Эта цитата показывает, что знаменитая касыда Абу-л-'Аббаса, кото­ рую часто называют «первым стихотворением на языке дари», Фаррухи была хорошо известна. Фаррухи упоминает многих современных ему поэтов, но считается он только с 'Унсури. Возникает вопрос: мог ли Фаррухи, живший при дворе Махмуда, не знать самого великого из своих современников — творца «Шах-нама»? Д а у л а т ш а х 8 9 утверждает, что Фирдоуси и Фаррухи лично встречались, но полагаться на его рассказ, конечно, нельзя. Внимательно читая диван Фаррухи, можно, однако, прийти к следующему выводу: хотя имени Фирдоуси Фаррухи ни разу не упоминает, но с тематикой «Шах- нама» он был прекрасно знаком. Имена героев «Шах-нама» встречаются во многих его касыдах. Упоминания об Искандаре даны им в такой форме, из которой видно, что он знал сказание об этом герое в редакции, близкой к редакции «Шах-нама». Что Фаррухи знал «Шах-нама», не удивительно. Надо думать, поэма эта долгое время была злобой дня при дворе Махмуда. Интересно отно­ шение Фаррухи к «Шах-нама». Как и надо было ожидать, он вслед за своим патроном Унсури высказывается о поэме Фирдоуси неодобритель­ но, пожалуй, даже еще более резко, чем «царь поэтов»: а!>о j l ь j jjf c~wfj j± j*** c^^-jjb fiCiL&L,Δ А Л А Э Д5Ч—] l—Л.—Ä> j Jo I J A U bjx^Ps^ j C-O До* A*A Только одни изречения из «Махмуд-нама» читает Тот, кто [ранее] постоянно читал сказки «Шах-нама». Сказания древности якобы утратили всякую цену: j ! JJu 3j I J J gjjb ^jjj I L A [Δ Ь j bjZ«^ oU> Li 4*is j» U j'S ^ L Твое (Махмуда.-— Ε. Б.) имя стерло и уничтожило имена всех шахов, «Шах-нама» теперь уже никакой цены не имеет 9 0. Эти сказки теперь уже неприятны, говорит поэт: Не читай впредь сказки о забульском Рустаме, Потому что это рассказ отвратительный. Верить всем этим россказням, нельзя, считает Фаррухи: I b Л, А^П S (£àj) {JjÀ£*4 (J I J~>C~b3>' \jY^ JC,^.ij^ 8 9 См.: Ε . G . Browne, A literary history of Persia, v. II, p. 129. 9 0 Содержащаяся в этом бейте гипербола указывает на невольное признание Фаррухи величия Фирдоуси: ведь в представлении придворного панегириста имя Махмуда могло «стереть» только нечто великое. 349