‚ том, что Али — четвертый преемник н зять основателя ислама Мухаммеда,^ последний из так — называемых чарыяров, четырех «праведных» халифов, не только никогда не был, ка№, свидетельствуют — исторические источники, на территорЖи Средней Азии, в том числе и Туркменистана, но и сгд%:ался в 651 г., т. е. в середине \П в., за добрых три, ажго и более столетий до рожде- ния Абу Али Даккака. ` Такова проза фактов. К сказанному можно добавить лишь то, что под огромным длинным глинобитным над- гробием «святого» в гробнице вряд ли вообще имеется чье-либо погребение, не говоря уж о бренном прахе ставшего девять веков назад суфием сукновала Абу Али, так как место, где была на рубеже Х1Х — ХХ вв. восстановлена гробница, определено весьма приблизи- тельно. И тем не менее смотрители этого «святого» места, то исчезающие, когда усиливается атеистическая рабо- та, то вновь появляющиеся возле этого уютного объек- та паломничества и соответственно источника доходов, как некогда тунеядцы-дервиши ханаки Абу Али Дак- кака, всячески стараются пропагандировать своего кормильца. : Порой такая пропаганда доходит до анекдотической ситуации. Так, один из мюджевюров святилища — Ших- Алов (бывший ранее смотрителем «святого» места Се- йид-Джемал под Аннау) в конце 60-х — начале 70-х гг. помимо других привлекающих внимание паломников атрибутов в нише у изголовья «святого» выставил под стеклом фотопортрет какого-то еще молодого мужчины с суровым лицом. Судя по одежде и перекрещенным на труди лентам с патронами, это был, вероятно, один из воинственных курдских родоплеменных предводителей из Иранского, Иракского или Турецкого Курдистана периода 20-х гг. нашего столетия. На вопрос же, чей это портрет, смотритель, не моргнув глазом, заявил, что это изображение не более не менее как самого... Али, имев- шего, согласно одному из приведенных вариантов ле- тенд, непосредственное отношение к этому святилищу. Впрочем, видимо давно уже одного святилища здесь смотрителям показалось мало. Поэтому в километре Южнее был «восстановлен» как бы дополнительный к Ших—Алову и в то же время самостоятельный объект Паломничества — святилище Намазга.