонд  М.  С.  Андреева  д.  7«а»,  лл­  1—8. 
см. также,  д.  7«б», 7«в», 20. 26  и др. 
ш  См.  Экспедиция  в  Ягноб  1927  г.  под  руководством  М.  С­ Ан­
дреева.  — «Бюлл.  Срсдаз.  гос.  ун­та»,  j\b  17, Ташкент,  1928. стр.  163. 
м в  См. М­ Д  в и б а к.  К  постановке  этнографической 
работы,. 
стр. 317. 
ü49  См.  Архив  Музеи  истории 
народов 
Узбекистана 
шкаф  3.. 
пол. 2г папка  10. 
" 
650  м  Q  А н д р е е в ,  Е.  М.  П е т е  рева. 
Я гн обские  тексты  с 
приложением  ягиобско­русского  словаря,  составленного  М­  С.  Андре­
евым,  В. А. Лившицем  и А. К. Писарчик.  АН  СССР  и АН  Таджикской 
ССР. изд.  АН  СССР, М.­Л.,  1957, 391  стр. 
651  М.  С.  А н д р е е в .  О  собранном  мною  в  разное  время  (начи­
ная  с  конца  XIX  ст.  по  1942  г.)  материале  по  языку  и быту  народов 
Средней  Азии,  до  сих  пор  еше  неизданном 
и  большею  частью 
неподготовленном 
к  изданию.  —  Личный 
фонд 
М.  С.  Андреева, 
д. 64, л.  4. 
652  М.  С  А н д р е е в .  Краткий  предварительный  отчет  по  экспе­
диции  в Ягноб  в  1927  г.. лл.  3—5; М.  С. Андреев.  Экспедиция  в  Ягноб 
в  1927  г.  иод  руководством  М.  С.  Андреева  (краткий  отчет).—«Бюл­
летень  Среднеазиатского 
Гос­  университета»,  j\fe  17,  Ташкент,  1928, 
стр.  164—166.  О  трех  говорах  —  См.  М.  С.  Андреев.  Материалы  по 
этнографии 
Ягноба 
(записи 
1927—1928 
гг.).  Душанбе, 
1970, 
стр. 31—34. 
653  В.  А.  Л и в ш и  ц, 
А.  К.  П и с а р ч и к.  Предисловие  редакто­
ров.  — В  кн.:  М­  С.  Андреев  и  Е.  М.  Пещерева. 
Ягнобские  тексты. 
С  приложением  ягиобско­русского  словаря,  составленного  М.  С.  Ан­
дреевым,  В,  А.  Лившицем  и  А.  К.  Писарчик.  М.­Л.,  1957,  стр.  8—9; 
M.  H.  Б о г о л ю б о в .  Япюбский  язык.  В  кн.:  Языки  народов  СССР» 
215 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
гнета,  Коммунистическая  партия 
проводила 
политику 
национально­государственного 
размежевания 
Средней 
Азии.  Это  размежевание  многонациональных  республик 
и областей  на однородные  по национальному  составу  со­
ветские  республики  и области  проводилось  не  путем  на­
сильственной  ломки  границ,  а  на  основе  добровольности, 
взаимного доверия и по воле самих трудящихся. 
С этой целью В. И. Ленин поручил  Туркестанской  ко­
миссии  (Комиссии  ВЦИК  и  СНК  РСФСР  по  делам  Тур­
кестана)  составление  этнографической  карты  Туркеста­
на/63  После  этого 
Туркестанский 
Совнарком 
в  марте 
1921  г. предложил  профессору  Туркестанского  универси­
тета,  специалисту  по  этнографии  туркмен,  Владимиру 
Николаевичу  Куну  изучить  вопрос  и  представить  прави­
тельству  обоснование  плана  изучения  жизни 
коренного 
населения  Туркестана.  В апреле  1921  г. В. Н. Кун выступ 
пил  на  заседании  Малого  Совнаркома  ТАССР  с  докла­
дом  об  организации  при  Совнаркоме  научной  комиссии 
по изучению  быта  коренного  населения. «Состав  народов 
Туркестана  очень  разнообразен,  — сообщал  в  своем  до­
кладе  В. Н. Кун, — и не менее разнообразны  их отноше­
ния  между  собой,  в  большинстве  мирно  соседские,  но 
нередко  и  враждебные,  —  за  этими  отношениями  стоит 
тысячелетнее  прошлое и все разнообразие  созданного им 
быта. Понять  этот  быт  и внутренние  стимулы  его  разви­
тия  можно  только  в  результате  систематического  изуче­
ния, и только на  основе  его  возможно  продуманное поли­
тическое управление»."4 
Для  этих  целей  была  создана  в  1921  г..  специальная 
«Научная  комиссия  по обследованию  быта  коренного  на­
селения  Туркестана».  Она  должна  была 
разработать 
предложения  по  улучшению  межнациональных  отноше­
ний народов  Средней  Азии. 
Постановлением  Большого  Совнаркома  ТАССР  пред­
седателем  комиссии  был  назначен  В.  Н.  Кун,  ученым 
секретарем  и  членом  комиссии  М.  С. Андреев.  В  работе 
комиссии,  в  составлении 
этнографической 
карты,  по 
просьбе  Туркестанского  Совнаркома,  участвовали  также 
Абубекр  Ахмеджанович  Диваев,  известный 
специалист 
по этнографии  и  фольклору  казахского  народа,  исследо­
ватель  этнографии  узбеков;  председатель  Туркестанско­
го  отделения  Русского  географического  общества  Нико­
лай  Гурьевич  Маллицкий;  ректор  Восточного  института, 
93 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Представляют  большое  научное  значение  следующие 
рукописи,  хранящиеся  также  в  личном  архиве  ученого, 
иод рубрикой  «О собранном  мною в разнос  время  (начи­
ная  с конца  XIX ст.  по  1942 г.) 
материале  по  языку  и 
быту  пародов  Средней  Азии, до  сих  пор  еще  неизданном 
и большею частью  неподготовленном  к изданию»;134  «Ма­
териалы  к проекту  организации  сбора  по  Таджикистану 
археологических  находок  и сведений 
археологического 
характера»;135  «Ближайшие  задачи,  над  которыми  сле­
дует  в  будущем  работать  Институту  истории,  языка  и 
литературы» 
(Таджикского  филиала 
АН  СССР);136 
«К проекту  Музея  истории, истории  культуры  и этногра­
фии  Узбекистана»;137  материалы  по истории  Бухары138 
и  многие другие. 
Материалы  о  научной  деятельности  М.  С.  Андреева 
с  1895 по  1902 гг. хранятся  в архиве  Института  востоко­
ведения АН СССР  (фонд № 3). «Они попали  туда  вместе 
с архивом  академика  К­ Г. Залемана, которому  М.  С. пе­
редавал  тогда  все свои  записи».139  Большинство  из  них 
составляют 
материалы  о  лингвистике  и  этнографии 
шугнанцев,  дарвазцев,  ишкашимцев,  вахапцев,  хуфцев, 
язгулемцев, ягнобиев  и др. 
Среди  материалов  Архива  АН  СССР  (г.  Ленинград) 
наибольший  интерес  представляет  для  нашей  работы 
переписка М. С. Андреева с В. В. Бартольдом, С. Ф. Оль­
денбургом, 
«Характеристики 
научной 
деятельности 
М. С. Андреева»,  представленные  С.  Ф.  Ольденбургом,140 
Н. Г. Маллицким и А. В. Панковым.141 Материалы  о доре­
волюционной  жизни  и деятельности  М.  С.  Андреева  — 
годы учебы, педагогическая,  начало научной  деятельности 
и  особенно  работа  в области  народного  образования142 
почерпнуты  из фондов  Центрального 
Государственного 
исторического  архива  Узбекской  ССР. 
В архиве Ташкентского  государственного  университе­
та  им. В. И. Ленина  наряду  с многочисленными  материа­
лами,  свидетельствующими  о  послереволюционной  педа­
гогической  деятельности  М.  С. Андреева,  хранятся  отзы­
вы^ Н.  Г. Маллицкого  <и А. А.  Семенова  о  жизни  и  науч­
ной деятельности ученого. 
Ценные материалы  о деятельности  М. С. Андреева  на 
поприще  дореволюционного  народного  образования  и о 
его участии  в работе  «Общества  для  изучения  Таджики­
стана  и иранских народностей  за  его пределами»  хранят­
26 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
*•  Г>  П.  Д е н и к е : 
Архитектурный 
орнамент  Средней 
Азии. 
стр.  120. 
' 
•«  В. /I.  В о р о н и н а .  Розное  дерево  Зерафшанской  долины.  ™ 
«Материалы  и исследования  по  археологии  СССР», М.­Л.,  1950. №  15, 
стр. 210. 
<м  ЦГА  Тадж.  ССР,  ф.  1434,  он.  I.  л.  12, лл.  20—2!;  см.  также 
М.  Р.  Uly к у р о в .  Истории  культурной  жизни  Советского  Таджи­
кистана,  стр.  183—184. 
6,4  Б.  А.  Л и т в и н  ск  и й­  Археологические  изучения  Таджики­
стана.  стр. 8. 
015  В.  Л.  В о р о н и н а . 
Форма 
и  детали 
деревянного 
ордера 
Средней  Азии.  —  «Вопросы  теории  архитектурной  композиции»,  М., 
1958, №  2. стр. 97; см.  также  M. IЈ. M a с с о и.  К  ионросу  о  происхож­
дении 
памятников 
древней 
деревянной 
архитектуры, 
открытых 
М.  С.  Андреевым 
в  городах  Самаркандской 
области.  ­­  В кн«: 
М.  С.  А и д рее  в.  По  Таджикистану,  выи. 
I.  Ташкент, 
1927; 
Б.  В.  Веймарн.  Искусство  Средней  Азии.  М..­Л..  1940;  В.  Л.  В о­
р о и и и а.  К  вопросу  об  изучении  доарабского  зодчества 
Средней 
Азии­  ~  «Новые  исследовании 
по  истории 
архитектуры 
пародов 
СССР».  М..  1947;  Б.  А.  Л  и т в и н с к и  и.  Археологическое  изучение 
Таджикистана  советской  наукой;  Резьба  по  дереву  в  долине  Зерав­
шана  и др. 
616  К.  А.  В (j го  м о л о в а .  Следы  древнего  культа  воды  у  таджи­
ков.  — «Материалы  по  истории,  археологии  и  этнографии  Таджики­
стан  и Средней  Азии»,  Сталинабад.  1952, стр.  115. 
°}7  М. С. А н д р е е *;. Но  Таджикистану­  стр.  17 и ел. 
ü:ft  Письмо  М. С­ Андреева  В.  В. Бартольду  от  13 декабря  1925  г. 
— Архив  АН  СССР. ф. 68, ол. 2, д. 5. 
*il9  M.  С.  А н д р е е в .  Краткий  отчет  но  экспедиции  в  Таджики­
стан  в  1925 г.. стр. 25—2ö. 
620 Таджики  Каратегина  и Дарваза,  выи.  1, стр. 21. * 
021  М.  С.  А н д р е е в . 
Выработка  железа  в  долине  Ваича  (вер­
ховья  Аму­Дарьи)'  Из  мат­лов,  собранных  экспедицией 
Общ.  для 
изучения  Таджикистана  и  Средазкомстариса.  бывшей  в  Таджикиста­
не летм  1925 г., Ташкент,  192G, стр.  17. 
022  См.  П.  С.  С о д и к о в а ,  Ю.  Ф.  Б у р я к о в . 
Тар их и и  ёдгор­
дпкдар  хазипаси,  стр. 32. 
623  См.  М.  С.  А н д р е е в .  Орнамент  горных  таджиков  верховьев 
Аму­Дарьи  и киргизов  Памира.  Ташкент,  1928;  см.  он  же­  Зарисовки 
элементов  орнамента  памирских  киргизов  (многочисленные  фотогра­
фии  и  рукописи 
по  орнаменту).  — Личный  фонд 
М.  С.  Андреева, 
д. 87. 
024  А.  *К­  Пи c a p  ч и к.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  II. 
025  См.  «Изв.  Средазкомстарнс»,  вып.  I,  Ташкент,  1926.  стр.  269. 
026  М­  Ц в и б а к . 
К  постановке 
этнографической 
работы..., 
стр.  317;  см.  также  А.  М.  М и р о н о в .  Организационная,  научная  и 
практическая  деятельность  «Средазкомстариса  (быв.  Туркомстариса) 
за  пятилетие  его  существования.  — «Изв.  Средазкомстарис»,  вып.  1, 
Ташкент,  1926, стр.  29—30;  А.  А . С е м с н о  в.  Некоторые  особенности 
I 
213 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
родов  Востока. 
Влюбленный  в  Среднюю  Азию,  он 
неустанно  путешествовал,  был  организатором  и участни­
ком  многих  экспедиций  по изучению  языка  и  быта  наро­
дов  края.  Научная  деятельность  М.  С. Андреева  уже в 
конце  20­х  гг.  получила  признание  не  только  в  нашей 
стране, но и во многих зарубежных  странах. 
Говоря  словами  академика  В.  В.  Струве,  М.  С.  Ан­
дреев был одним из числа тех крупных ориенталистов, ко­
торые  оставили  нам  немалое  количество  «новых,  надеж­
но доказанных  фактов»  но  истории  и истории  культуры 
народов  Средней  Азии.30  По  справедливому  замечании» 
3.  Ш. Раджабова,  работы  В. В. Бартольда,  М. С.  Андре­
ева,  А. А. Семенова  по  истории,  археологии  и  этногра­
фии  Таджикистана,  несомненно,  являются  ценным  вкла­
дом в русскую и мировую науку.31 
М.  С. Андреев  посвятил  себя 
изучению  истории  и 
этнографии  таджикского  народа.  Даже  будучи  прико­
ванным  к  постели,  ученый  говорил:  «Как  хочется  рабо­
тать...  — и именно  но  Таджикистану».32  Определяя  свой 
долг  перед отечественной  наукой,  он  говорил,  что  изуче­
ние истории  таджикского  народа  является  сто  «священ­
нои обязанностью»* 
Характеризуя  научные  заслуги  ученого, 
академик 
А. А. Фрей.ман  называл  М. С. Андреева  превосходным 
знатоком истории Таджикистана.34  Вклад  М. С. Андреева 
в  изучение  истории  таджикского  народа  высоко  оценен 
академиком  Б.  Г.  Гафуровым,  который  в одном  из  своих 
писем  М.  С.  Андрееву 
подчеркивал:  «Вы  всю 
свою 
жизнь  посвятили  изучению  истории  культуры  и  этногра­
фии  таджиков,  и в этом  отношении  Ваши  заслуги  перед 
• ними исключительно велики. 
