хаммад ибн Насира Алави, который снова возвращается в касыде к теме 
о воде жизни: 
^ j w J ^ i . - ^ 
^ХЬо 
J O U-^^wo 
^ 
<JJ>—£ O L A . 
<x5oT д 
С тех пор как я вкусил живую воду правосудия, 
лишенным блеска [безводным] кажется мне 
царство Искандара. 
Здесь намек на то, что правосудие шаха выше правосудия Искандара, 
т. е. предполагается, что для читателя Искандар — синоним правосудия. 
Прелестная игра слов, достигнутая применением слова беоб, означающего 
«лишенный прелести, достоинства, блеска, вялый, сухой» и в то же время 
«безводный». Царство Искандара действительно безводно, ибо воды жизни 
он так и не нашел. 
Таким 
образом, 
можно 
думать, 
что 
после Фирдоуси сказания об 
Искандаре пользовались в известных кругах значительной популярностью. 
Приведенные цитаты убедительно показывают, что основные моменты ска­
зания поэты предполагают известными своим слушателям или читателям. 
Намеки так сжаты, что без такого предположения поэт не мог бы рас­
считывать на полное понимание. Конечно, придворные поэты X I — X I I вв. 
отнюдь не стремились быть легкодоступными для понимания, но все же их 
намеки не имели бы надлежащего политического эффекта, если бы основ­
ные элементы легенды не были известны восхваляемому носителю власти. 
5 
Можно думать, что наряду с использованием образа Искандара как 
одного из властителей Ирана, его образ в ранней арабской 
литературе 
служил и для иных целей. Уже в V I I I в. в халифате ясно ощущалась по­
требность в книгах, трактующих вопросы управления, говорящих о свойст­
вах и знаниях идеального носителя власти. В шуубитских кругах эти во­
просы приобретали совершенно особую остроту. Отсюда громадный интерес 
к «Калиле и Димне», отсюда сугубое внимание к обширной 
литературе 
пехлевийского андарза 
(назидания). Совершенно очевидно, что у авторов 
этого времени мог быть выбор только двух групп источников: или гре­
ческие TCoXiTixat или 
всевозможные 
зерцала 
Сасанидов, как 
«Аин-на-
маг», «Тадж» у «Худай-намаг» и др. С какими из греческих работ этого 
типа были знакомы в халифате, сказать пока трудно. Н е нужно забывать,, 
что «Политика» Аристотеля и в западном мире широкого распространения 
не имела. Несомненно поэтому, что все шансы на преобладание 
имели 
источники иранские, которые были под руками, близки и понятны и, на­
конец, вполне отвечали политическому устремлению шуубитов. К сожале­
нию, из обильной литературы этого жанра время пощадило лишь очень 
немногое. Приходится отметить также и то обстоятельство, что сохранив­
шаяся часть этих материалов использована пока в очень малой степени, 
и литература адаба
6 4, крайне интересная во многих отношениях, осве­
щена наукой мало. Здесь не место поднимать все эти богатые пласты во 
всем их обилии. М ы остановимся на двух памятниках, относящихся к концу 
X I 
в. и показывающих, 
какое отношение 
к Искандару 
складывалос?> 
в то время рядом с зафиксированной хрониками и поэмой Фирдоуси тра­
дицией. 
Одна из этих книг — любопытная «Сирадж ал-мулук» («Светоч ца­
рей») Абу Бакра Мухаммад ибн Мухаммад ибн ал-Ьалид ал-Фахри ат-
6 4 А д а б 
(араб.) — образованность, воспитанность; позднее в значении: светска» 
литература. 
306