осложнили жизнь — были спровоцированы волнения в На­
горном Карабахе.
Под петицией с требованием воссоединиться с Армени­
ей поставили свои подписи более 75 тысяч жителей этой авто­
номии. Митинги в Степанакерте, повлекшие за собой останов­
ку тысячи заводов и фабрик по всей стране, больно ударили 
по карманам миллионов людей в СССР, которые свой гнев на­
правляли на рядовых армян: их начали выдавливать из мно­
гих регионов, где они жили десятилетиями — из Узбекистана, 
Туркменистана, Северного Кавказа и т.д. Самое интересное, 
но армянское лобби в Москве почему-то никак не отреаги­
ровало на эти события: видимо, ему подобное развитие было 
только на руку. Каким образом? Поддерживая выселение сво­
их соотечественников из других республик, армянское лобби 
в Москве не только увеличивало количество армян в Арме­
нии, но и накапливало там нужную агрессивную массу, необ­
ходимую для дальнейшей эскалации напряженности.
Тем временем в конце октября 1987 года Горбачев осво­
бодил от обязанностей члена Политбюро последнего мусуль­
манина в нем — азербайджанского лидера Гейдара Алиева. 
Без сомнения, что сделано это было под давлением все того 
же армянского лобби, которое по сути уже в открытую дик­
товало руководству страны свои законы (спустя три года на 
Алиева в центральной прессе будет устроен такой же «на­
кат», как ранее на Рашидова и Кунаева, после чего в обиход 
будет введен еще один ругательный термин — алиевщина).
Рассказывает Г. Алиев: «За период с 1985 года в стране 
шло разрушение— разрушение в экономике, социальной 
сфере. Люди стали плохо жить, намного хуже, чем когда бы 
то ни было. Морально-психологическая атмосфера в стра­
не была осложнена до крайности, межнациональные кон­
фликты стали обычным явлением, разрушался Союз Совет­
ских Социалистических Республик, происходили неуправляе­
мые процессы. И все это Горбачев выдавал за перестройку. То 
она на «крутом повороте», то на «особом переломе», то пере­
стройка «вступила в этап серьезных испытаний» и так далее.
Ну что сказать, после войны я помню только один слу­
чай, когда не было хлеба — в период Хрущева. При Горбаче­
ве снова не хватало хлеба. Причем где? В столице. После вой­
ны я не помню ни одного случая, чтобы не было табака. В пе­
331