общественных условиях оказываются неверными. Основные кате­ гории психической жизни человека начинают пониматься как продукты общественной истории, изменяющиеся при изменении основных форм общественой практики и имеющие таким образом общественную природу. Психология становится прежде всего наукой об общественно­ историческом формировании психической деятельности и о тех структурах психических процессов, которые теснейшим образом зависят от основных форм общественной практики и основных этапов исторического развития общества. Основные положения марксизма об исторической природе психической жизни человека раскрываются здесь в конкретных формах. Это становится возможным благодаря тем коренным револю­ ционным сдвигам, которые позволили в течение короткого пе­ риода наблюдать коренные изменения, в обычных условиях за­ нимающие столетия. Ученые, которые взяли на себя труд просмотреть эту работу в период ее подготовки и сделать критические замечания (в ос­ новном учтенные при подготовке рукописи), нередко высказыва­ ли пожелание, чтобы после 40 лет, истекших со времени проведе­ ния этих наблюдений, автор вторично провел эти же исследования и дал сравнительный анализ тех сдвигов, которые произошли за этот период в изученных им местах. Это предложение, формально совершенно логичное, не кажет­ ся автору обязательным. Приведенные выше данные показывают, какие существенные изменения в построении познавательных процессов начали про­ исходить уже в период, когда производилось первоначальное ис­ следование, и какие сдвиги произошли уже в первые годы той культурной революции, которая открыла перед жителями окраи­ ны нашей страны необычайные возможности. С тех пор автор не­ однократно бывал в Узбекистане и видел те грандиозные измене­ ния в общественной и культурной жизни, которые произошли там за эти годы. Повторять те же исследования в тех же местах че­ рез 40 лет, за которые народы Средней Азии фактически проде­ лали путь столетий, было бы по крайней мере излишним. Иссле­ дователь, который пожелал бы проделать эту работу, получил бы данные, мало чем отличающиеся от тех, которые он мог бы полу­ чить, проводя исследования строения познавательных процессов у жителей любого другого пункта Советского Союза. Отсталая в прошлом окраина превратилась за 40 лет в мощ­ но развитую в экономическом и культурном отношении часть социалистического государства, и автор может лишь выразить свое полное удовлетворение, что вместе с коллективом его това­ рищей ему удалось провести свои наблюдения в период, когда эти сдвиги только начинались.