Большую монографию, посвященную эпохе, жизни и творчеству Руда­
ки, опубликовал С. Нафиси 1 9 . С. Нафиси использовал очень много источ­
ников, он точно установил, что сохранилось из произведений 
поэта, 
и 
познакомил читателя с отдельными моментами биографии Рудаки. Анали­
за творчества Рудаки С. Нафиси не дал, но, несмотря 
на это, работа 
его — значительный шаг вперед по сравнению 
с 
прежними 
исследо­
ваниями. 
В 1940 г. известнейший таджикский писатель и ученый С. Айни со­
вместно с А . Дехоти опубликовал небольшую монографию о Р у д а к и 2 0 . 
В этой книжке интересен рассказ о том, как С. Айни установил, что ро­
диной Рудаки был кишлак Панджрудак, расположенный неподалеку 
от 
Самарканда. 
Работа 
Садриддина 
Айни 
позволила раз и навсегда от­
бросить все нелепые этимологии нисбы Рудаки, возводящие ее к слову 
РУД («музыкальный инструмент»), и признать, что это 
самая обыкновен­
ная географическая нисба. Т а к как Панджрудак входил в область Самар­
канда, то понятно, что Рудаки мог 
называться 
также и Самарканда 
С. Айни и А . Дехоти правильно определили отношение Рудаки к таджик­
ской литературе и сделали много тонких и ценных замечаний. К сожале­
нию, им остались неизвестны материалы С. Нафиси, и потому они повто­
рили некоторые старые ошибки, например легенду о слепоте поэта, неосно­
вательность которой С. Нафиси 
убедительно 
доказал. 
Недоступность 
некоторых источников привела к тому, что С. Айни и А . Дехоти смогли 
приложить к монографии очень мало образцов 
текста, часто к тому же 
значительно искаженных. 
Работа С. Айни разрешила все сомнения относительно места рожде­
ния поэта. Это — кишлак Рудак-и Панджруд, расположенный на террито­
рии (нынешнего Пенджикентского района Таджикской С С Р . Таким образом, 
имя Рудаки — не тахаллус в позднейшем 
смысле этого слова, а лишь 
нисба. Правда, Рудаки иногда пользовался этой нисбой как тахаллусом, 
например, в таких строках: 
ô L f j l jtr-^ f**—* S*JJ 
<3-**—* J** 
От любви, словно Рудаки, пресытился я жизнью, 
От кровавых слез ресницы мои стали кораллами. 
Или: 
Приди теперь, взгляни на Рудаки, 
Если хочешь [видеть] тело, двигающееся, но лишенное жизни. 
Источники, 
сообщающие дату смерти поэта, обычно указывают на 
329 (940/41) г. Сам Рудаки в стихах неоднократно писал о своей старости. 
Не говоря уже о знаменитой элегии, мы находим у него такой бейт: 
Оборвалась молодость, [ушла] смелость в речах, 
Да и натура моя стала неповоротливой. 
(далее — С . Нафиси, Рудаки...). 
, , 
л
г
л
л . 
2 0 Ustod Rudaki, tartibdihandagon: S. Ajnl, A . P. Debotî, Stalinobod, 1940. 
9 
E. Э, Бертельс 
12?