Мы  знаем,  что  Вы  располагаете  такими  результата­
ми  своей  научной  работы,  которые  будут  оценены  не 
только  нами,  но  и будущими  поколениями  научных  ра­
ботников Таджикистана  и, конечно,  не только  Таджикис­
тана».35 
М.  С.  Андреев  еще до  революции  считался  одним  из 
крупнейших  знатоков  быта  таджикского  народа.  Этно­
графические  работы  ученого обогатили  новыми  фактами, 
науку,  открыли  перед  ней  .новые  пробелмы,  характери­
зующие  Среднюю  Азию  как  исторически 
сложившийся 
древний  и  многонациональный  культурный  очаг. 
Академики 
В.  В.  Бартольд, 
С.  Ф.  Ольденбург, 
14 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
советской  культуры,  проникшей  в самые  отдаленные 
уголки  глухих  долин. 
Головокружительным 
вихрем 
ворвались  потоки  новых  идей  вместе  с  ошеломляющим 
обитателей  гор  техническим  усовершенствованием  и  от­
крывшимися  новыми  социальными  горизонтами.  И  как 
невероятно  быстро  рухнули  устои  и  верования  древнего 
уклада  жизни,  с невероятной  быстротой  исчезающего  на 
наших глазах,  не оставляя  никакого  следа... 
Мы  можем  только  радоваться  великой  перемене.  Но 
к большому  огорчению,  — говорил  он, — ценнейший  для 
советской  и  мировой  науки  уклад  древней  жизни,  а  так­
же и древние языки  быстро исчезают,  не будучи  сколько­
нибудь  достаточно  описанными  и  изученными.  Погибает 
великое,  совершенно  исключительное 
научное  наслед­
ство,  доставшееся  нам  от  прошлого.  И  перед  Советской 
властью  встает  теперь  в  спешном  порядке  задача  ско­
рейшего  закрепления  в  научных  записях  того,  что  есть 
еще сегодня  и чего не будет  завтра.  Нужно  использовать 
также  последние  дни  уходящих  стариков,  чтобы  со  слов 
этих  очевидцев  старого  быта  записать  то,  что  они  еще 
видели  в молодости. Со всем  этим  нельзя  медлить  ни  ми­
нуты».706 
«Придя  к заключению,  что  при  разнообразии  языков 
и  быта  по  отдельным  долинам  правильным 
подходом 
должно  явиться  предшествующее  изучение  одной  из  наи­
более  характерных  глухих  долин  с последующим  расши­
рением  этого  изучения  на  остальные,  — писал  М.  С.  Ан­
дреев, — я  остановился  для  этого  на  небольшой  высоко­
горной  долине  Хуф  (около  3000 м над уровнем  моря)».70' 
В  1943 г.  «экспедиция  работала  в  составе  М.  С. Ан­
дреева,  научного  сотрудника  А.  К.  Писарчик,  лаборанта 
Е.  А.  Мончадской,  художника  Т.  В.  Сеглина.  Временно 
к  участию  в  ее  работах  привлекались  два  шугнанца  — 
местные  работники,  окончившие  Душанбинский  педаго­
гический  институт,  —  Т.  Пулоди  и  С.  Худойбердыев. 
Экспедиция  продолжалась  около 4 месяцев.  Из  них— 
2  месяца  в долине  Хуф,  где  был  продолжен  сбор  мате­
риалов  для  монографического  описания  этой  долины,  на­
чатой  М.  С.  Андреевым  еще  в  1901  г.  и  продолженный 
во  время  экспедиции  в  1929  г.  В дополнение  к  имевшим­
ся  были  собраны  новые  сведения  о быте,  хозяйственной 
деятельности, 
обычаях,  обрядах,  верованиях 
хуфцев 
и  т. д.».708  Из  Хуфа  экспедиция  спустилась  в Рушан  и 
159 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
I 
i 
0 
О Г Л А В Л Е Н И Е 
Предисловие. 
• 
. 
. •  m 
Я 
Введение 
9 
Г л а в а  I.  Начало  научной  деятельности  М. С. Ан­
дреева. 
30 
Г л а в а 
II.  М. С. Андреев  —  Инспектор  народных 
училищ. 
•. 
• 
65 
Г л а в а 
III.  M.  С.  Андреев 
в  годы 
Советской 
власти 
SI 
Педагогическая  деятельность  М. С.  Андреева.  . 
. 
81 
Общственно­научная  работа­ 
91 
Г л а в а 
IV.  Послеоктябрьские  поездки.  Сотрудни­
чество  М.  С.  Андреева  в  музеях  страны 
!2(> 
Заключение 
172 
Примечания 
. 1 8 2 
• 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
и  самоназвание 
хуфцев 
(стр.  11 —14);  II.  Некоторые 
исторические  сведения,  предания  и  рассказы  о  прошлом 
строе  жизни  (стр.  15—45);  III.  Рождение,  младенчество 
и связанные  с этим  обычаи 
и верования  (стр. 46—82); 
IV.  Наречение  имени  (стр. 83—89);  V.  Детство  (некото­
рые  обычаи) 
(стр.  90—95);  VI.  Игры 
(стр.  96—119); 
VII.  Свадьба  (стр.  120—177);  VIII.  Замужняя  женщина 
(стр.  178—184);  IX. Смерть. Похороны.  Поминание  умер­
ших  (стр.  185—201); X.  Представления  о загробной  жиз­
ни  (стр.  202—208);  XI  Убивание  в  старое  время  стари­
ков  (стр.  209—211).  Книга  снабжена  также  предметно­  ' 
тематическим  указателем  (стр.  212—214)  и  указателем 
терминов  и  отдельных  слов  на  припамирских  и  других 
языках,  составленным  А.  К.  Писарчик 
(с'тР­  243—248), 
а  также  списком  сокращений  (стр.  249)  и  иллюстраций 
(стр.  250). В работе 21 иллюстрация  (16  фото и  5 рисун­
ков).  Текст  снабжен 
многочисленными  применениями 
автора,  а также  редактора  Л. К.  Писарчик. 
В  первой  главе  автор  дает  этимологию  слова  «Хуф», 
связанного  с  понятием  о высоте. Сообщая  о самих  жите­
лях  долины,  об  их происхождении,  обычаях  и диалектах, 
автор  пришел  к заключению,  что  они  являются,  как  они 
сами  называли  себя,  «настоящими  таджиками»,  более 
чистыми  даже,  чем  живущие  ниже  по  течению  реки 
Пяндж  таджики,  говорящие  на  таджикском  языке». 
Во  второй  главе  М.  С.  Андреев  приводит  интересные 
предания  о  заселении  как  Нижнего  Пянджа,  так  и само­
го Хуфа,  а  также  о первоначальных  обитателях  края. 
Помещены  более  подробные  сведения  об  отдаленных 
предках  хуфцев,  которых  местные  жители  называют  ка­
фирами  и  мугами.  Очень  интересными  являются  приве­
денные  многочисленные  примеры,  характеризующие  же­
стокость  и произвол 
местных 
правителей  и  бесправие 
эксплуататоруемого 
народа  в  эпоху  господства  «соб­
ственных»  правителей  «Ша»,  афганских,  а  затем  бухар­
ских  феодалов.  В  работе  приведены  данные  о  существо­
вании  рабства  в припамирских  странах. 
«Однако  здесь  нельзя  согласиться  с  автором,—возра­
жал  в  рецензии  на  работу  Н.  А. Кисляков,  —  который 
значительное  распространение  рабства  пытается  объяс­
нить  различием  в  вероисповедании 
простого  народа 
(исмаилиты)  и  правящей  верхушке  (сунниты);  причину 
этого  явления  следует  искать  в более  глубоких  явлениях 
11­207 
. ; . " ' . ' . • ' . . 
ißt 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
иии  старой  интеллигенции  в  социалистическом 
строительстве).  Ду­
шанбе,  1970. 
30  В. В­ С т р у в е. Советское  востоковедение  за  сорок  лет,  стр. 3. 
31 3.  Ш. Р а д ж а б о в. Развитие  науки  в Таджикской  ССР, стр. 8; 
см.  он  же.  К  вопросу  об  исторических 
корнях  дружбы 
народов 
Средней  Азии  с  великим  русским  пародом.  Сталинабад.  1954, стр. 27; 
он  же.  Навеки  вместе  с  великим  русским  народом.  Душанбе.  1968, 
стр.  37; См. также  А.  И.  И м а м о в !  Вступительное  слово.—«Мат­лы 
II  совещ.  археологов  и этнографов  Средней  Азии 
29  октября  — 
4  ноября  1956 года». М­Л­,  1959, стр. 5. 
32 Личный  фонд М. С. Андреева, д.  107, л. 8. 
33  Там  же,  л.  89. 
­
34  Письма  А. А.  Фреймана  М.  С.  Андрееву  от.  14  марта  1925  г.— 
Личный  фонд  М. С.  Андреева,  д.  104. 
35  Письмо  Б.  Г.  Гафурова  М.  С.  Андрееву  от  4  апреля  1944  г.— 
Личный фонд М. С­ Андреева,  д.  107, л. 97. 
36  См.  «Записки  об  ученых  трудах  членов­корреспондентов  Ака­
демии  наук  СССР 
по  Отделению 
гуманитарных  наук, 
избранных 
31  января  1929  г.»,  Л.,  1930, стр.  1—3;  см.  также  С.  Ф.  Ольденбург. 
Востоковедение.—­«Общественные  науки»,  192Э,  стр.  333—335. 
37  А. К.  П и с а р ч н к ­  Михаил  Степанович  Андреев  (1873—1948). 
—«Тр.  Ин­та  истории,  археологии 
и  этнографии 
АН  Тадж.  ССР», 
т.  120.  I960, стр.  18. 
38  Б.  Г.  Г а ф у р о в.  Состояние  и задачи  советского  востоковеде­
ния  в свете  решений  XX съезда  КПСС.—«Мат­лы  I  Всесоюзной  науч­
ной конференции  востоковедов  в г. Ташкенте»,  Ташкент,  1958, стр. 25; 
По  данному  вопросу  представляют  интерес также  следующие  работы: 
Н.  А.  К и с л я  к о в  (Рецензия). 
М­  С.  Андреев. 
Таджики  долины 
Хуф  (Верховья  Аму­Дарьи), jjbin.  I,  АН  Тадж.  ССР,  Ин­т~исторни, 
археологии  и  этнографии.  Тр.,  т.  7,  Мат­лы  к  изучению  культуры  и 
быта  таджиков.  Под  ред.  А.  К.  П и с а р ч и к ,  ответственный  редак­
тор  действ, член  АН  Тадж.  ССР  А. А. С е м е н о в .  Сталинабад,  1953. 
—«Советская  этнография»,  1953, №  4, стр.  168; см­ так  же  Л.  Ф.  Mo­
н о г а  р о в  а,  М.  С.  А н д р е е в . 
Таджики  долины  Хуф  (Верховья 
Аму­Дарьи).  Вып.  1...—«Вопросы  истории»,  1954,  №  5,  стр.  162—164; 
См.  так  же  Н.  А.  К и с л я  ко  в.  Издания  сектора  этнографии  Ии­та 
истории,  археологии  и  этнографии 
АН  Тадж.  ССР  (1951—1956). — 
«Советская  этнографии»,  1957, № 5, стр.  190—194. 
39  М.  С­ А н д р е е в .  Докладная  записка.  1929  г. — Личный  фонд 
М.  С. Андреева,  д.  109, л.  55; см. там  же, лл.  69— 70;  д.  54, л.  не  ука­
'  зан;  д.  107, лл. 88—89;  д.  ПО, лл.  31—36;  д.  145, л.  не  указан;  д.  167, 
л.  не указан;  Архив  ИВ  АН  СССР,  ф.  3, оп.  1, д.  25, лл.  1—11. 
40 Личный  фонд  М. С. Андрева,  д.  54, л. не  указан. 
41 Личный  фонд  М. С. Андрева,  д.  102, л. 73. 
42 Там  же, д.  ПО, л. 43. 
43  См.  М.  Г о р ь к и й .  Что  такое  наука?  —  «Наука  и  ее  работ­
ники»,  1920, №  1, стр­ 3—6. 
44  См  Б.  Е.  Р а й ков.  Мои  встречи  с  Горьким. — В  кн.  Горький 
и  наука.  Статьи,  речи,  письма,  воспоминания. 
М.,  1964,  стр.  253; 
184 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ни я,  прозвища  жителей,  летовки  и пр.  Самым  большим 
разделом  монографии  является  вторая  глава  —  «Земле­
делие».  Подчеркивая  значение  земледелия  в  жизни  хуф­
цев, да  и не только  хуфцев,  автор  писал: «Хуфец, как  все 
таджики,  исконный  земледелец.  Если  бы  не было  у  него 
посевов,  ему  пришлось  бы, вероятно,  при  существующих 
условиях  умирать  с  голода».720  Как  известно,  в  жизни 
хуфцев  немалую  роль  играло  также  скотоводство,  ибо 
«оно, по  словам 
М.  С. Андреева,  — одевает  хуфца, до­
ставляя  ему  шерсть, пополняет  и разнообразит  его пищу, 
давая  ему  молоко,  масло,  мясо,  но  оно  все  же  уступает 
по  значению  посевам  хлебов.  Да  и  половина  выгод,  по­
лучаемых  от  скотоводства,  имеет  значение  для  хуфца 
только  при  его  применении  к земледелию.  Последнее  в 
хуфских  условиях  было  бы  совершенно  немыслимо, если 
бы  не было  навоза  от  скота.  Посевов  без  удобрения... 
в Хуфе нет совсем».721 
Как  в первой  главе,  так  и в  приложении,  в  разделе 
«Удобрение  полей  как  фактор,  влияющий  на  размеры  и 
форму  селения»,  убедительно  доказывается, 
что  земле­
дельческое  хозяйство  хуфца  тесно связано  с животновод­
ством,  ибо  без  навоза,  служившего  основным  средством 
удобрения  полей, истощенных  многолетними  посевами, 
земля  не давала  достаточных  урожаев. 
Характерной  чертой  хуфского  земледелия  является 
то, что  не смотря  на  большую  высоту  долины  все  посевы 
на  ней были  исключительно  поливные. Объясняя  необхо­
димость  полива  в земледелии,  местные  жители  говорили 
ученому,  что  при  их  климатических  условиях  посевы  без 
полива  не дают  колоса.  До  1930  г. в долине  не  высевали 
озимых,  которые  после  организации  (1938  г.) 
колхозов 
стали  занимать  значительное  место  в  посевах 
хуфцев 
при  меньшей  затрате  семян. 
Ввиду  сурового  климата  в  Хуфе  возделывались  пше­
ница  — «Жиндал»,  сеяли  в  основном  сорта  «сафедак»— 
«беленький»  и «джалдак»  — «быстренький»,  так  как  они 
вызревали  намного  раньше,  чем  остальные  сорта  пшени­
цы,  возделывавшнсся  в  равнинах.  А°тор  сообщает,  что 
некоторые  хуфцы  сеяли  и  другие  сорта  пшеницы,  как 
«колак»,  «бесит»  (без  остей)  и  «сигдор»  (с  остями),  со­
зревавшие,  по  сравнению  с названными  сортами,  на 
10—15 дней  позднее,  но  дающие  хлеб  лучшего  качества. 
