— 200 — В Заг-орной волости помирились два крупные манапа—Чининов и Лепесов после того, как сыдыковская груша, к которой примыкал последний, была разбита. Туда и едет Бабаханов. бывший в то время отеекром Еаракольского окружкома. У перевала Кугарт их встречает местное батрачество и беднота во главе с секре­ тарем ячейки, в числе ста человек, приготовивших все нужное для приема «гостей а собиравшихся потолковать с представителем партой о своих нуждах. Бабаханов, однако, ехал не за этом, а к манапам, у которых он и остано­ вился, оставив народ в недоумении. Здесь он узнал о «нуждах» п, в результате жалобы Лепесова, расправился с неугодными последнему манатами: они были из­ биты и у них отобраны лошади, оставшиеся в пользу Лепееова. Беднота сделала из этого нужный вывод: «видно власть перешла к манатам». Эта победа над бед­ нотой была ознаменована обильными поборами в честь и пользу «победителя»— Бабаханова, от которых попользовались и манапы. После от'езда Бабаханова Чининов, собравший народ, об'явил. что на покрытие расходов, понесенных для достижения контакта с «властью», нужно собрать такую то сумму, которая долж­ на сложиться из следующей «справедливой раскладки»: бай должен дать 1 ло­ шадь, середняк—шесть баранов, менее зажиточный—три. а бедняк—одного. Сборщикам были даны директивы: «если кто не согласится—брать насильно*. Собрано было семьсот баранов и 33 лошади. Одного киргиза, посмевшего жало­ ваться, поймали по дороге в Нарын и избили, отобрав лошадь и три барана. Начальник Нарынского Окружного уголовного розыска, возбудивший уголовное дело против этих манапов, подвергся гонениям, угрозе снятия, пока не* дал обе­ щания подчиняться его (Бабаханова) воле. Не отставал и Худайкулов: «в знак дальнейшей поддержки Чининова», он потребовал толику из собранного Чинино- вым, подучил иноходца, купленного за шесть лошадей. Чтобы подчеркнуть, как крепко опутан аульный житель в Киргизии, при­ ведем указание на пути хождения одного* коллективного заявления, которое было- отправлено из Заторной волости е жалобой на Бабаханова. Оно попало в Обком, оттуда в Окружком, откуда было направлено прокурору по принадлежности. Но так как прокурор сам был с Бабахановым в описанной «командировке», то из этого вытекал исход дела. Он доехал в волость, собрал манапов и кончил дело миром, получив взятку в пятьсот рублей и тридцать баранов. Этого мало, Бабаханов, расширяя базу «своего влияния», прерринял при­ мирение манапов Биалы и Туркмена. Эта мировая, описанная выше, стоила Турк­ мену сто баранов. Драка, возникшая между манапами обоих течений до этот, была улажена Бабахановым «по обычаю отцов», дрл помощи суда биег. к «куна». Худайкулов тактику опоры на манапство вел давно L). Еще в 1921 году он добился оставления нескольких очень влиятельных манапов; которые под­ лежали высылке, в том числе указанных Лепееова и Чининова. Его связь с Ава- зканом уже нам известна. В 1925 г., когда его звезда стала тускнеть,—обманутая беднота начинает отводить от него,—он пуще прежнего пытается заполучить на свою сторону манапство. Решительные шаги его сводятся к тому, что он стре­ мится породниться с рядом влиятельных манапов. Среди «избранников» оказы­ вается Эсенгул Байгазинов (Еаракол), которому делается подобное предложение с гарантией— «устранить всякие гонения на него, Байгазинова». Как выяснил судебный процесс организация «Ур-токмока» предпринята была лишь осенью 1925 года, когда игра Худайкуаова с мананством оказалась разоблаченной и «авторитет его стал падать». Цель этой организации, вопреки мнению тов. Митрофанова, состояла отнюдь не в осуществлении теории, пере­ оценивающей зрелость классовых отношений, а в иных, более «скромных» зада­ чах. Хорошо это изложено в одном пз коллективных заявлений, фигурировавших в процессе: «цель Ур-Токмока—испугать бедняков и присоединить их в своей Ч-Очень немногим известно, что Худайкулов—приемный сын манапа Шабдаиа уже одно это ставит под сомнение искренность его „батрацкой теории‘£.