US Указывая на постановление военно-окружного суда ио Той-Тюбин- скому процессу и на посылку телеграммы в тот же день защитниками подсудимых Куропаткину, об'езжавшему тогда Закаспийокѵю область Одинцов говорит*): „подлинная действительность, скрытая за этой оф- фициальной завесой, могла бы при иных условиях показаться кошмарным вымыслом и, конечно, является небывалой в летописях нашей присяж- ной адвокатуры. Для воплощения в жизнь этого „вымысла" необходимы были долгие годы того специфического настроения, чуждого совести и чести, которое создало „Ташкенцам" в ковычках еще со времен Салты- кова-Щедрина, незавидную репутацию людей способных на „что угодно". В три часа дня той-тюбинцы, собранные во дворе суда; выслу- шали в окончательной форме свой смертный приговор, при чем осуж- денным было раз'яснено, кого и на протяжении какого срока рни могут просить о помиловании. После оглашения приговора один из осужден- ных обратился к председателю суда с просьбой отпустить к ним для переговоров защитников Костко, ПІермана и Вебера и, кроме того, присяжных доверенных Арсеньева, и Иванова. Как выяснилось, эти ща адвоката выступили по делу остальных той-тюбинцев и к моменту ог- лашения приговора в окончательной форме, вышли из состава защиты, так- как нхщюдзащитные были судом оправданы. I.' удивлению присутствовавших, присяжный поверенный Арсени- ев находившийся еще в суде, отказался, несмотря на разрешение пред- седателя, подойти к осужденным и, махнув рукой, ушел внутрь здания. Такое нежелание переговорить с людьми, приговоренными к смерти, по- казалось непосвященным, в высшей степени загадочным. Происшедшее на полчаса позже подтвердило наихудшее из предположений. Под уси- ленным конвоем 8 той-тюбинцев были отведены вглубь двора; здесь ВОЛ- Н У Я С Ь и плача они стали умолять допущенных к ним для прощения род- ственников, пожалеть их в несчастип и достать во что бы то ни стало, как можно скорее 5.000 рублей. ІІз дальнейшего выяснилось, что осужденные той-тюбинцы. всеце- ло загипнотизированные мыслью, что спасти их от смерти могѵт только г. г. Арсеньев и Иванов, „оправдавшие." других сопроцеееннков, нака- нуне просили этих представителей присяжной адвокатуры, принять вместе с тремя их защитниками участие в составлении прошения о помиловании, но г. г. Арсеньев и Иванов потребовали за свой т р м 8.000 рублей и договор не состоялся. Выяснилось также, что после дол- гих, длившихся несколько часов переговоров, защита ..уступила" до 5.000 рублей. Однако у родственников осужденных оказалось на лицо только 1.000, которую они соглашались дополнить краткосрочными обя- зательствами на 3.500 рублей. Из-за 500 недостающих рублей дело разошлось и теперь приговоренные к смерти той-тюбинцы (срок смертной казни уже истекал) делали последнюю попытку спасти себе жизнь. ками» " Т у р к е с т а н с к и й Г о л о с " № 7 0 з а 1 9 1 6 г- статья В. Одинцова «Торг со Смерти и- Приблизительно через полчаса, после томительных переговоров с другими участниками защиты, г. Арсеньев, наконец, вышел к осужден- ным. Здесь произошла сцена, которую трудно описывать... Начался торг. Один, долго сдерживавшийся старик с седой трясущейся головой, закрыл лицо халатом и нервно рыдал. Другой, обращаясь к брату, сто- ящему поодаль, умолял его добыть недостающие деньги. Прочие из нод- лобья смотрели на собравшихся адвокатов и, видимо, пытаясь сохранить достоинство, угрюмо молчали. Около 4-х часов соглашение состоялось". Осужденные той-тюбинцы договорили Арсеньева и отсутствовавше- го Иванова за 5.000 рублем принять участие в написании прошения о помиловании; по этому договору „возможно большая часть денег, но не менее 1.000 рублей должна была поступить адвокатам вечером в тот же день, а остальная сумма обеспечивалась векселями". При этом родственникам той-тюбинцев было поставлено категори- ческое требование о внесении всех денег не позднее, как через день— два. ..Проведение всей адвокатской коллегии, присутствовавшей при торге и помогавшей ему. отличалось поразительным цинизмом. H при- сутствии осужденных на смерть, их родных, переводчика суда, одного из чинов канцелярии, десятков солдат конвоя и нескольких посторон- них лиц- представители присяжной адвокатуры, не обинуясь толковали о 5.000 рублях, о векселях, о том, что „достаточно" за глаза и двух часов для написания прошения и т. д. Получилось совершенно опреде- ленное впечатление, что торг ведется - от числа пяти адвокатов п при дом в их общих Интересах". После, уличенные в вышеуказанном преступлении, адвокаты пыта- лись реабилитироваться, но редакция газеты ..Голос Туркестана- па страницах этой газеты подтвердила, что все это происшествие подтвер- ждается всеми темп документами, которые дополнительно нолѵчены в редакции. Этим кончился процесс той-тюбинекпх бунтовщиков. По бывшему Перовскому уезду интересен случай сопротивления администрации в Масловской волости. Для краткости мы приведем ряд выдержек из приказов и обвинительного приговора Суда по ЭТОМУ делу: „ПРИГОВОР. По указу его императорского величества 1916 года сентября 6-го дня особый временный военный суд в городе Перовске, под председательством полковника Закамельского в закрытом судебном заседании, в котором присутствовали временные члены: полковник За- несений. подполковник Меринов и Бек (титулы их здесь пропускаются) —слушали дело о киргизах Масловской волости Перовского уезда: Куль- джане Джакаеве, Киндакагуле Джакаеве и. друг, в числе 7 человек, про- данных Туркестанскому Воешіо-окружмому суду командующим войсками Туркестанского военного Округа (перечисляются ст. законов, на осно- вании которых они обвиняются). Обсудив в совокупности все обстоятельства дела, суд признал виновными подсудимых: Кильджана Джакаева, ГГішджакѵла Джакаева,