,  Пшеница  созревала  сколько­нибудь  сносно  только  в 
165 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Вслед за  В.' В. Бартольдом,204 говоря о скудости пись­
•  менных  источников  по древней  и средневековой  истории 
народов  Средней  Азии, М.  С. Андреев  придавал  особое 
значение археологии. В одном из писем  по этому поводу, 
адресованному  коллеге  по научным  исследованиям, он 
подчеркивал:  «Ведь  Вы сами  знаете  всю  скудость  пись­
менных  источников  в отношении  прошлого  —  нарратив­
ные, не затрагивающие  внутренний  строй, историю  куль­
туры. И ценнейшим  источником  явится  — в будущем — 
археология».205  Мысль о  археологических  находках  как 
важнейших  источниках  по изучению  прошлой  истории 
народов  Средней  Азии  ученый  повторял,  обосновывая 
все новыми аргументами, неоднократно. 
М. С. Андреев был одним из  первых  и активных  чле­
нов  Туркестанского  кружка  любителей  археологии.  Из­
вестно, что на организационном  заседании  Туркестанско­
го  кружка  любителей  археологии,  состоявшемся  22  де­
кабря  1896 г., «был доложен  список  из 47 лиц,  изъявив­
ших  желание  вступить  в  число  членов  кружка».  «Среди 
этих 47 лиц мы встречаем  М. С. Андреева, А. А. Диваева 
и  Н. Г. Маллицкого  — бессменных  и одних  из  наиболее 
активных деятелей кружка,  ставших  крупными  учеными, 
доживших  до  победы  Великой  Октябрьской  социалисти­
ческой  революции  и снискавших  своими  трудами  и науч­
но­педагогической  работой  в годы  Советской  власти 
признание  широкой  общественности».207  В  дальнейшем 
М. С. Андреев на  протяжении  двадцати  лет  существова­
ния  кружка  (с  1896 по  1917  г.)  принимал  активное  уча­
стие в его деятельности  своими  сообщениями  о находках 
памятников 
древности,  о  состоянии 
архитектурных 
сооружений,  по  поручению  кружка  он  проверял  те  или 
иные данные на месте и т. д.208 
Положительной  стороны  деятельности  кружка  яви­
лось знание  многими его  членами, в том  числе  М. С. Ан­
дреевым,  восточных,  в  частности  местных  языков.1­09 
М. С. Андреев  был  из  числа  тех  ученых,  собственно,  ар­
хеологическое  наследство  которых  хотя  невелико,  но 
пройти  мимо  него  не вправе  ни один  археолог,  желаю­
щий заняться  изучением  Средней  Азии,  Таджикистана.210 
Эти ученые  — В. В. Бартольд,  А. А.  Семенов, М. С. Ан­
дреев, Н. Г. Маллицкий, вместе с П. И. Лерхом, Н. И. Be­­
селовским,  В. Л.  Вяткиным,  Б. Н. Кастальским  и други­
ми положили начало изучению археологии  Средней  Азии. 
44 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
винский, — на  самом  деле  являлись  ареной  крупнейших 
историко­культурных  достижении». 
Тогда  же  в  селениях  Матчи,  особенно  в  Оббурдоне, 
М. С. Андревым  были  собраны  и расшифрованы  надписи 
и  даты  многочисленных  намогильных  памятников,  кото­
рые  позволили  ученому  прийти 
к  заключению,  что 
«несмотря  на  отрезанность  Матчи, 
ислам  был  распро­
странен  здесь,  видимо,  вскоре  после  того,  как  он  укре­
нился на равнинах  Туркестана».322 
М. С. Андреев  в мае  1916 г. по поручению  Туркестан­
ского кружка  любителей  археологии  производил  раскоп­
ки кургана  Наукат­Тепе  в  бывшем  Ходжентском  уезде.323 
В  1917 г. с целью  сбора  этнографических  материалов 
М. С. Андреев  совершает  поездки  по  городам  и  селам 
Северного Таджикистана.  В результате  этих  поездок  ему 
удалось  собрать  и  затем  опубликовать  любопытные  эт­
нографические  материалы  относительно  прозвищ  (всего 
из  16 селений), тогда  очень  распространенных  среди  гор­
ных  таджиков,  населявших  самое  верховье  реки  Зерав­
шан — горную Матчу.324 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
шийся  попасгь  из  Индии  на  службу  в  Среднюю  Азию, 
подает  прошение  на  имя  главного  инспектора 
училищ 
Туркестанского  края  с просьбой  о  назначении  его  на 
должность  инспектора.343  Попасть  на  такую  должность 
было  не очень просто. Вместе  с М. С.  Андреевым  подали 
прошения  еще 27 человек.344 
В  конце  1913 г.  департамент  народного  просвещения 
разрешил  главному  инспектору  училищ  Туркестанского 
края  открыть  кредит  на  выплату 
жалованья  четырем 
вновь  утвержденным  инспекторов  училищ.345  Благодаря 
ходатайству  А. А.  Семенова346  и  других  коллег,347  прика­
зом по учебному ведомству  от  13 января  1914 г. М. С. Ан­
дреев  был  переведен  на  службу  по  ведомству  Министер­
ства  просвещения  инспектором 
народных  училищ  2­го 
района  Самаркандской  области.348  Местожительством  его 
был  определен  город Ходжент.349 
В  ведении  М.  С.  Андреева,  писал  он  об  этом  спустя 
три  десятилетия,  было  9 русских  и 2  русско­туземных 
школы,  а  также  9  медресе  и  700 мактабов,  в  деда  кото­
рых,  впрочем, вмешиваться  не  рекомендовалось.350  Эти 
цифры,  по­видимому,  не  совсем  точные.  В  Центральном 
государственном  историческом  архиве  Узбекской  ССР  в 
отчете инспектора  народных  училищ 2­го  района  Самар­
кандской  области  М. С. Андреева  за  1914  г.  сообщается, 
что тогда  в его  ведении  находилось  15  приходских  и 
5  русско­туземных  школ,  3  железнодорожных  училища, 
в которых  обучалось  757 мальчиков,  392 девочки,  из  них 
местных  национальностей: — мальчиков — 223, девочек — 
2.351  Всего  медресе  было  61,  мактабов352 —  666.353  Эти 
данные  позволяют  уточнить  сведения  о  количестве  школ 
и учеников  в  Ходжептском 
и Джизакском  уездах  за 
1913—1914 гг. 
Инспекторская  деятельность  М.  С.  Андреева  совпала 
с  периодом  первой  империалистической  войны,  тяжело 
отразившейся  на  положении  школ  и  училищ  Туркестан­
ского  края:  в  уезды  хлынули  беженцы  с  детьми  школь­
ного  возраста  из  оккупированных 
кайзеровской  Герма­
нией  западных  губерний. Это  привело  к чрезмерному  пе­
реполнению  существующих  школ.  Многие  приезжие  дети 
вообще  не были  приняты  на  учебу.  «Когда  я  приехал  на 
место и увидел,  какое огромное  количество  детей  остает­
ся  совершенно  без образования  из­за  отсутствия  школ,— 
писал  М.  С. Андреев, — когда  я  отдал  себе  отчет  в  раз­
08 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
по иностранным  делам  СССР  Г. В. Чичерину  от 25 июля 
1925 года  сообщалось: 
«Уважаемый  товарищ! 
Пересылая 
здесь  для  Вас  записку  — отзыв  проф. 
М. С. Андреева  о  книге «Путеводитель  но Каттагану и 
Бадахшану»,  считаю  необходимым  довести  до  Вашего 
сведения,  что  названное  произведение  принято  к  изуче­
нию Таджикским  научным  Обществом. 
Перевод  выполняется  —  технически  он  ныне  закон­
чен  — под  редакцией  М.  С. Андреева,  члена  правления 
Общества  и руководителя  его  историко­филологического 
и  этнографического  отдела, 
а  просмотр  исторической 
части  этой  книги  принят  на  себя  членом  Общества  ака­
демиком  В. В. Бартольдом. 
По  окончанию  подготовительных  работ:  перевод, про­
смотр,  проверка  географических  и  иных  наименований, 
примечаний  и пр., книга  будет сдана  в  печать, как  поста­
новлено  об  этом  Правлением  Общества,  в  сентябре  или 
октябре  настоящего  года...».­194  К сожалению,  при  аварии, 
случившейся  по  дороге  из  Ягноба  в  Душанбе  в  1925  г., 
во  время  экспедиции  ученого,  лошадь,  во  вьюках  кото­
рой,  в частности,  находились  рукописи  перевода  и части 
оригинала  указанной  книги, упала  в пропасть.495  Вероят­
но, после случившегося  М. С. Андреев отказался  от даль­
нейшей  работы  над  путеводителем,  и  он  вышел  в  свет, 
переведенный  П.  П.  Введенским,  Б.  И.  Долгополовым  и 
Е.  В. Левкиевским,  под  редакцией  известного  востокове­
да,  профессора  А. А. Семенова.496 
Интересным  было сообщение  М. С. Андреева  на  засе­
дании  правления  Общества  в  сентябре  1925  г.  на  тему: 
«О значении  и деятельности  Научного  общества  для изу­
чения  Таджикистана  и иранских  народностей  за  его пре­
делами».  Докладчик  говорил  о  роли  Общества  в  изуче­
нии  Таджикистана,  его  возникновении,  структуре,  изда­
тельской деятельности,  о  его научных  связях  как  с отече­
ственными, так  и зарубежными  научными  ассоциациями. 
М.  С.  Андрее©  подчеркивал,  что  «Средняя  Азия  до  сих 
пор  сравнительно  мало  исследована,  мало  изучена.  От­
сюда  следует,  — говорил  он,  — шире  развернуть  рамки 
работ,  втянуть,  заинтересовать  наибольшие  силы,  могу­
щие  охватить  все  стороны  жизни  народа,  его  историко­
географические  и  иные  особенности».  Затем  М.  С.  Ан­
дреев  поделился  своими  впечатлениями 
о  проделанных 
* 
101 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ная  в  том  же  сборнике.505  В  ней  автор  приводит  следы 
древних  верований:  миф  об  Отце­Небе,  Матери­Земле  и 
в  связи  с этим  разделение  времен  года  на  мужскую — 
зима  и осень,  так  как  в  это  время  с неба  идут  на  землю 
дожди  и снег, оплодотворяющие  землю, — и женскую — 
весна  и лето,  так  как  в  этот  период  вырастают  плоды и 
зелень, природа  тогда  родит. Автор  сопоставляет  эти ве­
рования  с  такими  же  представлениями  афганцев.  Сооб­
щалось  об  облаке­корове,  о  причине  появления  радуги 
•  по представлениям  населения  долины  р. Гунта  в Чашме­
и­Оби  Гарме  и  среди  памирских  киргизов  Тагар­Кокты; 
о  древнем  божестве  грома,  о  старухе  Оджуз,  Бабе­Яге, 
о  Млечном  пути,  называемом  по­таджикски 
«ра­й  ках­
кашон»  — «дорога 
возчиков 
мякины 
(самана)»,  и 
«дарье»  — «большая  река»,  а  по­тюркски  «Куш­юлы» — 
«дорога  птиц»  и  по­локайски  «чигина  джул»,  т.  е.  «сан­
ный  путь». В  заключение  статьи  автор  подчеркивал,  что 
по существу  верование  в Млечный  путь,  очень  распро­
страненное  в Средней  Азии, должно принадлежать  искон­
ным  земледельцам,  какими  и  являются  таджики,  древ­
нейшими  жителями  Средней Азии. 
В том же  1927 г. по линии Общества  была  напечатана 
статья  о  «Чильтаюах»,  особых  невидимых  существах, на­
деленных  сверхъестественной  силой.  Легенды  о  них  ши­
роко  распространялись 
среди  народов  Средней  Азии. 
В работе ученого подробно  описано  происхождение  наз­
вания  «чильтаны»  — обряды,  связанные 
с  этим  куль­
том.506 
М. С.  Андреев  во  время  своих  поездок  по  поручению 
Общества  не  раз  сталкивался  с  фактами  миграции  сю­
жетов сказок  от одних  народов  к другим.  Изучая  широко 
распространенную  как  у  русского  народа,  так  и  у  наро­
дов  Средней  Азии  сказку  «Царевна­лягушка»,  в  долине 
Хуф  он обнаружил  другой  вариант  этой  же  сказки,  в ко­
тором  образ  царевны  лягушки  заменен  образом  лмеп,507 
предпочитаемые  насекомые  у  народов  Средней  Азии. 
Многое  новых  данных о первобытных  формах  верова­
ний  таджиков,  в  том  числе  о  боге  земледелия  —  Бобои 
Дехкан, кузнечном  боге — Давиде  и о других  старых бо­
жествах  и старых  почитаниях,  связанных  с тем  или  иным 
ремеслом,  с процессом  исламизирования  населения,  при­
водилось  в работе  М.  С. Андреева  «По  поводу  процесса 
104 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
пригодилась  вся  предшествовавшая  долгая  тренировка 
по востоковедным  дисциплинам».461 
Несмотря  на  большую  загруженность  служебными  и 
общественными  делами,  М.  С. Андреев  буквально  вы­
краивал  время  на  продолжение  научной  работы. 
В 1920 г. он собрал  и затем  опубликовал  любопытный 
материал — сравнительную таблицу значений  предметов, 
виденных  во  сне,  у  различных  народностей  Средней 
Азии.462 
При  собирании  материалов  по  некоторым  интересо­
вавшим  М. С. Андреева  вопросам  в области  этнографии 
народов  Средней  Азии  ему  пришла  мысль  произвести  в 
виде опыта  краткую  предварительную  запись  того,  как 
одни  и те  же сновидения  толкуют  у разных  народностей 
Туркестана.  Автор  ограничивался  только  теми  народно­
стями, представителей  которых  он  мог  встречать  в Таш­
кенте, так как, считал он, предпринимать тогда  специаль­
ные поездки  на  места  для  опросов  не  представлялось 
возможным.  Ученый  опросил  представителей  и  тех  на­
родностей,  которые  были  не только  территориальными 
соседями  населения  Туркестана,  но и с  которыми  в силу 
религиозной  или  этнической  общности  было  бы  важно 
сопоставить  собираемые  данные.  Автор  собирал  народ­
ные толкования  спав,  записывая  их  от  разных  лиц, он 
не  пользовался  имеющимися  у  некоторых  из  народно­
стей сонниками, что положительно  сказалось  на  научном 
уровне. 
