К  истории  аграрных  отношений  о  Бухаре  в  XVI  в. 
47 
образом,  в  той  или  иной  своей  части  в  средство  обогащения  одной 
группы  класса  феодалов—крупных  духовных  землевладельцев,  высту­
павших  в  данном  случае  в  качестве  посредников  между  юридиче­
скими  собственниками  земли  (мечеть,  медресэ  и  др.)  и  непосредствен­
ным  производителем  (крестьянином­издольщиком).  Такое  положение 
достаточно  отчетливо  показывает,  что  юридическая  принадлежность 
вакуфной  земли  тому  или  иному  религиозному  учреждению  в  ряде 
случаев  являлась  простой  фикцией,  прикрывавшей  собой  одну  из форм 
сословно­иерархического  частного  феодального  землевладения. 
Нет,  впрочем,  ни  оснований,  ни  надобности  утверждать,  что  обога­
щение  бухарского  духовенства  и  светских  феодало в  за  счет  вакуфных 
земель  в с е г да  протекало  в форме  п ря мого  за х в а та  этих  земель, 
на что отчасти указывают наши документы.  Повидимому,  более обычным 
путем  являлся  путь  присвоения  доходов  с  вакуфных  земель  их  мута­
валлиями,  о  чем свидетельствуют  многие  данные  позднейшего  времени.1 
Результатом  подобного  же  рода  злоупотреблений  со  стороны  мута­
валлиев  являлся  и описанный  выше переход  вакуфных земель  во владе­
ние  частных  лиц.  Расхищению  вакуфных  фондов  несомненно  должна 
была  способствовать  также  система  сдачи  сбора  налогов  с  вакуфных 
земель их мутаваллиями на откуп отдельным лицам, в связи с чем также 
происходило 
множество 
злоупотреблений,  а  также 
насилий  над 
крестьянами.2  Этим  же  обстоятельством  отчасти  можно  объяснить 
и тот  факт,  что  когда­то  многочисленные  и  богатые  вакуфы  медресэ 
ходжи  Ахрара  в  Самарканде  к  моменту  присоединения  Самарканда 
к России  были  представлены  довольно  жалкими  остатками,  учет  кото­
рых к тому  же  был  поставлен  совершенно  неудовлетворительно.3 
В заключение  необходимо  отметить,  что наши документы  указывают 
на необычайную  многочисленность  вакуфных  земель  в  Бухаре  во  вто­
рой  половине  XVI  в.,  что,  с  одной  стороны,  вполне  подтверждает 
исключительное  значение  Бухары  как  религиозного  центра  Средней 
Азии,  с  другой — указывает  на  высокий  удельный  вес  духовенства 
в местной  политической  и  экономической  жизни. 
Помимо  указанных  категорий  феодальной  земельной  собственности, 
надо иметь в виду также  условно­ленное  землевладение  союргал, танха, 
о  котором  говорилось  выше. 
Чтобы  завершить  нашу  краткую  характеристику  содержания  джуй­
барских  документов  и  отметить  их  важность  для  целей  изучения 
прошлого  Средней  Азии,  в  частности  Бухары,  необходимо  указать, 
что изложенными  выше  сведениями  содержание  документов  далеко  не 
исчерпывается. 
Акты  джуйбарского  архива  дают  возможность  подойти  к  изучению 
также  целого  ряда  других  вопросов  более  частного  характера,  таких, 
например,  как  вопрос  о  состоянии  земледелия  и  ремесла,  историческая 
география  и  топонимика  Бухары  второй  половины  XVI  в.,  местная 
метрология  и  т.  д.  Значительный  интерес  представляют  также  некото­
рые  из  документов  (383  я  ел.),  касающиеся  покупки­продажи  земли 
в районах  современной  Туркмении. 
1  См.:  В.  П.  Н а л и в ки  в.  Положение  вакуфвого  дела  в  Туркестанском  крае. 
Фергавский  ежегодник  за  1904  г.,  т.  III,  стр.  21  ел.  См.  также:  Л.  Н.  С о б о л е в , 
ух.  соч.,  стр.  334. 
2 Там  же,  стр.  335. 
» Там  же.