Вскоре после революции дехкане стали ощущать всемерную Эко- иомическую поддержку со стороны Советской власти. Эта поддержка выражалась в снабжении Туркестана, в особенности хлопководческих районов, хлебом, в сцижении налогового обложения трудовых хо- зяйств, в развитии кооперативной торговли, в предоставлении дехкан" ским хозяйствам долгосрочного и краткосрочного кредитов семенами и удобрениями, распространявшимися через сеть кредитных товари- щёств (Ширкат) и низовых организаций Пахтасоюза. Государственный кредит освобождал дехкан от опутывавшего их раньше ростовщиче- ского капитала, что помогло многим бедняцким семьям встать на но- ги. Происходившая в этот период в среднеазиатских кишлаках пере- группировка социальных сил не могла е отразиться и на ЖИзни дех- кан кишлака Айкыран. Положение батраков и издольщиков значитель" по изменилось, в особенности после того, как наем батраков и слача земли в аренду стали оформляться через местные ячейки Союза бед- няков (Кошчи) или профеоюза Работников земли и леса (Йер-тукай). и, таким образом, оказались под контролем государства в обществен- ных организаций, Несмотря на отсутствие до 1924 г. в районе Чартака и в самом кишлаке Айкыран партийных и комсомольсКИХ организаций, руково- дящее влияние партии чувствовалось в кишлаке все сильнее и` силь° нее, Оно находило выражение в работе всех советских организаций кишлака, направляемой декретами и директивами Советской власти, & также в неуклонно проводившейся среди трудового дехканства аги* тации. Старейшие члены колхоза вспоминают нескольких постоянно бы- вавших здесь коммунистов-агататоров из Намангана, которые вели беседы с батраками и дехканами, помогая им осознать свои классо- вые интересы, разобраться в социальных отношениях кишлака, Среди батраков зародилось движение за отобрание вакуфных 3е- | мель, принадлежавших многочисленным „богоугодным“ заведениям— мечетям и медресе, находивщимся как в кишлаке, так и В Наманга- ие. Это движение свидетельствовало о значительных сдвигах в Соз- нании дехкан: испокон веков вакуфная земля считалась ` неприкосно- ! венной. Духовенство усиленно распространяло и поддерживало пред ставление о том, что присвоение вакуфной земли является тягчайшим грехом, за который будет наказан богом не только тот, кто его со- вершил, но и каждый, кто съел кусок хлеба, полученного с этой земли. Когда айкыранские бедняки задумали нарушить этот закон, имамы мечетей, ищаны, баи, старики, воспитанные в духе повинове- ния религии, отсталые элементы, в том числе и некоторые бедняки, — все повернулись против дерзких смельчаков, одни — ожесточенно при-- зывая на их головы небесные кары, другие—дружески советуя нм е итти против аллаха, против стариков и богачей. Однако все угрозы, запугивания и предупреждения не помогли: из- данный государством декрёт об изъятии вакуфных земель поддержал требование батраков и облегчил его осуществление, Полученную землю батраки не взяли каждый в свое личное пользование и не раз- делили на небольшие клочки—-было решено организовать одно кол- лективное хозяйство, в которое вошло первоначально около 30 се- мей, получивших в общей сложности 120—150 танапов земли. Это- произошло в конце 1924 г. Во главе артели встал молодой энергич- ный батрак Урманджан Турабаев. По неписанному уставу этой артели, все её члены должны бы- ли сообща работать, поровну деля все доходы. „Обобществлять“ 64