М. С. Андреев  опросил  представителей  14  различных 
народностей,  а  именно  узбеков  Ташкента,  узбеков  из 
окрестностей  Ташкента,  казахов  Сыр­Дарьннекой  обла­
сти, кашгарцев,  туркмен,  каратегинцев,  шугнанцев,  па­
Тани  — жителей  окрестностей  гор.  Пешавера  (Афганис­
тан),  персов,  таджиков  равнининых 
(из  г.  Ура­Тюбе), 
татар  казанских, башкир, дунган из гор Шуджу  и бухар­
ских евреев. 
К  опубликованной  таблице вещих  снов М. С. Андреев 
присоединил,  выделив  в особую  таблицу,  несколько  при­
мет, распространенных  у целого  ряда  народностей  Сред­
ней Азии. 
После  победы  Октябрьской  революции  и  установле­
ния  Советской  власти 
на  местах  с  целью  укрепления 
равноправия,  братского  сотрудничества  между  народа­
ми, освободившимися  от  колониального  и  национального 
32 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
• 
ПРЕДИСЛОВИЕ 
МИХАИЛ  СТЕПАНОВИЧ  АНДРЕЕВ  И  ЕГО  НАСЛЕДИЕ 
Удивительный  феномен:  человек, 
получивший 
систематическое 
образование  лишь  в  объеме  учительской  семинарии,  становится  вы­
дающимся  ученым,  крупнейшим  исследователем­этнографом  и  лин­
гвистом,  возглавляет,  в  качестве  ректора,  первое  в  .Средней  Азии 
высшее  учебное  заведение 
востоковедного 
профиля  —  Восточный 
институт,  руководит  научными  коллективами,  избирается  членом­кор­
респондентом  Академии  Наук  СССР. Необычная  судьба...  Когда  вду­
мываешься  в  жизненный  путь  М.  С.  Андреева, 
перечитываешь  его 
опубликованные  труды,  рукописи,  дневники,  удивление 
сменяется 
восхищением. 
Конечно  же,  природа  наделила  М.  С­  Андреева  исключительны­
ми  способностями, 
он  был  воистину  талантливым 
человеком,  как 
будто  специально  созданным  для  полевых  этнографических  и лингви­
стических  исследований.  Но  еще  более  поражает  в  нем  трудолюбие: 
неустанно,  месяц  за  месяцем,  год  за  годом,  десятилетие  за  десяти­
летием  собирал  он  материал,  не  признавая  никаких 
перерывов  для 
отдыха,  не боясь никаких  трудностей.  Труд, неустанный  труд.  И увле­
ченность,  незнающая  предела,  та самая  увлеченность, которая  застав­
ляла  его  карабкаться  по  горным  тропам,  ехать,  презирая  опасность, 
в  местности,  буквально  кишевшие  басмаческими  шайками,  расходо­
вать  свое  жалованье  на  покупку  редких  этнографических  экспонатов 
для  музеев,  семидесятилетним 
стариком,  жестоко 
страдающим  от 
недугов,  вновь  отправиться  в  труднейшую  экспедицию  —  в  милую 
его сердцу  высокогорную  долину  Хуф. 
* 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
И  па  семенном 
совете  было  решено  отправить 
М. С. Андреева  на  кумыс, в горы. «Знакомый  с  местным 
бытом  и нравами  отец мой, — вспоминал  М. С. Андреев, 
— решил  отправить  меня  в горы,  не мудрствуя  лукаво, 
используя только некоторые знакомства. Мать  моя  (дочь 
того  купца,  у  которого  служил  мой  отец),  конечно,  не 
относилась к этому путешествию так спокойно, как отец». 
В  конце  концов  М.  С.  Андрееву  была  куплена  киргиз­
ская лошадь, на  которой он доехал  до Чимкента,  как  это 
было  решено  на  семейном  совете.  В  Чимкенте  он  встре­
тился  с  уездным  начальником,  к  которому  у  него  была 
просьба  из семинарии,  чтобы тот устроил  М. С. Андреева 
в какой­нибудь  киргизский  аул  на  кумыс. Благодаря  ста­
раниям  уездного  начальника 
М.  С.  Андреев  попал  в 
группу кочующих  киргизов. Здесь  он  не только  поправил 
слое  здоровье,  но  и прекрасно овладел киргизским языком, 
а  ознакомившись  с  бытом,  начал  записывать  увиденное. 
«Киргизы 
очень  привыкли  ко  мне,  — вспоминал 
М. С. Андреев,  — полюбили  меня,  оценили  мои  позна­
ния.  Мой  хозяин  уговаривал  меня  остаться  совсем  в  их 
ауле. Он  обещал, что сделает  меня  «юз­боши»  и что мои 
обязанности  будут  заключаться 
в осуществлении  всех 
v 
м 
1 eg 
связей  с внешним  миром,  с администрацией»  и т. д. 
С этого  времени  М. С. Андреев  пристрастился  к оди­
ноким  летним 
поездкам.  «Я  так  привык  к  этим  само­
стоятельным  одиноким  поездкам  верхом  за  годы  учения, 
что  даже  потом,  когда  прекратилась  надобность  в  лече­
нии  кумысом,  я  с  наступлением  весны  продолжал  пред­
принимать  при  каждом  удобном  случае  свои  одинокие 
поездки.  Круг  моих  поездок  при  этом  все  более  и  более 
расширялся,  так  как  мне хотелось  побывать  все  в новых 
местах  и видеть дальше  и больше. Так  я побывал  в вер­
ховьях Ангрена,  ездил  несколько  раз  из Ташкента  в Хол­
жент  и далее  в Кзыл­Кумы,  в Фергану  и Матчу  вплоть 
до Зеравшанского  ледника,  перевалив'на  обратном  пути 
через  малопссещаемый 
перевал 
Янги­Сабак, 
позднее 
проехал, а отчасти и прошел  пешком  через горы из Шахри­
сябза  и  Гиссарскую  долину  в  верховья  р.  Хингоу,  а  за­
тем  в Ягноб  и вернулся  в Ташкент  через  Ура­Тюбе» 
и т. д.2" Во  время  этих  поездок  М.  С.  Андреев  углублял 
свои  знания  в области  истории,­ языка,  а  также  этногра­
фии  и археологии.  Поездки  способствовали  началу  науч­
ной деятельности  М. С. Андреева. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Планомерное  археологическое  изучение  территории 
Таджикской  ССР  началось  лишь  с  1946  года,  после 
включения  Президиумом  Академии  наук  СССР  в  пяти­
летний  план  работ  Академии 
комплексной  много­
летней  археологической  экспедиции  по  изучению  Таджи­
кистана­.*? В работе, которая  требовала  большого  напря­
жения  физических  сил, 72­летний  М.  С. Андреев  уже  не 
мог участвовать. 
В  1945 г. М. С. Андреев  опубликовал  статью  «О тад­
жикском  языке  настоящего  времени».505  Она  посвящена 
вопросу возникновения таджикского  языка и совокупности 
воззрений  ученого  по  проблеме  современного  таджик­
ского  языка. Много  интересных  и  важных  соображений 
(наряду  со спорными)  содержится  в  этой  статье относи­
тельно происхождения  таджикского  языка. 
Вспоминая  о культурном  наследии  таджикского  на­
рода  М.  С.  Андреев  писал:  «Огромно  литературное  на­
следство  из глубины  минувших  веков, дошедшее  от  мно­
гих  поколений  мыслителей,  поэтов,  ученых,  замечатель­
ных  мастеров  слова,  произведения  которых  и до  сих  пор 
вызывают  восхищение среди перлов  мировой  литературы. 
Это  наследство  доступно  при  желании  и до  сих  пор лю­
бому  достаточно  грамотному  таджику,  и  обладание  им 
является  богатством  и  гордостью  таджикского 
народа. 
Может  быть,  оно  недостаточно  еще  оценено  пока  подра­
стающим  поколением,  но оно  существует,  и именно  бла­
годаря  ему, на его основе, за  сравнительно  короткое вре­
мя, более или  менее удачно  разрешается  вопрос  о совре­
менном  литературном  языке  таджиков,  потребовавшем, 
естественно, дополнительного  включения  целого  ряда  но­
вых  слов  и оборотов  для  обозначения  технических  тер­
минов  и  представлений, 
отсутствовавших  в  старом 
быту».566 
В  1947 г. М.  С. Андреев  переехал  в Душанбе  и начал 
работать  в Институте  истории,  языка  и литературы  Тад­
жикского  ФАН  СССР.  Здесь  он  провел  большую  подго­
товительную  работу  для  создания 
в  Институте  музея 
археологии  и этнографии.567  По  его  инициативе  в  аспи­
рантуру 
по  этнографии  была  привлечена  группа  тад­
жикской  молодежи,  которой  он сам  руководил.508 . 
«Нас было трое:­— Р. А. Амонов, М. Р. Рахимов  и я,— 
рассказывает  доктор 
искусствоведения  Н.  X.  Нурджа­
нов.— Мы  не  имели  ни  малейшего  представления  о том, 
124 
­


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
дресва  хранятся  послереволюционные  записи  экспедиции 
1924 г. в Матчу,  Каратсгин,  Гиссар  и Ягноб,58 экспедиции 
1925  г.  по  маршруту  Ягноб,  Душанбе,  Каратегин,  Дар­
ваз,  Припамирьс,  Памир  и  Ош,59  которые 
являются  не 
только  научными  отчетами  ученого, но и содержат  также 
немалое  количество  материалов  мемуарного  характера. 
Записи,  обнаруженные  в  архиве  ученого,  свидетель­
ствуют,  что уже  в  1921  г.  он  начал  усиленно  готовиться 
к  предстоящей 
(в  1926 г.)  поездке  в  Афганистан.00  Об 
этой  экспедиции  (1926  г.)  сохранились 
два  подробных 
научно­путевых отчета  ученого, которые содержат  немало 
до  сих  пор  неопубликованных 
материалов  но  языку  и 
этнологии  таджиков  Афганистана.61 
Большое  место  в  архиве  ученого  занимают  как 
лингвистические,  так  и  этнографические 
материалы  по 
Ягнобу,  собранные М. С.  Андреевым  в  1924, 1925 и боль­
ше всего в 1927,1928, 1929 и 1934 гг.,"2 из  которых  недавно 
А. К­  Писарчик  опубликованы  записи  1927—1928 гг.03 
Большое  значение  имеют записи  ученого,  произведен­
ные им в  1928 г. во время поездки в сел. Қ асан  (на  севере 
Ферганы)04  в  1929  г.03  и  в  1943  г.  —  в  долину  Хуф,00  в 
1936 г.  — в Бухару  и Хорезм,07  в  1937 г. — в Нур­Ата  и 
Маргелан.6*  В  указанных  (и  других)  отчетах 
ученого 
собрано  огромное  количество  материала,  имеющего  пер­
востепенное значение в изучении  истории и истории  куль­
туры  народов  Средней  Азии.  В  ягиобских  записях 
М. С. Андреева,  например,  собран  и частично  системати­
зирован  огромный  материал  но лингвистике,  а  именно 
ягнобские  сказки,  ягнобско­русский 
словарь,  записи  по 
грамматике  и таблица  ягнобских  глаголов.  В этнографи­
ческой  части  этих  записей  дано  «географическое  описа­
ние  долины,  перечень  перевалов  и  их  характеристика, 
сведения  о  ягнобских  селениях,  количестве  домов  в них, 
сведения  об  административном  делении  Ягноба  до  рево­
люции,  исторические  предания,  сведения  об  обществен­
ной  жизни,  пережитках  общины,  обычае  побратимства, 
наследственном  праве, об антропологическом  типе ягноб­
цсв,  о хозяйственной 
деятельности 
(главным  образом 
земледелии  и  животноводстве),  об  отходничестве,  това­
рообмене,  о  рождении  ребенка,  обычаях  и обрядах,  свя­
занных  со смертью,  сведения  о мерах  и счете  времени, о 
народных  праздниках,  верованиях  и  суевериях,  а  также 
некоторые  сведения  о жилище  (главным  образом  планы 
21 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Ташкент),  Средней  Азии  и  Закавказье.  Во  время  бесе­
ды  с В.  П. Наливкиным  он  попросил  найти  ему  секрета­
ря,  который  мог  бы сопровождать  его  во  время  поездок 
И одновременно  преподавать  таджикский  и  узбекский 
языки.  Страсть  к поездкам 
в новые  места 
соблазнила 
М. С. Андреева,  работавшего  преподавателем  Туркестан­
ской  учительской  семинарии  и Ташкентского  реального 
училища,  принять  предложение  Наливкина  и  по  совме­
стительству  стать  секретарем 
А.  А.  Половцева.  Новая 
работа  началась  с длительных  разъездов  по  Средней 
Азии, Закаспийской  области  и Закавказью, где М. С. Ан 
дреев  много  внимания  уделял  собиранию  материалов  по 
переселенческому  делу. 
Летом  1897 г.  М.  С.  Андреев,  уже  освободившись  от 
должности  преподавателя,  совместно  с Половцевым  вер­
нулся в Петербург, где и произошло знакомство М. С. Ан­
дреева  с крупнейшими  русскими  востоковедами  индиани­
стом  С.  Ф.  Ольденбургом, 
академиками 
тюркологом 
В. В. Радловым  и  иранистом  К.  Г. Залеманом,  под  чьим 
руководством  он  в  дальнейшем  углубил  свои  теоретиче­
ские  познания  в  области  лингвистики  и  этнографии. 
М.  С.  Андреев  писал,  что  до  встречи  с  этими  востокове­
дами  при  каждой  поездке  он  остро  ощущал  свою  теоре­
тическую неподготовленность.236  Но зато он имел прекрас­
ную практическую  подготовку.  К­  Г. Залеман,  вспоминая 
о  своей  встрече  с М.  С.  Андреевым,  писал:  «Приехав 
осенью  в С.­Петербург,  Михаил  Степанович  неоднократ­
но посещал  меня  и беседовал  о  своих  исследованиях, 
блестящие  результаты  которых  не  могут  не  обрадовать 
сердца  ираниста».237 
С  В.  В.  Радловым  М.  С.  Андреев  начал  чтение  «Ку­
датку  билик»,  а  с К­  Г. Залеманом  — его  материалов  по 
еврейско­персидскому  языку,  т.  е.  еврейскому  диалекту 
таджикского  языка.  Причем  ­в ходе  занятий,  при  объяс­
нении  восточной терминологии, ученику  пришлось  не  раз 
поправлять  своего  учителя.  «М.  С.  поражал  К.  Г.  Залс­
мана,  — говорит  А. К.  Писарчик,  — отличным  знанием 
среднеазиатских  языков  и быта  и точностью  своего лин­
гвистического  слуха».238  По  словам  А.  М.  Беленицкого, 
М. С.  Андреев  знал  языки  и диалекты  народов  Средней 
Азии до того  поразительно, что  каждый  из  собеседников 
считал  его своим соплеменником. М. С. Андреев  прекрас­
но,знал  английский, французский  и ряд других  иностран­
ных языков. 
