l _ * b 133 Гуляки мы, влюбленные, сжигающие мир и рвущие на себе одежды. Раз есть у нас благо тоски по тебе, чего бояться мысли о мире? Бесстрашно шествует сердце наше по пути к небытию. Раз владеет нами страсть, страшиться ли гибели? Душа смятением объята, ибо чарует сердце краса, сердце тонет в бытии, ведь грозна любовь. Сто зарослей тюльпанов любви взошло из моего пепла, с тех пор как начисто я сгорел на огне влечения к другу. После кончины моей, когда придешь ты к моему праху, я, полный любви к тебе, высуну голову из праха. Опьянены кубком любви к тебе были душа и сердце еще до того, как явились вино, виноград и лоза. Касим жив в мире ароматом любви к тебе. О крайний предел желаний, о радость моя, жертвой твоей да стану! Едва ли можно считать эти стихи подходящими для четырехлетнего ребенка. Н о понятно, почему именно они были удержаны его памятью. Автор их, Али ибн Насир Табризи, родился в Сарабе (Азербайджан). Он увлекся суфийскими учениями, начал сам проповедовать их и писал пламенные стихи в духе знаменитого мистического поэта Джалаладдина Руми. Пи­ сал он не только по-персидски, но и на гилянском диалекте и на азербай­ джанском языке. Странствия привели его в Среднюю Азию, где его учения имели огромный успех, особенно среди тимуридских царевичей. Н о дело в том, что кроме проповеднической деятельности Касим ал-Анвар, как называл себя этот шейх, занимался также и пропагандой против Шахруха и, можно думать, подстрекал против него других Тимуридов. Все возраставшее влияние его обеспокоило Шахруха, и он отдал приказ — предложить шейху в самой вежливой форме покинуть тимурид- ские владения. Прибыв к шейху, посланцы Шахруха никак не могли решиться передать ему приказ эмира. Наконец, собравшись с силами, они известили его, что ему надлежит немедленно покинуть Герат. — Почему же? —спросил Касим ал-Анвар. — Что объяснять, — сказали гонцы, — поступите так, как сказано в одной из ваших газелей: Касим, не тратя лишних слов, вставай и в путь ступай! Т ы сахар попугаям брось, а падаль коршунам оставь! 1 3 3 Текст дан по прекрасной рукописи Института востоковедения им. Бируни А Н У з С С Р в Ташкенте, № 2286, переписанной Зайнаддин ибн Абдаллахом Ираки в 856/1452 г., т. е. примерно через двадцать лет после смерти автора. См. Касими, Диван, л. 121б. 71