степенно стал прокладьюать себе путь к промъниленншм формам. Тот же процесс, но только значительно медлен- нее, стал проникать в Бухару и Хорезм, где наличие архаических форм управления немало тормозило про- никновение туда русского торгово-промншленного капи- тала и стесняло его действия. С политической стороньг русскому империализму и капитализму едва ли улмбалось иное положение дела, особенно если вспомнить, что, в силу англо-русского ан- тагонизма в Азии и завоевательной политики обеих сторон, им нужнм бнли буфера между их границами. Эту роль буферов до момента столкновения этих двух хишников вьшолняли Бухара, Хорезм и Афганистан, а Персия бмла разделена на так назнваемме «сферм влияния». В силу этих соображений русскому империализму бмло вмгодно иметь на границе с огромнмм Востоком, свой, более устроенньш Туркестан и вассальнне госу- дарства — Бухару и Хорезм — с варварской системой управления, с отстальши формами хозяйства. Қонечно, не всегда эта политика соответствовала видам отдель- нмх капиталистических групп, но это бмла политика русского царизма, котормй воплошал своей завоева- тельной политикой на Востоке все решаюшее в сммсле представительства интересов капитализма в целом. Раздел Туркестана, каким он бмл до революции, с внутренне-политической точки зрения, не мог бмть ни- чем инмм, как твердой и сознательно проводимой по- литикой — «разделяй и властвуй», ибо национальнмй вопрос не только не бмл разрешен, а загнан в тупик. Границм отдельннх государственнмх образований со- вершенно не соответствовали этнографическим призна- кам, и каждая из этих частей Туркестана представляла полнмй конгломерат всех рас, народов и племен. Хо- зяйственнме интересм разделяеммх районов и их на- селение совершенно не учитмвались, и национально-пле- менная вражда, облекавшая замнслн империализма, ни на один момент не прекраодалась. Дележ бассейна реки Зарафшана, приведший к про- цветанию Самаркандской области и полной экономи- ческой зависимости и регрессу в Бухарской части этой реки, — один из реальнмх результатов этой жестокой завоевательной политики царизма.