4—207 
49 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
эпоху  феодализма.  Мактабы  и  медресе  не  отвечали  по­
требностям  растущих  культурно­экономических  запросов 
населения  и  развивающимся  новым  капиталистическим 
отношениям. 
В  результате  возникшего  школьного  реформаторско­
го движения, во главе  которого  в основном  стояли  пред­
ставители  национальной  буржуазии,  в Туркестане,  в том 
числе и в селении  Костакоз,405  в  Ходженте406  появились 
так  называемые  иовометодные  мактабы.  Несомненно  по­
ложительное  значение  •новометодных 
школ. 
Число 
этих  мактабов  в крае  к  1917 г. достигло  примерно  около 
ста.407  В них,  хотя  и сохранилось  преподавание  мусуль­
манского  вероучения, однако  по  программе  остальных 
предметов  иовометодные  мактабы  приближались  к  рус­
ским реальным  училищам.  В учебных  планах  этих  школ 
много  часов  отводилось  арифметике,  физике,  истории, 
географии,  естествознанию,  обучению  грамоте  звукосла­
гательным  методом, а не буквослагательным;  производи­
лось также  обучение  чтению  и письму,  применялись 
наглядные  пособия  и т. д.  По  методике  преподавания 
иовометодные  мактабы  были  ближе  к  светским  школам 
нежели  к  религиозным.  Правда,  программы  и  методика 
преподавания  в различных  новометодных  мактабах  были 
не одинаковы,  так  как  школы  не имели  единого  руково­
дящего  центра.  Их  судьба  зависела  от  содержателей  — 
учителей,  которые  отличались  друг  от  друга  не  только 
знаниями,  но  и политическими 
взглядами.  Почти  все 
преподаватели 
новометодных  школ  Туркестана 
были 
пропитаны  духом  буржуазного  национализма.408  Сильны 
были в этих  школах влияния  пантюркизма  или  панисла­
мизма.409 
Ряд ученых — историков  народного образования  Тад­
жикистана,  в частности  И.  Обидов,  считает,  что  «орга­
низаторы  «новометодных  школ»  —  джадиды  —  стояли 
на  контрреволюционных,  пантюркистских,  панисламист­
ских,  буржуазных  националистических  позициях.  Поли­
тическая  концепция  джадидов  была  реакционной,  они 
решительно  выступали  как  сторонники  «справедливого 
шариата».410  Мало  того,  иовометодные  школы  для  боль­
шинства  неграмотных  и жестоких  учителей  местных  мак­
табов,  медресе  и клерикалов  казались  богопротивными 
и т. д.411 Иовометодные  школы,  с другой  стороны,  каза­
лись  «подозрительными»  и  царской  администрации.  От­
' 7 8 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
> 
нижних  селениях,  и потому  главное  питание 
населения 
составлял  скороспелый  ячмень.  Сеяли  исключительно 
только  голый  ячмень  (гималайское  жито)  двух  сортов: 
«хинг­чушч»,  т.  е. «зеленый  ячмень»  и  «сафида­чушч», 
т.  е.  «белый ячмень».  Первый  созревает  на  10 дней рань­
ше,  чем  второй.  Обычный  же  ячмень,  называемый  «пу­
хида­джау»  (буквально  — покрытый  ячмень)  в Хуфе  не 
сеяли. 
Возделывали  в долине  и  просо  — «пиндж»,  сорта 
«рушбиндж»,  «куропай»,  «пиджарх»  и «джавовс»; горох— 
«мах».  Хуфцы  часто  предпочитали  сеять  горох  вместе  с 
ячменем,  такие  комбинированные  посевы  давали  хоро­
ший  урожай.  Сеяли  также  рожь  —  «лашак»  только  в 
Пас­Хуфе; возделывали  «циравич»  — маслянистое  расте­
ние, семена  которого  идут  на освещение, да  еще  разводи­
ли  понемногу  табак.  Раньше  засевали  еще  и репу,  но по­
том ее  перестали  выращивать.  Из  новых  культур  в трид­
цатых  годах  начали  выращивать  картофель. 
В  разделе  «Земледельческие  орудия»  М.  С.  Андреев 
описывает  собранные  им  материалы 
об  орудиях  основ­
ного  земледельческого  орудия  хуфца  —  о  сохах  в  раз­
ных  районах  преимущественно  горного  Таджикистана  и 
Узбекистана  — и устанавливает  ареалы  каждого  из  них. 
В разделе  дано  также  описание  и других  видов  сельско­
хозяйственных  орудий  хуфцев  — ярма,  железных  сошни­
ков,  типов  деревянных  и  железных  лопат,  вил,  кельто­
образных  орудий  архаического  типа  —  мотыг,  топори­
ков,  теши,  приспособлений 
для  переноски 
тяжестей 
и  пр. 
Автор  останавливается  и  на  агротехнике  в  Хуфе..Он 
описывает  найденный  горными  таджиками  способ  удли­
нения  вегетационного  периода  путем  разбрасывания  ран­
ней  весной  по снежному  покрову  слоя  сухой  земли.  Этого 
бывает  достаточно,  писал  М.  С.  Андреев,  чтобы  усилить 
нагревание  рассыпанных  темных  мелких  частиц  земли 
солнечными  лучами,  не  отражаемыми  уже  больше  белой 
снежной  поверхностью.  При  солнечной  погоде  снег  схо­
дит  с поля  дней  через  10—20  после  разбрасывания  зем­
ли,  ускоряя  тем  ­самым  естественное  стаивание  дней  на 
15—30.  Без  разбрасывания  земли  по  снегу,  утверждает 
автор, за лето у хуфцев хлеба  не созревали  бы. 
В  работе  сообщается  о посевах  путем  разбрасывания 
семян  по  полю  и  последующей  запашки  этих  семян  два 
lfii> 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
фичсское  изучение Средней  Азии, при восточном  факуль­
тете Среднеазиатского  госуниверситета  была  открыта  ка­
федра  этнографии  и антропологии.  Первым  ее профессо­
ром весной  1926 г. был избран М. С. Андреев.451 
Преподавательская  деятельность М. С. Андреева про­
должалась  до  последних дней  жизни  ученого/52 Он отно­
сился  к  ней  с исключительной  серьезностью,  вниматель­
ностью  и  ответственностью.  Курсы,  которые 
читал 
М. С. Андреев, являлись  плодом  кропотливых  изысканий 
по  первоисточникам,  многолетних  наблюдений  и  изуче­
ния  быта,  языков  и  культуры  тех  народов,  историю и 
этнографию  которых  он  преподавал.  К  студентам,  спе­
циализировавшимся  по  истории,  и  особенно  по  этногра­
фии  народов  Средней  Азии,  он  предъявлял  очень  высо­
кие требования. 
М. С. Андреев  придавал  важное  значение  воспитанию 
местных  специалистов.  Он считал,  что  самым  главным 
препятствием  в изучении  быстро  исчезавших  этнографи­
ческих  материалов  является  отсутствие  кадров,  подго­
товленных  научных  работников.453  Ученый  подчеркивал: 
мы надеемся  «на  подрастающую  молодежь,  начинаю­
щую работать,  и ту,  которой  еще  предстоит  работать  в 
будущем.  От  их здоровой  любви  и интереса  к родной 
старине  зависит  многое».454  «Хорошие  научные  работни­
ки  так  необходимы  Таджикистану,  в особенности  в об­
ласти гуманитарных  дисциплин», — писал М. С. Андреев. 
Необходимы  они  потому, что без  них невозможно  разра­
батывать  историю  таджикского  народа  и  изучать  исче­
зающие бесследно  в наши  дни  реликты  предков  таджик­
ского  народа.453 
Многие советские  ученые­востоковеды  — лингвисты, 
археологи  и этнографы  — учились  у М. С.  Андреева. 
Подытоживая  свою  научно­педагогическую  деятель­
ность,  М. С. Андреев  с гордостью  говорил,  что  другие в 
некоторой  степени 
мои  научные  «произведения»  были 
мои  студенты,  «слушавшие  в течение  многих  лет  мои 
.лекции  по  востоковедным  дисциплинам,  как  имеются 
сведения,  в значительном  числе  работают  в  разных  мес­
тах  нашего  Советского  отечества  и за  его  пределами  на 
разных  должностях,  применяя  приобретенные  знания, 
присоединив  к  ним другие,  на  пользу  нашей  Советской 
Родины.  Краснеть за  них не приходится».456 
М.  С. Андреев  был  отзывчивым  консультантом  науч­
90 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
буржуазная  Россия  вела  упорную  борьбу  с наукой,19 она 
боялась ученых, не доверяла  им, ставила  их в унизитель­
ное  и  тяжелое  положение.  «Молодое  русское  востокове­
дение,  — говорил  В. В.  Бартольд,  —  горячо 
желавшее 
работать  на  пользу  родной  страны, встречало  или  отпор, 
или  такое  сочувствие,  от  которого  еще  больше  опуска­
лись  руки».20 Крупнейший  прогрессивный  русский  ученый 
К.  А. Тимирязев  в  1911  г. писал:  «Каждый  русский  про­
фессор  лично  и  коллективно,  со  школьной  скамьи  и  до 
преклонной  старости,  вынужден  решать  дилемму:  или 
оросить  свою  науку,  или  забыть  о  своем  человеческом 
достоинстве».21 
Из­за  пренебрежительного  отношения  царского  пра­
вительства  к  отечественному  востоковедению,  несмотря 
на  все старания  как  русских, так  и местных  представите­
лей  науки  в дореволюционное  время,  прошлое  народов 
Средней  Азии  во  многих  отношениях  осталось  неизучен­
ным.  Известный  востоковед  ;\.  А. Семенов  еще  в  1916 г.,. 
выступая  на  одном  из  заседаний  Туркестанского  отдела 
Русского  географического  общества,  сказал:  «Хотя  рус­
ские  находятся  в Туркестане  более  полувека,  обширный 
край,  в котором  издавна  процветала  высокая  культура, 
до сих  пор остается  во многих  отношениях  неизученным. 
особенно темно  историческое прошлое края».22 
Подлинно  научное  изучение  истории  народов  Сред­
ней  Азии  неразрывно  связано  с победой  Великой  Октя­
брьской  социалистической  революции.  Только  советская 
историческая  наука,  владеющая  такой  всепобеждающей 
теорией  как марксизм­ленинизм,  дала  глубокое и подлин­
но научное  объяснение  исторического  процесса 
народов 
СССР.  Историки  Советского  Востока  совместно  с учены­
ми  Москвы  и  Ленинграда  впервые  с  научной  достовер­
ностью  осветили  историю  народов  Средней  Азии  с древ­
нейших  времен до наших дней.23 
На  формирование советской исторической  науки  боль­
шое влияние сказали  прогрессивные тенденции  и научное 
наследие  представителей  русской  востоковедческой  шко­
лы.  Советская  востоковедная  наука  —  продолжатель 
прогрессивных  демократических  традиций  мирового  и 
дореволюционного  отечественного 
востоковедения.  Ха­
рактеризуя  историю развития  советского  востоковедения, 
мы,  его  представители,  «с  благодарностью 
вспомним, 
что  являемся  наследниками  славного  русского  востоко­
12 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
V. Семья,  община,  общинное  право.  Процесс  ассими­
лирования  таджиков  с окружающими  их другими  народ­
ностями  и обратный  процесс.443  * 
После  реорганизаций  Восточного  института  в  1924  г. 
в Восточный  факультет  с этнолого­лингвистическим  и пе­
дагогическим  отделениями  при  Среднеазиатском  универ­
ситете,4"11 М. С. Андреев  продолжал  читать  курс по  языку 
и этнографии  таджиков.445 Он  успешно  преподавал  восто­
коведческие  дисциплины  и в  Ташкентском  Государствен­
ном педагогическом  институте.'140 
/ 
Общепризнано  большое 
научное  и  познавательное 
значение  разработанных  и читавшихся  М. С.  Андреевым 
лекционных  курсов.  Как  ученый  и  высококвалифициро­
ванный  педагог, М. С.  Андреев  принимал  активное  учас­
тие в разработке  новых  методов  преподаваниям  учебных 
планов, отдавал 
немало  сил  улучшению  успеваемости 
студентов,447 руководил  работой  студенческих  этнографи­
ческих  кружков'148  на  II,  III  и  IV  курсах  восточного  фа­
культета  САГУ. Им  была  составлена  подробная  програм­
ма  работы  кружка 
по  сбору  лингвистико­этнографиче­
ских  сведений  студентами  среди  местных  жителей.445 
М.  С.  Андрееву  принадлежит  инициатива 
организа­
ции  первых  экскурсий  студентов  Восточного  факультета 
САГУ.  В частности,  он  намечал  организовать  следующие 
экскурсии: 
1. Самарканд—Бухара,  с осмотром  архитектурных  па­
мятников  и особенностей 
местного  быта.  Срок  8 дней. 
Число  участников 
20—30  человек,  руководитель  — 
И.  И. Умняков  или  А.  А.  Семенов.  Наиболее  важная  и 
интересная  экскурсия  для  студентов  Востфака. 
2.  Поездка 
на  место  древнего  города  Бинакента,  с 
производством 
съемки  плана 
и  возможно 
небольших 
раскопок. 
Маршрут:  Ташкент—ст.,  Сыр­Дарья,—мазар 
Шо­Мар  Кала  Аулия  (на  правом  берегу  Сыр­Дарьи  при 
впадении Ангрена). Число участников—10  человек  из лю­
бителей  истории  и археологии.  Руководитель  Н. Э. Вунд­
цеттель  или  специально  приглашенный  для  этой  поездки 
M. E. Массой. Срок 6 дней. 
3. Экскурсия  по старому  городу Ташкенту  с осмотром 
местных  памятников. 
