рым надежно маркировала человека: когда о ком-нибудь го­
ворили, что он работает в «соках», всем было ясно, что дан­
ный индивид напичкан дензнаками до отказа. Правда, потом 
этими соками где-то в Заполярье отравился целый город и 
контору разгромили уже по указке из Москвы, но это детали, 
центр теневой экономики тут же переместился в «шерсть»...
Нельзя сказать, что шеварднадзевский режим уж очень 
сильно отличался от общесоюзного, но в Грузии альянс пра­
вящей номенклатуры с теневиками был более рельефным 
и прямо-таки бросался в глаза. Попасть в номенклатурную 
обойму, партийную или комсомольскую, означало пользова­
ние всеми благами, которые только способен предоставить 
советский сервис; это означало власть, влияние, богатство и 
радости земные...
60— 80-е годы прошлого века были, возможно, самым без­
заботным периодом в истории Грузии: общереспубликанские 
потребности с избытком дотировались из Центра, денежных 
мест было много, цвели искусство и спорт, приезжие пили де­
шевое вино и поражались «несоветской» атмосфере легко­
мыслия и веселого вольнодумства, царящей в стране. Совет­
скую власть ругали, не понижая голоса, но того, что она дожи­
вает последние годы, не мог себе представить никто. Что же 
касается самого Шеварднадзе, его не любили, но воспринима­
ли в качестве неизменного атрибута неизменной системы...»
Отметим, что в Узбекистане, в отличие от Грузии ситуа­
ция была диаметрально противоположной. Дотировали его 
хуже, однако простой народ в большинстве своем советскую 
власть не ругал и никакого особенного вольнодумства не вы­
казывал. И Рашидова люди искренне любили, считая лучшим 
узбекским правителем за годы советской власти (вместе с У. 
Юсуповым). Но вернемся к Грузии.
Послабления со стороны Центра грузины воспринимали 
как само собой разумеющееся, поскольку всегда претендова­
ли на главенство среди советских республик, мотивируя это 
тем, что многие их земляки долгие годы определяли полити­
ку страны (Сталин, Орджоникидзе, Берия и др.). При Шевард­
надзе эти процессы усилились, приобретя весьма замыслова­
тые формы. Например, грузины отказались отправлять в мос­
ковский ВГИК своих студентов, мотивируя это тем, что там их 
испортят — привьют им имперские замашки. В итоге Моск­
207