=: й В свете приведенных цифр вызывают сомнения данные „Мате- -риалов всероссийских сельскохозяйственных переписей 1917 года“, ‚согласно которым по всей Чартакской волости число безземельных хозяйств равнялось 41. К ним прибавлялось 472 хозяйства, имеющих только усадьбу!. Как мы видим по данным 1909 г., в одном только Айкыранском сельском обществе Чартакской волости насчитывалось 145 безземель- ных хозяйств. Процесс расслоения кишлака, получивщий в Узбеки- стане в последующий период значительное развитие, должен был к 1917 г. не уменьшить, а, наоборот, увеличить массу обезземелен- ных дехкан. Повидимому, во время переписи 1917 г. часть безземельных — хо- зяйств не была выявлена; возможно, за ними были записаны обраба- тывавшиеся ими на правах издольной аренды земли баев. Несмотря на эту неточность, перепись 1917 г,, так же как и при- веденные выше данные 1909 года, — рисует картину крайней необес- печенности крестьянских хозяйств землей: 63,7% хозяйств Чартак- <кой волости не имели в своем распоряжении такой земельной пло- щади, которая могла бы обеспечить хотя бы самый низкий прожи- точный минимум семьи и полную трудовую нагрузку для одного мужчины. Таким минимумом в условиях Ферганской долины считал- -ся надел в одну десятину, т. е. шесть танапов. Больше половины ука- занного числа не обеспеченных землей хозяйств падает на хозяйства в полном смысле слова бедняцкие: 19,5% всех хозяйств Чартакской волости имело до 1/6 десятины земли, т. е. меньше одного танапа, 12,4%— от 1/6 до 9/6 десятин, т. е. до двух танапов, 11% —от 2/6 до 3/6 десятины, или до трех танапов®. Хозяйства, имевшие до трех десятин земли, то есть ту норму, „которую можно было обработать, не прибегая к наемному _ труду, составляли, ло тем же данным, для Чартакской волости 26%. Осталь- ные хозяйства были зажиточными и богатыми. Для обработки имею- щейся у них земли они эксплуатировали чужой труд, источником ко- торого являлись необеспеченные семьи, составлявшие, как показы- вают приведенные цифры, большинство населения. . При весьма слабом развитии ремесла и скотоводства весь ‘ кон- тингент искателей заработка находил себе применение, главным 0об- разом, в земледелии. Формы эксплуатации дехканской массы были весьма многообраз- ны. В этом отношении к ним как нельзя больше подходит характе- ристика, данная Фридрихом Энгельсом средневековым, то есть фео- дальным формам эксплуатации. „В середине века,—писал Энгельс,— степени зависимости и крепостничества были бесчисленны“?. Вследствие свойственного эпохе феодализма отсутствия ияй сла- бости общегосударственных связей, в каждом из замкнутых рамка- ми своего полунатурального хозяйства районов развивались локаль- ные особенности, вырабатывались свои варнанты социальных отно- шшений, свои „нормы“ эксплуатации, различные, нередко многосте- пенные отношения зависимости. В Средней Азии, где отсутствовали крупные хозяйства типа бар- ской запашки в России, где не существовало широкой системы бар- |92'] Материалы Всероссийских сельскохозяйственных переписей 1917 г., Самарканд, о. ® Матерналы Всероссийских сельскохозяйственных перепнсей 1917 н 1920 гг., `вып. П, Самарканд, 1925, табл. Г. ® К, Маркси Ф. Энгельс, Соч,, т. ХХТУ, стр. - 601; 4