1 день.  Руководитель  Н.  Г.  Мал­
лицкий  или  И.  И. Умняков.  Число  участников  —  неогра­
ниченно».450 
С учетом  большого  вклада  М. С.  Андреева  в  этногра­
> 
" $'Л 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
писку,  советовал,  какие  научные  проблемы  необходимо 
разрабатывать.2" 
В 1898 г.  М. С. Андреев получил  предложение  принять 
участие '.в академической  экспедиции  в Восточный  Турке­
стан, 'возглавляемой  известным 
революционером,247  уче­
ныма­археологом  Д. А. Клеменцем.248 Тогда в Турфаиском 
оазисе  членам  экспедиции  удалось  открыть  ценнейшие 
древние  памятники:  настенные и потолко.вые  росписи пе­
щер и буддийских  храмов, древнетюркокие и  сасанидские 
надписи и т. д.249 Результаты  «этой экспедиции были весьма 
значительны...  Материалы,  добытые  Д.  А.  Клеменцом, 
дали  толчок  ряду  новых  экспедиций,  между  прочим  дли­
тельной  экспедиции  академика  С.  Ф.  Ольденбурга,  ко­
торые  повели  за  собой  весьма  важные  новые  открытия 
в области  древней  истории  культурных  стран  Азии, исто­
рии  искусства  и  лингвистики».  «Это  путешествие  через 
Сибирь  и Монголию  на  Урумчи,  Турфан  и Люкчун  дало 
мне  многое»,  — писал  М.  С.  Андреев.  Во  время  этой 
поездки  он  составил  в Урумчи  небольшой  словарь  кан­
джутского  языка  со  слов  бежавшего  после  столкновения 
с англичанами  из Канджута  бывшего правителя  Канджу­
та  и двух­трех  канджутцев,  живших 
с  ним.230  Тогда 
М. С. Андреевым  были  сделаны  также  некоторые  записи 
фольклора  на  узбекском  языке  в  Восточном  Туркеста­
не,251  а  по  сообщению  В. А.  Крачковской,  он  собрал 
тогда  же  материалы  для  археологической  карты.252 
Вспоминая  об  участии  М. С.  Андреева  в  Турфанской 
экспедиции,  академики  В.  В.  Вартольд, 
С.  Ф.  Ольден­
бург,  Ф.  И.  Щербатской  и  И.  Ю.  Крачковский  писали, 
что  участие  в  «экспедиции  Д.  А.  Клеменца  в  Турфане 
еще в прошлом  столетии  поставило  М. С. Андреева  очень 
рано лицом  к лицу  с важными  и сложными  вопросами 
археологии  Средней Азии, особенно трудными  вследствие 
многообразных  сплетений  самых  различных  культур.  Бо­
гатые  материалы  Западного  Туркестана  позволили  ему 
проявить  интерес  к  археологии  и  впоследствии,  причем 
он  старался  увязать  археологическую  работу  с  этногра­
фической,  систематически  наблюдая  пережитки  старины 
и  современность».253 
Зиму  1898—1899  гг.  М.  С.  Андреев  провел  вместе  с 
Половцевым в Париже, откуда  вывез практическое  знание 
французского  языка,  очень  пригодившиеся  ему  потом  во 
61 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
147  Директором  ее  тогда 
был  Н.  П.  Остроумов.  —  См.  ЦГИЛ 
Уз.ССР. ф. 47, оп.  1. д. 295, лл. 57, 139—146. 
148 Личный фонд М.  С. Андреева,  д.  168, л.  1. 
149  ЦГИА  Уз­ССР,  ф.  50,  оп.  1,  д.  146,  лл.  24,  29,  43,  46,  55, 61; 
­66,  77. 
150 См.  ЦГИА  Уз.ССР,  ф.  47, оп.*1,  д.  1728, л.  4. — «Полный  по­
служной  список  чиновника  для  усилении  личного  состава  главного 
управления  Туркестанского  края  коллежского  секретаря  (М.  С.)  Ан­
дреева.  Составлен  28 февраля  1914 года». 
151  Личный  фонд  М. С.  Андреева,  д.  168. 
152  ЦГИА  Уз.ССР,  ф.  47.  оп.  1,  д.  297,  л.  80.  Уместно  отметить, 
что  если  из  22  поступающих 
13 человек 
по  арифметике 
получили 
неудовлетворительные  отметки,  то  М.  С.  Андреев  получил  «четыре». 
153  В конкурсе,  в  годы  поступления  M  С.  Андреева,  участвовало 
50, человек  на  20 мест. — «Воспоминания.  Записано  со слов  М. С.  Ан­
дреева,  А;  К­  Писарчик».—Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  168,  л.  I. 
154  Об  учительской  семинарии  см.:  ЦГИА  Уз.ССР,  ф.  47,^ оп.  1, 
д. 296, л л.  1—425. 
155  ЦГИА  Уз.ССР,  ф.  47,­оп.  1, д.  296,  л.  35;  см.  также,  д.  399, 
лл.  157—160. 
• 
т  ЦГИА  Уз.ССР,  ф.  47,  оп­  1,  д.  296,  л.  36;  см.  также,  д.  295, 
лл. 401, 402, 510. 
157  С.  М.  Г р а м е н и ц к и и.  25­летие  учебного  дела  в  Туркестан­
крае.  Б. М., б. г., стр. 11. 
158  Отчет  Туркестанской  учительской  семинарии  за  25  лет  ее  су­
ществования 
(30  августа 
1879  г.  —  30  августа 
1904  г.),  сост. 
Н.  П. Остроумов­  Ташкент,  1904, стр. 66, 74. 
159  С. У. У м а р о в.  Развитие  науки  в республиках  Средней  Азии 
и  Казахстане,  Душанбе,  1962. стр. 4. 
160  ЦГИА  Уз.ССР,  ф.  47,  оп.  1, д.  295, лл.  361—362;;  см.  там  же, 
д.  296,  лл.  13­14. 
,6Ï  «Какие  главные  принципы  должны  быть  положены 
в  основу 
образования  русских  инородцев­мусульман?»­  Речь,  произнесенная  на 
годичном  акте  Туркестанской 
учительской 
семинарии 
30  августа 
1882 г.  преподавателем  семинарии  iW. А. Миропиевым  (он  же  с 1888— 
1889  по  1895—1896  учебный  год  был  директором  семинарии  —  X.  А. 
и  Н.  А.).  Приложение  к  кн.:  «Отчет  о  состоянии  Туркестанской  учи­
тельской  семинарии  с  1 августа  1881  г.  по  I  августа  1882  г.»,  прочи­
танная  на  годичном 
акте  семинарии 
30  августа  1882  г.  Составлен 
секретарем  педагогического  совета  Туркестанской  учительской  семи­
нарии  Н.  Воскресенским.  Ташкент,  1882.  Вместе  с  тем  не  было  недо­
статка 
в  публичных 
и  печатных 
выступлениях, 
камуфлирующих 
подлинные  цели  учреждения  семинарии  — см..  например,  —  Н.  (П.) 
Остроумов.  К  истории  народного  образования  в Туркестанском  крае­
Константин  Петрович  фон­Кауфман,  устроитель  Туркестанского  края. 
Личные  воспоминания 
Н.  Остроумова 
(1877—1881  vw). 
Ташкент. 
1889. стр.  124­130. 
Jc2  См.  там  же,  стр.  1,  11,  14, 23  и ел.;  см.  также  К.  П.  Н о в и ц ­
кий.  Политика  царского  правительства  в  области  народного  обра­
•180 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
графических  записей  и  отдельных  начатых  обработкой 
отрывков.  Весь этот  материал  был  подобран,  системати­
зирован 
и 
в  необходимой 
степени 
отредактирован 
А. К.  Писарчик.  В  результате  ей удалось  издать  оформ­
ленные  в виде  книги  материалы  М. С. Андреева  по этно­
графии  Ягноба.602  Эти  материалы  впервые  в  мировой 
литературе 
дают  развернутое 
освещение  этнографии 
ягнобцев. Отныне  ученые имеют  возможность  характери­
зовать  не только  язык,  но и духовную  и  материальную 
культуру  и хозяйство  этого  интереснейшего  народа.  Тем 
самым  заполнена  не только лакуна  в этнографии  Таджи­
кистана,  но  и  в  его  истории.  Исследование  материалов 
М. С. Андреева  по этнографии  Ягноба  сулит  важные  ре­
зультаты  как  в  сравнительно­этнографическом, 
так  и в 
чисто  историческом  плане. В  1927 г. ягнобцы  оставались 
»о  многом  еще  на  том  уровне  развития,  на  котором  их 
застала  Октябрьская  революция.  М.  С.  Андреев  приво­
дит  поразительные  факты:  тогда  во  всем  Ягнобе  лишь 
один человек  умел  писать, не было  никакой  медицинской 
помощи,  ягнобцы  жили  в  страшной  нищете.663  Достаточ­
но сравнить  это  с современным  развитием  культуры в 
горных  районах  Таджикистана,  чтобы  наглядно  предста­
вить  огромный  социальный  и  культурный  прогресс  за 
годы Советской  власти. 
Для  ознакомления 
с бытом  и говорами  равнинных 
таджиков  Ферганы  летом  1928  г.  М.  С.  Андреев  совер­
шил  поездку  в  большое  таджикское  селение  Касан,  на­
поминавшее  скорее  небольшой  город,  насчитывающий 
около  3000 домов.  Здесь  были  описаны  следы  родового 
деления,  характерные  черты  касанского  народного  гово­
ра,  остатки  древних  верований,  колдовство,  траур,  жи­
лище,  меры  веса,  меры  сыпучих  тел,  меры  длины,  меры 
поверхности, счет  времени и др.664 В работе М. С. Андре­
ева  приведены  также  краткие  сведения  о  киргизских 
обычаях,  вводивших"  читателя 
в круг  анимистических 
представлений у киргизов.665 
В  1929 г. М. С. Андрееву удалось организовать  экспе­
дицию  на  средства  АН  СССР  в долину  Хуф,  о  которой 
он  так  давно  мечтал.666  Ввиду  того,  что  продвижение 
экспедиции  было  связано  с большим  риском,  связанным 
с басмачеством  на  Памире,  начальник  штаба  Туркестан­
ского  военного  округа  Кондратьев  дал  специальное  рас­
поряжение начальнику  Памирского  отряда,  чтобы в  слу­
147 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
что такое  этнографическая  наука,  не знали,  как  собирать 
материал,  а тем  более его обрабатывать.  И М. С. Андре­
ев терпеливо, шаг за  шагом, вел  нас от простого  к слож­
ному.  Еженедельно  мы встречались со своим  руководите­
лем.  Он  рассказывал  нам  о  прошлом 
народов  Средней 
Азии, о их  культуре  и обычаях.  Учил  самому  элементар­
ному  и  вместе  самому 
важному — умению  работать  с 
книгой,  четко  излагать  собранные  сведения.  Позже  он 
стал  поручать  нам  рефераты.  Для  их  составления  требо­
вались не только  книжные знания, но и беседы с людьми. 
Мы  собирали  материалы  в  Душанбе  и  районах,  писали 
рефераты  и с удивлением  замечали,  что  прежде  непонят­
ная  нам  наука  стала  все  больше  привлекать  нас». Оста­
ется  добавить,  что  позже,  после  смерти  М.  С.  Андреева, 
все 
трое 
защитили 
кандидатские 
диссертации,  а 
Р. А. Амонов и Н. X. Нурджанов — и докторские.  Первый 
является  ведущим  специалистом  по  таджикскому  фоль­
клору,  второй — по  искусству  таджикского  народа,  они 
заведуют  соответствующими  секторами  в Академии  наук 
Таджикской  ССР.  М.  Р.  Рахимов  работает  в области 
этнографии и изучения  религиозных  пережитков.  Каждый 
из  них,  сделав  первые  шаги  в  науке  под  руководством 
М.  С.  Андреева,  продолжал  одно  из направлений  его 
деятельности:  таджикскую  этнографию,  фольклористику, 
искусствоведение. 
« 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
чений: и угроза  нападения  басмачей,  чего только  случай­
но удалось избежать, и обвал  горного'балкона  в  Ягнобе, 
где погиб  проводник  и часть  собранных 
материалов  и 
рукописей,  и заболевания  и т. д.002 
Прибывший  в  Ура­Тюбе  и задержавшийся  там  с по­
купкой  лошадей  и  снаряжения,  М.  С.  Андреев  обратил 
внимание  на  обилие  прекрасных  старых  образцов  полив­
ной керамики. Как человек, осведомленный о недостатке в 
музейных  коллекциях  местного керамического  производ­
ства, об  отсутствии  имен  мастеров,  места  и времени  вы­
делки, М. С. Андреев  стал  с жаром  собирать  эти данные. 
В результате  членам 
экспедиции  удалось  неожиданно 
сделать  очень  «интересную 
коллекцию  по  керамике — 
собрали  более  200  сосудов  старых,  хороших  мастеров, 
причем, что  важнее  всего, удалось, благодаря одному не­
обыкновенному  старцу — гончару 
(Усто  Мир­Бобо.— 
X. А.  и  H.A.)  определить  почти  все —как  имя  мастера, 
так и место  происхождения».003 
Имея такого  ценного  помощника,  как  Усто Мир­Бобо, 
писал  М. С. Андреев,  нам  было  легко  ориентироваться  з 
выборе  посуды  для  керамической  коллекции,  а,  главное, 
можно 
было  уже  достаточно  уверенно 
распределить 
собранный  материал  по  отдельных  мастерам  и  районам 
производства  —  Ура­Тюбе,  Ходжент,  Риштан,  Каннба­
дам,  Коканд,  Чует,  Андижан,  Наманган,  Маргелан,  Са­
марканд  и др. Тогда  же  М.  С. Андреевым  были  описаны 
керамические.коллекции,  принадлежавшие  42 мастерам604 
из названных  выше городов Средней  Азии. К сожалению, 
основные  записи,  относящиеся  к  этой 
коллекции,  были 
уничтожены  при  обвале  дороги.005  Поэтому  в  опублико­
ванной  работе  ученого  нашло  свое  отражение 
краткое 
жизнеописание  28  мастеров  и  привезенных  им  коллек­
ций.со° 
Замечательная  коллекция  глиняной  посуды,  главным 
образом 
Ходжента 
и  Ура­Тюбе,  собранная  в  1925  г. 
М. С. Андреевым,  дает  интереснейший  материал  по  раз­
витию  керамического  производства  в  Средней  Азии  да­
же  на  протяжении 
целого  столетия.007  Одним  словом, 
было сделано  то, чего никогда  сделано не было."08 
В дальнейшем  на  пути  из  Ура­Тюбе  в Япюб,  в  киш­
лаке  Курут,  М.  С. Андреевым  была  обнаружена 
резная 
деревянная  колонна.  «Спешу  поделиться  с Вами,— писал 
он  из  Курута  В.  В.  Бартольду,— интересной  весточкой: 
135 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
но правильному,  не  случайному,  а  научно  обоснованному 
введению  или  допущению  более  или  менее  общих  всем 
народным  говорам  слов и оборотов в литературный  язык, 
обогащая  таковой  соответствующими 
лексическими  бо­
гатствами,  взятыми  непосредственно  из народного  языка; 
.  д)  основу  и разносторонний  материал  для  составле­
ния  фундаментального  толкового  словаря 
таджикского 
языка,  правильное  составление  которого  мыслимо,  писал 
М. С. Андреев, только  при  условии,  если  предварительно 
будут  изучены  диалекты  таджикского  языка  и  составле­
ны диалектологические  словари. 
В области  литературы  и  фольклора  таджикского  на­
рода  М. С. Андреев  предлагал  вести  сбор  материала  и 
изучение  творчества  не  только  классиков,  но  и  малоиз­
вестных  представтиелей  таджикской  литературы,  с  тем 
чтобы  на  этой  основе  можно  было  приступить  к  написа­
нию  наиболее  полной  истории  многовековой  таджикской 
литературы.  Для  практического 
осуществления  этого 
М.  С. Андреев  советует  начинать  с  написания 
моногра­
фий  о творчестве  отдельных  представителей  таджикской 
литературы. 
