По рассказам выходит, что узбеки пригласили к себе в Еоканд всех-име­
нитых батырей п почетных киргизских людей, с таким расечетом. чтобы каждый 
сколько-нибудь значительный род. имел своего представителя; там они об’явплн 
им о необходимости некоторой оседлости и с большими подарками н грамотами, 
’ дающими право на власть, отпустили в горы. Вслед за ними, постепенно на псе 
значительные стратегические пункты, былп двинуты узбекские гарнизоны и по­
строены небольшие крепости1). Сыновья же именитых киргизских людей была 
увезены в Еоканд, как почетные заложники, где нм прививали новую культуру 
и навыки.
Батыри родов — начальники н фактические руководители нх (уже и в то 
время киргизы не называют каких-либо родовых старейшин пли патриархов ро­
дов. а всегда говорят о батырях), приехав из ханства, собрали акскалов (стари­
чков), мелких родовых трупп (по третьему н четвертому отцу), которые уже тогда 
обособленно жили, и об явили нм о тем, что времена меняются, что надо больше 
закрепляться за землей, больше быть оседлыми, чтобы в нужное время можно 
было знать, кто где находится. Вся земля, находившаяся доселе в пользовании 
этих групп, была закреплена за ними, а зимние становища п места непосред­
ственно под юртой, были об’явлены, якобы, уже, как собственность и постоян­
ное место стоянки для данного хозяина. Пастбища же попрежнему еще оставля­
лись в общем пользовании больших групп, соединяемых сферой действия каких- 
либо уполномоченных ханства, батырей и манапов, которые стали «занят башн » 
(налогоеобирателями). Через этих «закят-бапш» узбеки и оказывали свое опре­
деленное влияние, нриучая кочевников к некоторой устойчивости кочеваний, 
к некоторой правильной смене стоянок и определенному закреплению какой-либо 
территории. Между прочим, любопытно отметить, что узбеки не только узакони­
вали фактически сложившуюся власть, но и посылали особо доверенных, из хо­
рошо им известных ферганских киргиз — своих людей, которые были для них 
наиболее правильными информаторами о настроениях в степи и неподкупными 
в отношении налогов. Так, например, отец известного манапа Чолука-Ибранм 
Ходжа-Берды, был послан нз Узгетекого района (Фергана) вместе с 15— 20 се­
мьям своих джигитов и ближайших родственников* 2 3). Был он несколько выше, 
чем просто «зякат-баши»; под власть ему был отдан район Тогоз-Тороу, географи­
ческое положение которого всегда давало возможность не особенно считаться с 
наличием узбекских гарнизонов. Очевидно, это не единичный случай, такие же слу­
чаи были и в других местах Киргизии, о чем между прочим, может свидетельство­
вать то обстоятельство, что, зачастую, можно встретить в лице начальников 
родов — манапов, людей из совершенно других родовых групп, расположенных 
зачастую в других далеких частях Киргизии.
Хозяйство киргиз в первый период появления узбеков было все еще но 
преимуществу коневодческо-овцеводческим и только постепенно, в связи с на­
ступившими периодами некоторого спокойствия н рыночного воздействия, оно 
начинает изменяться. Перед приходом русских, по рассказам, было уже такое 
соотношение видов скота для обеспеченного хозяйства (не самое обеспеченное): 
150—200 лошадей, до 300 баранов, 20— 30 верблюдов н одна-две коровы.
После незначительных боев с узбекскими гарнизонами, которые пользова­
лись поддержкой киргиз, скоро же, впрочем, изменивших, район заняли русские -1).
х) Трудно сказать точно, когда это было. Судя по тому, что по рассказам кир­
гиз узбеки в районе были всего лишь лет 20—25 до появления в долине р. Чу русских, 
т.-е. до I860 г. (первое появление и взятие Токмака и Пишпека)—это было в 30—40 г. 
прошлого сюлетия, но очевидно, непосредственному занятию и постройке крепостей 
предшествовал период мирной экспансии и влияния узбеков.
2) Его родичи и сейчас живут в количестве 70 хозяйств в Тогуз-Торау и назы­
вают себя „карабагышами", основная масса которых живет в 
У агентском районе и 
в Алайской долине.
3) Из киргиз только сын хана Сарыбагышей-Урмана-Умбеталы, оказывал некото­
рое сопротивление русским отрядам и бежал в Фергану, но потом вернулся. Но это