— 103 — скота ста.т выше и увеличилось количество голов скота в стаде... Откуда зев это известно автору? О какой «благосостоянии* идет речь? Такими бездоказатель­ ными аргументами пользовались в старое время нередко, особенно, если эхо предназначалась для внешнего (неканцелярского) мира. Автор не удееушадея по­ смотреть даже скудные сведения статистических комитетов которые, при всем желании, не могли утверждать подобных положений. 31ы можем лишь сказать, что все грубернаторские отчеты п особенно отчеты о восстании 1916 г. едино­ душно констатируют как раз обратное. Что же брешь делать с таками авторами, если им это нужно только для того, чтобы сказать: «если колонизацией края были достигнуты такие положительные последствия для обеих заинтересованных (т. е. казанского населения и царского правительства. авт.)р, земле сторон, то нужно ли придавать значение недочетам производившегося землеустройства*, тем более, что «земельные из’ятия к 1916 году не достигли того размера, при котором они от­ ложились бы совокупностью отрицательных изменений на хозяйственной дея­ тельности и на экономическом благополучии киргизского хозяйства*. А дальше следуют единственные цифровые доказательства, которые по мнению автора должны были бы убедить всякого сомневающегося. По ним, видите ли, «в распо­ ряжении киргизского населения состояло 82,5% земельной территории, что соста­ вляет на душу 62,4 десятины, т. е. в 6 раз больше, чем у крестьянского насе­ ления». Но какая «территория»? Нет нужды доказывать, что автор включает сюда и безводные незаселенные пустыни и вечные ледники и непроходимые горные массивы, а с другой стороны «в шесть раз меньше» количество земли состоит сплошь из культурных, в каждую данную минуту могущих быть исподьзовнныви для целей земледельческого хозяйства земель, предоставленных русским посе­ ленцам. На эхом мы с «переселенцами» и их современными последователями закон­ чим, так как полагаем, что для нас стало ясно еще одно обстоятельство внешних влияний, отразившихся на землепользовании киргиз. Нам пришлось только вскользь касаться изменений в киргизском кочевом хозяйстве, которое было под действием проникающих капиталистических отношений, о чем подробно говори­ лось в предыдущей главе. б) Современные формы землепользования. Прежде всего следует, как нам кажется, различать хозяйство бродячее от кочевого. Под первым, очевидно, следует понимать, именно неприуроченность к определенной территории, постоянное "передвижение в поисках лучших пастбищ и всякое отсутствие регулярных посевов. Кочевое скотоводческое хозяйство сле­ дует рассматривать как высшую, сравнительно с предыдущим стадию, где есть элементы разумного планирования в использовании пастбищ, где есть какая-то правильная цикличность кочевания. Бродячего хозяйства в пределах кочевых районах Средней Азии как-будто бы нет, с другой стороны, к настоящему времени нет и «чистого* кочевого ското­ водческого (кочевым может быть и земледелие) хозяйства, если понимать под этим постоянные; хотя и планомерные кочевания без всякой связи с земледелием и сенокошением. Во всяком случае такие хозяйства можно насчитывать единицами п причинами, побуждающими их к этому могут служить только отсутствие сено­ косов, и пахатной земли, пли возможность получения продукта этого вида хо­ зяйственной деятельности через обмен. В нашем районе, как правило, «чистых» кочевников нет, но с другой сто­ роны и «чистых» «джатаков» (оседлый — «лежачий») можно, насчитать еди­ ницы. Под «чистым джатаком» следует понимать хозяйства, целиком осевшие на землю, для которых приложение труда к земле является основным средством их существования. Обычно же среди «джатаков» есть значительный процент хо­ зяйств, для которых труд в земледелии является основным источником существо­ вания, но они в то же время кочуют, хотя и совершают неполный цикл коче-