В  области  фольклора  ученый  рекомендует 
вести  не 
только  сбор  материалов  по  народному  творчеству,  но  и, 
с  целью  ознакомления 
массового  читателя, 
скорейшее 
его  издание.  М.  С.  Андреев  считал,  что  целесообразно 
было  бы  издавать  подобные 
(фольклорные) 
сборники 
как  в  оригинале,  так  и в  переводе  на  русский  язык.  Для 
этого  институт  в  ближайшие  годы  должен 
подготовить  . 
кадры,  которые  владели  бы  не только  таджикским,  но и 
русским  языком. 
Определяя  задачи  института 
в  области 
изучения 
истории  таджикского  народа.  М.  С.  Андреев  отмечал, 
что вопросы  истории  до  настоящего  времени  не  разраба­
тывались  из­за  отсутствия  специалистов­историков.  Бли­
жайшей  задачей  Института, 
таким  образом, 
является 
укомплектование  сектора  истории  высококвалифициро­
ванными  историками,  что  даст  возможность  Институту 
включиться  в работу,  предпринятую  в  настоящее  время 
директивными  организациями  республики  по  написанию 
«Истории  таджиков  и Таджикистана». 
По  археологическому  изучению  территории  Таджики­
стана,550  исходя  из  условий  того  времени,  М.  С.  Андреев 
116 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
шеи  на должность  консультанта  по  среднеазиатскому  ис­
кусству  в только  что  организованный 
музей  искусств 
Узбекской ССР  в Ташкенте­40 С августа  1940 г. постанов­
лением  СНК  Узбекской  ССР  М.  С. Андреев  был  выбран 
членом  Высшего  учебно­методического  совета  при  Нар­
компросс  Узбекской  ССР,  по  секции  исторической.541  А с 
1941 г. М. С. Андреев  перешел  в только  что организован­
ный Узбекский  филиал  АН СССР.542 
Несмотря  на  все  трудности  'военного  времени,  27 сен­
тября  1943  г.  партия  и  правительство  приняли  решение 
об  организации  Академии  наук  Узбекской  ССР  —  пер­
вой  Академии в республиках  Средней  Азии.543 Избранный 
действительным  членом  АН  Узбекской  ССР,  М.  С.  Ан­
дреев организовал  Отдел  этнографии  Института  истории 
и археологии АН Узбекской  ССР. Этим  отделом  он руко­
водил  с 1944 по  1947 гг.544 
Вспоминая  о  своей  научной  деятельности  в  АН  Уз­
бекской  ССР, М. С. Андреев  писал: 
«Во  время  моего  отсутствия  в  экспедиции  (1943  г.  в 
долине  Хуф, — X. А. и Н. А.)  я  был  избран  действитель­
ным  членом  возникшей  в  Ташкенте  молодой 
Академии 
наук  УзССР.  Соблазн  работать  был  велик,  я  принял  на 
себя заведование отделом  этнографии.  Но это было толь­
ко начало новой  «погибели»  (в смысле  научной  работы.— 
X. А. и  Н. А.). Возможность  налаживания  научно­иссле­
довательского  аппарата 
в достойных  советской  науки 
размерах,  интенсивность  качества  работы  всецело  погло­
тили  мое  время,  мысли  и энергию.  Я  рад,  что  получаю 
отзвуки  в  руководстве 
новой  Академии».545  С  1942  по 
1944 гг. М. С. Андреев  принимал  активное  участие  в  ра­
боте  Института  востоковедения  АН  СССР,  находившего­
ся во время  эвакуации  в Ташкенте.546 
М. С. Андреев  содействовал  своими  исследованиями 
и  преобразованию 
Таджикской 
базы 
Академии  наук 
СССР  в Таджикский  филиал  АН  СССР.547 Он  участвовал 
в  организации  Института  истории,  языка  и  литературы 
ТФАН  СССР.548  Сохранилась  его  обширная  переписка  с 
местными  организаторами  Института,  научными  сотруд­
никами.  В одном  из  писем  ученого,  направленном  в  Ду­
шанбе  еще до  организации  Института  истории,  языка  и 
литературы  Таджикского  филиала  АН  СССР,  выражает­
ся  неподдельный  восторг  по  поводу  перспектив  дальней­
шего  развития  науки  республики. 
«Я  слышал,  что  Ваш 
J14 
> 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Туркестане.  Отчет  о  деятельности  Академии  наук  по  физ.­матем.  н 
ист.­филолог.  отд.  за  1914  г.  Отд.  отт.  Пг.  1915, стр.  2;  он  же.  Буду­
щее Туркестана  и следы  его  прошлого,  стр. 68­
MS Личный  фонд М. С. Андреева,  д.  107, л: 89. 
206 Там  же, д.  101, л. 55. 
207  Б.  В. Л у н и  н.  Из  истории  русского  востоковедения  и  архео­
логии  в Туркестане,  стр. 45. 
208 Там  же, стр. 50: см. также,  стр. 45—47 и ел. 
209 Там  же, стр. 60­
2,0  Б.  Я.  С т а  в и с к и  и.  Археологическое  исследование  Таджи­
кистана.  (Библиографический  обзор),  —  ВДИ,  1952,  №  1,  стр.  162; 
см.  также.  М.  М.  Д ь я к о н о в .  Перспективы  археологического  изу­
чения  Таджикистана.  —  «Тр.  ТФАН  СССР»,  т.  29.  «История,  архео­
логия,  этнография,  язык  и  литература».  Сталинабад.  1951, стр. 21. 
211  См. Архив  АН СССР, ф  68. оп.  1. д.  443, л.  16. 
2,2  Там  же, д;  75, л.  16; см.  также  ­ • «Туркестанские  ведомости». 
от 23 декабря  1901  г. 
213  См.  Протокол  заседания  Туркестанского  кружка 
любителей 
археологии  от  26/11­1896  г.,  ПТКЛА  г.  1, Ташкент,  1896.  стр.  15—16; 
см.  также:  О  некоторых  интересных  в  археологическом 
отношении 
местностях 
Кокаидского.  Ташкентского 
и  Ходжептского 
уездов. 
(Реферат  доклада;  в  статье:).  Археологический  кружок.  —  «Турке­
станские  ведомости»,  от 3  (15)  марта  1896,  г.  17. 
2,4  См.  М / С  А н д р е е в .  О  некоторых  интересных  в  археологи­
ческом  отношении  местностях  Кокаидского,  Ташкентского  и Ходжент­
ского уездов­
2i;' «Туркестанские  ведомости»  от  3  (15)  марта  1896 г. 
216  См.  «Туркестанские 
ведомости»  от  29  феврали 
(12  марта) 
1896 г. 
217  См.  Протокол  заседания  Туркестанского  кружка  любителей 
археологии  от  I/IV­I896  г.  ПТКЛА,'т.  I. Ташкент,  1896. стр.  19; Про­
токол  заседания  Туркестанского  кружка  любителей 
археологии  от 
3/VI­1896  г. ПТКЛА,  г.  I, Ташкент,  1896, стр. 27 и др. 
218  Протокол  заседания  Туркестанского  кружка  любителей  архео­  ' 
логин  or  I/IV­J896  г..  ПТКЛА.  г.  1. Ташкент­  1896. стр.  19. 
210  М. С.  А н д р е е » .  Местности  Туркестана,  интересные  в  архео­
логическом  отношении. Отд.  отт . стр.  13. 
220  Протокол  заседания  Туркестанского  кружка  любителей  архео­
логии  от  1/1V­1896  г..  ПТКЛА,  г.  I,  Ташкент,'1896.  стр.  27. 
221  M.  E:  М а с с о й .  Из  истории  горной  промышленности  Таджи­
кистана.  Былая  разработка  полезных  ископаемых.  Таджикско­памир­
ская  экспедиция  1933 г. Мат­лы  экспедиции,  вып. 20, Л.,  1934, стр. 93. 
222  См.  П.  Г.  M а л л и и к и и.  РУДНИК  погибели  (Пещера  «Кан­и­
Гут»),  ПТКЛА.  год  2.  Ташкент, 
1897.  стр.  1 — 18. 
(Приложение  ог 
11 декабря  1896 г.). 
223  «Туркестанские  ведомости».  от  15  (27)  декабря  1896  г..  Л» 95; 
см.  также  там  же, от  И  декабря  1905 г. 
224  Е.  А.  Д  а и и д о в и ч  и  Б.  А.  Л и т в и н с к и й.  Археологиче­
ский  очерк  Исфаринского  района.  —  Тр.  АН  Тадж.  ССР,  т.  35.  Ду­
шанбе,  1955. стр.  11 — 12. 
..192 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
установлении  границы  распространения  двух  способов 
добывания  огня  — ударами  кремня  о кремень и трением 
дерева  о  дерево.  Ученый  предполагал,  что  дело  идет  не 
о  распространении 
способа  высекания  огня  из  одного 
культурного  очага  в  другой,  а  в известном  смысле  о по­
всеместности  этого  способа.734 
М. С. Андреев умер  10 ноября  1948 г. в Душанбе. 
г 
* 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
•еще до опубликования  М.  С.  Андреевым  известным  рус­
ским  востоковедом  К.  Г.  Залеманом266  и  французским 
иранистом  Р. Готьё.267 
Вспоминая  о поездке  1902  г.,  М.  С. Андреев  писал: 
«Я  впервые  из  европейцев  узнал  о  существовании  язгу­
лемского  языка  и составил  таблицу  глаголов  на  этом 
языке».208  По­видимому,  М.  С.  Андреев  не  был  осведом­
лен  о  работе 
другого 
русского 
путешественника 
Г.  А. Арандаренко  «Досуги  в Туркестане»,  опубликован­
ной еще в 1889 г. В ней автор еще до М. С. Андреева  при­
вел  список  34  язгулемских  слов  и  три  связные  фразы, 
написанные  им  во  время  поездки  в Дарваз  и  Каратегии 
в  1882 г.269 Как  отмечала  Д.  И.  Эдельман,  несмотря  на 
сильное искажение  фонетического  облика  приведенных 
Г. А. Арандаренко  слов,  а подчас  их значения,  эти  запи­
си  интересны  для  нас  уже  тем,  что  являются  первой  по­
пыткой  зафиксировать  язгулемскую 
речь.270  И  хотя 
М. С. Андреев  не явился  первооткрывателем  язгулемско­
ро языка, днако  написанная  им работа — первый  обшир­
ный лингвистический  труд,  поовященный  этому  языку. 
М. С. Андреев не ограничивался  изучением  лингвисти­
ки  таджикского  языка  и  языков  памирских  таджиков. 
Немало энергии  и времени им затрачено  также  на  изуче­
ние  языков  других  народов  Средней  Азии.  В  1902  г.  им 
была  опубликована  так  называемая  «Старая  киргизская 
элегия»,271  где  автор  дал  перевод  киргизского  стихотво­
рения,  представляющего  собой  элегию  или  «плач»  о  по­
ложении  киргизского народа. Эта  работа  М. С. Андреева 
явилась  не только текущей  фольклористической  публика­
цией, но и, как  справедливо  отметил  один из  этнографов, 
через  киргизские  обычаи  вводила  читателей  в  большой 
круг  анимистических  представлений  киргизов,  нашед­
ших  свое  отражение  в  фольклоре.272  В  элегии  содержа­
лись важные данные о былом  развитии  орошения  на кир­
гизских  землях.273 
В  1903 г. М.  С. Андреев  побывал  на  Памире,  проехав 
туда  через  Ош,  затем,  спустившись  по  Пянджу  от  Ваха­
на до Термеза,  направился  в  Самарканд  и оттуда  в Таш­
кент.  И  на  этот  раз  предметом  изучения  М. С.  Андреева 
в основном  был язгулемский  язык.274 
В августе  1904 г. М. С. Андреев  совместно  с А. А. По­
ловцевым  совершают  поездку  в  Исфару,  со  специальной 
целью  —  скопировать  южную  надпись  в 
Варухском 
54 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
«Светская  археология».  1959.  Л»  2,  стр.  299­300;  А.  А­  С е м е м о й 
(Некролог).  — «Проблемы  востоковедения»,  1959. №  I. стр. 240—242; 
Александр  Александрович  Семенов  (1873—1958  гг.).  (Некролог).  — 
«Изв.  АН  Узб.  ССР.  сер.  обществ,  наук». 
1959,  №  I,  стр.  83—84; 
А.  А.  Семенов 
(Некролог).  — «Коммунист 
Таджикистана», 
19о8, 
18  ноября:  Александр  Александрович  Семенов  (Некролог).  —  «То­
X.  А к р а м о в а .  Выдающийся  советский  востоковед  (К  90­летию  со 
дня  рождения  А.  Л. Семенова).  — «Коммунист  Таджикистана»,  1963. 
29 сентября;  И.  А к р а м о в .  Атоқ ли  шарқ шинос.  (А. А­  Семеновнинг 
тугулганига  90  йил  тўлиши  муноеибати  билан).  — «Совет. Тожикис­
тонн»,  1963, 29 сентябри;  on  же. Из  неопубликованных  писем  А. А. Се­
менова  В.  В.  Вартольду.  —  «Уч.  зап.  кафедры  истории  СССР  Ду­
шанбинского  госпединститута  им.  Т.  Г.  Шевченко»,  т.  0(5,  Душанбе, 
1970, стр.  71 —92;  Б.  Д.  Л и т в и не к и й  и  И.  М.  А к р а  м о в.  Алек­
сандр  Александрович  Семенов. 
Научно­биографический 
очерк,  ML 
1971  и др. 
. 
" 
­*37 Письмо  А.  Л.  Семенова  В.  В.  Бартольду  от  4  февраля  1921  г. 
— Архив  АН СССР,  ф. 68, он. 2. д. 221, л.  104. ' 
438 Переписка  непременного  секретаря  АН  СССР  С.  Ф.  Ольден­
бурга  с  частными  лицами.  Письмо  М.  С.  Андреева  С.  Ф.  Ольдепбур­
rv  от  12 декабря  1922  г.  —  Архив  АН  СССР,  ф.  2,  on.  1923,  д.  4, 
.1. 21. 
139 Д.  К.  M и с а р ч и к.  Михаил  Степанович  Андреев,  стр.  10­
440  Личный  фонд  М. С, Андреева,  д.  148. лл.  1  2. 
ли  Автобиография  1944  г..  л.  3;  см.  так  же  А.  К.  П и с а р ч и к . 
Михаил  Степанович  Андреев, стр.  10. Через  несколько  лет  (в  1927  г) 
и одном  из заседаний  научного  кружка  востфака  САГУ  М.  С.  Андре­
евым  был  прочитан  доклад  на  тему:  «О  методах  проведения  летней 
практики».  — См.  Сборник  научного.кружка  при  Восточном  факуль­
тете  Ср.  Аз.  Гос.  университета,  вып.  L  Ташкент,  1928. стр.  94. 
