мусульманским ученым как мудрец, отрекшийся 
от всех земных 
благ, 
а также, что в рукописи имена Букрат и Сукрат очень легко могут быть 
смешаны, то думаю, что мы будем вправе принять, что и Низами в дан­
ном случае говорил о Сократе, но имя это еще в начале X I V в. было 
искажено переписчиками. 
Закончив серию философских анекдотов, Низами приступает к вы­
явлению глубины научной мысли Искандара. К нему приезжают мудрецы 
из Индии и устраивают диспут, причем Искандар на все самые трудные 
вопросы дает удовлетворительный 
и убедительный 
с точки зрения той 
эпохи ответ и так побеждает своих соперников. После отъезда индийцев 
Искандар 
устраивает 
во 
дворце собрание 
мудрецов для 
обсуждения 
вопроса о происхождении земли и неба. Высказываются следующие уче­
ные: Аристотель, Валис (такого философа мы не знаем, но так как у Ни­
зами он излагает теорию о происхождении мира из воды, то думаю, что 
мы не ошибемся, если отождествим его с Фалесом Милетским
 
1 5 1 ), Були-
нас, т. е. Аполлоний Тианский, Сократ, Фурфуриус, т. е. Порфирий Тир-
ский, ученик и издатель трудов Плотина
 
1 5 2, Хармис, т. е. Гермес Трисме-
гист, и Платон. Иначе говоря, соблюдено священное число семь, фило­
софы названы совершенно реальные, но к хронологии проявлено полней­
шее презрение. Можно думать, что о времени, когда жили все эти фило­
софы, Низами едва ли имел какое-либо представление. 
После всех мудрецов высказывается и сам Искандар. Хотя Низами и 
признает его решение вопроса превосходящим по глубине высказывания 
Есех его ученых, но все же он приводит и свое собственное мнение, кото­
рое, видимо, считает более правильным. 
Итак, Искандар достиг вершины знания. Дальше в познании мира 
двигаться некуда, и он все свои помыслы обращает на познание бога. Тут 
наступает решительный перелом в его жизни. Перед ним предстает бо­
жественный вестник и сообщает ему, что ему дается пророческая миссия. 
C X ^ b 
^
.
^
А
^ 
c u ^ J U S Ц А . y 
>\> àS3\j 
03y
153 
Кроме того, что он дал тебе владычество над миром, 
пожаловал он тебя пророческим саном. 
Искандар должен обойти мир и призывать людей к истинному пути. 
Никто нигде не сможет причинить вреда ни ему, ни его дружине, он бу­
дет понимать языки всего мира, точно так же как и его самого и его рум-
ский язык будут понимать все народы мира. Известно, что каждый про­
рок, по мусульманским воззрениям, 
должен 
обладать чудесной способ­
ностью 
(му'джиза), 
которая 
и доказывает 
людям 
его 
миссию. 
Д л я 
Искандара эта чудесная способность — высшая мудрость. Иначе говоря, 
его религия, которая у Низами нигде не определяется, — это наука. Та­
ким образом, эта глава вводит нас во второй раздел второй части поэмы. 
Совершенно очевидно, что, показав в «Шараф-наме» 
Искандара-завоева-
теля, 
в первой 
части 
Низами 
разворачивает 
перед нами 
образ царя-
философа, царя-ученого, 
для 
чего 
здесь 
и 
подбирался 
так тщательно 
материал из античных авторов. Вторая и последняя часть «Икбал-наме» 
должна теперь показать 
нам 
Искандара-пророка, 
т. 
е. выполнить 
тот 
план, который Низами намечает уже во вступительных главах «Шараф-
наме», когда говорит: 
1 5 1 Как начальное $ 
его имени могло перейти в В, мне, однако, совершенно неясно. 
1 5 2 Появление этого имени тоже не случайно, Вспомним огромный интерес к нео­
платонизму в суфийских кругах, а также то значение, которое 
«Екза^со^т)» Порфирия в 
арабском переводе имела в научном обиходе Ближнего Востока. 
1 5 3 Низами Ганджави, Икбал-наме, 
стр. 
104. 
331