^JàS CU-<-ol o>\> 
y—^—A.—».—A 
s > >^_5ч_з^х) 
CI^JLA^O ^ИЛХ^О 
У-*}-* 
c X — J j ^ - i _а J, > I—Ю J,—ALX._^ ^ L Ä J > \ 
116 
Халиф однажды завтракал. Перед ним поставили жареного барашка. 
Подошел бедуин из пустыни, и [халиф] подозвал его. Бедуин уселся и 
занялся едой с величайшей жадностью. Халиф сказал: „Что это? Т ы так 
раздираешь и алчно пожираешь этого барашка, словно отец его боднул 
тебя рогами". 
Бедуин ответил: „Не так это! А вот ты с таким состраданием смот­
ришь на него и страдаешь оттого, что его едят, словно мать его кормила 
тебя своим молоком". 
Ходжа так сострадателен и милостив 
к своему добру, 
что на все решительно взирает оком сострадания. 
Если подвергнутся его барашек или овца 
хотя бы небольшой опасности, 
взамен их он пожертвует и своей матерью, 
и дорогим ребенком. 
Язык здесь даже проще и естественнее, чем в «Гулистане». Отли­
чается книга от «Гулистана» и по содержанию. Характерно, что рассказы 
о царях, занимающие у С а д и первое место, здесь отнесены в третий раз­
дел, а на первое место выдвинуты дервиши и ученые. 
Крайне характерно для Джами и то весьма значительное место, кото­
рое он отвел в седьмом разделе историко-литературным заметкам. Н е слу­
чайна и та особенность книги, что при всех заимствованных сюжетах есть 
указание источников, откуда они взяты. Чувствуется, что автору приходи­
лось много иметь дела с книгой и что ему была известна техника научной 
работы. Здесь не место входить в обстоятельное сличение «Бахаристана» 
и «Гулистана», но хотелось бы отметить, что такая работа крайне жела­
тельна, ибо она могла бы отчетливо показать изменения, 
происшедшие 
за три столетия, отделяющие Джами от Са'ди. 
Богословие 
Не подвергая анализу такие специально богословские работы Джами, 
как большая биография пророка Мухаммада, или изложение и объяснение 
обрядов, сопровождающих хадж, или описание выполнения зикра, отметим, 
однако, что и в такие работы Джами вводил элементы художественности. 
Особенно характерно для него применение в таких случаях руба'и — формы, 
которую он, видимо, считал особенно удобной для изложения изречений 
и этических догм. Так, в его комментарии на сорок хадисов, написанном 
в 886/1481-82 г., он даже изречения пророка переводит, придавая им форму 
четверостишия
 
1 1 7'. Вот характерный образец: 
À - U A À J J «_^sti L A ^ L . ^ ) CUcc* ( ^ Х ^ 
СУ<§2 
^
 
1
1
8 
1 1 6 Там же, л. 4196—420a. 
1 1 7 Что, впрочем, и до него уже делал хорезмский поэт Рашидаддин Ватват. 
1 1 8 Джами, Куллийат, 
л. 574б. 
248