не, заставляя усмирять свои аппетиты ради общего дела. Од­
ним из важных рычагов в этой политике была, как ни стран­
но, коррупция. Центральная власть очень часто поощряла ее, 
намеренно развращая республиканские элиты, чтобы потом, 
что называется, «посадить на крючок». Ведь, имея компромат 
на любого из коррупционеров, можно было легко им манипу­
лировать. Это была типичная схема подкупа и вербовки, ко­
торую всегда использовали (и используют до сих пор) спец­
службы всего мира. При Хрущеве, который попытался резко 
ограничить компетенцию спецслужб, этот важнейший рычаг 
практически не использовался, однако при Брежневе он за­
работал с новой силой, для чего на Лубянку и был прислан 
триумвират в лице Андропова — Цвигуна — Цинева.
Отметим, что республиканские лидеры тоже пытались 
иметь в своих спецслужбах собственную внутреннюю развед­
ку, которая могла бы помочь им упреждать отдельные атаки 
из Москвы. Эти службы создавались исключительно в целях 
защиты республиканских интересов, в то время как Центр 
строил свою внутреннюю разведку в целях отстаивания пре­
жде всего своих, имперских интересов. Любой из республи­
канских руководителей, кто попытался бы не защищаться, а 
наступать, был бы немедленно низложен со своего поста и, в 
лучшем случае, отправлен в отставку, а в худшем — исключен 
из партии и лишен всех благ.
Несмотря на тот запрет, который был введен еще Хруще­
вым в отношении деятельности КГБ в части слежки за выс­
шей элитой (органам госбезопасности запрещалась агентур­
ная работа, включая прослушивание, наружное наблюдение 
и т.п. в среде депутатов, партийных, комсомольских, проф­
союзных работников высшего звена), КГБ негласно все-таки 
осуществлял надзор за представителями высших эшелонов 
власти страны, правда, знать о результатах этой слежки доз­
волялось только избранным: Генеральному секретарю и еще 
нескольким членам Политбюро. Но иной раз факты об этом 
негласном надзоре все-таки не удавалось скрыть и от самих 
объектов разработки. По этому поводу приведу воспомина­
ния А. Шелепина (как мы помним, в начале 1960-х он сам был 
председателем КГБ СССР):
«Накануне открытия одного из Пленумов ЦК ко мне в ра­
бочий кабинет зашел Петр Елистратов (одно время он рабо­
125