Навои внимательно изучил стихи своего наставника. Ему тут же при­
шел в голову матла (начальный бейт) стихотворения в том же стиле. О н 
записал этот бейт и со стоянки Тукуз-рабат послал его с гонцом к Джами, 
спрашивая, стоит ли продолжать эту касыду. 
Гонец привез ответ: продолжать безусловно нужно. Навои закончил 
эту касыду уже в Мерве, назвал ее «Тухфат ал-афкар» («Подарок раз­
мышлений») и первый ее экземпляр послал Джами
 2 7 9 . 
Джами дал такой отзыв об этой касыде: 
tvX—£> y> ^—-o 
L . ^ — Ъ A I - * . ^ о> 
— * — O L _ ^ Л . ^ ^ . ^xiô 
[XS\ ^\)> 
2 8 0 
Когда я прочитал несколько слов этой касыды, 
увидел я, что пленены ею сердца избранных. 
Но в то время, когда глаза проницательности 
раскрылись, увидел я, что все сердца ею уловлены. 
Выше мы видели, что и теперешнее строение диванов Джами и Навои 
возникло в результате творческого общения. 
Н о советы Джами не ограничивались вопросами творчества. Они за­
трагивали и частную и общественную жизнь Навои. Когда Султан-Хусайн 
собрался в поход на Кундуз, в Герате это предприятие не одобрили и 
были озабочены его исходом. Навои должен был сопровождать своего 
повелителя. Перед отправлением Джами сказал ему: «Старайся насколько 
возможно воспрепятствовать этому походу, а если это не удастся и поход 
все же будет предпринят, — сообщи мне об этом в письме»
 2 8 1 . 
Итак, мы видим, что встреча Навои с Джами действительно имела 
результатом дружбу, длившуюся до самой смерти Джами. Корни 
этой 
дружбы, конечно, не только в индивидуальных чертах характера этих двух 
выдающихся 
мужей — она укреплялась 
общностью их 
миросозерцания, 
полным совпадением их взглядов на цели и задачи литературы. 
Джами в своей поэме «Златая цепь» так говорит о задачах литера­
туры: 
^.£Ä>0 £)\ j LJudaJ j ^Xè> 
Ä 
I—^ ^£.-Л.,ЛАЛ> ia-Ä-J >j à yS 
> 
Если слово и смысл его [стройно] сочетались, 
одно — тонко и изящно, другой же — веский, 
то слава о нем поднимется к небу, 
имя поэта прогремит по всему миру. 
279 Полный текст этой касыды Навои пока неизвестен. Начало ее таково: 
уЬщу \у1\о)у^Л^. çl'S 
£^>.*ÙX J \ 
Огненный лал, что украшает венец царей,— 
это искра для переваривания пустых мечтаний в голове 
(т. е. разжигания страстей. — Е. Б.). 
Навои, Хамсат ал-мутахайиирин, 
л. ЗЗб—34а. 
Там же, л. 41. 
2 8 2 Джами, Хафт авранг, стр. 144. 
280 
281 
124