— 1 IS — ко угодно л к настоящему времени настолько сильные, что о всяком таком случае можно узнать даже в пределах сферы влияния манана, даже в соседнем с ним ауле, несмотря на то, что суровое наказание ждет всякого не только противоре­ чащего, но и всякого, кто расскажет об этом какому:либо чужому человеку, если, конечно, об этом узнает манап. Нас интересует здесь то обстоятельство, что на­ ряду с несомненно феодальными отношениями, здесь можно найти сколько угодно проявлений капиталистических отношений. Наиболее выпукло это выступает в найме, который, в сожалению совершенно неспособна учесть наша статистика, пользующаяся н в этих районах российскими формулярами и к слову сказать группировками по «посевам», «коровностп» и т. д. Отношение найма и эксплуатации действительно завуалировано настолько, что некоторые из радужно настроенных исследователей готовы и в нем усматри­ вать «родовую помощь», но никак не эксшюатацпю. Та «уравнительность» общины, о которой в свое время много кричали на­ родники, о которой по настоящую пору говорят некоторые «общинники» и кото­ рую неподражаемо разобрал В. И. Ленин (т. III, и IX изд. 1923 г-), не имеет ника­ кого места в нашем районе. Распределение орошенных земель н некоторых видов пастбищ («отор»), обу­ словленное правом первого захвата, создало крайнюю неравномерность в земле­ пользовании. Эта неравномерность еще более усилилась в связи с проникновением капи­ талистических отношений, выбросивших значительные группы кочевавшего ра ■ нее населения на рынок труда в равнины, в группы бесскотной бедиотьг, жи­ вущей за кусок, хлеба у бая—носителя капиталистических отношений. Население утверждает, что бедноты у них издавна довольно; много было и таких, которых по тождеству можно было бы назвать «захребетниками» (Нав- лов-Сильванский— «Феодализм в древней Руси»), живущих за хребтом хозяина, ставших позднее на положение крепостных. Каждый тяжелый год (гололедица, «джут», бескормица) выбрасывал значи­ тельные группы кочевого населения в лагерь бесскотной бедноты, которая в от­ личие от прежнего времени (где была, очевидно, родовая помощь), системой феодальных отношений, закреплялась и теряла свою самостоятельность, а теперь эта выброшенная беднота становится даровой рабочей силой для бая, который подчиняет ее уже системой долговых обязательств или эксплоатирует, давая про­ житочный минимум в виде дойного скота (то, что носит название «саан»). Это когда-то очень давно бывший очевидно, родственной помощью, а сейчас являющий­ ся самым распространенным видом эксплоатации. Все такие выброшенные за борт собственного хозяйства, лишались и принадлежавших им ранее участков земли и выпасных угодий. Мало прямой эксплоатации со стороны носителей права внеэкономического принуждения, мало того, что в итоге стихийных явлений и проникновения капи­ талистических отношений создалась неравномерность в обеспечении землей, так в дополнение ко всему мы имеем довольно развитую аренду, основой которой являются кабальные отношения, а с другой стороны, мы имеем «уртачество» (то­ варищества половинщиков), которое чаще всего является тоже нечем иным по существу, как эксплоатацией. Все эго, являющееся предметом подробного разбора в наших других очер­ ках, мы напоминаем для того, чтобы ответить на основной вопрос. Есть ли это общество социально противоречивое или нет? Есть ли основа 'проти­ воречий или нет, как утверждают многие? Нам думается — положительный от­ вет неизбежен. Мы, с 'определенностью, не допускающей других мнений конста­ тируем, что есть постоянные непримиримые противоречия, с одной стороны, ме­ жду мананами в пределах одной административной единицы, между манатам и баем — носителем других отношений. Впрочем манап и бай чаще всего мирно договариваются, тем более, что сам манал быстро усваивает новые отношения, олицетворением, которых является бай, — отношения эксплоатации на основе