«Кашмирская песня» издавалась 7 раз отдельной книгой. Но 
этого тебе мало, по ней еще создан и балет.
А разве интересами литературы объясняются издания в 
Ташкенте произведений твоих соавторов?.. Почему из мос­
ковских писателей в Ташкенте издаются и переиздаются толь­
ко те, кто связан с тобой?..»
Прервем на время автора письма и попробуем, отбросив 
в сторону эмоции, взглянуть на эти обвинения трезво. В чем Р. 
Гуламов обвиняет Рашидова? В том, что тот внезапно отказал­
ся от авторства сценария «Поэма двух сердец» и передал все 
права на него В. Витковичу. Из этого делается вывод, что Раши­
дов никакого отношения к этому произведению не имеет и все 
это время водил людей за нос. Причем никаких фактов, под­
тверждающих правоту своих выводов автор письма не приво­
дит. Например, он с порога отметает причину, которую в своем 
письме называет Рашидов: занятость государственными дела­
ми. Однако глава огромной республики и в самом деле выну­
жден был ежедневно решать сотни различных дел, а тут еще 
надо было уделять внимание сценарию, экранизация которого 
длилась уже более семи (!) лет (с 1958 года). Почему не предпо­
ложить, что Рашидову надоела эта сценарная эпопея и он пол­
ностью передоверил ее решение своему соавтору?
Не менее странным выглядит и следующее обвинение — 
со сценарием «Новая земля». Гуламов обвиняет Рашидова 
в том, что деньги тот получил (если учитывать, что авторов 
было трое (а в тексте письма речь идет о соавторах во мно­
жественном числе), то рашидовский гонорар составил при­
мерно 2600 рублей — типичная сумма за сценарий как для 
Ташкента, так и для Москвы), однако фильм поставлен так и 
не был. Но в чем заключается вина Рашидова? В том, что он 
получил деньги за свой труд — за участие в написании сце­
нария? Или в том, что фильм не был поставлен? Однако по­
следнее вообще надо поставить ему не в упрек, а в благодар­
ность: будучи руководителем республики, он и пальцем не 
пошевельнул, чтобы «пробить» постановку своего произве­
дения! По словам Гуламова: «Сценарий был забракован как 
совершенно непригодный». То есть, люди, которые забрако­
вали сценарий, ничуть не испугались гнева Рашидова — это 
ли не показатель наличия демократии в Узбекистане?!
88