Туча плачет, как влюбленные, Сад смеется, как возлюбленная. Гром рыдает, как я, Когда я горестно рыдаю на рассвете. Это несомненно — часть весеннего наеиба с искусно вплетенным в него любовным мотивом. Наряду с такими стихами от произведений Шахида сохранилось не­ мало бейтов злых и ядовитых сатир, по-видимому, направленных преиму­ щественно против того или иного поэта. Это показывает, что Шахид, по всей вероятности, яростно сражался со своими конкурентами, стремясь обеспечить себе привилегированное положение. Н е брезгал он, должно быть, и прямым обращением к сильным мира сего с напоминанием о себе. Т а к , поэт обращается к везиру Джайхани со словами: Если ходжа меня забыл, То я напомнил о себе запиской: Ведь грудное дитя пока не заплачет, Мать не даст ему с любовью молока. Однако приходится думать, что хотя Шахид и напоминал о себе, но «матери»-феодалы не очень-то охотно угощали его «молоком», пред­ почитая ему других поэтов, которых он сам, видимо, считал стоявшими неизмеримо ниже себя. О б этом свидетельствуют такие строки: Знание и богатство — нарцисс и роза, Которые в одном месте одновременно не цветут. У кого знание есть, у того богатства нет, А у кого богатство есть, у того знаний маловато. Шахид считает, что ученым людям в его время приходится трудно, что их не уважают: v^wl^o jj jl dLJ j {J^-H · j 1 J-^-U-J О знание, как мне жаль тебя, ведь Лишено ты цены, хотя [всякая] ценность от тебя. Без тебя да не будет у меня сокровищницы, [полной] богатств, У ж лучше так, в нужде, да с тобою. Для образованного человека образование его — его дружина, А необразованный и со [свитой из] тысячи человек — один. Это — явный выпад против не оценившей его по заслугам аристо­ кратии. И в конце концов Шахид приходит к еще более мрачным обоб­ щениям: 148