происходивших в Моголистане смут и большей частью перебили. Остав­
шимся было разрешено кочевать на южной стороне Иссык-Куля. В 1514 г. 
киргиз Мухаммед оказал большие услуги монгольскому хану Султан 
Саид-хану в завоевании Кашгарии, за что был награжден подарками и 
отправлен в Моголистан, где ему подчинились все киргизы. В 1524 г. в 
страну киргизов пришел казахский хан Тахир, к которому присоедини­
лась большая часть киргизов. Некоторое время киргизы и казахи имели 
общих ханов, но затем стали выступать самостоятельно. В 1558 г. кир­
гизы и казахи уже не составляли единого политического целого. На про­
тяжении XVI в. и почти всего XVII в. мирная жизнь киргизского насе­
ления непрерывно нарушалась. Трудящимся приходилось вести борьбу 
с гнетом моголпстанских ханов, а затем против вторгавшихся на их зем­
ли калмыцких, узбекских и других ханов и феодалов. Нередко и киргиз­
ские феодалы устраивали грабительские набеги, принуждая своих соро­
дичей принимать в них участие. Мужество киргизских воинов призна­
вали даже враги. Недаром современники называли киргизов «дикими 
львами» Моголистана. В этот период киргизов не считали мусульманами, 
хотя отдельные их предводители (в частности, названный выше Мухаммед) 
исповедовали ислам. По описаниям того времени, киргизы жили в труд­
нодоступных местах; в случае нападения врагов они отсылали свои семьи 
в глубь гор и сами защищали проходы. 
После краткого обзора истории енисейских и тянь-шаньских кирги­
зов уместно снова вернуться к вопросу о том, каким образом и когда поя­
вились киргизы на Тянь-Шане, какое они имеют отношение к енисейским 
киргизам и происходило ли переселение последних на Тянь-Шань. 
Много сил посвятил разрешению этих вопросов А. Н. Бернштам. Его 
гипотеза происхождения современного киргизского народа основывается 
на дальнейшем развитии положений, выдвинутых в свое время Аристо­
вым и Радловым. А. Н. Бернштам рассматривал появление киргизов на 
Тянь-Шане как результат переселения сюда енисейских киргизов, которое 
происходило несколькими этапами: во время движения северных гуннов 
во главе с шаньюем Чжи-Чжи (начиная с 49 г. до н. э.), в период существо­
вания Западно-Тюркского каганата, но главным образом в IX—Хвв., 
в период политического возвышения енисейских киргизов1. В обоснова­
ние своей гипотезы А. Н. Бернштам положил письменные источники (ки­
тайские хроники и сочинения восточных авторов), а также археологи­
ческие материалы, свидетельствующие о связях Тянь-Шаня с Саяно-
Алтаем. 
Некоторые источники содержат упоминания о пребывании киргизов 
в домонгольский период в непосредственном соседстве с Тянь-Шанем. Так, 
в анонимном персоязычном источнике X в. («Худуд ал-Алем») упоминает­
ся о киргизах и городе Кыркыз-хана к северу от Тянь-Шаня. Подобного 
рода указания имеются у Истахри (X в.), Бекрана (XIII в.). Но данные 
этих и других источников не вполне отчетливы и не позволяют уверенно 
утверждать, что киргизы обитали здесь до XV—XVI вв., хотя на это 
и указывают некоторые косвенные факты. Часть страны Хягас, т. е. кир­
гизов, уже в VII в. входила в состав владений западных тюрков, занимав­
ших северный Тянь-Шань; в IX в. енисейские киргизы были соседями 
карлуков и находились в оживленных сношениях с ними и с другими пле­
менами, занимавшими территорию Тянь-Шаня. 
Предложенная А. Н. Бернштамом гипотеза приобрела много сторон­
ников, но в ней имелись слабые места и недостаточно обоснованные 
1 Л. Н. Б е р н ш т а м . Археологический очерк северной Киргизии. Фрунзе, 
1941, стр. 46 и ел.; е г о ж е. К вопросу о происхождении киргизского парода. «Со­
ветская этнография», 1955, № 2; е г о ж о. О появлении киргизов на Тянь-Шане в 
IX — X вв. «Советское востоковедение», 1956, № 4. 
11 За паз Л". 92', 
161