458 (1065/66) г. Поэт говорит о себе, что в это Еремя он уже был старым. 
Если мы предположим, что к моменту окончания поэмы 
ему было лет 
шестьдесят, то рождение его придется отнесли примерно к 1005—1010 гг. 
Отсюда следует, что как бы молод ни был Асади, когда писал свое самое 
раннее муназара, оно все же могло быть написано или в последние годы 
жизни султана Махмуда (ум. 1030), или, вернее, пои его сыне и преем­
нике султане Мае'уде I. Н о как шуубитекие идеи, так и шиизм при дворе 
Газневидов считались политическим преступлением, и с такими стихами 
там ни один поэт выступить бы не рискнул. 
Вспомним, что Асади был хорасанец, т. е. житель именно той области, 
которая была особенно жестоко разорена Газневидами. Бейхаки говорит 
о хорасанских дихканах
 1 2 : «А те вельможи разорились и писали письма в 
Мавераннахр, и посылали гонцов, и жаловались тюркским 
вельможам, 
пока не подстрекнули туркменов
1 3». 
Особенно тяжелым был конец 30-х годов X I в., когда постоянные по­
ходы и засуха привели, наконец, к жестокому голоду в Хорасане. Джуф-
твар
 1 4 земли под Нишапуром, стоивший без садов тысячу дирхемов, а с 
садами три тысячи
 1 5, начал стремительно падать в цене. В 431 (1039/40) г. 
во время голода такой участок отдавали уже за двести дирхемов, а еще 
позднее уступали даже за один май пшеницы, стоивший в то время на ба­
заре тринадцать дирхемов. 
Таким образом, понятно, что среди хорасанских вельмож можно было 
найти людей, страстно ненавидевших Газневидов и готовых платить боль­
шие деньги за восхваление старой земельной аристократии. К их числу, 
вероятно, и относился тот Абу Д ж а ' ф а р 
Мухаммад, 
которому Асади 
поднес свое муназара. Н о поэт не мог рассчитывать, что его стихи будут 
постоянно хорошо оплачиваться. Голод гонит Асади из Хорасана. Насколь­
ко можно судить, он странствовал исключительно по владениям правите­
лей, которым были близки шуубитекие идеи. Можно предположить, что он 
посетил Джастанидов 
(может быть, Джастана ибн Ибрахима
 
1 6, может 
быть, Раввадита А б у Насра Мамлана
 1 7) и, наконец, добрался до Нахче-
вана, где правил Абу Дулаф Дайраии. В Нахчеване Асади создал «Гар­
шасп-нама», но удержаться там, видимо, не смог и отправился дальше, в 
Ани, к Шуджа 
ад-Даула Минучихру ибн Шавуру, где он оказался после 
1072 г. и где написал «Прение копья и лука». Во время 
С Е О И Х странствий 
поэт, по всей вероятности, испытывал большую нужду, так как з 1055/56 г. 
он опускается до положения простого переписчика, копируя дошедший до 
нас экземпляр «Фармакологии» Муваффака Гератского
 1 8. Можно, конеч­
но, допустить мысль, что переписывать эту книгу его побудил какой-либо 
научный интерес, однако, нельзя не заметить, что в оригинальных про­
изведениях Асади никаких следов знакомства с такой тематикой 
не за­
мечается. 
12 «The 
Τ arikh-i Baihaki, containing the life of Masoud, son of Sultan Mahmud of 
Ghaznin», 
ed. by N. N. Morley, Calcutta, 1861 — 1862, 
p. 509 
(далее — Бейхаки, изд. 
Morley). 
1 3 Туркменами Бейхаки называет сельджуков, продвижение которых в Хорасан 
привело к падению Газневидов. 
1 4 Д ж у ф т в а р — площадь, которую можно обработать с помощью пары быков; 
составляет примерно 3—4 
гектара. 
1 5 Бейхаки, изд. Morley, р. 792. 
' 
. 
16 
( J S J I S J (obj^L» j Ь J K X S ^ ' Ô Ι ο ) oLLo 
C^+JK 
^ 
<^\xS oljL^ä 
17 l . r — я л 
и* ^ob^ljj <ό?*3ΐ 
o^kjf^ 
1 8 Рукопись эта находится в Венской библиотеке и описана в ката \оге Флюгеля 
(G. Flügel, Die arabischen, persischen und türkischen Handschriften der 
kaiserlich-königlichen 
Hofbibliothek zu Wien, Bd II, 1866. S. 534). 
245