— 124 — На страницах правительственного журнала Казаковой республики мы можем найти целый ряд патетических восклицаний вроде того, что «сама кочевая масса, гонимая при царизме, видимо поняла наконец, что кочевая культура, ко­ чевой быт, является для нее источником гибели п вымирания» 1). Поистине стран­ ное утверждение и еще более странны дальнейшие рассуждения, где ретивый ав­ тор, "обращаясь в националам, говорит: «Надо наконец нам — работникам на­ ционалам понять, что основной причиной гибели и вымирания номадов является кочевой быт», и что «возрождение киргизской (казанской, авт.) массы, ее куль­ турный под’ем, начнется только на другой день после обоседлепия. При сохра­ нении кочевого быта (подразумевается везде кочевое хозяйство, авш.) киргизы быть культурными сильными (?) не могут, при кочевом быте они через 1— 2— 3 века вымрут, сойдут с исторической сцены... В оседлости и европейской (есть основания предполагать, что автор думает именно о европейской — западно-евро­ пейской культуре, авт.) культуре — залог прогресса и возрождения кочевников». Ну, что можно сказать по существу этой безграмотной, контрреволюционной ти­ рады, где допускается предположение о возможности вымирания и не дальше как на протяжении 2— 3 веков, — это при Советской-то власти! Да, что автору Со­ ветская власть, когда у него маячит перед глазами «возрождение сильного на­ рода» и «историческая сцена массы» коль скоро в Казакстаие будет много «евро­ пейской культуры >■ . Можно было бы не разбирать этого автора, если бы основная высказанная им установка не являлась бы господствующей в рядах современных землеустроителей и если б не существовало другой, диаметрально противополож­ ной точки зрения, по которой в Казакстане все «тишь да гладь, да божья бла­ годать» и «не трогайте пожалуйства кочевий» и уж ни в каком случае не взду­ майте переселять крестьянства из перенаселенной советской деревни на окраины. Как та, так и другая точки зрения, разделившие и разгруппировавшие работни­ ков землеустройства, неверна и идет по существу не от советских основ. В первом случае не надо забывать факта существования советской власти и стремиться не в «европейской», а к советской культуре, а вряд ли можно., предположить, что эта последняя, так же впрочем, как и первая могут быть восприняты только земледельцами. Во-вторых, почему обязательно, целесообраз­ ная в данных физцво-географических условиях (в данное время) хозяйственная деятельность (кочевое скотоводство) влечет за собой вымирание? По части пер­ вого надо сказать, что из той же казанской лсизни, которую очень, мало знают землеустроители (это можно обленить или незнакомством или тенденциозно­ стью), мы можем привести бесконечное число примеров, когда буржуазная «куль­ тура» во всей ее прелести прекрасно проникала в кочевья. Так, здесь можно было встретить все, начиная от водки и кончая английской кроватью, наряду с ни­ щетой и безграмотностью, окончивших гимназии скотоводов-кочевшшж, наряду с дикой экешюатацией, хозяев имеющих по сорок наемных пастухов и работников. Что катается второго утверждения о «вымирании», представители второй противоположной точки зрения прекрасно знают, что это непроходимая глупость и когда отстаивают кочевое скотоводство (кстати представители этой точки аро­ ния лучше знают жизнь и прекрасно учитывают что к чему), как единственную целесообразную форму организации хозяйства учитывают, что .по песет выгоды той группе кочевой степи, выходцами которых защитники этой точки зрения являются. Перейдем в ним. Что значит предоставить, кочевья самим себе и если уж' землеустраивать, так только определив межселеиные границы и поставив на этом точку? Это значит, передать кочевья в экенлоатацию ныне господствую­ щему там" баю, это значит, отказаться от мысли прощупать этого бая, вскрыть его, узнать его природу и потом соответственно действовать. На это теперь уже пикто не пойдет, замазывать глаза, как это делалось на протяжении ряда лет Н „Советская Киргизия" .№ 7 за 1924 год г. Оренбург. Статья Л. Карвшг.