первостепенной  важности  для  характеристики  крайне  на­
пряженной  обстановки  в  крае.  Общий  хозяйственный  упа­
док  в  стране,  голод  и  разруха  нашли  свое  отражение  в 
этих  письмах.  По  тем  же  письмам  мы  можем  составить  се­
бе  также  правильное  представление  о  взаимоотношениях 
согдийцев  с  завоевателями,  и,  как  всегда,  известия  Таба­
ри  находят  себе  подтверждение.  Главное  место  в  этой 
переписке  занимают  два  письма  —  письмо  Делаштича  к 
арабскому 
наместнику,  написанное  на  арабском  языке, 
единственный  арабский  документ  собрания,  и письмо  араб­
ского  эмира  Абдуррахмана,  сына  Субха  к  Деваштичу,  — 
на  согдийском.  Оба  письма  написаны  каллиграфически, 
арабское  —  куфическим  крупным  курсивом,  согдийское — 
развитым  полукурсивом  самаркандского  пошиба.  Очевид­
но, что при  арабских  канцеляриях  имелись согдийские пис­
цы,  а  при  согдийских  — арабские.  Судя  по  почерку  писем, 
трудно  себе  представить,  чтобы  сами  арабы  или  согдийцы 
могли 
уже 
настолько 
овладеть 
чужой  письменностью. 
Письма  оформлены  в  соответствии  со  своим  назначением. 
Арабское,  обращенное  к  эмиру  ал­Джарраху,  начинается  с 
традиционной  басмалы  «Во  имя  Аллаха»,  а  согдийское  к 
Деваштичу,  царю  Согда,  — словами  «Во  имя  Бога*,  по­
видимому,  калькой  с  персидского  (сасанидского), 
т.  е. 
уже  привычного  арабам  обращения,  так  как  ни  в  одном 
из  известных  нам  согдийских  писем, в  том  числе  и  муг­
ских, такой  формулы  нет. 
Письмо  Деваштича  относится  к  718/9  г. ;  письмо  араб­
ского эмира Абдуррахмана  к Деваштичу могло быть  написа­
но  или  в  709—712 гг., или  позже—уже  между  718—722  гг. 
Блестящий  анализ  первого  из  двух  писем дали  В. А.  Крач­
ковская  и  И.  Ю.  Крачковский.  Письмо  Абдуррахмана  к 
Деваштичу  не  представило  особых  затруднений  при  его 
дешифровке,  за исключением  отдельных  мест  (стк.  10—11, 
16).  Кто был отправителем письма,  удалось установить  поч­
ти  сразу.  В  тех  же  мугских  документах,  хозяйственных 
и  других,  упоминается  несколько  раз  ymyr  нлитт'у 1'  (док. 
В  6б, А  6 и  Nov.  1). Полагали,  что слово  является  собствен­
ным  именем,  заимствованным  в  согдийском  (чужим  в  сог­
дийском).  М.  Н.  Боголюбов  узнал  в  слове  у т у г  мугских 
документов  согдийскую  закономерную  передачу  арабского 
у т у г  «эмир»  (ср.  хорезмийское  hmir).  Прочтя  вторую  (соб­
ственно  первую)  строку  письма  MN  ymyr  „ßtrywm'n  pwn 
swpy't  sywôyK  MLK'sm'rknôç  MR'Y  ôyw'styc 
«Ох  эмира 
15