вестной степени определяет содержание, замыкаемое в рамки, еще более 
узкие, чем обычная тематика газели. Навои решает свою задачу 
так: 
^ 
ъуА* 
oj^l J £ 
с?$>уЛ 
с ^ ^ - ^ 
Тот розовощекий кипарис пролил на розы воду пота. 
Чтобы предотвратить мое сгорание, она пролила на огонь воду. 
(Пролил на розы, т. е. на розовые щеки.) 
Далее поэт вводит фигуру хусн-и 
та лил (красивое обоснование). Так 
называют оборот речи, когда поэт объясняет причину какого-либо явления, 
причем приводит явно фантастическое, но зато изящное обоснование. Лю­
бимая вспотела не потому, что ей жарко, а потому, что она видит огонь 
его страсти, но не хочет ее и жестоко ее гасит. 
» 
Ä _ £ 
к£у*\ A-t*J^3 j£ 
^ ^ ^ ^ J L A - Ä J » C ^ ^ - \*j3$. 
Если ее уста смеются, оттого что льется ее Пот 
это не д и в о , — 
ведь не откроется бутон, пока не напьется цветник 
воды. 
Она усмехнулась — и снова та же фигура: усмешка — это роза, рас­
пустившаяся оттого, что цветник полили. Здесь в ткань 
стихотворения 
искусно введено шаблонное, устаревшее сравнение: ротик — бутон, но оно 
так замаскировано и так искусно подано, что приобретает новую остроту 
и свежесть. Кроме того, бейт содержит бытовую деталь: цветник в Средней 
Азии не может существовать без искусственной поливки. 
^wXJ^J» ^ - о - ^ л л . ^ . 
£?Ь?)\)з\ 
Так как меч ее наносил мне удар за ударом, 
усталое мое тело ослабело,— 
ведь если кто слишком много выпьет воды, хотя бы ЗемзеМа, 
причинит вред вода. 
Здесь использовано второе значение слова 
су — «вода». Оно может 
также обозначать хорошее качество стали, закалку меча. Сверкание меча 
вызвало у поэта слабость. Это оттого, что меч — вода, а вода, даже из 
священного колодца Земзем в Мекке, если ее пить неумеренно, причиняет 
человеку вред. Опять та же фигура: 
Кроме пыли из-под ног подруги, не вижу я другого 
целебного 
зелья, 
о врачеватель, когда из моих глаз много льется воды. 
1 7 5 Навои, Чахар 
диван. 
1 7 6 Там же. 
1 / 7 Там же. 
1 7 8 Там же.