— 191 — Здесь сказывалось то обстоятельство, что незадолго перед этим худайкуловцы были посажены на скамью подсудимых, у бедноты поэтому создалось представле­ ние, что почва окончательно выбита под нотами всех манапов. Всех примеров приводить не будем. Эта кампания показала, насколько глу­ боко раз’единилп классовые антагонизмы аул и насколько непрочны все те «род­ ные отношения», которые, по мнению некоторых последователей, настолько еще сильны, что исключают всякую, не только классовую борьбу, но и классовую сознательность. Но знакомому с аулом человеку известно, где искать об’яснения случаям нарушения классового единства бедноты. Во-первых в качестве голосов бедноты, подаваемых за манапов очень часто выдаются фальшивые «бармакп» (о тти с к а пальцев в качестве подписей). Во-вторых, кабальная зависимость и боязнь вы­ нуждает птти за манапом, против своей воли. В-третьих полнейшее беззаконие, произвол и малайское засилье, которое продолжает властвовать, создают невоз­ можную для борьбы, обстановку. . Только тогда аул показывает свое лицо, когда его низы твердо уверены, что они выступают без риска поплатиться за свою смелость. Иногда они высту­ пают, когда им кажется, что такие условия на лицо,—тоща они жестоко пла­ тятся своей шкурой, а нередко н головой в буквальном смысле этого слова. В дальнейшем, когда мы будем говорить о работе советского аппарата в районе, эта обстановка будет показана нами со всей полнотой. Но и в обстановке спокойной, когда классовые устремления низов имеют мало возможности к выходу, классовая борьба живет. Косвенно она проявляется в групповой борьбе. Массы примыкают к какой-нибудь группе когда она хотя бы прикрывалась классовыми лозунгами. Только этим можно об’яснить чрезвычайное усиление Худайкуловской группы и ее падение, когда она разоблачила себя в гла­ зах аульных низов, продолжая придерживаться манапства и их методов грабежа населения. В заключение следует напомнить слова Энгельса, где он характеризует сельскохозяйственный пролетариат пос.лерев|олюционной Германии в прошлом столетия: «земледельческий пролетариат, сельские батраки, это как раз тот класс, из которого набирается главная масса армии князей. Это как; раз тот класс, кото­ рый, в силу всеобщего избирательного права, посылает теперь в парламент мно­ жество феодалов и юнкеров; но это также п тот класс, который ближе всего стоит к городским рабочим, который делит с ними одни и те же условия жизни и ко­ торый даже еще больше задавлен нищетой. Ожпвпть этот класс,бессильный те­ перь.... вовлечь этот класс в движение есть ближайшая н самая настоятельная задача немецкого рабочего движения» х). Подведем итоги сказанному. Общественная физиономия аула, в конечном сче­ те представляется нам сложным переплетом социально-экономических противо­ речий, в основе которых лежит, почти в целом, сохранившаяся, неприкрытая феодальная эксплоатация (манапство-букара)' и, выросшие позднее, противоре­ чия на основе капиталистической формы присвоения прибавочного труда (бай- беднота), которые в настоящее время продолжают развиваться, пока этому не положен предел мерами революционного порядка. Наконец, в качестве услож­ няющего момента, мы видим остатки прежних традиций и идеологии, в общем характеризуемые нами, как остатки патриархальщины, но их общественный вес, как можно было судить, незначителен. 1 1) Ф. Энгельс. „Крестьянский вопрос во Франции и Германии". 1291 г.,стр. 46—47.