лиц 
поэмы 
«Хамса» 
упорно 
называется 
Надвар 
вместо 
правильного 
Навдар. 
Последний, третий том (на узбекском языке) трактует вопрос о влия­
нии Навои на дальнейшее развитие узбекской и татарской 
литератур. 
Это самая интересная часть всей большой работы. Здесь 
много 
нового, 
здесь 
видно 
основательное 
знакомство 
автора 
с 
этими 
литературами. 
В сущности говоря, если бы эта часть была развита пошире, то именно 
она уже составила бы полноценную докторскую диссертацию. 
Перехожу к выводам. М ы видели, что в представленной нам на суж­
дение работе немало разнообразных недочетов, список которых еще мог 
бы быть увеличен. Вероятно, против некоторых из моих замечаний автор 
и сможет что-нибудь возразить, но с большей их частью ему по зрелом 
раздумье придется, верно, согласиться. Н о из этого все же, мне кажется, 
еще не следует, что эту работу следует отклонить. Напротив, я все-таки 
убежден, что мы должны присвоить ее автору степень доктора филоло­
гических наук. Проф. Саади работает в своей области более тридцати лет. 
Им написано и напечатано более ста научных работ. В области истории 
татарской литературы он до известной степени является пионером. Он 
ведет большую педагогическую работу в двух университетах У з С С Р 
и, 
можно сказать, является в Узбекистане главным и почти что единствен­
ным специалистом в данной области. Отмеченные мною недочеты в зна­
чительной 
степени 
проистекают 
оттого, что проф. Саади 
воспитан 
на 
совершенно иных методах научной работы, чем методы, 
выработанные 
нашей русской филологической школой. С этой разницей мы не можем 
не считаться.