лозунгом: «Туркестан — для мусульман*. Ответная волна протеста со стороны кулачества принимает угрожающие размеры. Восстание в Алма-Ата и Нарыве во второй половине 1920 г. — тому доказательство. Партия оказывается между двух огней, проводя правильную политику г. обстановке, где меры, направленные на выпрямление тех или иных практи­ ческих "мероприятий на местах, воспринимаются, как отступления от националь­ ной политики, с одной стороны, и интернациональной — с другой. Лозунги, на которые шатаются опереться руководящие органы—-необ­ ходимость учета классового расслоения— остаются висеть в воздухе. Очеред­ ная задача, (•водящаяся к ликвидации остатков национального угнетения н не­ равенства приводит к тому, что националистический уклон определяет положе­ ние. Насколько бессильны были в то время лозунги классового расслоения вид­ но, например, из решений Пржевальского с’езда партии в октябре 1920 г. Клас­ совое расслоение понималось, как экономическое высвобождение бедноты из-под влияния аксплоататоров: «путем устройства из них (бедняков) независимых е.-х. и скотоводческих артелей*. Такой радикализм, исходящий из непонимания обективной неизбежности на данном этапе классов в ауле, говорил лишь о не­ желании развертывать классовую борьбу, нежелании работать над проблемой развития классового самосознания. Путь длительной политической борьбы в ауле заменяется экономическим прожектерством. Это с одной стороны, с другой сто­ роны, — политика излишнего об’ектнвизма, из которой делаются предложения передать решения вопросов классового оформления аула ходу событий, полити­ ки «дозревания» адуа, — имеют свое место и по сне время, — как это мы увидим дальше, и та и другая точка зрения питалась и питается теми неверны­ ми представлениями о социальных отношениях в ауле, о которых мы уже го­ ворили выше. Это прожектера во нашло свое выражение также и в областных органи­ зациях, которые видели решение социального вопроса в ауле в переходе, вер­ нее— переводе кочевого населения в оседлость. Питаемые националистически­ ми устремлениями алаш-ордынцев, эти предположения ставятся во главу и Джо- тысуйекой земельной программы. Вокруг этой борьбы с кулачеством, во главе которой, помимо дали орга­ нов • власти, встает Джанузаков, формируются все те группировки, которые появляются впоследстивии. С приездом ноной комиссии нз Ташкента в начале 1921 г. было проведено дело экспроприации земель в Семиречеяской области. Новый Обком, назначенный в декабре 1920 г. пытается внести элементы классовости в разбушевавшуюся националистическую стихию киргизского аула, выразившегося из-под опеки русского кулака-колонизатора и попавшего в плен своей национад-шовинистнческой верхушке. В феврале 1921 г., однако, он выну­ жден меланхолически констатировать: «революционный под ем бедноты, носит не черты классового, а национального пробуждения» 1). Собственно, виной этому явились не. только об’ективные причины, но и взгляды руководителя реформы— Сафарова, неправильно усвоившего взгляд на Джетысу, как на место, заселен­ ное сплошь кулаками и колонизаторами -). Таким образом, первая но счету политическая группировка среди работ- пиков-киргиз, носит характер общенациональный и об’единяет почти всех их. Противостоит она, европейской части .руководящих работников, пытающихся осуществить .правильную политику — не давать зарваться идеологий шовини- Р1Ш(б), авт.) была вынуждена сознаться, что ее буржуазно-националистическая поли­ тика привела к определенной группировке туземных эксплоататорских элементов в центре и на местах-. (Г. Сафаров „Колониальная революция-. Изд. 1921 г. стр. 121). 3) Дело Семиреченского Обкома за 21 г. Истпарт. 2) См. Сафаров. „Колониальная революция-. Гиз. 1921 г.