Обе эти формы феодальной эксплуатации имели характер отработоч­
ной ренты, своего рода барщины, носившей лишь внешние признаки ро­
довой взаимопомощи. Вступая в такого типа отношения с манапом и баем, 
обедневший скотовод или земледелец попадал в кабальную зависимость 
к феодалу, оказывался в известной мере закрепощенным им. 
Явные черты барщины имела и такая форма «помощи» манапу или баю, 
как ашар. По предложению манапа зависимая от него букара в короткое 
время коллективно выполняла в его хозяйстве какую-либо большую ра­
боту, связанную с обработкой полей и уборкой урожая. От манапа тре­
бовалось только угостить своих даровых работников. 
Среди киргизов, в особенности на юге, получила развитие эксплуата­
ция беднейшего дехканства и в форме издольщины (орток). 
Все эти виды эксплуатации были очень изнурительными для букары. 
Однако ими дело не ограничивалось. У киргизов получила большое раз­
витие и рента продуктами, ложившаяся тяжелым бременем на плечи бу­
кары. Манапы заставляли подвластное им население систематически 
платить оброк, носивший название салык; он взимался скотом (обычно ов­
цами и лошадьми) и продуктами. Кроме того, букара была обязана достав­
лять скот и продукты для манапского стола (союш), покрывать расходы, 
произведенные манапами на угощение гостей, пиры и праздники (чыгым), 
собирать скот для призов на скачках и состязаниях, для подарков по слу­
чаю свадьбы членов манапской семьи. Охотники должны были в обяза­
тельном порядке доставлять добытую дичь к столу манапа, искусные ма­
стера — «дарить» манапу лучшие образцы своего труда. 
В тех случаях, когда авторитет и сила патриархальной традиции, 
освященной веками, оказывались недостаточными, на сцену выступали 
исполнители манапской воли — безжалостные джигиты, с нагайкой 
в руках приводившие в повиновение непокорных, а также манапский суд. 
Манапы нередко сами, наряду с судьями-биями, осуществляли судеб­
ные функции, получая за решение дела с тяжущихся судебную пошлину 
(бийлик), а с виновной стороны штраф (аймп ). 
В большинстве 
случаев бии-судьи также были ставленниками манапов и не решали ни 
одного дела без совета с ними. 
В судебной практике и манап и бий руководствовались неписанным 
обычным правом. Оно исходило из уже сложившихся твердых положений 
неравенства между богатыми и бедными, между мужчиной и женщиной. 
Например, величина выкупа за кровь колебалась в зависимости от того, 
какое общественное положение занимал убитый, был ли он богат или 
беден. Таким образом, родовые обычаи и суд бнев служили важным идео­
логическим оружием в руках господствовавших классов. Использовались и 
другие формы идеологического воздействия на массы. 
Большую роль в сохранении косности,отсталости общественной ЖИЗНИ 
И семейно-бытового уклада киргизского населения играло родоплеменное 
деление и связанные с ним представления. Феодальная верхушка киргиз­
ского общества была кровно заинтересована в сохранении родоплеменного 
деления и умело его использовала в качестве орудия угнетения собствен­
ного парода. Она способствовала распространению генеалогических пре­
даний, в которых утверждались чистота и древность происхождения тех 
или иных манапских родов. Таким образом, феодалы выступали в ка­
честве главных посителей и хранителей пережитков идеологии патриар­
хально-родового общества, чрезвычайно облегчавшей их господство над 
трудовыми массами. 
Существовавшие у киргизов племенные и родовые группировки уже 
давно утратили прежнюю основу. В состав племен входили болео 
или менее крупные роды, имевшие нередко многочисленные подраз­
деления. Эти разросшиеся 
социальные объединения — племена — пе 
173