К В О П Р О С У О М И Р О В О З З Р Е Н И И 
Н А В О И 
Изучение творчества великого узбекского поэта Навои успешно раз­
вивалось даже в трудных условиях военного времени. Характерная черта 
всех работ последних лет — стремление к конкретности, к проникновению 
в самые глубины творений поэта. Это вполне законное стремление, естест­
венно, влечет за собой желание воссоздать, пока хотя бы и в общих чер­
тах, мировоззрение Навои. 
В настоящей краткой заметке я не ставлю себе задачей установить 
какие-либо черты этого мировоззрения. Задача эта крайне сложна и тре­
бует, как мне кажется, целого ряда предварительных работ, пока еще ни­
кем не предпринятых. Наметить же приблизительно объем и характер этих 
работ я себе и позволю. 
Прежде всего надо заметить, что главная масса произведений Навои — 
произведения художественные. Работ такого характера, как трактаты Фа-
раби или Ибн Сина, т. е. работ, посвященных научному изложению основ­
ных философских взглядов, Навои нам не оставил. Таким образом, иссле­
дователю Навои 
приходится 
высвобождать 
мысль Навои 
из оболочки 
художественного образа, расшифровывать этот образ. Такого рода анализ 
крайне труден, ибо очень велика опасность произвольного толкования и 
особенно модернизации. Опасность эта становится еще более угрожающей, 
когда творчество Навои изучается пусть в целом, но в отрыве от всего 
«контекста» литературы X V в. 
Навои был бесспорно передовым 
человеком 
своей эпохи, пытливой 
мыслью стремился 
заглянуть 
вперед. Н о при всем том он был 
все же 
человеком своей эпохи, взгляды его всегда были, так или иначе, связаны 
с существовавшими тогда воззрениями, которые поэт либо признавал, либо 
отрицал. Это положение бесспорно. Следовательно, его взгляды надлежит 
изучать на фоне взглядов эпохи. Н о что знаем мы о взглядах той эпохи? 
История 
философии 
Востока 
пока 
не написана. 
Если 
мыслите­
лям X в. — Фараби, Ибн Сина, Бируни — и было уделено какое-то вни­
мание и определены (зачастую, совершенно произвольно и неверно) их 
философские позиции, то о дальнейшем течении мысли Востока европей­
ская наука не задумывалась, отмахиваясь нелепым утверждением, что ни­
чего оригинального эта мысль, мол, все равно не создала. Поэтому мы 
стоим перед необходимостью 
всю эту 
работу 
начинать 
с самых 
азов. 
Есть ли у нас для этого материалы? Безусловно, и даже в изобилии. 
Известно, что уже с X I I I в. философские (в узком смысле) работы 
в мусульманском мире почти перестают появляться. По причинам, о кото­
рых мы здесь говорить не будем, философская мысль или набрасывает на 
себя оболочку 
суфизма, 
или укрывается 
под художественным 
образом, 
аллегорией, иносказанием. 
447