— 39 — логический пережиток за сущее, путая этим самым картину действительности, если даже не говорить о тенденциях и определяющем в развитии. Предметом данного раздела очерка является выяснение совокупности об­ стоятельств отложившихся на послевоенной и послереволюционной экономике изу­ чаемого нами района и определение современной общественно-экономической об­ становки. Необходимо это потому, что еще до настоящего времени по этому во­ просу нет никакой ясности пли верней господствующие точки зрения на этот с-чет не являются бесспорными. Общественно-экономическая обстановка обычно рисует­ ся в виде (патриархально-натурального хозяйства», а строй социально-экономи­ ческих отношений, как «родовой строй». На примере довоенных статистических данных мы показали, что это совер­ шенно не так, но особенную ясность постановки эти взгляды получили именно в условиях послереволюционного периода, поэтому мы и считаем себя обязанными подвергнуть критике эти взгляды, опираясь на послереволюционный материал. Однако прежде чем приступить к этому, надо сказать об общих условиях воен­ ного и революционного периода, которые должны были оставить какой то след на современной экономике районов кочевого хозяйства. Первые два года великой империалистической бойни, не внеся резких из- мнений в экономику кочевых районов, только больше обострили процессы «раскре­ стьянивания». Имущие верхи кочевых аулов получили возможность еще большей наживы.' так как помимо Ферганы, попрежнему. требовавшей больших партий убойного скота, на него пред’явило. требование и военное командование. В условиях быстрого накопления зажиточные слои не могли особенно чув­ ствовать " постепенно увеличивавшейся тяжести податного обложения. Для боль­ шинства же кочевников эти увеличивавшиеся подати были ощутительны, среди них ше.т ропот недовольства, готовый вылиться в форму массового протеста. Это нараставшее недовольство свой истоки имело не в эпохе войны, а в предше­ ствовавший ей период массовых земельных изъятий в пользу пришлого населения, г эпоху быстрого роста своих имущих групп, разорявших их через ростовщиче­ ство, через поборы (способ манапского обогащения), через всякие другие виды выжимания пота. Во весь этот еще предшествовавший войне период совершенно определи­ лась диспропорция между массовым разорением и возможностями приложения труда, выбиваемых из .собственного хозяйства бывших производителей. Война не могла изменить этой диспропорции, она напротив способствовала еще большему ее нарастанию. К этому же времени в кочевой степи усилилась исламитская агитация, ратовавшая за протест и открытое возмущение” в целях поддерживания святынь мусульманства и оберегавшего их Халифа «наместника пророка» участвовавше­ го в тройственном союзе в войне против «всего мира». Такая агитация не являлась новой для кочевников, не никогда раньше она не имела такого успеха, как в этот период. Еще очень давно, когда кочевники были только номинально зависимыми от России, отдельные батыри киргиз (казаков) и ханы получали через эмира бухар­ ского торжественные грамоты, во всех случаях обострения отношений между Россией п Турцией. Та. же агитация была в знаменитое Андижанское восстание 1898 года И имела в кочевых районах не малый успех. Вместе с разгромом этого восстания пострадали и очень многие из его уча­ стников—киргиз. Распеваемые сейчас на «ашах» (поминках) песни очень кра­ сноречиво говорят о судьбе попавших на каторжные работы в далекую холодную Сибирь 1). * !) Сейчас »аша~ запрещены правительством, так как они служат для манапов способом "присвоения больших ценностей, собираемых с кочевников. Это запрещение, однако ни мало не мешает устраивать их. На одном, таком „аше* устраивавшемся на берегу озера Сон-Куля, мы были и слышали там эти трогательные песни.