когда оно также разошлось в своих взглядах с туземной буржуазией и „джадидской" интеллигенцией по политическим вопросам, как например, духовенство высказалось против „Кокандскоп автономии", об'явленной туземной б у ржуазі го-национал и сти ческой и нтеллигенцией. Что же касается учащихся медресе и мектебец, то тут были сто- ронники духовенства, но были, конечно, и действительные выходы из низовых слоев населения, социально сочувствующие восстанию масс. Многие учащиеся этих туземных школ приняли активное участие в вос- стании. Среди киргиз и туркмен, как мы указали, родовые старшины и ак-сакалы, с одной стороны, не хотели терять своего авторитета среди населения, с другой стороны, они также были недовольны всякими нов- шествами, разрушавшими чистый родовой патриархальный уклад жиз- ни я обычаи кочевников, и поэтому оказались сторонниками восстания. При этом нужно указать, что родовые начальники и ак-сакалы (стар- шие) не всегда совмещали в своем лице администрацию, ибо таковыми бывали иногда просто люди старые, с большим житейским опытом, чем остальные, и к ним молодое поколение относилось с уважением. В восстаниях киргиз и туркмен именно такие элементы играли в большинстве главенствующую роль, а не волостные и старшины. Весь причастный к царизму административный слой туземцев, более гибкий и приспособившийся к новым условиям (так сказать родовая кочевая буржуазия) пли поддерживал царскую администрацию и был против вос- стания или просто пассивно относился к этому восстанию. Что же ка- сается всяких ростовщиков, торговцев, скотопромышленников, джальда- пов и предпринимателей в большинстве из еартов, татар, армян и т. и. внедрявшихся среди киргиз, то большинство их оказалось прямым со- юзником царской администраций, переселенческого кулачества и при- нимали по мере возможности даже участие в карательных отрядах ад- министрации, желая из этого предприятия извлечь пользу. Тут особенно интересна роль в восстании 1916 года национальной туземной интеллигенции. Интеллигенция, нельзя сказать, что ойа не имела направления и организации, она таковые имела, но выявляла их своеобразно. Также своеобразно было ее отношение к восстанию ту- земцев 1916 года. 11 киргизской части населения Туркестана и Киргизии буржуазно- националистическая либеральная интеллигенция в лице своих более передовых и просвещенных слоев об'единялась тогда вокруг Издавав- шихся ряда газетных и журнальных органов, вроде „Аіікапа" или „Ка- зак" п других, руководимых Алиханом Букейхановым, X. Дулатовым, Ах. Байтурсуновым, Мустафа Чокасвым. и друг. Б начале руководители -»той высшей интеллигенции примыкали к конституционно-демократи- ческой (кадетской) партии. Лотом в среде киргиз во время февраль- ской революции эта национальная интеллигенция оформилась в нацио- нальную политическую организацию „Аллагп", преследовавшую цель национально-политического развития киргиз и пробуждения их созна- тельного национального чувства. Эта национально-либеральная интеллигенция киргиз являлась вы- разительницей идеологии и стремлений по существу киргизских иму- щих классов и занимала часто большие должности в царской админи- страции. Эта кадетствующая интеллигенция отнюдь не была недоволь- на своим личным положением и вовсе пе имела намерения порывать с русской буржуазией. Она была, как и кадеты, против существовавшего тогда строя и администрации царизма на местах в киргизских районах, была против земельной царской политики, но работала дружно с рос- сийскими буржуазно-демократическими партиями. Эта интеллигенция на страницах своей печати охарактеризовала восстание киргиз, как преждевременное, ненужное, указывая, что все недоразумения можно было бы уладить мирным путем. Она призывала мобилизованных идти на фронт, защищать общие интересы, убеждая, что но успешном окон- чании войны, правительство не забудет и киргизский народ. Писали по этому поводу целые воззвания, ибо чувствовали неизбежность неудачи восстания; не понимая коренные причины, думали, что восстание- -дело рук авантюристов; с другой стороны, хотели этой своей позицией соз- дать себе авторитет в глазах российской .буржуазно-демократической общественности. Но основной экономической причине восстания киргиз в 1916 году, во земельному вопросу, та же интеллигенция, выражая не- довольство деятельностью Переселенческого Управления, однако, не шла дальше взглядов кадетской партии в своих требованиях по этому вопросу, выдвигавшихся перед Государственной Думой. (См., например, „Айкай", 1915г., № 2). Эта интеллигенция даже не захотела подвергнуть критике деяния царизма, и его жестокости по подавлению восстания, а, наоборот, вла- чилась в хвосте царской администрации в этом отношении, если не го- ворить о коротенькой резолюции протеста киргизского с'езда в июле 1917 г. в г. Оренбурге и сбора пожертвований в пользу беженцев-кпр- гиз в Китае, и то производимых под давлением масс. Антшювстанчеекое настроение и моральная поддержка администрации у „Аллашордынекоіі киргизской интеллигенции после подавления восстания киргиз перехо- дит к поддержке войны до „победоносного конца". Мало того, некото- рые из руководителей указанной интеллигенции принимают активное участие в организованных патриотическими обществами комитетах по- мощи воинам и фронтам и собирают пожертвования среди населения, а также принимают участие в организациях (советах) тыловых рабо- чих, оставшихся на месте. В начале революции этих рабочих национа- листическая интеллигенция стремится использовать против большевист- ской революции (напр., с'езд „мус. рабочих и воинов"- в г. Коканде). На киргизские с'езды, созываемые АллашордОй, персонально сверху приглашались именно верхушечные киргизские элементы: волостные, ак-сакалы, бии, старшины и всякие другие влиятельные люди, извест- ные под общим названием „атка-мнеров", из которых, главным образом, составлялись эти „всекиргизские" с'езды. Указанная позиция киргиз- ской национальной интеллигенции логично завершается выступлением