врагам. Они хотели 
расправиться с Мае'удом 
раз и навсегда и потому 
продолжали натравливать султана на несчастного поэта. И з Дахака Мае-
'уда переводят в замок Су, и там он уже попадает в настоящее заключение; 
на ноги ему надевают 
кандалы. Где находился 
этот замок, пока 
устано­
вить не удалось. (Известно только, что он был не в Индии, 
расположен 
был в горах, но, по-видимому, в ущелье, так как поэт жалуется на «зло­
вонный» воздух.) В замке С у Мае'уд 
встретил уже давно 
томившегося 
в заключении 
престарелого астролога Бахрами, сблизился с ним и успел 
прослушать у него целый курс астрологии. 
Однако враги поэта считали, что расправились 
с ним еще слишком 
мягко: через семь лет с начала заключения Мае'уда везут в знаменитую 
тюрьму для государственных 
преступников — замок Най, находившийся 
где-то очень высоко в горах. Поэт так описал это место своего 
заклю­
чения: 
bj SC ί—J bj—Pc 
^ b j-J>. 
bj i j l о d|) 9 !j ^ 
«» ôj 
A 
bj Ь 
y I JA 
ji 
AA jS 
jJÎ АХ£Л cSuj JA 
^ Uj j—A 
bj U50 j 
JA £j—« (J à 
ς^*"^ J 
J^" f 
^""^^ <b>—?л 
J>J l—(jiwjX-^-^c-^ j—f J—J 
àj-Ll 
^A^=—i dll—>. 
x-ï l—л 
bj\JJu> 
\Jï J 
j l C*^o*J Д-5^ р-й&^' 
o T j«A~îl 
1Цч-^* jl 
?t 
J 
« 
о Д — ~ 0 
jj^jlJo^ dj-k 
* ^ J""^* 
— 
^jb 
^5" 
с~£дГ jl 
j—i 
^ 
j 
U^i 
\Jht&> 
j — ^ 
^>jLJl ùbjj 
i бД 
д f 
C**A~U£ oLw ^ 
g*"" 
U-ÛA^ 
— X J ^«JW UX3E—w 
ДХ^ ^Jb—îjjj 
^ — T ~ ^ A j j j 
^1д—5ч 
ί ^ 4 J H b o H î 
û l j b 
^ 
кэ 
j — f 
"Ъ 
ύ** 
£ ^ J ^ ^ 
"45 
fU^4 
I^-o l — j j - o 1 
J J L U - J 
d^j 
;i 
Что такого [поэта], как я, терзает небосвод (т. е. судьба. — Е. Б.), 
Это разум даже не может и вообразить! 
Всякий миг я, словно песок [в пустыне], все больше терзаюсь жаждой, 
Хотя [судьба] и проливает на меня беды, словно туча. 
И если только зачарует меня, словно змею, тоска, 
[Другое горе] припадает к моему сердцу, как змея. 
Чтобы тело мое не было растоптано в прах одной печалью, 
Другому испытанию он (небосвод. — Е. Б.) его подвергает. 
В такой теснине я [нахожусь], что суровость ее 
Давит душу и сердце. 
И если я начинаю мириться с ее страшным видом, 
Царапает она мне глаза терниями. 
Такая глубокая это щель, 
Что веления судьбы мимо входа в нее проходить не решаются. 
Крыша этой берлоги моей — черная ночь, 
Которая сыплет сажу в оба глаза. 
Всякий, кто увидит день в ее узкую отдушину, 
384