ценнейшее указание на то, что именно ценили в то время в Герате. Он на­
зывает Рудаки, Унсури, Му'иззи, Анвари, Хакани, Са'ди, Сана'и, Низами, 
Захира Фарйаби, Салмана Саваджи. Правда, здесь по причинам тематики 
этой части поэмы поименованы преимущественно одописцы, но для изуче­
ния поэтической техники X V в. учитывать этот список необходимо. 
Таким образом, сами источники подсказывают нам тот путь, по кото­
рому нужно идти, чтобы решить стоящую перед нами сложную задачу. 
Правда, путь этот будет труден и долог, как путь «тридцати птиц» Навои, 
но зато он даст безусловные выводы, которые иной, более дешевой ценой 
не добудешь. Соблазнительно сопоставить взгляды Навои с европейским 
изложением философии Ибн Сина, но где доказательство, что Навои его 
труды штудировал? А здесь под ногами твердая почва, ибо доказатель­
ством являются, во-первых, свидетельства самих современников, во-вторых, 
характерное изобилие рукописей всех этих книг в среднеазиатских библио­
теках. 
Таким образом, думаю, что, продолжая готовить академические изда­
ния Навои, мы все же немедля должны взяться за тщательный анализ 
его «библиотеки». Другого надежного пути я не вижу. 
29 
Е. Э. Бертельс