пли многоснежность, предугадывать качество будущего травяного покро­
ва. Средп народных метеорологов (эсепчи) большой известностью в При-
иссыккулье пользовался в конце XIX в. Манаке Айманбаев. Обобщая на­
родный опыт и знания, некоторые эсепчи своими прогнозами и советами 
помогали скотоводам и земледельцам в их трудовой деятельности. 
Совершенно исключительны познания киргизов в области живой при­
роды. С глубокой старины им известны сотни различных горных расте­
ний, причем хорошо выяснены их ядовитые или полезные свойства как 
для домашних животных, так и для человека. Особой, можно сказать, 
виртуозности в распознавании видов и подвидов хищных птиц, исполь­
зовавшихся для охоты, достигали обслуживавшие киргизскую знать 
опытные охотники. 
Довольно точны были анатомические познания киргизов, особенно 
в отношении домашних животных, хорошо разработана терминология для 
мастей домашних животных, их возраста. 
Однако, несмотря на всю их ценность, эмпирические знания не могли 
помочь трудящимся выйти из состояния культурной отсталости, в ко­
тором киргизский народ пребывал веками и которое лишь усугубилось 
в условиях колониальной политики царизма. 
Всячески задерживая развитие культуры на окраинах, царизм стре­
мился оставить киргизский народ в темноте и невежестве. До Октябрь­
ской революции киргизы были почти сплошь неграмотными. Грамотных 
насчитывалось менее 2%. Это были преимущественно манапы, баи, чины 
местной администрации, служители культа. Грамотные женщины исчис­
лялись десятками. На территории современной Киргизии в 1914—1915 гг. 
было 103 начальных, три семилетних и одна средняя школа. Во всех шко­
лах обучался 7041 ребенок и средп них всего 360 киргизских детей. 
До присоединения к России обучением киргизских детей занимались 
приглашавшиеся манапамп в собственные аилы узбекские муллы, все 
знания которых сводились к умению читать некоторые главы корана, 
который они плохо понимали. С присоединением края к России в аилах 
начали появляться татарские учителя, обладавшие несколько большими 
знаниями, чем их предшественники. Возникавшие аильные начальные шко­
лы конфессионального тппа — мектебы (мектеп) — устрапвалпсь обычно 
при мечетях, где имелся пмам, который и обучал детей. Родной язык в них 
не изучался. Ряд таких мектебов содержали манапы и баи; в них обуча­
лись дети их приближенных и родственников. Усвоившие грамоту полу­
чали должности писарей у волостных управителей ИЛИ же какое-либо 
место в аппарате местной администрации. Бедняк, если он п был грамот­
ным, обычно на такие должности попасть не мог. 
Русско-туземные училища, существовавшие в некоторых пунктах (Пиш-
пек, Ош, Кетмень-Тюбе, Пржевальск), готовили преимущественно кадры 
переводчиков п мелких чиновников для местного административного ап­
парата. Хотя количество этих училпщ было крайне незначительно, а сис­
тема преподавания в них не приводила к ощутимым результатам, все же 
они сыграли некоторую положительную роль, оказывая известное влияние 
на общее развитие киргизской молодежи, открывая путь для проник­
новения элементов русской культуры в среду киргизского населения. 
Овладение русской грамотой создавало предпосылки для знакомства с рус­
ской литературой. Средп учителей (пх было всего 216) также имелось не­
которое количество прогрессивных представителей русского народа. 
Таким образом, вопреки желанию царского правительства, через шко­
лы, через общение с демократически настроенными учителями киргиз­
ский парод, хотя и медленно, начинал приобщаться к передовой русской 
культуре. 
Последовавшая за установлением Советской власти культурная рево­
люция в Киргизии распространилась до самых отдаленных кыштаков 
284