рой половине Χ ί в. и что поэтому нет никакой надобности искажать тек­ сты и стараться оттянуть творчество Асади на начало века. Изучение всех сохранившихся произведений Асади позволяет прийти к таким выводам. Никаких двух Асади никогда не было. Автор всех при­ писываемых Асади Старшему и Асади Младшему произведений — одно и то же лицо. Звали его А б у Маису ρ ' А л и ибн Ахмад. Родился он (так же как и Фирдоуси) в Тусе, около 1010 г. Следовательно, при дворе Махмуда Асади находиться, конечно, не мог. Как началась его поэтическая карьера, мы не знаем. Несомненно одно — в числе его более ранних произведений были некоторые из доставивших ему широкую известность муназара. Термином муназара обозначают особый вид касыды, насиб которой представляет собой своего рода спор, прение между двумя воображаемыми противниками. Спор, как и в обычной парадной оде, завершается славо­ словием в честь того лица, для которого касыда предназначена. До нас дошло пять таких муназара, принадлежащих Асади: «Прение дня и ночи», «Прение копья и лука», «Прение неба и земли», «Прение гебра и мусуль­ манина» и «Прение араба и 'аджама 5». В муназара каждый из двух противников старается доказать свое превосходство путем логических доказательств, ссылок на различные авто­ ритеты и т. п. В конце концов спор завершается вмешательством какой- нибудь третьей, беспристрастной стороны. Г. Эте сопоставлял муназара с провансальской тенцоной и даже пы­ тался доказать, что тенцоны возникли в подражание восточной поэзии. Попытка эта признания не нашла. Установить исторические связи между провансальскими труверами и восточными поэтами не удалось, к тому же тенцона имеет значительные отличия от муназара. Если уж искать парал­ лели к муназара в европейской литературе, то значительно ближе к ним такие наполовину народные средневековые произведения, как «Спор зимы и лета» и т. п. В персидско-таджикской литературе более старых муназара, чем стихи Асади, мы не находим, но совершенно очевидно, что зарождение этого жан­ ра относится к глубокой древности. Так, созданная в период правления Аршакидов поэма «Драхти Асурик», в довольно примитивных стихах изла­ гающая спор между козой и пальмой («ассирийским деревом»), несомнен­ но, представляет собой старейший образец муназара, возникшего на сред­ неазиатской почве. И з пяти муназара Асади только одно — «Прение копья и лука» — может быть относительно точно датировано. Оно посвящено Шеддадиду Шуджа ад-Даула Минучихру ибн Шавуру, правившему в Ани с 1072 г. Установить, кто такие были лица, которым посвящены остальные муназа­ ра Асади, не удается. И з последних бейтов «Прения араба и аджама» следует, что оно было поднесено амиду Нукана ( в Т у с е ) 6 А б у Джа'фару Мухаммаду. Т а к как оно поднесено на родине поэта и так как из других его произведений видно, что он еще молодым покинул Хорасан и, по-видимому, никогда туда уже более не возвращался, то можно согла­ ситься с Г. Эте, считавшим это муназара одним из ранних произведений Асади. Г. Эте, издавший первые три из пяти муназара Асади 7 , считал чет- 5 Слово ' аджам обычно переводят «неараб». Этим словом средневековые араб­ ские авторы чаще всего называли жителей Ирана. «Страна 'Аджама» — Иран. 6 Город состоял из двух частей — Табарава и Нукана. 7 Текст и переводы первых трех муназара Асади издал Г. Эте [H. Ethé, Über persische Tenzonen (Verhandlungen des V internationalen Orientalisten-Congresses, Bd II, Berlin, 1882, S. 48—135)]; английский перевод первого (по тексту Даулатшаха) опубли­ кован Э. Броуном во втором томе его «Истории персидской литературы»; четвертое — литографировано в антологии Риза-Кули-хана Хидайата «Маджма* ал-фусаха»; текст 242