216 Е. Э. БЕРТЕЛЬС дать яркую, полную деталей картину развития общественной мысли Средней А зии в XI в., изобразить ту ожесточенную борьбу, которую пытались вести в это время последние обломки иранской аристократии с тюркской. В этом же плане совершенно иное звучание приобретает суф ийская поэзия этого времени, использующая многие приемы исмаи- литов, но ведущая борьбу за иные идеалы, стремящаяся к ограничению власти замка во имя свободы города. Итак мы видели, что на всем отрезке времени с X — XII в. доля участия Средней А зии в создании персидской литературы была весьма велика и что в некоторые моменты с наибольшей остротой процесс ее ф ормирования протекал именно в Средней Азии. Не менее очевидно и то об стоятельство, что литературная жизнь* Средней А зии этого времени шла в тесном контакте с районами Балха и Газны, прикаспий­ ских областей и Закавказья. III Монгольское завоевание нанесло развитию персидской литературы в Средней А зии тяжкий удар. Заво еватели особенно свирепо распра­ вились с ее крупными центрами. На месте таких городов, как Самарканд и Бухара, остались только груды развалин. Опустели поля, разрушилась оросительная сеть, голод и нищета стали уделом разорен­ ного населения. При таких условиях культурная жизнь, конечно, должна была замереть. Не стало правителей, которым подносили пышные оды, и жить литературным заработком сделалось невозможно. Возникает стремление покинуть родину, искать более тихого и безопасного при­ станища. Очень многие зажиточные люди еще в годы приближения монголов бежали в Индию и обосновались там. В числе этих эмигран­ тов был происходивший из Кеша (Шахрисябза) тюркский эмир Лачйн, сыну которого Эмйр Хосрову (1253— 1325) было суждено стать основателем индийской ветви персидской литературы. Зд есь не место пытаться давать характеристику творчества этого плодовитого поэта, прозаика и теоретика литературы. К среднеазиатским поэтам он причис­ лен быть не может, и творчество его обладает рядом характерных особенностей, ставших возможными только на индийской почве. Но значение его для среднеазиатской литературы все же крайне велико, ибо в XIV , а особенно в X V в. его произведения получили широчайшее распространение в Средней А зии и положили начало тому сближению между литературами индийской и среднеазиатской, которое сущ ество­ вало вплоть до начала X X в. Можно думать, что тот исключительно большой интерес к тематике Хамсэ, который так характерен для XV в. в Средней А зии, в значительной степени вызван именно „ Пятью сокровищами" Эмйр Хосрова, которые были значительно доступнее широкому кругу читателей, чем требовавшие солидной подготовки поэмы Низамй. Мы уже говорили выше о той роли, которую сыграла поэзия Эмйр Хосрова в выдвижении на передний план газели KiK самостоя­ тельной художественной формы. Подкреплялось влияние Хосрова еще и тем, что в А зербайджане в XIV в. выдвинулся другой его подражатель — известный Джемаладдйн ибн-'Алааддйн Салман из Савэ (1291— 1376-1377). Этот поэт, пытавшийся продолжить линию Хосрова и создать новые темы в романтической поэзии, также уделял большое внимание газели. В области касыды огромное значение имела созданная им qaslda-yi masnuc „ искусственная касыда", — произведение, в котором содержение окончательно отошло на второй план и уступило место нагромождению технических трюков