И з этих строк следует, что такой обычай имел целью защитить ро­
дившегося ребенка от враждебных магических действий, которые без зна­
ния его имени нельзя было осуществить. Фирдоуси говорит, что этот обьь 
чай существовал и во времена Сасанидов. Так, когда Хосров слышит, что 
его сына, носившего для всех имя Шируй, провозглашают царем под име­
нем Кубада, он пугается и говорит: 
sLJ çbjS' 
j»l î ijj 
—f.—* 
s\y> j^U j Oy>. JZCS'X 
£j| «С 
Может быть, эта традиция сохранялась 
и во времена 
правления 
Сельджукидов, о 
которых нам известно, что, кроме пышных династийных 
имен, обычно заимствованных из иранской мифологии и иранских по эти­
мологии, они все носили еще и старые тюркские имена, видимо, применяв­
шиеся только в узком семейном кругу. 
Несколько слов о форме «Шах-нама». Вся поэма написана парно риф­
мующимися строками, (метром, носящим в схоластической поэтике название 
мутакариб. Схема этого метра такова: каждая строка состоит из четырех 
стоп, имеющих по три слога — один краткий и два долгих. Последняя сто­
па в каждой строке усечена на один слог. Таким образом, 
схему бейта 
мутакариба можно изобразить так: 
Kj 
I \j 
• I \и 
I K_J— И w 
I 
I w 
j w — 
Старое востоковедение, и русское и западноевропейское, считало, что 
этот метр, как и все прочие метры персидско-таджикской поэзии, заимство­
ван у арабов. Однако уже К. Г. Залеман заявил, что мутакариб и некото­
рые другие метры «являются древнеиранским наследием, которое, правда, 
пройдя 
через 
дисциплину 
арабской 
метрики 
(Morenzahlung), 
было 
вышколено и принято ко д в о р у » 8 6 . Подкрепляли такое предположение и 
наблюдения многих арабистов, отмечавших, что в ранней арабской поэзии 
метр мутакариб встречается очень редко. Исходя из этих двух положений 
и в сущности 
даже ничем их не подкрепляя, 
некоторые советские ирани­
сты пришли к выводу, с которым, конечно, никак согласиться нельзя, а 
именно, что размер «Шах-нама» — «несомненный национальный 
размер» 
и что корни его нужно искать в Иране 8 7 . Искать корни метра «Шах-нама» 
именно в Иране — занятие, по нашему мнению, бесплодное, ибо корни его 
там же, где и корни мифологии «Шах-нама», — в Средней Азии, где жили 
древние восточноиранские племена. Что поэзия у этих племен существова­
ла задолго до (появления ислама, нам теперь хорошо 
известно. Однако 
все дошедшие до нас образцы этой поэзии имеют силлабические размеры. 
Конечно, когда такие стихи исполняли под музыку, они могли принимать 
самые разнообразные музыкальные формы, но каковы были эти формы, 
мы не знаем. По-видимому, все же из всех гипотез о происхождении мута­
кариба следует принять предположение К . Г. Залемана о том, что 
эпи­
ческая поэзия иранских народов до ислама знала силлабический размер, 
имевший, вероятно, около десяти слогов в строке. В период становления 
в Средней Азии и Хорасане поэзии на языке дари создатели ее искали 
8 6 Цит. по статье: Ю . Н. Марр, 
Стихотворный 
размер 
«Шахнамэ» 
(«Статьи и 
сообщения», т. II, М.—Л., 1939, стр. 70). 
8 7 Там же, стр. 75. 
Ведь этому злодею, когда он родился у матери, 
Я тайно дал имя Кубад. 
Громко называл я его Шируй, 
Другое же имя его скрывал. 
229