рееен, чем рассказ Асади. Описания змея в отрывке нет, но из Т О Г О , что сказано, понятно: чудовище было настолько огромно, что Крсаспа его не заметил. Он ходил по его спине, разложил на ней костер и почувство­ вал неладное только тогда, когда обожженное чудовище зашевелилось. Судя по замечанию Асади, все сказание о Гаршаспе ему было извест­ но по письменным источникам. Правда, таким показаниям старых поэтов не всегда можно доверять, так как зачастую они писали это только для того, чтобы придать авторитет своему произведению. Однако в данном случае некоторые подтверждения слов Асади можно видеть в том, что предание о Гаршаспе в очень близкой к изложению «Гаршасп-нама» фор­ ме сохранилось в анонимной «Истории Систана». Как говорилось выше, перед А с а д и была поставлена задача затмить гениальное творение Фирдоуси. По-видимому, Асади должен был дать параллель к «Шах-нама», включив в «Гаршасп-нама» преимущественно те элементы древних сказаний, которые Фирдоуси в свою поэму не зк мо­ чил. Асади прав. Фирдоуси действительно по каким-то причинам умолчал о Гаршаспе. Пытаться сейчас ответить на вопрос, почему он это сделал, едва ли стоит. Имеющихся в нашем распоряжении материалов отнюдь не­ достаточно для того, чтобы высказать по этому поводу что-либо выходя­ щее за пределы догадок. Во всяком случае приведенные выше слова Асади из вступления к ооэме, как нам кажется, достаточно ясно говорят о жела­ нии затмить Фирдоуси, желании наивном и даже, может быть, несколько смешном. Возможно, этим и объясняется отсутствие имени Фирдоуси в перечислении великих поэтов 'Аджама в пятом муназара. Г. Эте считал это доказательством того, что слава Ф и р д о у с и в то время еще не была упрочена. Н о , с одной стороны, данное муназара написано явно уже после окончания «Шах-нама», а с другой — упоминание в нем почти всех глав­ ных героев «Шах-нама» как будто показывает, что А с а д и с творением Фирдоуси был знаком. Может быть, осторожное выражение «те, кто ро­ дом... из окрестностей Туса» 4 6 указывает на то же чувство зависти. Ведь говоря так, Асади ставит себя рядом с Фирдоуси, чего открыто он сде­ лать, конечно, не решился бы. Стараясь прославить своего героя, А с а д и не жалеет красок и всячески подчеркивает его силу и бесстрашие. Но все эти старания ни к чему не ведут. Гаршасп А с а д и — к а к а я - т о бездушная машина, разрушительная сила; он находит удовлетворение только в том, чтобы разрушать и уби­ вать. Походы его служат исключительно или целям укрепления мощи за­ хватчика Заххака, или же личному обогащению. Герой Фирдоуси — Ру­ стам, кажется, только один раз совершил жестокий поступок, да и то тог­ да, когда он, не помня себя, мстил за Сийавуша. Гаршасп же дико, бес­ смысленно жесток и свиреп всегда, причем в этом отношении он мало чем отличается от других действующих лиц поэмы, которые также постоянно предают, убивают, отравляют. Выше уже отмечалась характерная для поэмы Асади подобостраст­ ность, совершенно неожиданная в устах представителей древних дихкан- ских родов. Не менее неожиданно и то громадное значение, которое герои Асади придают деньгам. К приведенным выше цитатам добавим еще одну, очень характерную: Богатство всякого сбиэает с пути, Друга делает мстительным врагом. çrj^> -b