412  А.  Э.  Шмидт.  Туркестанский  восточный  институт  за  первые 
четыре  года  своего  существования  (1918—1922). — «Наука  и просве­
щение»,  Ташкент.  1922, стр.  112. 
443  «Туркестанский  Восточный  институт  (1918­1922)» 
Ташкент. 
1922. стр. 82—83. 
ш  См.  II.  В а р а и о в:  Среднеазиатский 
университет,  стр.  14; 
см.  также  Присоединение  Туркестанского 
Восточного 
института  к 
Среднеазиатскому  университету­  ~  «Бюллетень  Среднеазиатского  го­
сударственного 
университета», 
вып.  7,­.  Ташкент, 
1924,  стр.  46; 
А.  Э.  Ш м и д т .  Востоковедение 
в  Туркестане.  —  «Новый  Восток»', 
М..  1924. стр. 512—514. 
«4S  Архив  ТашГУ,  ф.  22.  он.  4.  д.­  I.  л.  100.  Есть  данные,  что 
М.  С.  Андреев  читал  и  курс  «Истории 
Афганистана 
позднейшего 
времени». 
4W  См­  Автобиография  194"> г.  — Личный  фонд  M  С  Андреева 
д.  168, л. 5. 
.' 
447  См.  Архив  ТашГУ,  д.  555  Востфак,  1925.  Общая  канцелярия 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
потолок  «дарбази»  в  Закавказье  (пример  древних  куль­
турных  связей)» 
убеждает  читателя 
в  необходимости 
сравнительного  изучения  культуры  и быта  народов  Сред­
ней  Азии  с  другими  соседними  народами,  в  том  числе 
Кавказа.™ 
М.  С.  Андреву  принадлежит  пальма 
первенства  и в 
изучении  природных  условий  отдельных 
районов  Па­
мира.727 
В последние  годы  своей  жизни  М. С.  Андреев  прини­
мает  активное  участие  в  работе  Центрального 
государ­
ственного  историко­краеведческого  музея 
Таджикской 
ССР,18 он же был одним  из создателей  Музея  этнографии 
и  археологии 
Института  истории,  языка  и  литературы 
Таджикского  филиала  АН  СССР.729  Этому  музею  ныне 
присвоено имя  М. С. Андреева.730 
В  1947  г. М.  С. Андреев  переехал  в Душанбе  и  начал 
работать  научным  сотрудником  Института  истории,  язы­
ка  и литературы  ТФАН  СССР.  Он  принимал  активное 
участие  в  научно исследовательской  работе,  подготовке 
местных  научных  кадров  и  общественной  жизни  инсти­
тута. 
В это  время  М. С.  Андреев  подготовил  несколько  ра­
бот,  которые  были  опубликованы  уже  после  его  смерти. 
Сред  них  такая  важная  работа,  как  исследование  «К  ха­
рактеристике  древних  таджикских  семейных  отноше­
ний».731  В  ней  собран  и  проанализирован  большой  мате­
риал,  выявленный  у паммрцев,  горных  и равнинных  тад­
жиков.  Очень  древние  истоки  имеют  погребальные  тан­
цы,  подробно  описанные 
в  этой 
работе.  В  работе,  на 
основе  большого  материала, 
рассматривается  вопрос  о 
переживаниях  родового  строя,  сохранившихся  в  семей­
ных  обычаях  и в формах  социального  быта. 
Тогда  же  была  закончена 
статья  М.  С.  Андреева 
«О  первоначальном  способе  добывания  огня  в  Средней 
Азии  и  в  сопредельных  с  нею  странах».732  В  ней  автор 
подробно  описывает  выявленный  им  на  громадной  тер­
ритории  способ  добывания  огня  высеканием  из  камней, 
который  до  того  времени  был  зарегистрирован 
сравни­
тельно  у  очень  немногих  народов 
земного 
шара.733 
М.  С. Андреев  полагал,  что  центр  ареала 
племен,  добы­
вающих  огонь  высеканием  в  глубокой 
древности  нахо­
дился  где­то  в Средней  Азии  и что задача  заключается  в 
170 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
Тогда 
же,  в  Петербурге, 
произошло 
знакомство 
М.  С.  Андреева  с  выдающимся  востоковедом  В.  В.  Бар­
тольдом.  Последний  в  своем  письме  от  10 апреля  1898  г. 
сообщил  об  этом 
Н.  П.  Остроумову: 
«Недавно  у  меня 
был  туркестанец  (М.  С.)  Андреев,  очень  заинтересовав­
ший  меня  своими  рассказами 
и  всей  своей 
личностью. 
Мне  кажется,  что если  он вернется  в Туркестан,  он  будет 
там  очень  полезен;  со  своей  стороны,  мне  всегда  будет 
приятно  чем­нибудь  способствовать  успеху  его  трудов».239 
В  становлении 
и  развитии 
научной 
деятельности 
М.  С.  Андреева  немалая  роль  принадлежит  В.  В.  Бар­
тольду,  который  но  отношению  к  начинающим 
ученым 
сбыл  умелый  верный  друг  и  был  первым, 
одобряющим 
талант  и инициативу».8*0  По  словам  очевидцев,  В. В.  Бар­
тольд, находясь  в  Петербурге,  всячески  содействовал  по­
вышению  знаний  и подготовки  «старых  турксстанцев»  — 
лиц,  долгое  время  живших  и  работавших 
в  Туркестан­
ском  крае,  и  особенно  стимулировал 
их  возвращение  в 
Туркестан  для  практической  работы  в  крае.241  Любовь  к 
истории  края  и симпатия  к местным  исследователям  при­
вели  к тому,  что  В. В.  Бартольд  еще  во  время  своей  пер­
вой  поездки  в  1893—1894  гг.  налаживает  связи  с  мест­
ными 
туркестанскими 
деятелями, 
интересующимися 
прошлым  Средней  Азии. Тогда  же  В.  В. Бартольд  высту­
пил  с утверждением:  «Тесная  связь  между  столичными  и 
местными  научными 
деятелями 
вообще 
кажется  нам 
необходимой  для  тех  и  других».  Именно  эта  связь,  счи­
тал  он,  «дает  более  ценные  результаты,  чем  что­нибудь 
другое».242 
Профессор  В.  В.  Бартольд  вслед  за  своим  учителем, 
известным  русским  востоковедом  В.  Р.  Розеном,  прида­
вал  особенное  значение 
«совместной 
работе  ученых  с 
местными  людьми».243  Он  подчеркивал, 
«что  лишь  при 
деятельной 
совместной 
работе 
кабинетных 
ученых  с 
местными  деятелями  возможно  вполне  успешно  изучение 
Востока*  для  истинного  понимания  которого  более  чем 
где­либо  необходимо 
непосредственное 
знакомство  со 
страной».244  И  каждый  раз,  когда  В.  В.  Бартольд  ездил 
в  Среднюю  Азию,  в  его  командировочных 
документах 
специально  отмечалось,  что  он  едет  «для  возобновления 
и  расширения  научных  связей  с  местными  деятелями». 
В.  В. Бартольд  неоднократно  бывал  дома  у  М.  С.  Андре­
ева,  встречался  с ним,  беседовал,  имел  постоянную  пере­
50 
.
.
. 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
хина.  Таджикский  филиал  АН  СССР.  Труды,  т.  29. История,  архео­
логия  .этнография,  язык  и  литература.  Сталинабад,  1951. —  «Совет­
ская  этнография»,  1952, №  2. стр. 217. 
735 См.  Д.  И.  Э д е л ь м а н .  К  современному  состоянию  изучения 
памирских  языков.  — «Изв. Отдел,  обществен,  наук  АН  Тадж.  ССР//, 
1964,  №  1 (36),  стр. 72. 
736  Н.  А.  К и с л я  ко  в.  Этнографическое  изучение  Таджикистана! 
стр.  52. 
737  Архив  АН  СССР.  ф.  68,  on.  I,  д.  443, л.  15;  см.  также  Архив 
ТашГУ, ф. 22. оп. 4, д.  1, л. 7. 
738  Автобиография, 
1944  г., 
лл. 
2—3;  см. 
т а к ж е 
«Воспоми­
нания.  Записано  со  слов  М.  С.  Андреева  А.  К.  Писарчик  от  18  марта 
J946  г.  г.  Ташкент».  —  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  168.  л.  5. 
73*  См­  «Записки  об  учных  трудах»,  стр.  I;  см.  т а к ж е  Архив  АН 
С С С Р .  ф.  138, оп.  I,  д. 30Î. л.  5. 
740  С.  П.  Т о л с т о в.  Сорок  лет  советской  этнографии.  —  «Со­
ветская  этнография»,  1957, №  5,  стр.  36;  см.  также  С.  П.  Т о л с т о  в. 
Т.  А.  Ж д а н  ко.  Пути  развития  и  проблемы  советской  этнографии. 
— «Вопросы  истории»,  1964 JS& 7  стр  7.  примеч.  10; С.  А. Т о к а  рев. 
История  русской  этнографии,  стр. 386. 
741  А.  А. С е м е н о в .  Отзыв  о  научной  деятельности  М. С.  Андре­
ева.  — Архив  ТашГУ, ф. 22, on. 4, д.  1, л. 69. 
742  А.  Н.  Б о л д ы р е в .  Вопросы  изучения  таджикского  народно­
го  творчества.  — «Тр. ТФАН  СССР»,  т. 29,  1951, стр.  100,  104. 
743 Личный  фонд  М.  С. Андреева, д.  117, л.  153. 
744  С.  П.  Тол  с т о  в.  Советская  школа  в  этнографии.  —  «Совет­
ская  этнография»,  1947,  №  4,  стр.  14;  См.  также  С.  П.  Т о л е  то  в, 
Т.  А.  Ж д а н  ко.  Пути  развития  и  проблемы  советской  этнографии, 
стр­  10;  С.  П.  Т о л с т о в.  Основные  теоретические  проблемы  совре­
менной  советской  этнографии. 
­  «Советская  этнография»,  1960,  №  6. 
стр.  14—15; См.  также  С.  П.  Тол  с т о  в.  В.  И.  Ленин  и  актуальные 
проблемы  этногрфни 
(К  25­летию  со  дня 
смерти).  —  «Советская 
этнография»,  1949, №  I, стр.  16. 
745  Н.  И.  К и с л я  ков:  (Рецензия).  М.  С.  Андреев.  Таджики  до­
лины  Хуф  (верховья  Аму­Дарьи),  вып.  1, стр.  167. 
746 См. С.  П. Тол  с т о  в. Этнография  и современность.  — «Совет­
ская  этнография»,  1946,  №  I,  стр.  3—11;  он  же.  Советская  школа  в 
этнографии,  стр.  8—28;  Б­  Г.  Г а ф у р о в.  Состояние  и задачи  совет­
ского  востоковедения  в свете  решений  XX  съезда  КПСС.  стр.  23. 
747  В. И. Л е н и н.  Поли. собр. соч.,  т. 2, стр. 178. 
748  Б.  В.  Л у н и н .  Средняя  Азия  в дореволюционном  и советском 
востоковедении,  Ташкент.  1965, стр.  308. 
749  См­  Б.  Н.  Ни  я з м у х а  м е д о в . 
Таджикский  литературный 
язык.  —  «Тр.  Пн­та 
истории,  языка 
и  литературы  ТФАН 
СССР», 
т.  29,  1951, стр.  113;  он  же.  Язык  таджикской  социалистической  на­
ции. — Сб.  «Баъзе  масъалаҳ ои  забоншиносии  тоник»,  Душанбе  1964 
стр. У. 
750 Личный  фонд М. С.  Андреева,  д.  107, л. 89. 
»•  Личный  фонд  М.  С.  Андреева,  д.  167,  б.  л.;  там  же.  д.  109, 
л.  56; д.  110, лл. 31, 43 и др. 
221 


c0: 4c5b249d04baf4f42eb918008193f62d37ca1c75e5375f0c7ef5485f72a54aa6
c2:
ровах,  доставляющих 
молоко дождь 
жаждущей  влаги 
земле, о радуге, старухе Оджуза  и дивах). 
На  сборник  статей  «Таджикистан»  поступили  откли­
ки  крупнейших  ученых­востоковедов  страны.  Известный 
знаток  Востока  академик  И.  Ю.  Крачковский,  занимав­
ший  тогда  должность  секретаря  Отделения  исторических 
•  наук  и  филологии  Академии  наук  СССР,  в  специальном 
письме,  адресованном  в  сентябре  1925 г.  Президиуму 
Общества,  писал:  «Продуманный  подбор  статей,  их  со­
держательность, 
разносторонность 
характеризует  дея­
тельность  молодого  Общества.  Солидный  состав  сотруд­
ников  позволяет  надеяться,  что  сборник 
откроет  собой 
серию  таких  же  полезных  работ  по  изучению  Таджики­
стана».488 
Крупнейший  востоковед  страны  академик  С.  Ф. Оль­
денбруг,  оценивая  издательскую  деятельность  Общества, 
писал  в декабре  1927  г.:  «За  короткое  время  Обществу 
удалось  издать  ряд прекрасных  исследований.  Общество 
делает  важнейшее  общенаучное  и вместе  с  тем  краевед­
ческое дело».489 
М.  С.  Андреев  совершил  неоднократные  поездки  на 
средства  и при  поддержке  Общества,  во  время  которых 
он  собрал  многочисленные  материалы  по  этнографии  и 
лингвистике таджикского  народа. 
В  апреле  1925  г.  председатель  Общества  А.  А.  Зна­
менский  сообщил,  что  в  его  распоряжение  поступил  эк­
земпляр  книг«  «Путеводитель  по  Каттагану  и  Бадахша­
ну», изданной  афганским  военным  министерством. Обще­
ство обязало  М. С. Андреева  дать  отзыв  на  эту  книгу.450 
Вксоре  он  выступил  с  подробным  сообщением  о  «Путе­
водителе  по Каттагану  и Бадахшану»,  в котором  излага­
лись  не  только  результаты  путешествия 
военного  ми­
нистра  Афганистана  Мухаммед  Надир­хана,  но  и приво­
дился  обзор  природных  условий,  населения,  экономики, 
дорог  северной  провинции  Афганистана.  На  основе оцен­
ки книги  М. С.  Андреевым  члены  Общества  приняли  ре­
шение  издать  «Путеводитель  по  Каттагану  и  Бадахша­
ну»  на  русском  языке,  поручить  перевод  и  редактирова­
ние книги М. С. Андрееву.491  • 
Эта работа  была  почти завершена  М. С. Андреевым.492 
В письмах  председателя  Правления  Общества  А. А. Зна­
менского  председателю  Ассоциации  востоковедения  при 
ЦИК  СССР  М. П.  Павловичу,493 и Народному  Комиссару 
• 
100 
. 


