^om^nE^^S^Ë.B^L 
Лами*и также не дает, а говорит, что он был поэтом, 
восхвалявшим ходжу Низам ал-Мулка. Знаменитый сельджукский 
везир 
Низам ал-Мулк был, как известно, убит ассаеинами 17 октября 1090 г. 
Следовательно, Л а м и и должен был родиться не позднее 1060 г., ибо вряд 
ли Низам ал-Мулк, вообщеин^—дробивший поэтов, потерпел бы возле себя 
какого-нибудь ю й ^ Г Е х л и Хызр-хан вступил^ на престол в 1080 г., то Л а -
ми'и, конечно, мог быть его современником, а значит, мог быть его совре­
менником и Шатранджи. Но дальше возникает некоторая неясность. Риза-
Кули-хан без ссылки на источник говорит, что Шатранджи учился у Су-
зани, хотя Сузани-де и писал касыды в честь этого поэта. Датой смерти 
Сузани он указывает 562 (1166/67) г. И з собственных слов Сузани видно, 
что он прожил долгую жизнь, так что рождение его без особых сомнений 
может быть отнесено примерно ικ семидесятым годам X I в. Следовательно, 
он был моложе Шатранджи во всяком случае лет на десять, а потому 
скорее можно допустить, что Сузани учился у Шатранджи и восхвалял 
своего учителя, а не наоборот. 
Шатранджи был родом из Самарканда; в число придворных поэтов 
Хызр-хана, судя по сообщениям Низами, он не входил. По заказу караха-
нидского везира — лица, возможно, отвечавшего за Самарканд, он напи­
сал касыду с радифом лаклак («аист»), от которой сохранились такие два 
бейта: 
dUÖ о^—«j j~sb lj 
jjjj.Ji jl J>JT OJL~£»-J 
«Ц)50 ôU^U O J U J olj U cb {jS**-^ ^ 
dL^^f* olS^j-S" j üW«^T ^
ß 
c^-^j 
l ^ w - j j ь 
Радостную весть о наурузе приносит нам всегда аист, 
Горестное сердце наше радует этой весной аист. 
Гнездо его, ты сказал бы, школа, а воробьи — ребята; 
Сидит посреди них, словно старик-учитель, аист. 
Отметим прежде всего огромную трудность задания — написать длин­
ное стихотворение, в котором каждый бейт, и притом без натяжек, завер­
шало бы слово «аист». Появление 
такого 
стихотворения в Самарканде 
вполне понятно и естественно: аисты пользовались там исключительным 
почетом, и в день прилета их, всегда совпадающий с самым началом вес­
ны, устраивались, как в праздник, народные гулянья и игры. 
Второй бейт — картинка с натуры, живая и яркая. Она как бы вы­
зывает перед глазами читателя важную фигуру носатого хозяина огром­
ного гнезда, неподвижно стоящего посреди своего жилища, и хлопотливых 
чирикающих воробьев, любящих суетиться Еокруг этих огромных гнезд. И 
в то же время перед нами возникает сценка из жизни мусульманской школы 
с ее мрачным и тоже, может быть, носатым муллой, окруженным живыми, 
веселыми ребятишками, так и норовящими выкинуть какую-нибудь штуку 
под носом своего мучителя. 
Эти два бейта свидетельствуют о том, что Шатранджи был талантли­
вым поэтом, умевшим создавать оригинальные 
образы. 
И з других сохранившихся фрагментов стихов этого поэта видно, что 
жилось ему трудно и подчас приходилось унижаться, вымаливая подачки. 
Так, он говорит: 
459