(exp. 17), но видите ли им нужно доказать многоземелье киргиз, а для итого все 
средства пригодны, вплоть до явно неверных подсчетов.
Это утверждение можно было бы иллюстрировать на целом ряде примеров. 
Приведем лишь некоторые, с достаточной доказательностью говорящие о наличии 
таких явлений. Так в одном из планов оказались нанесенными 41.857 десятин 
земли, тогда как после инструментальной с’емки вышло всего 37.275 десятин, 
т.-e. на 4.582 десятины меньше, а весь запроектированный по этому району 
участок земли, который должен был быть лз’ят как излишек, равен 4.613 две., 
иными словами излишка никакого не оказалось. Или другой случай: на план 
снято только половина волости, а вторая па глаз поделена на перелоги, пахот­
ную степь, предгорья и гористый выгон.
Вообще весь ход работы по изъятию земель сводился к тому, что «сначала 
намечается участок, а затем уже- полученные результаты хотя н не полной с’емки 
комбинируются так, чтобы проектируемая к пз’ятйю земля оказалась излишней, 
а в случае недостатка земли прибегают к зачету киргизам пастбищ в горах, на 
основании необоснованных заключений» так мягко в официальном отчете харак­
теризует деятельность переселенческого управления, командированный на место 
чиновник1).
Такие доклады мало смущали переселенческое управление ибо оно прекрасно 
знало, что за его спиной стоит сила, которая властно требует экспроприации зе­
мель какими бы путями эта экспроприация не шла. «Политика американцев в 
отношении краснокожих не в духе русского народа н противоречит его истори­
ческим традициям» — это только фраза, сказанная в высоком учреждении, н 
переселенческое управление это прекрасно знало ~).
С особым подчеркиванием оно указывает, что плотность населения на одну 
квадратную версту русских на русском наделе 15,4, у киргиз— 3,5, но и из этих 
цифр, при сравнении с другими районами кочевой степи можно усмотреть, что 
в Пилшекском (ныне Фрунзенском, Парником, частью Таласком кантоне) уезде 
переселенческое управление особенно постаралось, т. к. во всех других уездах 
бывшей Семиреченской области эта плотность у киргиз «на киргизских наделах» 
была 1,8, 2,5, 3,4, 3,5 и не больше 3).
В районе, где самое низкое место измеряется в 1.999 метров -(впадение 
Каракола в Сусамыр), а обычно 2.390 и выше — переселенческое управление 
образовывало переселенческие участки и заселило поселок Суеамырскнй, который 
ие приспособился к условиям, т. к. здесь не вызревал хлеб, и выселился к боль­
шому огорчению переселенческого управления.
Проезжавший по району с целью ознакомления с Сусамырскими участками, 
ботаник В. Н. Шнитников, застал уже только несколько хозяйств из тех ново­
селов, которые расселились в Сусамырской долине. На его расспросы крестьяне 
отвечали «недружелюбно», указывая, что «здесь можно заниматься только ско­
товодством, к чему они мало способны». Шнитников утверждает, что земледелие 
в этой долине вполне возможно, ссылаясь в этом случае на рядом расположенные 
киргизские посевы, и видит причины бегства населения только в оторванности 
участков от «культурных мест»..'*). Вероятней предположить, что мотивы, побу­
дившие .бежать переселенцев, заключались в том, что они не могли быстро 
освоиться в новых природных условиях, а потом была несомненно надежда на 
получение лучших участков в равнине, где близки рынки сбыта земледельческого 
хозяйства. Во всяком случае если бы новоселы остались в долине, они неизбежно 
перестроили бы свое хозяйство на скотоводческий лад, так как занятие земдеде- Ч
Ч Дело .V: 12 управляющего землед, и госуд. имущ: (1907— 1909 г.) Цуардол.
-) Такое мнение было высказано заседанием „особого присутствия" при Столы­
пине в ответ на речь одного из поборников американского пути разрешения земельного 
вопроса, который сводился к экспроприации земли у туземцем, обрекавшей их на вы­
пирание.
3) Материалы переселенческого управления т. VII ч. II. Изд. Петроград 1916. г.
*) Д. А» 2 Управл. земл. и гос. имущ, отдел пересел. 1914 г.